Выслушав всю историю от начала до конца, Цзи Юань хоть и почувствовал запоздалый страх, всё же не удержался от шутливого замечания:
Выслушав всю историю от начала до конца, Цзи Юань хоть и почувствовал запоздалый страх, всё же не удержался от шутливого замечания:
— Выходит, я стал последним неудачником, поселившимся в Обители Мирного Приюта?
— Выходит, я стал последним неудачником, поселившимся в Обители Мирного Приюта?
Старый Городской бог добродушно рассмеялся.
Старый Городской бог добродушно рассмеялся.
— Ха-ха-ха! Господин Цзи изволит шутить. Повстречать вас — вот истинное несчастье для этой твари!
— Ха-ха-ха! Господин Цзи изволит шутить. Повстречать вас — вот истинное несчастье для этой твари!
Отсмеявшись, Городской бог посмотрел на Цзи Юаня, неторопливо жующего пирожное с бобовой пастой, и после секундного колебания спросил:
Отсмеявшись, Городской бог посмотрел на Цзи Юаня, неторопливо жующего пирожное с бобовой пастой, и после секундного колебания спросил:
— Позвольте узнать, господин Цзи, откуда вы держите путь и по какому делу прибыли в наш уезд Нинъань?
— Позвольте узнать, господин Цзи, откуда вы держите путь и по какому делу прибыли в наш уезд Нинъань?
«Ну вот, начались расспросы о смысле жизни!»
«Ну вот, начались расспросы о смысле жизни!»
Цзи Юань предвидел этот вопрос, но решительно не знал, как на него отвечать. О прошлой жизни говорить не стоило, а о судьбе нищего, в чьём теле он очутился, он и сам толком ничего не знал. Что же до уезда Нинъань — идти ему, собственно, было больше некуда.
Цзи Юань предвидел этот вопрос, но решительно не знал, как на него отвечать. О прошлой жизни говорить не стоило, а о судьбе нищего, в чьём теле он очутился, он и сам толком ничего не знал. Что же до уезда Нинъань — идти ему, собственно, было больше некуда.
Цзи Юань лишь неловко улыбнулся. Объяснить всё было слишком сложно, к тому же раскрывать свои самые сокровенные тайны первому встречному духу он не собирался. Поэтому он предпочёл промолчать.
Цзи Юань лишь неловко улыбнулся. Объяснить всё было слишком сложно, к тому же раскрывать свои самые сокровенные тайны первому встречному духу он не собирался. Поэтому он предпочёл промолчать.
Заметив это, старый Городской бог понял без слов, что гость не расположен к откровениям.
Заметив это, старый Городской бог понял без слов, что гость не расположен к откровениям.
— Ничего страшного, — примирительно отозвался он. — Если господин Цзи не хочет говорить, не нужно. Вы человек благородный, широкой души, вежливый, да к тому же оказали нашему уезду огромную услугу. Одного этого уже более чем достаточно.
— Ничего страшного, — примирительно отозвался он. — Если господин Цзи не хочет говорить, не нужно. Вы человек благородный, широкой души, вежливый, да к тому же оказали нашему уезду огромную услугу. Одного этого уже более чем достаточно.
В понимании Цзи Юаня, приглашая его к себе, Городской бог преследовал две цели: отблагодарить за помощь и заодно прощупать почву.
В понимании Цзи Юаня, приглашая его к себе, Городской бог преследовал две цели: отблагодарить за помощь и заодно прощупать почву.
— К слову, господин Цзи, вы планируете остаться в уезде Нинъань надолго? — поинтересовался собеседник.
— К слову, господин Цзи, вы планируете остаться в уезде Нинъань надолго? — поинтересовался собеседник.
На этот вопрос ответить было несложно.
На этот вопрос ответить было несложно.
— Если не случится ничего непредвиденного, я планирую пожить здесь какое-то время.
— Если не случится ничего непредвиденного, я планирую пожить здесь какое-то время.
Немного подумав, Цзи Юань решил, что лучше проявить некоторую искренность. Хотя божеству его калибра и так всё должно быть видно, на всякий случай стоило прояснить один момент.
Немного подумав, Цзи Юань решил, что лучше проявить некоторую искренность. Хотя божеству его калибра и так всё должно быть видно, на всякий случай стоило прояснить один момент.
— На самом деле, — добавил он, — Цзи Моу вовсе не выдающийся мастер. Мне просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте, и я лишь чудом сумел ранить того злого духа. У меня самого накопилось множество вопросов, в которых я надеялся попросить у вас совета, господин Городской бог.
— На самом деле, — добавил он, — Цзи Моу вовсе не выдающийся мастер. Мне просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте, и я лишь чудом сумел ранить того злого духа. У меня самого накопилось множество вопросов, в которых я надеялся попросить у вас совета, господин Городской бог.
— Прошу вас, спрашивайте обо всём без стеснения, — мягко ответил божественный старец.
— Прошу вас, спрашивайте обо всём без стеснения, — мягко ответил божественный старец.
Слова Цзи Юаня о том, что он никакой не мастер, старик попросту пропустил мимо ушей. То, что на его теле не сияла аура бессмертного, ещё ничего не доказывало. А уж его скромные заявления о «случайности» и «везении» выглядели и вовсе сомнительно: одолеть порождение ядовитой ша земных жил — задача не для обычного смертного, это вам не бродячего призрака разогнать.
Слова Цзи Юаня о том, что он никакой не мастер, старик попросту пропустил мимо ушей. То, что на его теле не сияла аура бессмертного, ещё ничего не доказывало. А уж его скромные заявления о «случайности» и «везении» выглядели и вовсе сомнительно: одолеть порождение ядовитой ша земных жил — задача не для обычного смертного, это вам не бродячего призрака разогнать.
— Скажите, господин Городской бог, известно ли вам что-нибудь о методах совершенствования в этом мире? Я имею в виду... пути развития для человеческого тела.
— Скажите, господин Городской бог, известно ли вам что-нибудь о методах совершенствования в этом мире? Я имею в виду... пути развития для человеческого тела.
Задав этот вопрос, Цзи Юань затаил дыхание. В глубине души его больше всего манили именно эти невероятные тайны. Кому не хочется обрести вечную жизнь, научиться летать на мече и повелевать стихиями?
Задав этот вопрос, Цзи Юань затаил дыхание. В глубине души его больше всего манили именно эти невероятные тайны. Кому не хочется обрести вечную жизнь, научиться летать на мече и повелевать стихиями?
Старый Городской бог задумчиво нахмурился.
Старый Городской бог задумчиво нахмурился.
— Ваш покорный слуга — лишь скромный покровитель небольшого уезда. Мой удел — Путь золотого тела благовоний, опирающийся на силу веры и подношений смертных. Мне без надобности методы совершенствования ци или алхимии бессмертия, а потому и глубоких трактатов у меня нет. Разве что простые боевые искусства смертных — этого добра в архивах моего суда Инь хватает.
— Ваш покорный слуга — лишь скромный покровитель небольшого уезда. Мой удел — Путь золотого тела благовоний, опирающийся на силу веры и подношений смертных. Мне без надобности методы совершенствования ци или алхимии бессмертия, а потому и глубоких трактатов у меня нет. Разве что простые боевые искусства смертных — этого добра в архивах моего суда Инь хватает.
Цзи Юань почувствовал, как внутри всё опустилось от разочарования. Значит, никаких великих таинств?
Цзи Юань почувствовал, как внутри всё опустилось от разочарования. Значит, никаких великих таинств?
— Но хотя истинных откровений бессмертных у меня нет, — продолжил бог, — самые обычные методы ведения и управления духовной ци мне знакомы. Впрочем, они столь поверхностны, что господину Цзи от них вряд ли будет толк.
— Но хотя истинных откровений бессмертных у меня нет, — продолжил бог, — самые обычные методы ведения и управления духовной ци мне знакомы. Впрочем, они столь поверхностны, что господину Цзи от них вряд ли будет толк.
«Как это без толку? Любая кроха лучше, чем ничего!»
«Как это без толку? Любая кроха лучше, чем ничего!»
— Не скрою от вас, — поспешил заверить его Цзи Юань, — у меня нет даже таких основ. Если это не затруднит вас, господин Городской бог, позвольте Цзи Моу взглянуть на них. И... на те боевые искусства смертных я тоже с удовольствием бы посмотрел.
— Не скрою от вас, — поспешил заверить его Цзи Юань, — у меня нет даже таких основ. Если это не затруднит вас, господин Городской бог, позвольте Цзи Моу взглянуть на них. И... на те боевые искусства смертных я тоже с удовольствием бы посмотрел.
Цзи Юань хоть и был слеп, но его пристальный, немигающий взор, устремлённый прямо на Городского бога, заставил почтенного старца почувствовать себя немного неловко.
Цзи Юань хоть и был слеп, но его пристальный, немигающий взор, устремлённый прямо на Городского бога, заставил почтенного старца почувствовать себя немного неловко.
— Кхм... Что ж, если господин Цзи желает взглянуть на них, в этом нет никакого труда. Я прикажу подготовить свитки и доставить их прямо в Обитель Мирного Приюта.
— Кхм... Что ж, если господин Цзи желает взглянуть на них, в этом нет никакого труда. Я прикажу подготовить свитки и доставить их прямо в Обитель Мирного Приюта.
Цзи Юань расплылся в улыбке.
Цзи Юань расплылся в улыбке.
— Замечательно! Премного благодарен вам, господин Городской бог!
— Замечательно! Премного благодарен вам, господин Городской бог!
Собеседник оказался весьма покладистым. Разобравшись с главным желанием, Цзи Юань решил расспросить его о других вещах, которые обычному смертному узнать не под силу.
Собеседник оказался весьма покладистым. Разобравшись с главным желанием, Цзи Юань решил расспросить его о других вещах, которые обычному смертному узнать не под силу.
— Позвольте узнать, — как можно уважительнее заговорил он, — какие великие обители бессмертных, праведные секты и священные горы существуют ныне? И... какими качествами должен обладать человек, чтобы его приняли в ученики?
— Позвольте узнать, — как можно уважительнее заговорил он, — какие великие обители бессмертных, праведные секты и священные горы существуют ныне? И... какими качествами должен обладать человек, чтобы его приняли в ученики?
Вопрос прозвучал на редкость наивно. Старый Городской бог невольно озадачился: почему господин Цзи то и дело спрашивает о вещах, которые, казалось бы, должен знать любой мало-мальски просвещённый человек?
Вопрос прозвучал на редкость наивно. Старый Городской бог невольно озадачился: почему господин Цзи то и дело спрашивает о вещах, которые, казалось бы, должен знать любой мало-мальски просвещённый человек?
«Неужели этот человек действительно не лукавит и не является скрытым мастером?»
«Неужели этот человек действительно не лукавит и не является скрытым мастером?»
Но каково бы ни было происхождение этого странного гостя, он спас уезд Нинъань от беды, и это было фактом. Пусть его вопросы кажутся странными и нелепыми — какая разница?
Но каково бы ни было происхождение этого странного гостя, он спас уезд Нинъань от беды, и это было фактом. Пусть его вопросы кажутся странными и нелепыми — какая разница?
Городской бог расслабился, погладил седую бороду и после недолгого раздумья заговорил:
Городской бог расслабился, погладил седую бороду и после недолгого раздумья заговорил:
— Наш уезд Нинъань мал и затерян на самой окраине, до нас редко доходят вести из большого мира. Насколько мне известно, в префектуре Дэшэн нет ни одной обители бессмертных. Во всей провинции Цзичжоу бесспорным главенством пользуется лишь гора Юйхуай. Поговаривают, будто там хранится указ императорского дарования для горных духов, способный даровать божественный титул хозяину любой горы, но так ли это — бог весть. Разумеется, мелких школ и одиноких практиков левого пути у нас в Цзичжоу тоже хватает. Что же до условий отбора учеников — увы, мне это неведомо. Мои познания о других провинциях и чужих землях весьма скромны. Как пишется в древних свитках: «В туманных высях скрыт Остров Бессмертных Облаков, а безупречной волей славится гора Длинного Меча»...
— Наш уезд Нинъань мал и затерян на самой окраине, до нас редко доходят вести из большого мира. Насколько мне известно, в префектуре Дэшэн нет ни одной обители бессмертных. Во всей провинции Цзичжоу бесспорным главенством пользуется лишь гора Юйхуай. Поговаривают, будто там хранится указ императорского дарования для горных духов, способный даровать божественный титул хозяину любой горы, но так ли это — бог весть. Разумеется, мелких школ и одиноких практиков левого пути у нас в Цзичжоу тоже хватает. Что же до условий отбора учеников — увы, мне это неведомо. Мои познания о других провинциях и чужих землях весьма скромны. Как пишется в древних свитках: «В туманных высях скрыт Остров Бессмертных Облаков, а безупречной волей славится гора Длинного Меча»...
Цзи Юань застыл, всё ещё переваривая услышанное о горе Юйхуай. Указ императорского дарования? Способный назначить горное божество?
Цзи Юань застыл, всё ещё переваривая услышанное о горе Юйхуай. Указ императорского дарования? Способный назначить горное божество?
— А как же Небесный дворец? — выпалил он, едва старик перевёл дыхание.
— А как же Небесный дворец? — выпалил он, едва старик перевёл дыхание.
— Небесный дворец? — Городской бог озадаченно нахмурился. — Не припомню такой обители бессмертных. Как вы её назвали?
— Небесный дворец? — Городской бог озадаченно нахмурился. — Не припомню такой обители бессмертных. Как вы её назвали?
Название звучало чрезвычайно гордо и властно — замахнуться на то, чтобы назвать свою обитель чертогами самого Неба!
Название звучало чрезвычайно гордо и властно — замахнуться на то, чтобы назвать свою обитель чертогами самого Неба!
Цзи Юань мгновенно прикусил язык. Неужели в этом мире нет Небесного дворца?
Цзи Юань мгновенно прикусил язык. Неужели в этом мире нет Небесного дворца?
Раз уж здесь были городские боги и указы для горных духов, логично было предположить существование небесной канцелярии. Но, похоже, он ошибся. Выходит, здешние «бессмертные» — это просто люди, обретшие могущество?
Раз уж здесь были городские боги и указы для горных духов, логично было предположить существование небесной канцелярии. Но, похоже, он ошибся. Выходит, здешние «бессмертные» — это просто люди, обретшие могущество?
Ему нужно было срочно загладить неловкость.
Ему нужно было срочно загладить неловкость.
— Ах, пустое. Просто вспомнилось старое предание об одной могущественной обители, которая тоже могла наделять божественной силой духов рек и гор. Не обращайте внимания, почтенный старец...
— Ах, пустое. Просто вспомнилось старое предание об одной могущественной обители, которая тоже могла наделять божественной силой духов рек и гор. Не обращайте внимания, почтенный старец...
— Вот оно что. Должно быть, воистину величественное место, — понимающе кивнул тот.
— Вот оно что. Должно быть, воистину величественное место, — понимающе кивнул тот.
«Ещё бы не величественное! Рассказал бы я тебе подробнее — у тебя бы борода отвалилась!»
«Ещё бы не величественное! Рассказал бы я тебе подробнее — у тебя бы борода отвалилась!»
Уведя разговор в сторону от небесных чертогов, Цзи Юань расспросил Городского бога о многом другом: о природе нечисти, демонах и духах. Обиняками ему удалось выяснить, что, кроме разрозненных местных судов Инь во главе с городскими божествами, никакого единого подземного царства или ада в этом мире не существовало, а связи между загробными ведомствами разных уездов были крайне слабыми.
Уведя разговор в сторону от небесных чертогов, Цзи Юань расспросил Городского бога о многом другом: о природе нечисти, демонах и духах. Обиняками ему удалось выяснить, что, кроме разрозненных местных судов Инь во главе с городскими божествами, никакого единого подземного царства или ада в этом мире не существовало, а связи между загробными ведомствами разных уездов были крайне слабыми.
Все эти сведения, с одной стороны, приоткрыли завесу тайны над миром бессмертных, а с другой — породили ещё больше вопросов. К тому же познания старого Городского бога тоже имели свои границы.
Все эти сведения, с одной стороны, приоткрыли завесу тайны над миром бессмертных, а с другой — породили ещё больше вопросов. К тому же познания старого Городского бога тоже имели свои границы.
Цзи Юань надолго задумался, пытаясь разложить всё по полочкам. В голове образовалась каша. Наконец он решил выбросить эти думы из головы: рассуждать о великих тайнах мироздания, будучи бездомным слепцом без единой капли ци, — всё равно что нищему заботиться о судьбах империи. Стоило для начала прояснить более приземлённые вещи.
Цзи Юань надолго задумался, пытаясь разложить всё по полочкам. В голове образовалась каша. Наконец он решил выбросить эти думы из головы: рассуждать о великих тайнах мироздания, будучи бездомным слепцом без единой капли ци, — всё равно что нищему заботиться о судьбах империи. Стоило для начала прояснить более приземлённые вещи.
Выдохнув и успокоившись, Цзи Юань снова заговорил:
Выдохнув и успокоившись, Цзи Юань снова заговорил:
— У Цзи Моу есть ещё парочка глупых вопросов. Надеюсь, господин Городской бог не поднимет меня на смех.
— У Цзи Моу есть ещё парочка глупых вопросов. Надеюсь, господин Городской бог не поднимет меня на смех.
— Спрашивайте, спрашивайте! — радушно отозвался тот. — Рад буду поделиться всем, что знаю.
— Спрашивайте, спрашивайте! — радушно отозвался тот. — Рад буду поделиться всем, что знаю.
После стольких расспросов старый дух уже перестал удивляться странностям своего гостя.
После стольких расспросов старый дух уже перестал удивляться странностям своего гостя.
— Хотелось бы узнать, в каком государстве мы сейчас находимся? Какая ныне эпоха, какая династия правит этими землями? Что представляют собой сопредельные страны и сколько раз в истории этого мира менялась власть?
— Хотелось бы узнать, в каком государстве мы сейчас находимся? Какая ныне эпоха, какая династия правит этими землями? Что представляют собой сопредельные страны и сколько раз в истории этого мира менялась власть?
Услышав это...
Услышав это...
Городской бог замер, и лицо его вдруг сделалось невероятно серьёзным.
Городской бог замер, и лицо его вдруг сделалось невероятно серьёзным.
Одно дело — не разбираться в тайнах бессмертных, заповедных горах и техниках совершенствования: простому смертному подобные знания действительно недоступны. Но спрашивать о названии собственной страны и правящей династии? О таких вещах знает любой грамотный человек, да и неграмотному крестьянину они известны из обычных слухов.
Одно дело — не разбираться в тайнах бессмертных, заповедных горах и техниках совершенствования: простому смертному подобные знания действительно недоступны. Но спрашивать о названии собственной страны и правящей династии? О таких вещах знает любой грамотный человек, да и неграмотному крестьянину они известны из обычных слухов.
Неужели у господина Цзи нет образования или он глуп? Но ведь за время их беседы Сун Шичан успел убедиться, что его гость — человек глубокого ума. Тот изъяснялся изящно, вёл себя безупречно, а его суждения по многим житейским вопросам отличались поразительной проницательностью и мудростью.
Неужели у господина Цзи нет образования или он глуп? Но ведь за время их беседы Сун Шичан успел убедиться, что его гость — человек глубокого ума. Тот изъяснялся изящно, вёл себя безупречно, а его суждения по многим житейским вопросам отличались поразительной проницательностью и мудростью.
Предположить, будто такой человек никогда не держал в руках книг, было невозможно. Разве что манера говорить у него порой казалась немного непривычной.
Предположить, будто такой человек никогда не держал в руках книг, было невозможно. Разве что манера говорить у него порой казалась немного непривычной.
Внезапно Городского бога осенила догадка, от которой он невольно вздрогнул.
Внезапно Городского бога осенила догадка, от которой он невольно вздрогнул.
Ещё при жизни, будучи столичным чиновником, Сун Шичан читал один старинный сборник преданий о бессмертных и чудесах. Хотя книгу написал обычный смертный, забавы ради изливавший на бумагу свои фантазии, истории в ней были настолько увлекательными, что старик помнил их до сих пор.
Ещё при жизни, будучи столичным чиновником, Сун Шичан читал один старинный сборник преданий о бессмертных и чудесах. Хотя книгу написал обычный смертный, забавы ради изливавший на бумагу свои фантазии, истории в ней были настолько увлекательными, что старик помнил их до сих пор.
Одна из глав начиналась со строчки: «С весёлым смехом пробудился я ото сна и отправился странствовать по свету, не ведая, что минула тысяча лет...»
Одна из глав начиналась со строчки: «С весёлым смехом пробудился я ото сна и отправился странствовать по свету, не ведая, что минула тысяча лет...»
— Господин Городской бог? Господин Городской бог? — позвал Цзи Юань.
— Господин Городской бог? Господин Городской бог? — позвал Цзи Юань.
Почему старик вдруг застыл как каменный? Неужели его вопросы и впрямь оказались запредельно глупыми?
Почему старик вдруг застыл как каменный? Неужели его вопросы и впрямь оказались запредельно глупыми?
— А?! Да-да... Пожалуйста, выслушайте меня, господин Цзи!
— А?! Да-да... Пожалуйста, выслушайте меня, господин Цзи!
Старый дух даже не заметил, как в его голосе невольно зазвучало глубокое почтение.
Старый дух даже не заметил, как в его голосе невольно зазвучало глубокое почтение.

Комментарии

Загрузка...