Внутренняя энергия — штука удивительная. В мире боевых искусств люди с глубоким запасом ци словно обладают магией. Если обычный человек получит переломы, то даже с самой лучшей мазью для сращивания костей ему потребуется от полугода до года, чтобы начать полноценно двигаться. Е Фэнлань же, благодаря лечению, уже через месяц смог понемногу ходить. Это произошло даже быстрее, чем предсказывал прославленный лекарь Цзян Мин.
Тао Мэнчжи полулежала в кресле, не отрывая взгляда от Е Фэнланя, который, опираясь на дядю Ли, делал первые нетвердые шаги, словно ребенок, учащийся ходить.
Дело было вовсе не в том, что ей не хотелось помочь. Просто стоило ей приблизиться, как Е Фэнлань тут же сурово пресекал любые попытки сближения. Она надеялась повысить его расположение, помогая в реабилитации, но он наотрез отказывался подпускать её к себе. Такая ситуация тянулась уже долгое время.
Тао Мэнчжи начала сомневаться: быть может, она совершила ошибку, проявив тогда, в тот вечер, излишнюю близость?
— Хватит на сегодня. Поспешишь — людей насмешишь. Ты и так уже долго ходил, даже я устала на тебя смотреть, — Тао Мэнчжи подошла и преградила ему путь. Она бросила взгляд на дядю Ли, жестом приказывая отвести Е Фэнланя под навес отдохнуть.
Дядя Ли тоже считал, что молодой господин переутомился. Организм только начал восстанавливаться, и чрезмерные нагрузки могли лишь навредить. Но характер у молодого господина был упрямый, и все уговоры дяди Ли до этого момента были бесполезны. Увидев, что слова Тао Мэнчжи возымели действие, он поспешно кивнул ей, про себя удивляясь, насколько же молодой господин прислушивается к будущей жене.
...
— Дядя Ли! Дядя Ли! — неподалеку послышался тревожный голос. Служанка подбежала ближе, и, заметив под навесом Е Фэнланя и Тао Мэнчжи, в испуге опустилась на колени.
— Что случилось? — видя, что Е Фэнлань лишь молча пьет чай, спросила Тао Мэнчжи.
— Молодой господин, госпожа Тао, Сююнь со вчерашнего вечера горит в лихорадке, она до сих пор без сознания и бредит. Рабыня... рабыня умоляет, позвольте лекарю Цзян Мину осмотреть её, иначе она не доживет до конца дня! — служанка заливалась слезами, и в её голосе слышалось неподдельное беспокойство за подругу.
Тао Мэнчжи:
— Вот оно что. Малышка, не плачь, так ты совсем некрасивой станешь. Не бойся, твой господин не оставит её в беде, правда ведь? — она повернулась к Е Фэнланю.
Е Фэнлань тихо отозвался:
— Дядя Ли, пусть Цзян Мин сходит и посмотрит.
— Слушаюсь, — дядя Ли поклонился и увел служанку.
Появилась главная героиня!
Получив это известие, Тао Мэнчжи не смогла сдержать возбуждения. В прошлых мирах она попадала в сюжет слишком рано и успевала набрать достаточно очков расположения до выхода героини на сцену. К тому времени, как та появлялась, было уже поздно что-то менять, поэтому открытых столкновений с ними у неё почти не было.
Тао Мэнчжи, потирая край чашки, насмешливо произнесла:
— Е Фэнлань, это не ты ли так притеснял девушку, что она от переутомления слегла?
Е Фэнлань бросил на неё взгляд, полный нежелания продолжать разговор.
— Не ожидала, что ты такой господин, — Тао Мэнчжи изобразила разочарование.
Е Фэнлань про себя подумал: это у служанки здоровье слабое, при чем тут он?
— Ах, и правда, чужая душа — потемки. Интересно, если я выйду за тебя, не буду ли я так же страдать, как эта Сююнь? Эх... — Тао Мэнчжи принялась картинно вздыхать.
Е Фэнлань молчал.
— Тебе нечего сказать? Жаль мою молодость и красоту, придется увядать в этом глубоком поместье, — Тао Мэнчжи поднесла рукав к глазам, смахивая несуществующие слезы.
Разве мог Е Фэнлань не заметить её притворства? Он отставил чашку, даже не взглянув на неё, и развернул кресло, покидая галерею.
Уже почти доехав до арки сада, он тихо бросил:
— Не будешь.
【Динь — Система: расположение Е Фэнланя +1, текущее значение: 41.】
Главная героиня есть главная героиня. Всего за три дня она приняла факт своего перемещения, быстро взяла себя в руки и разработала план покорения Е Фэнланя.
Тао Мэнчжи посмотрела на стол, уставленный блюдами с красным перцем, и недовольно покосилась на Е Фэнланя:
— Мы договаривались привыкать к вкусам друг друга, но не до такой же степени! Весь стол в остром, ты что, хочешь меня отравить?
Е Фэнлань обвел взглядом стол. И вправду, везде перец. Хотя он любил острое, обычно на столе всегда были и легкие, пресные блюда. Такое случилось впервые. Он повернул голову к дяде Ли:
— Что это значит?
Дядя Ли нахмурился и позвал служанку, ожидавшую за дверью:
— Кто сегодня готовил?
— Молодой господин, сегодня еду готовила Сююнь. Рабыня знает, что вы любите острое, поэтому приготовила блюда из родных мест, чтобы отблагодарить вас за то, что вы прислали лекаря, — Цуй Сююнь опустилась на колени и ответила робким голосом. Закончив, она подняла глаза, полные влажного блеска, и устремила их на Е Фэнланя.
Она так долго обедала с ним, что слуги на кухне давно изучили его предпочтения. Всегда было и сладкое, и острое, и мясное, и овощное. Но стоило главной героине взяться за готовку, как на столе оказалось одно сплошное острое.
Вокруг главной героини всегда происходит какая-то нелогичная чушь. Её «аура» постоянно влияет на суждения нормальных людей. Те, кто был на кухне, так просто доверили приготовление еды для хозяина обычной служанке и даже не проверили, что именно она подает.
Тао Мэнчжи жила в поместье уже долгое время, и об их отношениях с Е Фэнланем знали если не все, то многие. Она не верила, что героиня, планируя свой захват, не навела справки. Зная, что она будет обедать с Е Фэнланем, та всё равно проигнорировала её и приготовила только то, что любит он. Что ж, смелости героине не занимать.
Правда, и ума, судя по всему, маловато.
Тао Мэнчжи разочарованно вздохнула. Она-то думала, что нашла равного соперника, а оказалась дура. Весь азарт улетучился. Она подперла рукой подбородок, посмотрела на преданно взирающую на господина Цуй Сююнь, потом на невозмутимого Е Фэнланя. Решено: нужно просто избавиться от Сююнь, толку от неё всё равно нет.
Тао Мэнчжи с полуулыбкой протянула, многозначительно глядя на него:
— Ваша служанка... — она замолчала, но смысл её слов был понятен без лишних пояснений.
Все здесь люди умные, и Е Фэнлань прекрасно понял намёк. Эта девица по имени Сююнь уже давно питала к нему... или, вернее, к месту жены молодого господина, недобрые чувства.
— Убери всё со стола, пусть на кухне приготовят заново, — ровно произнес Е Фэнлань.
Дядя Ли кивнул и жестом велел служанке убрать посуду.
Цуй Сююнь с обиженным видом посмотрела на Е Фэнланя, хотела что-то сказать, но дядя Ли сурово на неё взглянул, и она осеклась. Бросив на Тао Мэнчжи полный ненависти взгляд, она опустила голову и вместе с остальными служанками унесла тарелки.
После перемещения в этот мир Цуй Сююнь была в восторге: красивая внешность, положение служанки в известном клане боевых искусств — это же классический сюжет любовного романа между служанкой и молодым мастером. Узнав, что именно господин прислал лекаря, она окончательно уверилась в своей роли главной героини.
Она расспрашивала слуг о Е Фэнлане и узнала, что у него есть строптивая невеста, которая в первый же день оскорбила его из-за инвалидности. Типичная злодейка! Опираясь на свой опыт чтения романов, Цуй Сююнь решила выбрать путь кроткой и нежной девушки. Раз невеста злая, она будет доброй — и обязательно выживет соперницу из поместья.
Как говорится, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Она знала, что Е Фэнлань любит острое, и решила под предлогом благодарности накрыть для него целый стол сычуаньских блюд. А заодно — поставить на место эту злодейку.
По её расчетам, Тао Мэнчжи должна была устроить скандал из-за отсутствия любимых блюд, а ей оставалось лишь изобразить невинность. Е Фэнлань, и так недолюбливающий невесту за её колкости, непременно встал бы на её сторону.
Но результат оказался совсем иным.
Почему он помогает ей? Он же должен её ненавидеть! — кричала про себя Цуй Сююнь.
Это всё из-за репутации! Точно, он не мог унизить Тао Мэнчжи перед прислугой, ведь она всё ещё его невеста. Да, именно так! — утешала она себя.
...
Тао Мэнчжи, привыкшая обедать по расписанию, была не в восторге от перемен. Живот урчал, и она, обессиленная, лежала на столе, всем видом выражая скорбь.
— Как же я голодна, как же я голодна...
Е Фэнлань пил чай, не обращая внимания на её театральные причитания.
Вдруг Тао Мэнчжи замолчала. Она вскочила, применила легкие шаги, добежала до своей комнаты, схватила деревянную шкатулку и так же быстро вернулась.
С видом фокусника, достающего кролика из шляпы, она поставила шкатулку на стол:
— Ты, должно быть, тоже проголодался? Попробуй это.
В коричнево-красной шкатулке на белоснежном блюдце лежали аккуратные изумрудно-зеленые кубики. Выглядело это очень изысканно.
Е Фэнлань покачал головой:
— Не нужно. Ешь сама.
— Не бойся, это не сладкое, — Тао Мэнчжи прочитала его мысли, подцепила палочками кусочек и поднесла к его губам.
Е Фэнлань отстранился, уклоняясь от палочек.
Тао Мэнчжи не сдавалась. Она продолжала тянуться к нему, напевая:
— Зайка-побегайка, открывай ротик...
Е Фэнлань нахмурился, глядя на неё, но, увидев, что она не отступит, вздохнул, наклонился и взял угощение.
【Динь — Система: расположение Е Фэнланя +2, текущее значение: 43.】
Во рту не было приторной сладости. Напротив, чувствовался свежий аромат чая с легкой горчинкой. Но стоило прожевать, как горечь сменилась тонким сладковатым послевкусием.
— Ну как? Вкусно? — с надеждой спросила Тао Мэнчжи.
— М-м, — Е Фэнлань кивнул. Он никогда не пробовал таких сладостей: не традиционных, а с этим необычным сочетанием горечи и сладости чайного листа.
— Это пирожные из зеленого чая. Обычно туда кладут сахар, но раз ты его не любишь, я попросила не добавлять, — Тао Мэнчжи взяла себе кусочек, обмакнула в мед и отправила в рот.
— Ты сама сделала? — спросил Е Фэнлань.
Тао Мэнчжи, не скрывая своих кулинарных «талантов», честно ответила:
— Я пробовала, но у меня не вышло, пришлось просить мастера на кухне. Но рецепт мой! Ну как, я старалась?
【Динь — Система: расположение Е Фэнланя +5, текущее значение: 48.】
...
Цуй Сююнь, как и хотела Тао Мэнчжи, была выгнана из поместья. Никто не станет держать рядом человека с сомнительными намерениями.
За те несколько дней, что она здесь провела, Цуй Сююнь успела очаровать многих слуг. Узнав, что она уходит, те не скрывали печали, но приказ господина — закон.
Тао Мэнчжи сидела на густом дереве и с любопытством наблюдала за сценой прощания внизу.
— Сююнь, мы больше никогда тебя не увидим! — рыдала та самая служанка, что просила за неё.
— И не говори, у-у-у! — вторила ей полноватая старшая служанка.
— Это моя вина. Если бы я приготовила то, что любит госпожа Тао, она бы не рассердилась. Я виновата, — Цуй Сююнь сжала брови, а слёзы отчаянно блестели в глазах, но она упрямо не давала им упасть.
— Никогда бы не подумала, что госпожа Тао такая мелочная.
— Точно! С виду такая милая, а на самом деле...
— Тише вы, стены имеют уши!
Тао Мэнчжи не сдержала смешка:
— Стены ушей не имеют, зато на дереве их целых два!
Все вздрогнули и посмотрели вверх. Виновница их обсуждений сидела на ветке и улыбалась. Служанки в панике повалились на колени:
— Госпожа Тао, простите, мы не то имели в виду!
— Цуй Сююнь, не вини своего господина. У нас с ним брак по воле родителей. Если я уступлю место жены кому-то другому, как мы будем смотреть в глаза нашим семьям? — мягко сказала Тао Мэнчжи.
Смысл этих слов был понятен любому здравомыслящему человеку. Служанки в шоке уставились на Цуй Сююнь.
Оказывается, её выгнали за то, что она пыталась пробраться в постель к господину! А она врала, что виной всему мелочность госпожи Тао!
Цуй Сююнь, разъяренная, выкрикнула:
— Не ври! Я не хотела быть женой господина!
— Знаю, знаю. В конце концов, он ведь инвалид, — Тао Мэнчжи понимающе кивнула.
Взгляды окружающих вонзились в Цуй Сююнь, словно стальные иглы. Она дрожащим пальцем указала на Тао Мэнчжи:
— Я не такая, как ты! Злая и высокомерная! Ты презираешь господина! А он даже будучи инвалидом, всё равно благороден!
— Вот именно поэтому я и приношу ему лекарства, чтобы он вылечил ноги, — согласилась Тао Мэнчжи. — Я верю, что Е Фэнлань на своих ногах будет сиять еще ярче.
...
Ночной ветер был прохладным. Е Фэнлань смыл с себя пот, выступивший от боли во время лечения, и сел, завернувшись в халат.
— Она так и сказала? — спросил он, закрывая бухгалтерскую книгу.
— Да, госпожа Тао сказала именно так, — почтительно кивнул теневой страж.
Е Фэнлань посмотрел в окно на небо. Изогнутая луна висела высоко, напоминая улыбку Тао Мэнчжи.
Осознав, что снова погрузился в мысли о ней, Е Фэнлань поджал губы.
【Динь — Система: расположение Е Фэнланя +5, текущее значение: 53.】
...
Время текло словно вода. Настал день отъезда Тао Мэнчжи. До свадьбы оставался месяц, и ей нужно было вернуться домой, чтобы подготовиться. К тому же, по обычаям, до свадьбы жених и невеста не должны были видеться.
— Е Фэнлань, я уезжаю, — сказала Тао Мэнчжи, сидя напротив него за рабочим столом.
— Будь осторожна в дороге, — Е Фэнлань перевернул страницу.
— И всё? — подождав, Тао Мэнчжи снова подала голос.
— ...
Она закатила глаза:
— У тебя нет ничего больше, что можно сказать?!
Е Фэнлань поднял взгляд:
— А что нужно сказать?
— Мог бы хотя бы сказать, что будешь скучать! — недовольно бросила она.
Е Фэнлань сделал глоток чая:
— ...Ты собрала вещи?
Тао Мэнчжи в сердцах хлопнула по столу и уставилась на него, пока глаза не начали слезиться, но он больше не проронил ни слова. Она надулась:
— Ладно, не стоило ждать от тебя чего-то еще.
Она обошла стол, подошла к нему и похлопала по плечу:
— Господин Е, можно тебя попросить об одном деле?
— О чем? — он повернул голову.
Тао Мэнчжи таинственно наклонилась к нему и прошептала:
— Вот об этом! — она обхватила его лицо руками и поцеловала прямо в губы.
Разряд тока прошел через губы прямо в сердце. Е Фэнлань застыл, а когда опомнился, Тао Мэнчжи уже и след простыл.
В тихом кабинете гулко отдавалось бешеное сердцебиение. Е Фэнлань прижал руку к груди, пытаясь успокоиться, но безуспешно.
【Динь — Система: расположение Е Фэнланя +7, текущее значение: 60.】
...
Утренние птицы щебетали, легкий ветерок шевелил ивовые ветви. Тао Мэнчжи стояла у ворот поместья с подарками для родителей и прощалась с Е Фэнланем:
— Я уезжаю. Не забудь скучать по мне! — она улыбнулась. — Дядя Ли, спасибо за заботу, я доставила вам столько хлопот, прошу прощения.
— Госпожа, вы слишком вежливы, это мой долг, — замахал руками дядя Ли.
Тао Мэнчжи перевела взгляд на Е Фэнланя. В последние дни он двигался намного лучше, хотя без посторонней помощи мог пройти лишь немного, поэтому всё еще пользовался креслом. Но к свадьбе он должен полностью восстановиться, думала она.
— Е Фэнлань, — она позвала его по имени и протянула руки.
Он помедлил, но всё же вложил свои ладони в её.
Тао Мэнчжи сжала их, рывком поднимая его из кресла. Они стояли лицом к лицу; даже будучи выше многих девушек, она доставала ему лишь до груди. Она отпустила руки и обняла его, прижавшись головой к его груди, где отчетливо слышалось ускоренное сердцебиение.
— Ты... отпусти! — раньше она проявляла такую близость только наедине, а сейчас — прямо на глазах у всех!
Е Фэнлань в смущении попытался отстраниться, а насмешливый взгляд дяди Ли заставил его еще больше покраснеть.
— Е Фэнлань, я хочу, чтобы в день свадьбы ты приехал за мной лично, — Тао Мэнчжи крепче обняла его за талию, уткнувшись лицом ему в грудь.

Комментарии

Загрузка...