— Это что ещё такое? — Шао Цинхуэй с недоумением уставился на листок в руках у ребёнка. Не дожидаясь ответа, он перевёл взгляд на край собственного аппарата. Хотя у него было слабое зрение, не заметить белое пятно в том же самом месте, где мальчик нашёл свою записку, было невозможно.
Как он мог не заметить столь очевидный посторонний предмет? Наверное, всё дело в очках, иначе он бы давным-давно обнаружил эту бумажку. Шао Цинхуэй свалил всё на близорукость, хотя прекрасно понимал: дело не только в плохом зрении, но и в собственной невнимательности. Впрочем, главной причиной было то, что на него навалилось слишком много событий сразу.
— Кажется, эта штука... — Цюй Сюньлянь тоже заметил листок в руках у ребёнка и хлопнул себя по лбу. — А, точно! Я ведь нашёл такую же белую бумажку в своём отсеке. Надо же, и в его отсеке оказалась такая же. Если бы не увидел, совсем бы забыл о её существовании. Интересно, а в отсеке Сяо Хуэя нет... О, нашёл! Тут, точно так же, как и у меня.
Цюй Сюньлянь подошёл к машине Шао Цинхуэя, заглянул вглубь и выудил оттуда листок, собираясь протянуть его хозяину. Если бы это случилось раньше, Шао Цинхуэй наверняка велел бы ему положить бумажку на место и уйти, но сейчас он уже не обращал внимания на дистанцию и молча взял листок. Однако первым делом он не стал читать текст, а озадаченно переспросил:
— Отсек?
— М?
— Ты только что сказал слово отсек?
— А я сказал? Не помню. Знаешь, я часто забываю, что говорил секунду назад.
— Нет, ты определённо произнёс это слово. Ты называешь этот непонятный объект отсеком? Почему? Ты знаешь, что это такое?
— Ой, Сяо Хуэй, ну зачем ты засыпаешь меня вопросами? Я не знаю, на какой отвечать первым.
На лице Цюй Сюньляня появилось растерянное выражение, и, судя по всему, он действительно был сбит с толку. Шао Цинхуэй же думал совсем иначе:
— Твой характер — это правда или ты притворяешься? Если правда, я бы хотел посмотреть на устройство твоего мозга. Неужели в такой большой голове помещается только одна клетка? Чего ты голову прикрыл? Думаешь, я собираюсь её вскрывать? Только что говорил, что ничего не понимаешь, а теперь так быстро среагировал. Спрашиваю ещё раз: ты знаешь, что это за чёрная железяка?
— Н-нет, не знаю.
— Тогда почему ты называешь её отсеком?
— Потому что... потому что в фильмах их так называют.
— В фильмах?
— Ну да. Сяо Хуэй, ты что, никогда не смотрел фантастику? Там их часто показывают. Форма, конечно, не совсем такая, но я сразу понял, что это именно те самые отсеки из кино.
Шао Цинхуэй недоверчиво повторил слово фантастика. Получив подтверждение, он почувствовал полное бессилие. Не стоило и надеяться, что Цюй Сюньлянь знает хоть что-то дельное. Когда тот назвал эти машины отсеками, он было подумал, что парень в курсе дела, а оказалось — всё почерпнуто из фильмов.
— И как же эти отсеки из кино называются на самом деле и для чего они нужны?
— Хм... — Цюй Сюньлянь задумался и расплылся в улыбке. — Не знаю! В фильме об этом упоминали, но всё было так сложно, что я не запомнил. Зато я помню одну реплику героя к героине: Если устала, возвращайся в отсек, отдохни, а здесь я сам справлюсь. Казалось бы, обычные слова, но в тот момент они попали в метеоритный поток. Знаешь, что такое метеоритный поток? Это...
— Достаточно, больше не надо.
Шао Цинхуэй прервал его и тяжело вздохнул. Как же так: важное он не запоминает, зато всякую ерунду помнит дословно. Впрочем, одна деталь в этой бесполезной фразе всё же привлекла его внимание.
Цюй Сюньлянь обиженно замолчал. Он как раз собирался рассказать об одной из самых знаменитых сцен и даже хотел посоветовать этот фильм, но Шао Цинхуэй явно не проявлял интереса. Цюй Сюньлянь притих и стал наблюдать за ним. Увидев, что тот застыл, глядя на записку, он не выдержал и заглянул через плечо:
— Сяо Хуэй, ты чего завис? Не можешь разобрать буквы? Давай я тебе прочитаю.
— Не надо, я сам вижу.
— О, так ты умеешь читать? Как здорово!
— Ты это сейчас серьёзно? В наше время кто-то не умеет читать? Если хочешь просто напомнить о своём присутствии, можешь молчать — ты и так достаточно заметен.
Шао Цинхуэй обернулся и только сейчас заметил, что Цюй Сюньлянь стоит совсем рядом.
— И ты! Не надо озираться, я к тебе обращаюсь. Я вроде не разрешал тебе подходить так близко. Отойди подальше. Да, стой там.
Дождавшись, пока Цюй Сюньлянь отойдёт, Шао Цинхуэй снова углубился в чтение. Он несколько раз перечитал текст, осмотрел бумажку с обратной стороны, а затем перевёл взгляд на ребёнка. Тот как раз пытался сложить из своего листка бумажный самолётик. Шао Цинхуэй помахал своей запиской, привлекая внимание. Ребёнок поднял голову, увидел, кто шумит, и посмотрел на него с таким раздражением, будто спрашивал: Ну что тебе опять надо?
— Дай посмотреть, что у тебя в руках.
— Зачем?
Мальчик спрятал листок за спину, явно опасаясь, что Шао Цинхуэй попытается его отобрать. Ничего важного в записке не было, но отдавать её он не собирался — просто из вредности, потому что Шао Цинхуэй ему не нравился. Тот, разумеется, заметил этот манёвр.
— Не бойся, я не собираюсь отбирать игрушки у детей. Ты уже прочитал, что там написано? Если что-то непонятно, могу объяснить.
— Нет. А вот ты свои очки потерял, сможешь вообще разобрать буквы? Может, мне тебе почитать?
— У меня не настолько плохое зрение, чтобы не прочитать этот текст.
Шао Цинхуэй наконец уловил в словах ребёнка какую-то странную нотку. Вроде бы он не делал ничего плохого, но что-то было не так.

Комментарии

Загрузка...