— О, вот оно что. А ты не сказал, и я подумал, что близорукость и дальнозоркость — одно и то же. Прости, у меня зрение полтора, мне твоих ощущений не понять. Так зачем тебе мой листок? Сразу предупреждаю, на нем нет транскрипции, так что если ты хотел прочитать его, чтобы выучить произношение незнакомых иероглифов, то ты просчитался.
Слушая ребенка, Шао Цинхуэй почувствовал резкую боль в голове и потер виски. Почему в тоне собеседника слышится такая неприязнь? Что он сделал не так? Просто спросил, что именно тому непонятно. Или это и есть истинное лицо ребенка?
— Я просто хотел сравнить, одинаковое ли содержание на обоих листках.
— Вот как.
Выслушав Шао Цинхуэя, ребенок поднял голову и немного подумал.
— Не то чтобы я не мог тебе его дать, но это разве просьба? Если не выразишься яснее, я подумаю, что ты просто пришел придираться. Давай так: если переформулируешь свою просьбу и добавишь в начале слово пожалуйста, может, я и подумаю. Ну как, отличная идея, правда?
— ...
Глядя на довольную улыбку ребенка, Шао Цинхуэй начал заново осмысливать определение слова вежливость.
— С чего это вы вдруг стали такими дружными? — раздался голос Цюй Сюньляня.
— Ты что, ослеп? Где ты увидел, что мы дружим?
— А?
Цюй Сюньлянь почесал затылок. Хотя ребенок сразу же его одернул, это не изменило мнения Цюй Сюньляня — ведь он слышал весь их разговор от начала до конца.
— Точно, Цюй Сюньлянь, ты же говорил, что у тебя тоже есть такой листок?
— Листок? А, ну да, тот, что мы нашли в капсуле. Есть, а что?
— Отдай свой мне.
— Зачем?
— Сказал отдать — отдавай, хватит болтать.
Еще один суровый взгляд, и Цюй Сюньлянь, получив сигнал, без лишних слов отправился к своей машине искать бумажку. Этот метод работал безотказно. За несколько столкновений Шао Цинхуэй уже успел изучить характер Цюй Сюньляня и понял, как с ним управляться. А вот ребенок... это тот тип личности, с которым Шао Цинхуэй меньше всего хотел иметь дело. К счастью, у Цюй Сюньляня нашелся такой же листок, так что ломать голову над переговорами с ребенком не пришлось.
Хотя, если честно, не то чтобы он не умел находить подход к детям — просто он не хотел произносить это самое пожалуйста. Но признаться в этом Шао Цинхуэй не желал.
Проводив взглядом спину Цюй Сюньляня, Шао Цинхуэй обернулся к ребенку. Тот, услышав их разговор, уже отвернулся и теперь сидел к нему затылком, продолжая вертеть в руках свою бумажку.
Шао Цинхуэй хотел было разглядеть, что именно ребенок мастерит из листка, но его отвлек белый лист, возникший перед глазами. Он перевел взгляд на подошедшего Цюй Сюньляня, забрал бумагу и махнул рукой, отпуская его. Учитывая их прошлые стычки, Цюй Сюньлянь должен был понять жест, означающий уходи, но Шао Цинхуэй забыл, с кем имеет дело.
Цюй Сюньлянь неверно истолковал жест и, решив, что его зовут ближе, сунулся прямо к лицу Шао Цинхуэя. В следующую секунду его зрение померкло, а дыхание перехватило.
— Отойди от меня.
На этот раз Шао Цинхуэй не просто оттолкнул его, а вцепился всей пятерней в лицо Цюй Сюньляня. Тот от боли начал испуганно дергаться. Спустя мгновение Шао Цинхуэй разжал пальцы, и Цюй Сюньлянь, вырвавшись из железной хватки, без лишних слов поспешно отбежал на безопасное расстояние, потирая лицо.
Бросив на него короткий взгляд, Шао Цинхуэй разложил оба листка на платформе аппарата и принялся сравнивать текст. На первый взгляд содержание было идентичным, отличались лишь знаки препинания. Если бы не рукописный текст, можно было бы подумать, что это ксерокопии одного и того же документа.
— Вы знаете, кто это сюда положил?
Шао Цинхуэй поднял листки, но оба лишь покачали головами.
— Вы знаете, где мы находимся?
Снова покачали головами.
— Этот аппарат вам знаком? Кроме как в кино, вы его видели?
Цюй Сюньлянь закрыл только что открытый рот и вместе с другим парнем помотал головой.
— Думали о том, зачем нас сюда привезли? Или, может, у вас есть враги?
Шао Цинхуэй смотрел на их отрицательные жесты. Что ж, ожидаемый ответ. Подумав об этом, он вдруг рассмеялся во весь голос.
— Ха-ха-ха-ха! Никогда бы не подумал, что доживу до такого дня.
Внезапный смех Шао Цинхуэя напугал присутствующих. Цюй Сюньлянь несколько секунд стоял с вытаращенными глазами, а придя в себя, украдкой подошел к парню и, указывая пальцем на голову, спросил:
— Он что, свихнулся?
Шао Цинхуэй услышал этот вопрос.
— Слушайте, вы ведь очнулись раньше меня. Как вы до сих пор не поняли, в какой ситуации мы оказались? Впрочем, глядя на тебя, я и не ждал, что ты что-то сообразишь.
— Сяо Хуэй, ты что-то понял?
— Нет, с чего бы... Что у тебя за выражение лица? Я не говорил, что что-то понял. Впрочем, нельзя сказать, что совсем ничего. Судя по текущей ситуации, высока вероятность похищения.
— Похищения?! Меня похитили?! Кто?! Кто посмел провернуть такое дерзкое дело?
— Чему ты радуешься? И можешь говорить потише? Откуда мне знать, кто нас похитил? Если бы я знал, стал бы я вас спрашивать? К тому же, это лишь предположение, есть и другие варианты. Но похищение — самый вероятный. Как бы то ни было, мы оказались втянуты в серьезное уголовное преступление.
Говоря это, Шао Цинхуэй внимательно наблюдал за ними, пытаясь уловить малейшие движения. Ребенок, до этого сидевший к нему спиной, прислушавшись к словам, тихонько развернулся. Но так как его голова была опущена, Шао Цинхуэй не заметил, что выражение лица у того стало крайне серьезным.
— Неизвестно, зачем нас похитили. Ради денег? Возможно, и так...
— Денег? Значит, это вымогательство? А вдруг похитители прямо сейчас звонят нашим семьям и требуют выкуп? Интересно, если заплатят, они нас отпустят или убьют?
— Убьют?
Услышав это слово, ребенок широко раскрыл глаза и посмотрел на Цюй Сюньляня, не скрывая охватившего его ужаса.
Это было последнее, что хотел видеть Шао Цинхуэй. Он специально избегал этих слов, боясь именно такой реакции, но Цюй Сюньлянь, не чувствуя атмосферы, прямо произнес то, что напугало ребенка.
В тот момент, когда Шао Цинхуэй лихорадочно соображал, как сгладить ситуацию, до этого молчавший парень — то ли чтобы успокоить ребенка, то ли просто высказав свою мысль — произнес:
— Это не похищение.

Комментарии

Загрузка...