Межзвездная контрабанда XXI века — Глава 19 читать онлайн

Вернувшись в гостиницу, У Юнь бережно разложил драгоценные камни на кровати. Глядя на эти прозрачные, сверкающие кристаллы, что мерцали в свете лампы, он снова вспомнил Цзэн Кэань — ту прекрасную девушку, похожую на эльфа, которая, как и эти камни, вобрала в себя дух неба и земли, и от нее исходила захватывающая красота.Красивых камней размером с кулак было целых 30 штук. У Юнь набил под завязку целый большой рюкзак, и даже устройство для преобразования энергии, о котором Ролан не раз напоминал, пришлось сунуть в сумку.В тот день У Юнь, наполовину всерьез, наполовину в шутку, спросил Ролана:— Почему кажется, будто внутри этих красивых камней что-то течет?Ответ Ролана он запомнил надолго:— Ты хочешь сказать, будто в них есть жизнь? — со вздохом произнес он. — Когда я впервые их увидел, было то же самое. Это, собственно, и есть простой способ определить, есть ли в камне энергия. У обычных драгоценных камней такого свечения нет, а чем выше класс камня, тем оно заметнее. Жаль только, что, пока камень не добыт, по необработанной породе это определить очень трудно.Думая об этом, У Юнь снова перевел взгляд на энергетические камни и принялся внимательно разглядывать изгибы их струящегося света. Раньше он к драгоценностям был совершенно равнодушен: если и дарил что-то, то не эти, по его мнению, внешне красивые, но пустые безделушки. А вот камни, что переливались теплым светом, ему очень нравились. «Выходит, человек не придает чему-то значения, пока не увидит его с самой красивой стороны, — думал У Юнь. — Вот и я раньше не испытывал к красавицам ничего особенного: поцелуй часто волновал меня меньше, чем решенное уравнение. Но когда передо мной появилась Цзэн Кэань, я стал сам не свой».У Юнь покачал головой, и ему стало немного смешно: надо же, он оказался таким сентиментальным — от одного камня у него уже гормоны взыграли. А если взять кристалл, который Ролан называет камнем высшего класса, — тогда что, вовсе изведешься? Но в следующее мгновение У Юнь снова вспомнил Цзэн Кэань. Разве она не была девушкой, прекрасной, как драгоценный камень?У Юнь мысленно обругал себя последними словами за такую слабохарактерность. Тогда они виделись почти каждый день, а он даже словом с ней не перемолвился, а теперь, непонятно почему, постоянно о ней думает. Неужели расстояние и вправду рождает красоту?Впрочем, винить У Юня было нельзя: от начала анализа метеорита до встречи с его владельцем прошло больше десяти месяцев, и все это время он не прикасался к женщинам. Как тут парню двадцати с лишним лет не закипеть кровью? Что уж говорить о редкой восточной красавице — даже любая мало-мальски миловидная женщина не давала ему покоя. Но ни при продаже товара, ни при покупках посторонних в дело пускать нельзя, так что оставалось только мечтать.Еще раз посочувствовав себе, У Юнь лежал на кровати в обнимку с кучей бесценных камней и размышлял о том, как именно ему действовать.Работать точно будет некогда. Но он и так сам себе хозяин, а с Оргкомитетом Олимпийских игр связан лишь формально: стоит через Чэнь Яояна замолвить словечко — и оставшиеся несколько месяцев контракта ничего не стоят, пустая бумажка. А вот продажа драгоценных камней — это была настоящая головная боль для У Юня.Такое количество высококачественных рубинов — дело хоть и не невиданное, но очень ценное, а продать сразу 30 штук — это вызвало бы переполох в ювелирном мире, что не входило в намерения У Юня. Но даже если продавать по одному-два: мало того что это отнимает время, так еще и непрерывная продажа похожих камней привлечет внимание наблюдательных людей. Разве оценщики, которые зарабатывают на жизнь своим наметанным глазом, не увидят, что эти роскошные экземпляры отколоты от одного и того же камня? Тогда все эти прятанья и осторожность дадут обратный эффект, и от этого у У Юня раскалывалась голова.Если бы речь шла только о том, чтобы замести следы, посредник был бы хорошим решением — но и самым неосуществимым. Не говоря уже о том, что посредник может тебя продать, — один только поиск такого человека доставлял немало хлопот.Из всех знакомых У Юня Чэнь Яоян, безусловно, был первым, кто мог похвастаться самыми широкими связями: родословная, да еще почти десять лет он прошел огонь и воду в Пекине — продать тихо камень или найти человека, сведущего в этом деле, было для него проще простого. Но У Юнь с ним близко знаком не был. Будь товар обычный, Чэнь Яоян наверняка с радостью помог бы, но отдать ему вещь стоимостью в десятки миллионов — это уже прямое искушение, толкающее на преступление. А раз вещь такая дорогая, а документов о законном приобретении у него нет, продать ее через официальные каналы действительно было очень трудно.Сейчас все аукционные дома и ювелирные магазины так или иначе связаны с властями, и за границей тоже. Хотя многие организации заявляют, что строго хранят тайну клиента, но это по большей части тайна от обычных покупателей, а не от государства. И это еще простые вопросы. Главное в том, что любая организация, покупая твою вещь или помогая ее продать, всегда требует предъявить всевозможные справки, включая документы о праве собственности на ценное имущество. Если У Юнь не может их предоставить, отговорки вроде «это семейная реликвия» или просто «я это нашел» вряд ли кого-то убедят, и крупные торговые компании обычно отказываются открыто продавать такие вещи.Но если продавать через тайные каналы, то, во-первых, у него самого туда не было выхода, а во-вторых, никакой гарантии безопасности. Поговорка «не выставляй богатство напоказ» как раз о том, что у людей нет самообладания: человек, у которого и в мыслях не было грабить, при виде такого огромного богатства вряд ли останется равнодушным. Все эти тревоги одна за другой ставили У Юня в тупик.На самом деле У Юнь главным образом не хотел продавать эти камни задешево. С тех пор как он узнал, насколько дорог ло-коин, он возлагал на эти камни большие надежды. Но без официальных каналов не только цена сильно упадет, но еще и возьмут огромные комиссионные, и это ставило У Юня перед трудным выбором.У Юнь очень хотел все как следует обдумать, но за эти два дня он слишком устал: на космическом корабле отдохнуть не удалось, нервы были на пределе. Долго думая и ничего не придумав, У Юнь незаметно задремал.Солнце стояло уже высоко, когда У Юнь проснулся. Потирая затекшую поясницу, он с горькой усмешкой посмотрел на усыпанную камнями кровать. Кто это сказал, что спать на деньгах — самое приятное? Эти твердые камни так отлежали ему все тело, что он долго отмокал в ванне, прежде чем почувствовал себя лучше. Так, не спеша, он провозился до второй половины дня и только тогда, потирая поясницу, спустился вниз поесть.Только дойдя до ресторана, У Юнь по взгляду одного человека понял, над чем они смеются. Еще с тех пор как он вышел из номера, люди, глядя на него, посмеивались, но он не понимал, в чем дело. Теперь же, взглянув на руку, которой он потирал поясницу, он наконец сообразил, почему их улыбки такие двусмысленные. Мельком глянув на себя в зеркало, У Юнь и сам рассмеялся.Как раз когда он веселился, рядом послышался новый смех — да еще такой громкий, что У Юнь изрядно разозлился. Над собой смеяться — одно удовольствие, а когда смеются другие, это уже вовсе не проявление доброты к ближнему, тем более смеяться так бесцеремонно — просто невежливо. У Юнь обернулся.Еще одна хорошенькая девушка!Это была иностранка в костюме с юбкой, блондинка, милая, как кукла Барби, полная юной прелести. Заметив, что У Юнь смотрит на нее, она немного смутилась и отвернулась.

Красивых камней размером с кулак было целых 30 штук. У Юнь набил под завязку целый большой рюкзак, и даже устройство для преобразования энергии, о котором Ролан не раз напоминал, пришлось сунуть в сумку.

В тот день У Юнь, наполовину всерьез, наполовину в шутку, спросил Ролана:

— Почему кажется, будто внутри этих красивых камней что-то течет?

Ответ Ролана он запомнил надолго:

— Ты хочешь сказать, будто в них есть жизнь? — со вздохом произнес он. — Когда я впервые их увидел, было то же самое. Это, собственно, и есть простой способ определить, есть ли в камне энергия. У обычных драгоценных камней такого свечения нет, а чем выше класс камня, тем оно заметнее. Жаль только, что, пока камень не добыт, по необработанной породе это определить очень трудно.

Думая об этом, У Юнь снова перевел взгляд на энергетические камни и принялся внимательно разглядывать изгибы их струящегося света. Раньше он к драгоценностям был совершенно равнодушен: если и дарил что-то, то не эти, по его мнению, внешне красивые, но пустые безделушки. А вот камни, что переливались теплым светом, ему очень нравились. «Выходит, человек не придает чему-то значения, пока не увидит его с самой красивой стороны, — думал У Юнь. — Вот и я раньше не испытывал к красавицам ничего особенного: поцелуй часто волновал меня меньше, чем решенное уравнение. Но когда передо мной появилась Цзэн Кэань, я стал сам не свой».

У Юнь покачал головой, и ему стало немного смешно: надо же, он оказался таким сентиментальным — от одного камня у него уже гормоны взыграли. А если взять кристалл, который Ролан называет камнем высшего класса, — тогда что, вовсе изведешься? Но в следующее мгновение У Юнь снова вспомнил Цзэн Кэань. Разве она не была девушкой, прекрасной, как драгоценный камень?

У Юнь мысленно обругал себя последними словами за такую слабохарактерность. Тогда они виделись почти каждый день, а он даже словом с ней не перемолвился, а теперь, непонятно почему, постоянно о ней думает. Неужели расстояние и вправду рождает красоту?

Впрочем, винить У Юня было нельзя: от начала анализа метеорита до встречи с его владельцем прошло больше десяти месяцев, и все это время он не прикасался к женщинам. Как тут парню двадцати с лишним лет не закипеть кровью? Что уж говорить о редкой восточной красавице — даже любая мало-мальски миловидная женщина не давала ему покоя. Но ни при продаже товара, ни при покупках посторонних в дело пускать нельзя, так что оставалось только мечтать.

Еще раз посочувствовав себе, У Юнь лежал на кровати в обнимку с кучей бесценных камней и размышлял о том, как именно ему действовать.

Работать точно будет некогда. Но он и так сам себе хозяин, а с Оргкомитетом Олимпийских игр связан лишь формально: стоит через Чэнь Яояна замолвить словечко — и оставшиеся несколько месяцев контракта ничего не стоят, пустая бумажка. А вот продажа драгоценных камней — это была настоящая головная боль для У Юня.

Такое количество высококачественных рубинов — дело хоть и не невиданное, но очень ценное, а продать сразу 30 штук — это вызвало бы переполох в ювелирном мире, что не входило в намерения У Юня. Но даже если продавать по одному-два: мало того что это отнимает время, так еще и непрерывная продажа похожих камней привлечет внимание наблюдательных людей. Разве оценщики, которые зарабатывают на жизнь своим наметанным глазом, не увидят, что эти роскошные экземпляры отколоты от одного и того же камня? Тогда все эти прятанья и осторожность дадут обратный эффект, и от этого у У Юня раскалывалась голова.

Если бы речь шла только о том, чтобы замести следы, посредник был бы хорошим решением — но и самым неосуществимым. Не говоря уже о том, что посредник может тебя продать, — один только поиск такого человека доставлял немало хлопот.

Из всех знакомых У Юня Чэнь Яоян, безусловно, был первым, кто мог похвастаться самыми широкими связями: родословная, да еще почти десять лет он прошел огонь и воду в Пекине — продать тихо камень или найти человека, сведущего в этом деле, было для него проще простого. Но У Юнь с ним близко знаком не был. Будь товар обычный, Чэнь Яоян наверняка с радостью помог бы, но отдать ему вещь стоимостью в десятки миллионов — это уже прямое искушение, толкающее на преступление. А раз вещь такая дорогая, а документов о законном приобретении у него нет, продать ее через официальные каналы действительно было очень трудно.

Сейчас все аукционные дома и ювелирные магазины так или иначе связаны с властями, и за границей тоже. Хотя многие организации заявляют, что строго хранят тайну клиента, но это по большей части тайна от обычных покупателей, а не от государства. И это еще простые вопросы. Главное в том, что любая организация, покупая твою вещь или помогая ее продать, всегда требует предъявить всевозможные справки, включая документы о праве собственности на ценное имущество. Если У Юнь не может их предоставить, отговорки вроде «это семейная реликвия» или просто «я это нашел» вряд ли кого-то убедят, и крупные торговые компании обычно отказываются открыто продавать такие вещи.

Но если продавать через тайные каналы, то, во-первых, у него самого туда не было выхода, а во-вторых, никакой гарантии безопасности. Поговорка «не выставляй богатство напоказ» как раз о том, что у людей нет самообладания: человек, у которого и в мыслях не было грабить, при виде такого огромного богатства вряд ли останется равнодушным. Все эти тревоги одна за другой ставили У Юня в тупик.

На самом деле У Юнь главным образом не хотел продавать эти камни задешево. С тех пор как он узнал, насколько дорог ло-коин, он возлагал на эти камни большие надежды. Но без официальных каналов не только цена сильно упадет, но еще и возьмут огромные комиссионные, и это ставило У Юня перед трудным выбором.

У Юнь очень хотел все как следует обдумать, но за эти два дня он слишком устал: на космическом корабле отдохнуть не удалось, нервы были на пределе. Долго думая и ничего не придумав, У Юнь незаметно задремал.

Солнце стояло уже высоко, когда У Юнь проснулся. Потирая затекшую поясницу, он с горькой усмешкой посмотрел на усыпанную камнями кровать. Кто это сказал, что спать на деньгах — самое приятное? Эти твердые камни так отлежали ему все тело, что он долго отмокал в ванне, прежде чем почувствовал себя лучше. Так, не спеша, он провозился до второй половины дня и только тогда, потирая поясницу, спустился вниз поесть.

Только дойдя до ресторана, У Юнь по взгляду одного человека понял, над чем они смеются. Еще с тех пор как он вышел из номера, люди, глядя на него, посмеивались, но он не понимал, в чем дело. Теперь же, взглянув на руку, которой он потирал поясницу, он наконец сообразил, почему их улыбки такие двусмысленные. Мельком глянув на себя в зеркало, У Юнь и сам рассмеялся.

Как раз когда он веселился, рядом послышался новый смех — да еще такой громкий, что У Юнь изрядно разозлился. Над собой смеяться — одно удовольствие, а когда смеются другие, это уже вовсе не проявление доброты к ближнему, тем более смеяться так бесцеремонно — просто невежливо. У Юнь обернулся.

Еще одна хорошенькая девушка!

Это была иностранка в костюме с юбкой, блондинка, милая, как кукла Барби, полная юной прелести. Заметив, что У Юнь смотрит на нее, она немного смутилась и отвернулась.

П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)

Комментарии