Первый луч солнца пронзил тьму, и мир озарился светом.
На рассвете юноша неспешно открыл глаза. После того как вчера вечером он охотно согласился вступить в армию, отношение к нему со стороны всех солдат заметно потеплело — они стали относиться к нему как к своему.
Что касается регистрации в списках, то это было делом пары минут. С того самого момента, как Мэн Сиянь дал согласие, он стал полноправным бойцом армии Кровавого ножа. Генерал Ван был его командиром, а эти солдаты — его старшими товарищами и соратниками.
Благодаря этому он впервые за долгое время спал спокойно, безмятежным сном.
Он завороженно смотрел, как солнечные лучи окрашивают в золото разбитые городские ворота, и на душе стало необъяснимо легко. Он не знал почему, да и не хотел в этом разбираться — если для радости искать причину, она перестанет быть искренней. Возможно, много лет спустя, когда он будет брести сквозь вечную ночь с тусклым фонарем в руках, он всё еще будет вспоминать, что здесь, в этом месте, у него когда-то был дом.
Мир дает человеку немногое, но каждая крупица тепла согревает сердце.
Мэн Сиянь пришел в себя. Солдаты заканчивали приготовления. Генерал Ван стоял у повозки, прямой, словно сосна.
— Построиться. Выступаем. Мэн Ци, веди!
Посчитав имя Мэн Сиянь слишком книжным и вычурным, генерал дал ему порядковый номер. Кто знает, может, это номер приемного сына? Юноша счел это забавным, но медлить не стал. Он быстро вскочил на боевого коня Ли Юаня и направился к самому сердцу очага бедствия.
Что до Ли Юаня, то он, разумеется, отправился в повозку залечивать раны и восстанавливать руку. Любой практик уровня Колеса и выше мог отрастить утраченную конечность, заплатив определенную цену — вопрос был лишь во времени. Ходили слухи, что мастера второго этапа совершенствования способны на это в мгновение ока. А некоторые обладали великим даром возрождения из капли крови: пока жива хоть одна капля, они бессмертны.
Размышляя об этом, юноша почувствовал, как в нем вскипает боевой дух. Ему показалось, что даже конь под ним прибавил ходу. Так отряд из сотни человек помчался к центру аномалии.
...
— Генерал, здесь. Именно здесь появились Кровавоглазые призрачные змеи и призрачные камни.
Мэн Сиянь взглянул на несколько черных змей, которые поспешно юркнули обратно в щели, и на усеянную обломками камней и кусками плоти землю. Уголок его рта дернулся. Он продумал всё, кроме уборки поля боя. Обломков и останков было не меньше сотни, и его вчерашний рассказ о поспешном бегстве теперь выглядел крайне неуместно.
Остальные солдаты ничего не заметили, но Мэн Сиянь почувствовал, как в воздухе повисла странная, пугающая тишина. Он потер виски и тихо кашлянул.
— Генерал...?
— Ха-ха... Мэн Ци, ты неплох...
К счастью, у генерала Вана были дела поважнее. Он лишь многозначительно усмехнулся и перевел взгляд на глубину руин. Мэн Сиянь слегка выдохнул: в такое время генерал вряд ли станет сводить с ним счеты. А будущее — это забота завтрашнего дня.
Неподалеку, слева от него, виднелся пустырь. Раньше там стояла школа, но теперь она словно испарилась — не осталось ничего. Юноша тихо вздохнул. В последующие дни он рисковал жизнью, возвращаясь сюда в надежде снова увидеть учителя и лично поблагодарить его. Но мир — лишь постоялый двор, а все мы — лишь странники. Тот учитель и его ученики исчезли, словно утренняя дымка под порывом ветра.
Погруженный в раздумья, он почувствовал, как отряд двинулся вперед. Кто-то прошел мимо него вглубь территории. Там стояла усадьба. Совершенно целая усадьба.
Этот факт заставил всех замереть. По спине пробежал холодок. Вспышка бедствия была такой силы, что груды плоти и руины вокруг говорили сами за себя, к тому же коррозийная сила призрачной энергии должна была превратить всё в труху. Но эта нетронутая постройка в эпицентре катастрофы вызывала лишь ужас. В зарождающейся запретной зоне не должно быть ничего настолько опасного.
— Генерал, как действуем? — вполголоса спросил один из офицеров.
Он спрашивал о тактике, а не о том, стоит ли отступать. Отступление даже не обсуждалось — они пришли сюда за запретным сокровищем великой силы.
— Спешиться! Приготовиться к бою! Разделиться на три группы. Левый фланг — пятнадцать человек под командованием офицера Чжуана, действовать скрытно, разведать обстановку, при малейшей угрозе отходить. Правый фланг — тридцать человек с облачными стрелами, по сигналу действовать по ситуации. Остальные — за мной. Двигаться парами, прикрывать друг друга, ждать сигнала слева для поддержки.
Приказы генерала Вана прозвучали четко и быстро. Через мгновение хаотичная толпа превратилась в три слаженных подразделения. Мэн Сиянь не мог не восхититься. В мире, где царит закон джунглей и повсюду рыщут чудовища, создать такую железную дисциплину — это не только заслуга высокого уровня совершенствования.
— Мэн Ци, держись рядом со мной. Не отходи дальше чем на три чи, — генерал Вана опустил левую руку, правой сжал рукоять меча. Взгляд его был острым, как у ястреба.
— Есть.
Мэн Сиянь подошел ближе. По всему выходило, что безопаснее всего сейчас находиться рядом с генералом. И все же в душе он насторожился: с чего бы такому важному человеку проявлять заботу о рядовом бродячем культиваторе с посредственными задатками? В этом что-то есть. Нужно быть предельно осторожным. Если понадобится, он без колебаний прикончит этого человека, как только обретет достаточную силу.
Левый фланг уже скрылся в темноте усадьбы. Центральная группа продвигалась вперед, сохраняя предельную бдительность. Мэн Сиянь затаил дыхание, сжав кулаки. Хотя он подавил свое Колесо призрака, физическая мощь, которую давали практики — сила двух быков — никуда не делась. Среди солдат это был самый низкий уровень, но лучше, чем ничего. Воины Империи Дамин совершенствовались поголовно; их техники были не самыми изысканными, зато простыми в освоении. И это было логично: только так люди могли противостоять варварам и нечисти. А те, кого взял с собой генерал Ван, были элитой, каждый как минимум достиг третьего уровня Колеса пробуждения. Мэн Сияню помогало лишь то, что его техника Горного призрака была крайне эффективной в бою, позволяя с первым уровнем Колеса тягаться с теми, кто был на третьем.
Шух!
Повеяло могильным холодом. Ветер был некстати, но как нельзя более вовремя, чтобы пробрать до костей.
Отряд подошел к воротам. Высокая белая стена отрезала их от внешнего мира. Ярко-алые, словно залитые кровью, ворота были приоткрыты, а на них висел огромный черный замок, то ли запертый, то ли нет. На фонарях у входа красовались надписи: на белом — Поминки, на красном — Свадьба.
В воздухе повисло тяжелое молчание. Мэн Сиянь молча визуализировал образ Горного призрака, чтобы унять дрожь в сердце. Генерал Ван рядом с ним был мрачнее тучи, его пальцы на рукояти меча побелели от напряжения.
Скрип...
Пронзительный звук дверных петель отозвался эхом, впуская внутрь страх и гнетущее напряжение. Ворота, которые до этого лишь слегка покачивались, распахнулись сами собой. В образовавшемся проеме послышались плач по усопшим, переплетающийся с праздничным боем барабанов. Белое и красное сплелись в нечто пугающее.
И в этот момент из глубины двора донесся безумный смех:
— Муж... это ты вернулся? ...Муж, почему ты лежишь? Если ты не встанешь... я тебя съем... хе-хе-хе... Ха-ха-ха... Муж, я так тебя люблю, так люблю, что хочу проглотить... А-ха-ха-ха... теперь мы будем... вместе навсегда... ха-ха-ха...

Комментарии

Загрузка...