Цзян Шань бросил взгляд на погруженную во тьму спальню и спросил Ли Шаовэй: ─ Ваше Высочество, в какую сторону?
Ли Шаовэй к тому моменту уже переоделась в легкие ночные одежды для скрытного хода. Она повернулась и посмотрела на утопающую в ночном мраке северную сопку.
Она усмехнулась: ─ Заброшенный больше десятка лет рудник – отчего же Цао И так занервничал? Куда делись те пропавшие запасы угля? Думаю, северная сопка даст нам ответы.
Тут подоспела и Чуньши.
─ Ваше Высочество, я всё выспросила.
Оказалось, пока Цао И отсылал шестерых счетоводов, Ли Шаовэй заранее велела Чуньши развести их по одному и допросить с пристрастием.
─ И каковы же результаты?
─ Старик Лю говорит, что рудник запечатали двенадцать лет назад, а старик Цзя утверждает – десять лет назад, а старик Дин вообще заявил, что на северной сопке еще в прошлом году дорогу ремонтировали.
Ремонтировали дорогу?
Рудник заброшен столько лет, к чему вдруг чинить к нему дорогу?
В памяти ее вновь всплыли те странные колеи от тяжелых повозок, что заметил при въезде Цзян Шань, и непомерно раздутые цифры расхода угля по бумагам.
Все эти разрозненные ниточки сплелись в единую, вполне связную картину.
Рудник на северной сопке вовсе не был заброшен. Или, вернее сказать, заброшен-то он был, но тайком возобновил работу.
Чуньши теперь тоже догадалась о чем-то и осторожно произнесла: ─ Ваше Высочество, неужто тот уголь...?
─ Возможно, для плавки железа, только...
─ Только что? – переспросил стоявший рядом Цзян Шань.
Ли Шаовэй продолжила: ─ Если Цао И просто самовольно добывает железо, то зачем ему столько древесного угля? К тому же... судя по затратам на него, сумма выходит немаленькая, под силу ли какому-то управителю провернуть такое?
А вот Чуньши рассуждала иначе: ─ Принцесса, людской алчности нет предела.
Однако Ли Шаовэй всё равно чувствовала неладное.
─ Так мне скрутить их прямо сейчас? – подал голос Цзян Шань.
─ Скрутить кого? – она окинула его взглядом. ─ На каком основании? По показаниям счетоводов, у которых разошлись слова, или по моим догадкам о тайной добыче руды?*
Цзян Шань опешил от такого вопроса. Он и вправду погорячился: без улик хватать людей сейчас – не только спугнуть волка, но и дать старому пройдохе Цао И шанс повернуть дело против них.
Ли Шаовэй добавила: ─ Не будем пока поднимать шум, отправимся на северную сопку. Я хочу знать наверняка: неужто он помимо незаконной добычи железа творит что-то еще? Куда уходит это железо? И на что идет?
Окинув взглядом прихваченных с собой людей, она повернулась к Чуньши: ─ Все они надежны?
Чуньши ответила: ─ Старые слуги принцевото двора, по происхождению – люди Великой принцессы, им можно верить.
Ли Шаовэй заколебалась: если отбросить их матримониальные узы, не слишком ли опрометчиво с ее стороны так слепо доверять Великой принцессе? Станет ли столь честолюбивая женщина искренне заботиться о собственной дочери?
...
Да и ладно, коли Великая принцесса метила на ее место, она бы не стала потакать прежним безумствам Ли Ванцин и вытаскивать ее из всех передряг.
Ли Ванцин, до чего же ты была глупа...
Поначалу Цзян Шань опасался, что принцесса станет обузой для его маневра – в одиночку он мог бы двигаться неслышно, а если принцесса оплошает или растеряется, они мигом привлекут патрульную стражу.
Но Ли Шаовэй вновь поразила его: облаченная в ладный темный наряд, она двигалась легко и ловко, да еще успевала одергивать остальных членов отряда.
Эта принцесса совсем не походила на изнеженных аристократок, живущих ради праздности. Он ничего не слыхал о ходивших в народе слухах и не знал ее прошлого, но его поражало другое: кто же вырастил принцессу, которой положено лишь купаться в роскоши, столь искусной в стратегии и владеющей боевыми искусствами?
И какова была цель этого человека?
─ Цзян Шань, не зевай, иди сюда.
Тихий шепот Ли Шаовэй и легкий рывок за рукав вырвали его из задумчивости.
Оказалось, что только что прошедший дозор стражи возвращался обратно, ведя на поводке огромного черного пса.
Чуньши и остальные стремглав нырнули в придорожные кусты, а Ли Шаовэй крутанулась на месте, втащила за собой зазевавшегося Цзян Шаня и затаила дыхание.
Цзян Шань от неожиданности остолбенел, а когда повернулся, нос к носу столкнулся с Ли Шаовэй, от которой всё еще пахло благовониями из бойцовской клетки. Тонкий аромат вперемешку с сыростью ночной травы ударил ему в нос, отчего у него самого затуманилось в голове.
Заметив рассеянность Цзян Шаня, Ли Шаовэй вспыхнула от гнева: отвесить ему пощечину побоялась, опасаясь привлечь пса, поэтому просто вцепилась ему в ухо.
Цзян Шань от боли шумно втянул воздух: ─ Ссс...!
Огромный пес тут же залился лаем!
Все моментально зажали рты руками, смертельно боясь выдать себя.
Ли Шаовэй бросила взгляд в сторону животного: оказалось, что стражник как раз принес псу миску с едой, и тот от избытка чувств не удержался от бреха.
Пока пес уплетал корм, вся компания поспешно проскользнула мимо.
С трудом избежав встречи с патрульными, Ли Шаовэй тихо спросила Цзян Шаня: ─ Что с тобой сегодня? То и дело в облаках витаешь, раны еще не зажили?
Кровь прилила к лицу Цзян Шаня от жгучего стыда, он отвернулся: ─ Нет, прошу прощения, Ваше Высочество.
─ Тогда держи ухо востро.
Добравшись наконец до входа в шахту, они обнаружили, что вокруг буйно разрослись сорняки, но от самого зева круглой тропой тянулась натоптанная колея.
Совсем не похоже на место, куда никто не заглядывает.
Проникнув внутрь туннеля, они не прошли и нескольких шагов, как перед ними выросла странная деревянная дверь.
Цзян Шань подошел, проверил замок и обернулся: ─ Замок новенький.
Ли Шаовэй усмехнулась: ─ Шахты заброшены с десяток лет, а от воров берегут на совесть.
─ Ваше Высочество, что делать?
Поразмыслив немного, Ли Шаовэй приказала: ─ Ломайте замок.
Чуньши пошарила по сторонам, подобрала увесистый булыжник и, покачиваясь, поплелась к ним: ─ Ва... Ваше Высочество... камень. -
Увидев, что Чуньши тащит валун размером с собственную голову, Ли Шаовэй невольно прыснула: ─ Добтный камень, еще чуть побольше – и дверь вместе с петлями вынесешь, к чему замок ковырять.
Цзян Шань перехватил тяжелышь из рук Чуньши и тоже едва сдержал улыбку.
─ Раз побольше... разве им не легче громить? – растерянно моргнула Чуньши.
Улыбка Ли Шаовэй стала шире: ─ Громить-то легко, да как бы замок не зашиб тебя раньше времени, останешься без ног.
Цзян Шань тихонько хмыкнул, а затем парой точных ударов сбил замок.
Войдя внутрь, он чиркнул огнивом, тусклый огонек еле выхватил из темноты обстановку, после чего Чуньши откуда-то выудила еще пригодный к делу факел и протянула Цзян Шаню.
Яркое пламя осветило ближайший простор.
Прислоненные к стене кирки, доверху набитая свежедобытой рудой вагонетка, стоявшие рядом столик и пара стульев с расставленными на них бурдюками для воды.
Рядом со столом валялась даже железная жаровня.
Цзян Шань проверил ее и доложил Ли Шаовэй: ─ Погасла совсем недавно.
Значит, дорогу и впрямь подновляли ради рудника, и уголь исчезал именно сюда.
Морщины на челе Ли Шаовэй немного разгладились.
Чуньши восторженно выдохнула: ─ Ваше Высочество угадали!*
─ Почти в яблочко, ─ Ли Шаовэй перевела дыхание. ─ Незаконная добыча руды – если вести дела с умом, кара не столь сурова, да и при моей-то репутации никто не станет сильно усердствовать.
В худшем случае – обвинят в распущенности и передадут дело в Великий суд.
Только вот червячок сомнения продолжал грызть ее изнутри: не слишком ли гладко всё складывалось?
Ну да ладно, возможно, она явилась врасплох, и Цао И просто не успел подготовиться.
Ли Шаовэй распорядилась насчет дальнейшего: ─ Пока ничего здесь не трогайте. Цзян Шань, с рассветом бери Цао И, счетоводов, рудокопов, возчиков – никого не упускай, я лично допрошу каждого, чего ради они здесь затеяли.

Комментарии

Загрузка...