Троецарствие: Тень над Лояном — Глава 29 читать онлайн

Если не считать четырех угловых и трех надвратных башен на крепостных стенах, вышка уездной управы была самым высоким строением в крошечной Новой крепости.

Поблагодарив за сытный обед, Цинь Лян вместе с Сунь Ли поднялся на смотровую вышку управы, откуда открывался вид на городские окрестности. Крепость имела всего трое ворот, отчего планировка ее казалась лишенной симметрии.

— Не покажется ли тебе должность военного администратора слишком скромной? — внезапно спросил Сунь Ли. — Чжунмин, не зарываем ли мы твой талант в землю?

Цинь Лян почтительно ответил:

— Ваша служба для меня в новинку, за плечами нет ни единой заслуги. Высокий ли чин, низкий ли — все одно начинать придется с малого. Какая разница, каков ранг, если есть дело, которым можно заняться?

Услышав это, Сунь Ли заметно повеселел.

— Отрадно видеть в тебе такое смирение, Чжунмин. В конце прошлого года я покидал столицу в спешке, так что подобрать достойный пост времени не было. Своих же помощников я волен назначать лично. — Он на мгновение умолк и с обезоруживающей прямотой добавил: — И без волокиты в Министерстве чинов. Так куда проще.

Цинь Лян улыбнулся и в тон ему пошутил:

— Кое-кто уже величает меня советником. Признаться, мне это по душе. Звучит весьма почтенно.

— Ха-ха-ха! — от души рассмеялся Сунь Ли.

Наслаждаясь прохладой, Цинь Лян вновь заговорил о делах, повторив свое опасение: Восточное У со дня на день может двинуть войска на Янчжоу.

Сунь Ли не стал спорить. Доводы юноши казались ему разумными, однако полной уверенности не было ни у того, ни у другого. Да и кто в Поднебесной мог поручиться за будущее? Даже сам Цинь Лян лишь взвешивал вероятности. Война — уравнение со слишком большим числом неизвестных, где в конечном счете все равно приходится гадать.

За долгой беседой они незаметно сблизились.

Не зря в Поднебесной так чутко следят за тем, кто под чьим началом служил, зачастую приравнивая помощников к личным прихвостням или верным сообщникам. Проводя бок о бок дни и ночи, люди неизбежно делятся сокровенным, посвящают друг друга в тайны и в конце концов оказываются связаны одной веревкой.

Вернувшись в Шоучунь, Сунь Ли сразу устроился в ведомстве инспектора провинции. У Цинь Ляна своего угла в городе не было, так что ему тоже пришлось занять комнату при управе. Живя под одной крышей, они теперь постоянно обедали и работали вместе, проводя бок о бок почти все время.

Вскоре Сунь Ли вознамерился нанести визит настоящему хозяину здешних мест — Ван Лину, Генералу, покоряющему Восток, под чьим началом находились все войска Янчжоу. И Цинь Ляну надлежало его сопровождать.

В Великом Вэй полководцы, чьи звания начинались со слов «покоряющий» или «усмиряющий», по сути правили как удельные князья, сосредоточив в своих руках всю полноту военной и гражданской власти. Под контролем Вэй в Янчжоу оставалось всего-то два-три округа, однако генерал-командующий и инспектор провинции делили власть между собой — воистину, «в мелком пруду слишком много черепах». Впрочем, под началом Ван Лина находились не только Янчжоу, но и ключевые военные заставы к северу от реки Хуайшуй.

Облачившись в парадное платье, Сунь Ли вышел в главный зал ведомства. Завидев Цинь Ляна, он негромко произнес:

— У главнокомандующего всегда полно лишних ушей. Там тебе не здесь, приватно побеседовать не удастся. Твои суждения мигом разойдутся среди гостей. Если твой первый же совет окажется неверным, люди поднимут тебя на смех. О тебе пойдет дурная слава как о никчемном советнике, а для молодого мужа нет ничего хуже пятна на репутации. Хорошо ли ты всё взвесил, Чжунмин?

Цинь Лян удивленно взглянул на него. Подобное предостережение мог высказать только искренне сопереживающий покровитель.

Вновь взвесив все «за» и «против», Цинь Лян твердо кивнул:

— Благодарю за предостережение, господин. Я готов.

Выйдя во двор, они в сопровождении конной стражи тронулись в путь. Сунь Ли пригласил Цинь Ляна в свой экипаж.

Шоучунь не шел ни в какое сравнение с Новой крепостью Хэфэй — масштабы городов различались разительно. Крепостные стены Шоучуня тянулись по меньшей мере на десяток ли. Здесь теснились не только ведомство инспектора провинции и резиденция Генерала, покоряющего Восток, но и уездный приказ, а также множество других казенных служб. В былые годы этот город служил столицей удельных владений Хуайнань и Чу для императорского рода Цао, а ныне оставался административным центром округа Хуайнань. Богатые усадьбы вельмож, башни и павильоны вздымались к небу в самом сердце города.

В дороге Сунь Ли обмолвился, что на его прежнее место главного секретаря в ставке Великого генерала Цао Шуана заступил некий Линху Юй, родной племянник Ван Лина. От рождения его звали Линху Цзюнь, но однажды он крепко рассердил покойного императора Вэнь-ди, и тот в наказание велел сменить благородное имя на нелепое «Юй», что означало «глупец». Цинь Лян про себя усмехнулся: с такой редкой и звучной фамилией Линху ему куда больше подошло бы имя Чун.

Как и следовало ожидать, в резиденции Ван Лина было людно. После взаимных приветствий выяснилось, что среди собравшихся, помимо офицеров и писцов из генеральской ставки, присутствовали местные ученые мужи и чиновники-оценщики. Последние формально подчинялись инспектору провинции, однако предпочитали искать покровительства в усадьбе Ван Лина.

Еще на родине таланты Цинь Ляна были оценены чиновниками округа Пинъюань и провинции Цзи, однако здешние знатоки человеческих душ, не обращая внимания на былые заслуги, так и норовили вынести любому новому лицу свой приговор.

Вскоре в зале показался Ван Лин в сопровождении мужчины средних лет. По одной лишь уверенной походке вошедшего и по тому, как почтительно замерли гости, Цинь Лян сразу опознал хозяина дома.

Еще в Лояне Цинь Ляну часто доводилось слышать о Ван Лине, и он даже дважды мельком виделся с его дочерью Ван Сюаньцзи, однако самого полководца созерцал впервые.

К удивлению юноши, Ван Лин оказался глубоким стариком — на вид ему было не меньше семидесяти. В эти суровые времена до таких преклонных лет доживали единицы, и столь почтенный возраст среди действующих чиновников был редкостью. Если вспомнить, что Сюаньцзи едва исполнилось шестнадцать, разница поражала. К счастью, Ван Лин держался прямо, под парадным платьем угадывалось крепкое сложение, и дряхлым старик отнюдь не выглядел — он явно сохранил силы для долгих трудов.

Шедший следом сорокалетний мужчина, судя по семейному сходству, приходился полководцу сыном. Бросалась в глаза лишь одна странность: у Ван Лина на лице едва росла щетина, ограничиваясь редкими усами, тогда как его наследник мог похвастаться роскошной окладистой бородой, хоть и уступающей знаменитым кудрям покойного Гуань Юя.

Гости дружно склонились в глубоких поклонах, причем на лицах некоторых проступило откровенное заискивание.

Ван Лин представил собравшимся своего сына Ван Гуана. Тот вежливо поклонился гостям.

Цинь Лян вспомнил, что еще в прошлом году Ван Гуан находился в Лояне — о его спорах с вельможами судачили в усадьбе Цао Шуана, едва Цинь Лян прибыл в столицу. Было неясно, когда именно он перебрался на юг, в Хуайнань. С другой стороны, Ван Лин имел четырех сыновей и влиятельных братьев, так что заложников для двора в Лояне хватало и без старшего отпрыска.

Когда Сунь Ли подвел Цинь Ляна, старый воевода лишь рассеянно хмыкнул. Едва ли он хоть раз слышал это имя прежде и, скорее всего, позабыл бы его в то же мгновение — преклонные года давали о себе знать.

Однако Цинь Лян твердо вознамерился врезаться старику в память. Не тратя времени на пустые любезности, он шагнул вперед и решительно протянул две бамбуковые связки:

— Ваш покорный слуга просит почтенного главнокомандующего немедля начать приготовления к обороне. Войска Восточного У готовятся к удару.

Мутный, подернутый дымкой взгляд Ван Лина мгновенно прояснился. Старик грозно прищурился:

— Войска южан идут на нас? Отчего же мне, командующему, об этом неведомо?

Цинь Лян поспешил пояснить:

— Мои выводы — лишь плод размышлений, враг еще не пересек границу. Смею полагать, нападение случится на исходе лета или в начале осени. До тех пор у нас остается добрых полгода — этого срока с лихвой хватит, чтобы укрепить рубежи и разослать вестовые дощечки в соседние провинции Цзинчжоу и Юйчжоу.

Как и предвидел Сунь Ли, мало кто из гостей успел расслышать имя юноши при первой встрече. Зал тут же наполнился тихим шепотом. Присутствующие недоуменно переглядывались, силясь понять, кто этот дерзкий пришелец, пока знающие люди не пояснили втихомолку: «Военный администратор при ведомстве инспектора провинции Ян».

К подобным взглядам Цинь Лян давно успел привыкнуть.

Ван Лин долго всматривался в лицо молодого чиновника, а затем вопросительно перевел взгляд на Сунь Ли. Тот едва заметно кивнул, подтверждая слова своего ставленника.

Старый воевода помрачнел, но дощечки принял. Обойдя стол, он грузно опустился на циновку и развернул бамбуковые планки. Пробежав глазами первые строчки, он поднял голову:

— Стало быть, советник Цинь, ты все это просто выдумал?

— В некотором роде так и есть, — не дрогнув, ответил Цинь Лян. — Однако мои выводы основаны на детальном анализе ситуации. Если же главнокомандующему требуются прямые доказательства, разумнее всего немедля отправить лазутчиков на южный берег. Сбор столь крупной армии южане скрыть не сумеют при всем желании.

Ван Лин неопределенно хмыкнул, и напряжение, сковавшее его плечи, тут же спало. Он вновь принял расслабленный вид, словно потеряв интерес к разговору.

Поняв это, Цинь Лян внутренне вздохнул: склонить старого волка к действию окажется куда труднее, нежели убедить покладистого Сунь Ли. Но тут уж ничего не попишешь — с новым начальником они делили кров и хлеб каждый день, а с владыкой Хуайнани он едва успел познакомиться.

Комментарии