В казармах отряда деревенского ополчения Лу Чэнь стоял перед Лю Чжэнем с серьезным выражением лица, ожидая приказов.
Несколько месяцев назад, когда Лю Чжэнь сформировал Разведывательно-специальный отряд, он сразу понял, что этот отряд по своей сути отличается от остальных подразделений ополчения. В Великой Тан существовали так называемые «захватчики живого» — аналоги разведчиков, но их задача чаще всего сводилась лишь к проникновению на вражеские территории для захвата пленных и сбора военных сведений.
Разведывательно-специальный отряд был иным. Захват пленных и разведка были лишь частью обязанностей. Помимо этого, в число потенциальных задач входили внезапные налеты на вражеские военные объекты и их уничтожение, поимка или устранение важных вражеских военачальников, спасение заложников и многое другое. На протяжении последних месяцев бойцы отряда проходили особую подготовку, призванную научить их справляться именно с такими задачами.
— Мятежные войска Хуан Чао переправились через Янцзы и движутся на север. Я полагаю, рано или поздно они окажутся у границ Гуаньчжуна. Весь Разведывательно-специальный отряд должен немедленно выступить в сторону Лояна. Вы обязаны выяснить всё о передвижениях мятежников.
Раньше сведения о Хуан Чао Лю Чжэнь получал в основном благодаря своим частым визитам во дворец, но к тому моменту, как информация доходила до него, она уже проходила через десятки рук и успевала безнадежно устареть. Узнав о движении мятежников на север, Лю Чжэнь принял быстрое решение отправить разведчиков: он хотел получать самые свежие новости из первых рук. Успех его собственных планов был неразрывно связан с действиями армии Хуан Чао, поэтому своевременное возвращение разведчиков с актуальными данными стало важнейшим звеном всей стратегии.
— От того, сможем ли мы добиться успеха и совершить великие дела, сейчас зависит исключительно ваш отряд!
— Будьте спокойны, господин! Мы не посрамим доверие!
Хотя нынешняя задача отряда заключалась лишь в наблюдении за передвижениями мятежников — без углубления в оккупированные районы, без захвата пленных и проведения диверсий, — она все равно оставалась невероятно опасной. В отряде было всего двадцать один человек, и никто не знал, сколько из них вернутся живыми. Лю Чжэнь чувствовал бессилие: он раз за разом снижал требования к кандидатам, но в итоге смог отобрать лишь двадцать одного бойца. В конце концов, не хватало сил. Если бы у него была десятитысячная армия, разве стал бы он переживать из-за подготовки одного сильного отряда? Это было бы смешно!
На следующее утро Лу Чэнь во главе Разведывательно-специального отряда выступил в сторону Лояна. В самом ополчении это не вызвало подозрений: Лю Чжэнь часто выводил людей на полевые учения, и отлучки на три-пять дней были делом привычным. Кроме того, Разведывательно-специальный отряд был самым необычным подразделением: даже тренировки они проводили отдельно на специально оборудованной площадке, так что все уже привыкли к их обособленности.
После ухода разведчиков Лю Чжэнь не стал сидеть без дела и лично отправился в Чанъань. Ознакомившись с делами Торгового дома Лю, он провел конфиденциальную беседу с Хоу И и Ли Няньфэном. В свое время, когда только открывалась Винокурня семьи Лю, Лю Чжэнь уже предлагал им присоединиться к нему, чтобы вершить великие дела, но тогда оба ответили отказом. Теперь же, когда назревал великий хаос, Лю Чжэнь решил попытать счастья снова.
— Сейчас мятежники Хуан Чао сеют беспорядки, и в будущем ополчение, возможно, примет участие в подавлении мятежа. Вы все еще не хотите вернуться и протянуть мне руку помощи?
Лю Чжэнь выбрал их не потому, что Хоу И и Ли Няньфэн были выдающимися талантами, а просто потому, что у него был ограниченный выбор людей. К тому же они оба вышли из ополчения и были командирами отрядов, что ставило их выше остальных.
— Благодарю за оказанную честь, господин, но я хочу лишь жить спокойно, не желаю больше участвовать в кровавых распрях, — ответил Хоу И. Когда-то он пошел в ополчение только из-за крайней нищеты, но за время работы в Торговом доме Лю заработал приличное состояние и теперь не хотел рисковать жизнью на поле боя.
— Хорошо. А ты? — Лю Чжэнь перевел взгляд на Ли Няньфэна.
— Я недавно женился, жена уже ждет ребенка, так что я никак не могу уйти. Прошу понять, господин, — с извиняющимся видом сказал тот.
— Что ж, у каждого свои стремления, принуждать я не стану.
Сказать, что он не был разочарован — значило солгать, но такова уж человеческая натура, и насильно мил не будешь. После ухода Хоу И и Ли Няньфэна Лю Чжэнь позвал к себе Ли Гуя. Переговоры с первыми двумя были делом попутным, а вот то, что предстояло сейчас, и было истинной целью его поездки в Чанъань.
— Вот новый план продаж. Ознакомься и с завтрашнего дня начинай продвигать его всеми силами.
Ли Гуй кивнул, взял план, взглянул в него — и у него отвисла челюсть. Что это за чушь? Неужели его хозяин сошел с ума? Разве можно так вести дела?
Обычный клиент, покупающий сразу пять кувшинов белого вина, не только освобождался от вступительного взноса при получении членства, но и получал шестой кувшин в подарок. Члены торгового дома при покупке десяти кувшинов получали еще десять бесплатно — чем больше покупаешь, тем больше подарков. Членство в Торговом доме Лю было нововведением, которое Лю Чжэнь внедрил несколько месяцев назад: после уплаты взноса клиент получал скидки и приоритетное право на получение вина. Топовые члены торгового дома могли даже не делать предзаказы, а расплачиваться на месте. За несколько месяцев таких накопилось несколько сотен.
Лю Чжэнь понимал: как только Хуан Чао вторгнется в Гуаньчжун, торговля вином станет невозможной, поэтому решил напоследок сорвать большой куш. Тем более, что позволить себе покупать вино могли не обычные люди, а богачи из влиятельных семей. Обманывать... тьфу, то есть зарабатывать на них Лю Чжэнь мог без малейших угрызений совести. Более того, он велел Ли Гую ослабить контроль над продажами и прекратить проверки перекупщиков — продавать всем, кто готов платить.
В глазах Ли Гуя это было сродни самоубийству:
— Хозяин, разве можно так вести бизнес?
— А что здесь не так? Количество выдаваемого вина и время выдачи строго ограничены, проблем не будет. Делай как сказано.
Хотя Ли Гуй все еще нервничал, раз уж Лю Чжэнь отдал приказ, ему оставалось только подчиниться.
На следующий день новость о том, что в Торговом доме Лю вино продают по акции один плюс один, разлетелась по всему Чанъаню меньше чем за полдня. Вскоре к порогу дома потянулись не только покупатели, но и владельцы других торговых точек, закупавшиеся здесь оптом. Они требовали объяснений.
— Господин Лю, что вы творите? Один кувшин в подарок! Ваша продажная цена стала вдвое ниже, она почти равна нашей оптовой цене закупки! Как нам теперь вести дела?
— Сегодня вы обязаны дать нам ответ!
— Верно! Если нам не дадут торговать, мы не дадим спокойной жизни вам!
Толпа негодовала, и больше всех кипятился управляющий Ху из Торгового дома Тунъюань. Когда-то Лю Чжэнь дал ему цену на десять процентов ниже, чем остальным, поэтому Ху стал его крупнейшим покупателем. Буквально несколько дней назад он закупил две телеги вина, а теперь Лю Чжэнь объявил акцию — убытки Тунъюаня были самыми серьезными. Узнав новости, управляющий Ху был так взбешен, что едва не выплюнул кровь, и примчался первым.
— Господа, господа, прошу, успокойтесь! Выслушайте меня! Я понимаю ваше недовольство, но Торговый дом Лю лишь стремится расширить бизнес. Раз уж вы пришли, я дам вам ответ!
Лю Чжэнь сделал паузу, дождался, пока все впились в него взглядами, и удовлетворенно продолжил:
— Чтобы компенсировать ваши убытки, я решил продать секретный рецепт изготовления белого вина.
Как только эти слова слетели с его губ, в толпе воцарилась гробовая тишина. Неужели они ослышались? Лю Чжэнь продает рецепт! Ранее Торговый дом Тунъюань озолотился на рецепте ароматного мыла, заставив остальных кусать локти от зависти. Когда вино только появилось, многие пытались купить рецепт за огромные деньги, но Лю Чжэнь стоял на своем и отказывал. А теперь он сам предлагает сделку. Это же золотая жила! Продажа вина приносила куда больше денег, чем продажа мыла. Сколько можно было бы заработать? Даже представить страшно!
Даже эти прожженные торговцы не могли сразу оценить потенциал вина, но понимали: это выгодно, очень выгодно и очень прибыльно.
— Господин Лю, не важно, какую цену вы назначите, Торговый дом Тунъюань берет этот рецепт! — управляющий Ху первым выскочил вперед, забыв, что пришел требовать объяснений.
— Управляющий Ху, что вы себе позволяете? У вас уже есть рецепт мыла, дайте и другим шанс!
— Верно! Почему рецепт должен достаться только вам? Только потому, что у вас денег куры не клюют? У нас тоже есть средства!
Толпа зашумела, но после этих слов все с неприязнью уставились на говорившего. Что поделать — ни один дом не мог сравниться в богатстве с Тунъюанем, особенно после успеха с мылом. Впрочем, Торговый дом Тунъюань вмиг стал всеобщим врагом, отчего управляющий Ху занервничал и лишь холодно хмыкнул, предпочтя замолчать.
— Господа, не волнуйтесь, выслушайте меня, — Лю Чжэнь улыбнулся, взглянув на Ху. — Раз я поднял этот вопрос при всех, то не собираюсь продавать рецепт только Тунъюаню. Шанс будет у каждого.
Успокоив управляющего Ху, он продолжил:
— Чтобы все мы могли мирно и сообща разбогатеть, я решил выставить рецепт на аукцион. Участвовать может не только одна торговая компания, разрешаются и совместные заявки.
— Что значит аукцион? Что значит совместная заявка?
— Аукцион означает, что каждый предлагает свою цену, начиная с минимальной, и побеждает тот, кто предложит больше всех. Совместная заявка — это когда две или более компаний объединяют капитал для участия, и в случае победы рецепт становится их совместной собственностью.
Толпа снова зашумела. Идея объединения звучала заманчиво: мелкие торговцы, которые не могли тягаться с гигантами вроде Тунъюаня, теперь могли объединиться и дать достойный бой.
— Мы не против совместных заявок. Но какова цена рецепта?
Сколько Тунъюань заплатил за рецепт мыла, никто точно не знал, но многие предполагали, что никак не меньше ста тысяч монет. Теперь, когда вино сулило куда большую прибыль, все понимали: Лю Чжэнь назовет огромную сумму.
— Триста тысяч монет. Минимальный шаг повышения — двадцать тысяч. Кто предложит больше, тот и заберет, — Лю Чжэнь с довольной улыбкой оглядел толпу. Деньги, кругом были одни деньги.

Комментарии

Загрузка...