Кубури обернулся. В его глубоких и мудрых глазах читались досада и беспомощность. Он долго стоял неподвижно, словно изваяние из дерева и глины, но в конце концов испустил долгий вздох, резко повернулся и направился к овальному столу посреди просторного зала. Выдвинув стул, стоявший на одной линии с двумя фокусами овала, он опустился на него.
Стоило ему сесть, как одиннадцать стульев, окружавших овальный конференц-зал, вспыхнули искрами света, и почти одновременно на них проявилось одиннадцать силуэтов.
Среди собравшихся были как мужчины, так и женщины. У всех заострённые уши и прекрасные лица, но если присмотреться — даже сквозь голографические проекции, — можно было заметить следы глубокой усталости в их глазах.
Едва участники появились, как один из них — дородный старец в застёгнутом на все пуговицы парадном генеральском мундире — заговорил первым:
— Лорд Кубури, если вы созываете нас на совещание в столь тревожный час, я надеюсь, у вас действительно есть веские причины собирать всех двенадцать представителей Родов!
Совет Двенадцати Родов был высшим органом принятия решений Мирисского глобального альянса, и все политические курсы и стратегии, определявшие будущее развитие планеты, утверждались на собраниях этой двенадцатки.
Как правило, подобные встречи случались редко — в конце концов, глобальные политические курсы не требовалось пересматривать каждый день, а повседневными делами планеты ведало Управление делами во главе с генеральным исполнительным директором.
Она также входила в число Двенадцати Родов и, будучи высшим руководителем, ведающим текущими вопросами, естественно, прекрасно понимала, какую именно тему предстоит обсудить на этом совете и какое окончательное решение будет принято. Вот только на самом Совете Родов её полномочия ограничивались лишь правом законодательной инициативы и голоса...
Кубури бросил взгляд на пожилого военачальника, мягко улыбнулся и негромко произнес:
— Генерал Талос, не спешите. Будучи исполнительным директором Альянса, я занят вовсе не тем, чтобы бездельничать за ваш счёт — иначе вы бы вряд ли отдали за меня свои голоса на выборах...
Большинство из двенадцати присутствующих в ответ улыбнулись; даже Талос лишь едва заметно хмыкнул, не придавая значения шутке Кубури.
По правде говоря, когда-то Талос был преданным союзником Кубури. Если он и заговорил первым сегодня, то исключительно потому, что в последнее время война с пасонами складывалась неудачно, и он, как высший военачальник, испытывал лишь тревогу и глухое раздражение.
Начало с небольшой шутки в определенной степени разрядило мрачноватую атмосферу совещания. Хотя лидеры Родов и не присутствовали лично, на их лицах промелькнуло мимолетное облегчение.
Исключение составляли лишь организатор этого собрания, а также посвященная в детали генеральный исполнительный директор и секретарь председателя Кёртис.
Глубокий взгляд Кубури скользнул по голографическим портретам. Улыбка на его лице постепенно исчезла, и он проговорил низким, сдержанным голосом:
— Я не стал бы созывать Совет Родов без веской причины, но раз уж он созван — значит, стряслось нечто грандиозное!
— О? Неужели сейчас есть что-то важнее того факта, что пасоны вот-вот захватят нашу планету? — с улыбкой произнесла женщина-представитель одного из Родов, облаченная в облегающую длинную одежду из переливчатого материала неизвестного происхождения. Её прекрасные удлиненные глаза то ли нарочно, то ли случайно скользнули по Талосу.
— Бац! — раздался резкий звук.
И верно, едва женщина умолкла, как Талос, чей возраст никак не укрощал его вспыльчивый нрав, яростно хлопнул ладонью по столу (конечно, не по тому овальному столу, что стоял в реальной переговорной), указал правой рукой на неё и взревел:
— Николис! Ты когда-нибудь заткнешься? Черт побери, может, сама сядешь в кресло военного командования?! Хватит круглосуточно изъясняться ядовитыми намёками!
— Оля-ля! Терпишь одно поражение за другим, так и правду услышать не даёшь? Когда ты сам баллотировался, что-то я не припоминаю у тебя никакой скромности!
Николис тут же перешла в контратаку, однако на её лице по-прежнему играла улыбка. Если бы не произносимые ею слова, можно было бы подумать, что перед нами милая и добрая старшая сестра.
Но чем беспечнее она выглядела, тем сильнее бесился Талос. Старик вздернул брови: если бы не голографическая природа связи и не разделявшие их многие тысячи километров, можно было бы подумать, что он лично бросится преподать урок этой невыносимой женщине, вечно шедшей с ним наперекор. В конце концов ему оставалось лишь свирепо зыркнуть на нее, отвернуться к закрывшему лицо ладонью Кубури и процедить сквозь зубы:
— Старик Кубури, ты будешь открывать это заседание или нет? Если нет, я ухожу — у меня там еще пара совещаний намечается!
— Эх... — тяжело вздохнув, Кубури горько улыбнулся. — Вы двое... до каких пор это будет продолжаться? Стоит вам встретиться, как вы тут же начинаете грызться, а ведь вы — лидеры целых Родов, за вами стоят сотни миллионов подданных...
— А кто вечно первый начинает цепляться?
— Ха-ха!
— Всё! Хватит уже, бесконечные вы мои!
Лицо Кубури помрачнело, и он наконец приструнил двух непримиримых лидеров Родов.
Ни один из остальных представителей Родов не проронил ни слова по поводу этой небольшой перепалки — все с живым интересом наблюдали за представлением, а пара человек, похоже, даже ждала этого номера как постоянной программы.
— Кхм, вернемся к делу... — Кубури легко кашлянул, но, сбившись с ритма, поморщился и продолжил: — Э-э... Николис только что спрашивала, до какой степени всё серьезно. Что ж, теперь я отвечаю со всей торжественностью — боюсь, именно до такой!
На этих словах он сделал паузу, обвел взглядом присутствующих и, убедившись, что все смотрят на него, уже собирался продолжение, как кто-то бестактно вклинился в разговор.
— Ой, перестань темнить и томить нас! Что в конце концов стряслось?!
— Кхм-кхм...
Кубури схватился за грудь и зашелся в яростном кашле, что, впрочем, не помешало ему бросить на кое-кого убийственный взгляд.
Талос неловко потёр нос, сообразив, что вставлять такие реплики было явно не к месту.
Николис, заметив это, презрительно фыркнула изящным носом.
Генеральный исполнительный директор тем временем подняла взгляд на купол зала, не в силах сдержать нахлынувшую скорбь. Другие лидеры Родов, чьё внимание было отвлечено всевозможными мелкими казусами, этого не заметили.
Наконец Кубури перевел дыхание и решил не сводить счетов с нетерпеливым Талосом. Лицо его сделалось предельно суровым, и он глухим голосом произнес:
— Похоже... нам придется запустить проект «Искра».
— Ох! — раздалось со всех сторон.
Хотя эти высокопоставленные и влиятельные особы не присутствовали лично, услышав от Кубури слова «проект "Искра"», они единодушно издали изумленный возглас.
Разумеется, генеральный исполнительный директор Тереза и секретарь исполнительного директора Кёртис хранили молчание, но лица их стали еще мрачнее.
— Кубури! Ты что, не выспался и несешь бред?
Талос назвал исполнительного директора по имени, открыто усомнившись в его душевном здоровье.
— Лорд Кубури! Будет лучше, если вы немедленно дадите нам разумное объяснение!
— Лорд Кубури, вы вообще отдаете себе отчет в том, о чем говорите?..
— Проект «Искра» сам по себе полон огромной неопределенности. Это рискованный план, к которому прибегают лишь тогда, когда все остальные попытки терпят крах, а ситуация становится безысходной. Что вы имеете в виду, предлагая запустить его прямо сейчас?
— ...
Камень, брошенный в воду, вызвал бурю!
В ту же секунду самые разнообразные голоса, полные сомнений и недоверия, едва не заглушили сидевшего с прямой спиной Кубури.
Но старик был готов к подобной реакции. Он встретил град вопросов с безмятежностью человека, чьё лицо обдувает легкий верок — ведь у него были веские причины!
Название «проект "Искра"» происходило от крылатого выражения «искра способна разжечь пламя» — подразумевалось рассеивание крошечных искорок семян цивилизации в надежде на то, что в будущем они смогут вырасти и окрепнуть.
Если же вдаваться в детали, то это был самый отчаянный выбор, перед которым оказывается любая высшая цивилизация, зашедшая в тупик.
Год с небольшим назад по земному исчислению пасоны — народ, с которым мирисы веками поддерживали дружеские отношения и взаимовыгодную торговлю на протяжении пяти столетий, — без объявления войны вторглись на Мирис, стремительно перенеся пламя войны на поверхность планеты.
Застигнутые врасплох мирисы утратили всякую инициативу. Бесчисленные внепланетные колонии и военные форпосты потеряли связь с метрополией менее чем за месяц. Что же касается регулярных сил, которые были обязаны прийти на помощь монархии, то о том, что именно с ними стряслось, лидеры Родов толком не знали до сих пор, хотя каждый легко мог догадаться о судьбе сородичей...
Иными словами, едва начав войну, они скатились до положения, когда для отражения коварных пасонских захватчиков оставалось рассчитывать лишь на гарнизоны, защищавшие саму планету.
Строго говоря, общая мощь пасонов вовсе не превосходила мирисов подавляющим образом. Самоуверенные мирисы даже в страшном сне не могли представить, что их торговые партнеры на протяжении веков вдруг внезапно раззявят пасть, полную острых клыков, и свирепо вцепятся им в глотку.
Теперь же сокрушаться о том, что мирисы не учли безжалостную и темную сторону законов развития космических цивилизаций, было уже поздно. Под непрерывным и мощным натиском пасонов им поневоле пришлось задуматься о том, как сберечь искру собственной цивилизации.
Высшее руководство Мириса, а именно Совет Двенадцати Родов, оперативно разработало план: собрать семена жизни, поместить их на гигантские межзвездные корабли и с помощью пространственного прыжка покинуть охваченную войной родину в поисках нового дома, пригодного для расселения и процветания мирисов!
Если выражаться простым языком:
Раз пасоны столь кровожадны, наш родной дом, судя по всему, не удержать. Во избежание полного истребления нашего вида проклятыми пасонами, пока еще остается шанс, давайте поскорее рассеем надежду на будущее в глубинах космоса!
Таков был проект «Искра».
Изначально, стоило лишь выдвинуть эту идею, все Роды поддержали ее обеими руками. Гибель бесчисленных мирисских воинов и мирных жителей открыла им глаза на суровую реальность: пасоны вознамерились полностью истребить мирисов, не щадя ни женщин, ни детей!
А раз так, то спасти хоть кого-то — уже победа. И пусть никто не знал, удастся ли беглецам заново размножиться и выжить в незнакомом космосе, по крайней мере, это давало крошечную надежду.
Однако по мере развития военных действий мирисы обратили внимание на одну странность в этой войне!
Едва начав боевые действия, пасоны с сокрушительной легкостью пробили плотную систему планетарной обороны мирисов, превратив её в решето, а затем в кратчайшие сроки возвели на поверхности бесчисленные военные базы, перейдя к вялотекущим наземным столкновениям в формате ударов и ответных выпадов.
Подобное положение дел выглядело крайне неестественно. Учитывая технологический потенциал пасонов, им вовсе не было нужды сближаться с мирисами для ближнего боя — они вполне могли обрушить на планету всевозможные сверхмощные вооружения. Если и не стереть планету в порошок, то по меньшей мере уничтожить на ней всё живое, до неузнаваемости изменить ландшафты и даже поднять в воздух тучи токсичной пыли, способной закрыть свет и тепло звезды, надолго сделав планету непригодной для жизни.
Мирисы пришли к такому выводу потому, что сами обладали военной мощью, способной уничтожить целую планету!
Но пасоны почему-то не стали этого делать, предпочтя наименее эффективную и наиболее примитивную тактику лобового штурма.
Почему они выбрали именно такой метод ведения войны?
Ответ был лишь один: они боялись повредить то, что находилось под их защитой!
Что же за сила заставляла пасонов, решившихся на открытую межзвездную агрессию, проявлять столь сильную осторожность?
Ответ крылся в главной гордости Мириса — кристаллах трелона!
Именно благодаря этому уникальному ресурсу мирисы шаг за шагом прошли путь от рядовой планеты до покорителей космических просторов.
Этот чудесный минерал после переработки сырой руды превращался в бледно-желтые полупрозрачные кристаллы. Главная его ценность заключалась вовсе не в использовании в качестве роскошного украшения, на что намекало само слово «кристалл», а в способности служить мощнейшим накопителем энергии.
Иными словами, кристаллы трелона могли обеспечивать колоссальный запас энергии, достаточный для межзвездных перелетов!
При этом подобные природные энергоносители залегавших на Мирисе запасов исчислялись практически в промышленных масштабах.
Отходы, образующиеся после исчерпания энергии кристаллов трелона, для мирисов, привыкших грубо выкачивать из них чистую энергию, были абсолютно бесполезны. Однако для пасонов, страдавших от дефицита энергоресурсов, это были ценнейшие резервы.
Поэтому, хотя пасоны и состояли с мирисами в торговых отношениях, на деле они в основном импортировали из Мириса лишь кристаллической шлак, взамен экспортируя совсем немного товаров. В конце концов, эти две расы разделяли десятки световых лет, и, кроме принадлежности к углеродной форме жизни, между ними не было ничего общего — товары каждой из сторон не находили подходящего рынка у соседа.
На протяжении столетий пасоны расплачивались за ненужный мирисам энергетический мусор редкими минералами со своей планеты или некоторыми технологическими разработками.
Фактически, с самого начала они люто завидовали мирисам, чья удача била ключом — стоило лишь подобрать на дороге камень, и он уже служил источником энергии. Они бесчисленное количество раз мечтали перебить всех этих остроухих созданий, чтобы в их собственных раскосых глазах отражался ослепительный блеск кристаллов.
Но суровая реальность заставляла проявлять благоразумие: мощь мирисов была велика, и бездумное развязывание войны могло не только оставить их без сияющих кристаллов на чужой планете, но и лишить последних собственных накоплений.
Такое дело требовало долгих и тщательных приготовлений!
Окружающая среда на Мирисе напоминала настоящий благословенный рай. Мирисы шли по пути освоения глубокого космоса гладко и безмятежно, но именно это плавное развитие в условиях абсолютной гармонии неба, земли и людей привело к тому, что они утратили должное уважение к неизвестной Вселенной.
Это походило на положение избалованного молодого господина из богатой семьи, который с рождения привык получать всё по первому мановению руки, окруженный прислугой и слугами, и никогда не сталкивался с суровой реальностью за пределами высоких ворот, не имея ни малейшего представления о тяготах жизни.
И вот однажды он в одиночку оказывается на шумной улице. Его роскошные дорогие одежды заставляют простых обывателей почтительно расступаться, но в то же время привлекают жадные взгляды злоумышленников, некоторые из которых уже планируют похищение ради выкупа...
Мирисы напоминали такого вот мажора, расхаживающего по улице с золотыми слитками напоказ, а пасоны — бандитов, замышляющих недоброе. Причем эти бандиты собирались не просто отобрать «слитки», но и прибрать к рукам всё имущество семьи «молодого господина».
Ошеломленные ударами пасонов мирисы наконец осознали, почему их многовековые торговые партнеры вдруг напали без предупреждения — всё дело было в кристаллах трелона, которыми так гордился их родной мир!
Когда причины стали ясны, объяснение столь неэффективной тактики наземной войны тоже нашлось само собой.
Нестабильность сырых кристаллов изначально выступала главным фактором, сдерживающим их добычу, однако теперь это обстоятельство косвенно дало мирисам передышку в войне.
Пасоны опасались, что применение оружия невероятной разрушительной силы не только истребит мирисов, но и подожжет сами залежи кристаллов, в результате чего, даже добившись успеха в плане уничтожения врага, они получат в свое распоряжение полуразрушенную планету, что шло вразрез с их стратегическими целями.

Комментарии

Загрузка...