Том 2. Глава 1: Руины (Часть 2)
(13/30)
Это было какое-то четвероногое существо из семейства псовых. Внешне оно больше напоминало волка, чем собаку. Однако его размеры значительно превышали любые известные Юки виды волков, да и передвигалось оно в одиночку, а не в стае. Шерсть зверя была чёрной, словно вобравшей в себя цвет тёмной, безлунной ночи. Всё его тело, включая непроглядно чёрные зрачки, было одного цвета — существо выглядело подобно живой тени. Единственными светлыми участками оставались тонкие белые полоски вокруг зрачков, небольшие пятна на кончиках лап и обнажённые зубы под мордой.
Между зубов у зверя было зажато нечто, что он давно и упорно грыз. Поверхность добычи была покрыта белым пухом, и потому и Юки, и Котоха с лёгкость поняли, что это за предмет.
Человеческая рука.
И как только в их головах мелькнул вопрос, кому же принадлежит эта рука, существо пошевелилось.
Юки сделала шаг назад, когда зверь двинулся вперёд. Несмотря на то, что его заметили, и внезапная атака теперь была невозможна, он явно не утратил боевой дух. Медленно, шаг за шагом, он приближался к девушкам, стараясь их запугать.
Осторожно отступая, Юки спросила:
— Что это, чёрт возьми, такое?
— ...Похоже на зверя, — отозвалась Котоха.
Юки думала то же самое. По крайней мере, он точно не был человеком. И не то, чтобы он походил на Мисиро, Тие или Кейто, обратившихся в монстра.
На всякий случай Юки глянула на свои руки и ладони Котохи — проверить, что откушенная конечность не принадлежала ни одной из них. Убедившись в целостности всех четырех рук, она снова сосредоточилась на белом пухе.
— Есть идеи, чья это рука?
— Нет... Слишком изорвана, чтобы понять.
— Это же не какая-то «закуска», которую ему дали перед началом игры, да? Значит... он кого-то сцапал.
— Надеюсь, ему хватило руки...
Волк приближался. Юки снова отступила на шаг.
— Волкам так нравится человечина?.. — пробормотала она. — Хотя... один прямо перед нами, так что, видимо, да...
— Думаю, его специально натренировали организаторы. Напоминает Жеводанского зверя.
— Чего?
— Легендарный зверь-людоед. Огромный чёрный волк. По слухам, сожрал больше сотни людей. Думаю, организаторы приучили обычного волка, чтобы он стал воплощением этой легенды.
— Ты серьёзно...
Продолжая пятиться назад, Юки уткнулась в конец коридора. Она могла свернуть за угол, но для этого пришлось бы на секунду отвести свет от зверя, чтобы убедиться в безопасности пути. А в такой ситуации даже доля секунды могла стоить жизни.
Поэтому Юки застыла на месте.
— А он был один, этот зверь Жеводанский?
— В большинстве источников — да. Но делать поспешные выводы может быть опасно...
— А к свету он случайно не чувствителен?
— Нет, не слышала о таком... Но если учитывать суть игры — вполне возможно...
Стоило Котохе это сказать, как зверь остановился и начал метаться из стороны в сторону, словно натолкнулся на невидимую стену.
«Попался», — подумала Юки. Зверь боялся света. Оно и логично, если вспомнить основу игры. Игроки могли продвигаться по этажам, освещая путь фонариками и избавляясь таким образом от угроз.
Но если они будут бездумно тратить батарейки — как это делала группа Мисиро — зверь их настигнет. Такая вот ловушка.
Усилия Юки оправдались — у них всё ещё был рабочий фонарик.
Однако...
— ...Плохо дело. Почти сел.
Юки посмотрела вниз — свет от фонаря стал намного тусклее, чем вначале. Отведя руку, она отчётливо увидела саму лампочку внутри — батарейка почти разрядилась. Фонарик она взяла у Котохи где-то в середине третьего этажа, и тогда он уже был почти на исходе. Но сейчас ругать фонарь было бы глупо. Он честно отслужил им предначертанное ему время.
Тем не менее всё, чему суждено закончиться, рано или поздно заканчивается.
Вероятно, зверь понимал это не хуже их. Потому и не отступал. Он знал, что сделает, как только фонарик погаснет.
Юки вытащила из закреплённого на груди рюкзака нож. Крепкий походный нож. Одной рукой ловко сняла с него чехол и продемонстрировала лезвие — и зверю, и Котохе.
— Ты собираешься сражаться? — спросила Котоха.
— У нас нет выбора.
— В такой ситуации?
Если подытожить, Юки была с рюкзаком на груди — и с Котохой на спине.
— Хочешь, я тебя сброшу? — с усмешкой спросила Юки.
— Пожалуйста, не надо...
Котоха вцепилась в неё ещё крепче, чем вызвала у Юки немалое удовлетворение.
Юки решила, что будет разумнее не снимать рюкзак — он мог сгодиться как нагрудная защита. Чтобы показать, что она — не беззащитная овечка на убой, она сделала шаг вперёд. Луч фонарика сместился вместе с ней, и потому зверь вынужден был отступить на шаг. Юки шагнула снова, потом ещё раз, вернувшись на то место, где стояла прежде.
В следующий же миг фонарик окончательно погас, погрузив всё вокруг во тьму.
Но Юки уже успела выжечь в памяти вид коридора — вплоть до каждого пятна на полу. Потеря зрения не стала для неё помехой; напротив, она только обострила остальные чувства. Она слышала не только собственное сердцебиение, но и чувствовала пульс и дыхание Котохи, капли пота на её мягкой, светлой коже.
И всё же, несмотря на обострённые чувства, она не могла уловить ни малейшего следа зверя.
(14/30)
Она больше не чувствовала зверя. Кровожадность, висевшая в воздухе, рассеялась.
Но Юки была не настолько наивна, чтобы решить, будто чудовище ушло.
Тем не менее тело выдало её мысли: хватка на ноже ослабла, напряжённая стойка вновь стала расслабленной, с губ сорвался лёгкий вздох облегчения. Похоже, Котоха тоже это заметила — руки, сжимавшие Юки за грудь, ослабли.
— Оно ушло? — спросила Юки, будто надеялась, что само произнесённое слово сделает сказанное правдой. — Кажется, да.
— Точно? — отреагировала Котоха.
— Ну, после того как прямо перед его мордой появилось острое лезвие, ему, наверное, расхотелось связываться.
Юки прислушалась к звукам шагов. Несмотря на то, что зверь находился довольно далеко, он ступал с поразительной лёгкостью — но всё же отдалялся. Угроза, по крайней мере на данный момент, отступила, хоть Юки и не собиралась выпускать нож из рук.
— Надо двигаться дальше.
Она щёлкнула выключателем фонарика — свет не зажегся. Бесполезную вещь Юки с лёгкостью бросила на пол и пошла вперёд.
— Идти в полной темноте... Всё будет в порядке? — спросила Котоха.
— Выбора у нас нет.
Если зверь был главной ловушкой второго этажа, значит, других, вроде ям или мин, здесь не было. В этом смысле отсутствие света не делало их путь опаснее. Однако освещала Юки дорогу не только ради этого — в завалах на полу попадались острые обломки, способные легко поранить ногу, если на них наступить. Будь то игра на выживание или реальная жизнь — без света исследовать заброшенное здание нельзя.
Но, решив, что жаловаться на непоправимое — пустая трата времени, Юки смирилась и стала внимательнее следить за каждым шагом.
— Интересно, остальные живы? — пробормотала она.
— Надеюсь...
Юки вспомнила руку в пасти зверя. Она видела лишь одну конечность... но точно ли одной ей всё ограничилось?
— При охоте на волка даже шёпот — уже риск, — сказала Юки. — Или слишком громкий шаг... Хотя нет. Уверена, по запаху он нас и так найдёт.
— Кажется, он боится света... А здесь тьма кромешная...
В такой темноте любой источник света можно было бы заметить издалека. Раз ничего такого они не видели, значит, у остальных тоже закончились батарейки. А если так...
— Ладно, не будем торопиться с выводами, — пробормотала Юки, делая вид, что всё в порядке. — Хандрить будем потом, когда повод появится. Пока что лучше сохранять оптимизм.
— Да... ты права.
Эти слова были сказаны, чтобы успокоить Котоху, но в них была и доля искренности. Мрачное мышление часто помогало выживать в играх на выбывание, но пессимизм — дело другое. Кто-то лишился руки. У волков превосходный слух и нюх. Это — факты. Юки считала, что между реализмом и пессимизмом нет ничего общего.
Реализм — это просто признание фактов. Он не требует ни радости, ни уныния. Так она считала.
И, в конце концов, мыслить пессимистично — большая ошибка.
Чуть позже, когда они вновь пошли вперёд, что-то коснулось ноги Юки возле груды завалов.
— ...!!
Юки резко дёрнула ногой в сторону, отчего завал с грохотом рассыпался. Хоть она и не видела, что произошло, ощущения говорили о том, что она кого-то отшвырнула прочь.
— Ч-что случилось? — испуганно спросила Котоха.
— Там кто-то был. Живой.
Её колена коснулись. При этом чувствовалась кожа и тепло от неё... Значит, внутри завала прятался неизвестный. Места там было слишком мало, чтобы туда поместился Жеводанский зверь. Ребёнок? Второе чудовище?
Юки осторожно сделала шаг вперёд, в сторону того, кого она отбросила.
— Погоди, Юки! Подожди!
В этот момент что-то вновь коснулось её ноги. На этот раз донёсся голос, и Юки остановилась. Она опустила взгляд, а после увидела:
— ...Кейто?
Это была Кейто, та худощавая девушка. Юки перевела взгляд вперёд и поняла, кого она отбросила мгновение назад.
— ...Ты с ума сошла, что ли, Юки? — из груды обломков выбралась Тие.
Двое из спутниц Мисиро были живы.
(15/30)
Юки не сбавляла ходу. Неизвестно, когда Жеводанский зверь нанесёт следующий удар. Она хотела как можно скорее найти лестницу на первый этаж. Позади неё следовали Тие и Кейто.
— Рада, что ты цела и невредима, — сказала Кейто.
— Взаимно, — отозвалась Юки. — Похоже, вы тоже не пострадали.
Она обернулась, чтобы как следует рассмотреть девушек. Несмотря на ссадины и порезы — скорее всего, от того, что те прятались среди обломков — в целом обе выглядели невредимыми. Все конечности при них.
А значит, та рука, что торчала из пасти зверя...
— Где Мисиро? — наконец задала Юки вопрос, который сжигал её изнутри.
Тие и Кейто переглянулись, будто их застали врасплох.
— Мы потеряли её из виду, когда бежали в темноте... — ответила Кейто.
— Понятия не имеем, где она.
С её слов выходило, что после того, как они с Котохой и Юки разошлись на третьем этаже, остальные продолжили игру под предводительством Мисиро. Когда они добрались до второго этажа, тут же появилась та зверюга. Причем из ниоткуда — как раз в тот момент, когда сел последний фонарик. Поняв, что в бою им не победить, трое разбежались кто куда. Позже Тие с Кейто удалось встретиться снова, но о судьбе Мисиро им было ничего не известно.
— Так значит, это была рука Мисиро? — осторожно уточнила Юки.
— Думаю, да, — ответила Кейто.
Юки сразу поняла — в её рассказе что-то не сходится. Она ведь не переспросила: «Какая рука?» или «Ты о чём?» — а сразу согласилась. Это значило только одно: Кейто знала, что Мисиро оказалась в ситуации, где ей вполне могли отгрызть руку.
Выходит, Кейто и Тие видели, как зверь вгрызся в руку Мисиро.
И лишь после этого решили, что им не справиться — и разбежались.
Они бросили Мисиро.
Ту самую Мисиро, которая сама когда-то приняла решение бросить Котоху. Что за ирония судьбы.
— А вы в завалах прятались, чтобы спастись от него? — спросила Юки.
— Ага. Против такой твари у нас бы и шанса не было, — ответила Кейто.
— И что, прятки сработали? Он не почуял ваш запах? — продолжила Юки.
— Мы тоже этого боялись, но всё обошлось, — ответила Тие. — Мы же прошли консервацию, поэтому не пахнем.
— Ах да... — Юки вспомнила про ту самую операцию. Одним из её эффектов было подавление запахов тела. Даже если неделю бегать по тропикам, запаха пота не будет.
И, судя по всему, его хватило, чтобы сбить с толку острый нюх волка.
— Но, если бы мы издали хоть звук, он бы точно нас нашёл, — сказала Кейто. — Мы же вообще не знали, где находимся. Бежали куда попало, и в итоге застряли. Если бы ты мимо не прошла, Юки, нам была бы крышка.
— ...Если тебе не трудно, — продолжила она, глядя на Юки умоляющими глазами, — можно мы пойдём и дальше с тобой?
— Не думаю, что так вы спасётесь от нападок зверя, — отозвалась Юки.
— Ты его прогнала. Больше он на тебя не нападёт. Он точно понял, кто тут альфа.
Юки не верила ни единому слову. Та тварь была выдрессирована убивать игроков. Да, возможно, она сначала выбирала более лёгкую добычу — но при случае не задумываясь бы набросилась и на Юки.
И Кейто, похоже, сама не верила в свои речи. Ей лишь нужно было остаться с Юки, чтобы та сражалась с чудовищем за неё.
Типичная прилипала. Чтобы выжить, она объединялась с сильными. А теперь, когда Мисиро выбыла из игры, её новой целью стала Юки.
— Мне не трудно... — ответила Юки. — Всё равно мы почти пришли.
— Что? — удивлённо переспросили и Тие, и Кейто, и даже Котоха.
«Ничего не заметили, — подумала Юки. — Пора объяснить прямо».
— Лестница совсем рядом. Пара поворотов, и будем у цели.
— ...И как ты это поняла? — спросила Тие.
— Воздух здесь другой. Полагаю, на первом этаже есть окна. Часть свежего воздуха доходит и до сюда.
— Ты что-нибудь чувствуешь? — шепнула Тие.
— Ничего... — ответила Кейто. — Вообще ничего.
Юки пошла дальше, не сказав больше ни слова. Остальные замолчали и последовали за ней. Один поворот, потом другой...
И на этот раз, в отличие от прошлого, её предсказание сбылось. С правой стороны коридора, в который они свернули, располагалась величественная лестница.
— ...Ух ты, — пробормотала Тие.
— Я в тебе ни секунды не сомневалась, — добавила Кейто.
— Знаете... — ответила Юки. — Такие вещи вы вообще-то и сами должны замечать.
Даже с учётом страха перед зверем, они, по её мнению, вели себя слишком рассеянно. И пусть её замечание могли воспринять как чересчур высокомерное, сдерживаться она больше не могла.
Когда они приблизились к лестнице, Юки заметила струящийся снизу тусклый свет. Либо на первом этаже работало освещение, либо внутрь пробивались солнечные лучи. Что бы там ни было, вид явно приободрил Тие и Кейто — они, возбуждённые, сбежали вниз по ступеням, словно школьницы, отпущенные домой после уроков.
А вот сама Юки так и осталась стоять на верхней площадке, не сделав ни шага.
Поняв, что от стен раздаётся эхо только пары шагов, Кейто обернулась.
— ...Ты чего? — спросила она с недоумением. — Не говори, что на лестнице ловушка?
— А? Нет-нет, ничего такого, — отозвалась Юки.
Она бросила взгляд сначала на Кейто, потом на стоявшую рядом Тие. Взяв в расчёт Котоху, их было четверо. И, глядя на них, Юки поняла, кто, скорее всего, погибнет в конце.
Руки Котохи крепче обхватили её грудь.
— Ты собираешься вернуться? — спросила та. Похоже, она поняла, почему Юки застыла на месте.
— ...Да. Думаю, стоит, — ответила Юки. Она ни в коем случае не могла забыть о действительно важных вещах.
— Подожди, да ладно... Ты что, собралась спасать Мисиро? — выдохнула Тие.
Юки невольно улыбнулась, услышав, с какой холодностью та выплюнула своё «да ладно».
Мисиро — избалованная, властная принцесса. Лидер, взявший под крыло новичков после «Леса Свечей». Это была её уже восьмая игра. Она часто вступала в конфликты с Юки, потому что та представляла угрозу её положению.
— Именно это я и собираюсь сделать, — ответила Юки. — Возможно, она ещё жива.
Тие и Кейто ошеломлённо уставились на неё.
Она уже спасала игрока, брошенного остальными — Котоху. Но была одна важная разница: если Котоха просто отстала от остальных, то в случае с Мисиро над ней прямо сейчас нависала смертельная опасность в лице Жеводанского зверя.
Тем не менее Юки не колебалась ни секунды. Она сняла Котоху со спины и протянула её Тие.
— Не против понести её? Очевидно, тащить её с собой — не лучшая идея.
— Ну... ладно, — ответила Тие и приняла Котоху на спину.
— Но... зачем ты это делаешь? Я... я просто не понимаю, с какой стати ты хочешь спасти Мисиро...
Ещё одна реплика, лишённая капли сочувствия. Юки с усилием выдавила улыбку — и ответила:
— Чтобы заработать себе парочку очков.
(16/30)
Как же она оказалась в такой ситуации?
Лишь один этот вопрос не давал покоя Мисиро.
(17/30)
Всё вокруг было погружено во тьму.
Мисиро сидела в небольшой комнате.
Она укрылась в импровизированном убежище — снаружи оно представляло собой груду деревянных обломков, но внутри было достаточно просторным, чтобы можно было свернуться калачиком, обхватив колени руками. Конструкция вышла наспех, зато с толком — зверь дважды проходил мимо этого места и оба раза не заметил её. На какое-то время Мисиро обеспечила себе безопасность.
Но оставаться там вечно она не могла. С каждой секундой, что отсчитывало время, её судьба становилась всё очевиднее.
— ...Чёрт, — едва слышно прошептала она, стараясь не привлекать внимание существа. Отчаяние, что она высказала, разошлось только по её разуму, не колыхнув воздуха.
У этой игры был лимит времени. Когда отсчёт, видимый повсюду в здании, дойдёт до нуля, всё закончится. Возможно, где-то на первом этаже сработает огромная бомба и сотрёт в пыль здание. А может, активируется смертельное устройство, встроенное в сердце Мисиро. Она не знала, как именно настанет её казнь — но то, что она неизбежна, не вызывало сомнений.
И скорее всего, она не доживёт до нуля. Зверь не был безмозглым — рано или поздно он обнаружит её тайник и разорвёт её девичье тело на куски.
Мисиро отчаянно хотела выбраться отсюда как можно скорее. Но вокруг не было ни единого шанса на спасение. До того, как укрыться, она металась в панике по этажу и напрочь потеряла представление о его планировке. Она не помнила, откуда пришла, и не имела ни малейшего понятия, в какой стороне находится лестница вниз.
Было бы слишком самонадеянно думать, что ей повезёт и она случайно наткнётся на неё.
Но и оставаться на месте — не выход. Нужно было бежать как можно скорее, пока в ней продолжали тлеть сила и воля. Вот только Мисиро не хватало смелости.
И всё, что она могла сейчас — сидеть, свернувшись в страхе.
Хотя... Даже на это она больше не была способна.
Ведь обнять себя она могла лишь одной рукой. Её правая рука, до локтя, теперь была покрыта белым пухом. Всё, что находилось дальше — наверняка уже переваривалось в желудке зверя. Точно так же, как ноги Котохи нельзя было излечить, её собственная рука, вероятно, навсегда осталась потерянной.
— ...Чёрт, — снова прошептала Мисиро.
От привычной грациозности не осталось и следа. Та старая Мисиро исчезла в одно мгновение, стоило им показаться на втором этаже. Зверь не стал медлить и появился сразу, как только иссяк заряд в их фонариках, вцепившись в её руку. Так и настал её конец.
Крик, который из неё тогда вырвался, не имел в себе ни капли достоинства. Неудивительно, что Тие и Кейто бросили её и убежали.
Единственное, с чем ей хоть немного повезло — так это то, что её предплечье довольно легко оторвалось. А значит:
Во-первых, она успела выдать по-настоящему жалкий вопль.
Во-вторых, зверь на секунду прекратил преследовать их.
Пока тот глодал её руку, Мисиро смогла ускользнуть, как герой мультфильма.
Она бежала, не думая о возможных ловушках, ранясь обломками, что царапали кожу и рвали платье в клочья. Спотыкалась, падала, ударялась о бетонные стены и пол, сбивая дыхание. И только потом... Скрылась во тьме.
Теперь всё, что у неё оставалось, — это её крохотное убежище.
— ...Чёрт, — в третий раз прошептала она.
Она не имела ни малейшего представления, сколько прошло времени. От силы минут десять, двадцать — сущие пустяки по обычным меркам, но для Мисиро они было вечностью. Этого времени ей хватило с лихвой, чтобы утонуть в собственных мыслях — бессмысленных, но неотвязных.
Почему? Почему это случилось? Где я допустила ошибку?
Первым, что пришло ей на ум, — было лицо той дряни... Юки.
Девушка, напоминавшая призрака воплоти, та, что называла себя ветераном с десятком игр за плечами.
Это всё её вина, подумала Мисиро. Держи она свою пасть на замке, всё сложилось бы иначе. «Нужно экономить батарейки»? Да я сама не хуже знаю! Я первая предложила включать по одному фонарику! Я прекрасно понимала, насколько всё серьёзно. Не лялякай она без умолку, я бы сама предложила не использовать фонарик на третьем этаже! Но нет, она начала трепать мне нервы, и я отвлеклась. Да. Именно. Она сбила мой настрой. Если бы она не сказала, что это её десятая игра...
Следом в мыслях всплыл другой человек — тот, кто затащил её в этот мир. Её агент.
Мисиро слово в слово помнила приглашение, с которым ей предложили вступить в игру.
«Здесь над вами не будет никого. Мы подарим вам статус, которого вы жаждете».
Само собой разумеющееся. В такие игры ведь не рвутся толпы — после пяти-десяти попыток легко выбиться в мастера. Это как попасть в Книгу рекордов Гиннесса за самое дальнее плевание арбузными косточками.
Сейчас Мисиро уже понимала, что обещанный статус в этих играх не стоит и гроша. Но тогда всё казалось до ужаса соблазнительным.
Быстро вырваться в лидеры игр, где зрители — сплошь представители высшего общества?
Неплохо.
Но ей ни слова не сказали о тварях вроде Юки.
Меня обманули. Не следовало вестись на пустые обещания.
Она вспомнила ту ночь, когда уничтожила вдребезги всю свою комнату.
В ней кипела ярость. Ей казалось, что её жизнь упёрлась в стену. Сломать которую не удалось, и тогда она выместила злость на комнате. Мисиро была уверена: главное несчастье её жизни — в том, что она родилась сейчас. Что бы она ни делала, всегда находился кто-то, кто забирался выше. В мире было слишком мало вершин и слишком много тех, кто пытался туда вскарабкаться.
«Что делать такой, как я, в эту эпоху?.. — с горечью думала Мисиро. — Умереть?»
«Я изреза́ла свою младшую сестру своей любимой ракеткой, пока её не увезли на скорой. Если бы я родилась другой...»
Наконец, в памяти всплыл образ матери.
Она посмотрела на женщину, в два раза выше её самой. И спросила:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...