Глава 102. Невероятный Фенрир (Две главы в одной)
Раз уж консилиум спятивших профессоров подтвердил подлинность артефакта, Анж вновь перевел свой пронзительный, с толикой холодной настороженности взгляд на Чу Тяньцзяо.
К тому времени мужчина и Чу Цзыхан уже успели взять эмоции под контроль и теперь чинно сидели на соседних стульях. Поймав на себе тяжелый взгляд директора, Чу Тяньцзяо виновато улыбнулся, нервно почесав затылок:
— Прошу прощения, директор, но мои воспоминания обрываются на том моменте, как Один впечатал мне своим копьем прямо по черепу, вырубив намертво. А когда я разлепил глаза — меня уже волок на горбу этот славный малый, Чжэн Шу.
Анж едва заметно нахмурился. То, с какой непринужденной легкостью этот чужак величал его директором, вызывало легкий когнитивный диссонанс. Он не стал проверять его старыми кодовыми фразами, пытаясь выяснить, действительно ли это его бывший агент. Против сущности, способной перекраивать человеческую память вдоль и поперек, любые тайные шифры превращались в жалкий мусор.
Несмотря на рой мрачных подозрений в голове, на лице старого джентльмена не дрогнул ни единый мускул, а губы растянулись в безупречно-вежливой улыке:
— Уж простите, боюсь, мои слова вас заденут, но в моей памяти нет о вас ни единого следа. Поэтому я вынужден просить о содействии: чуть позже мы проведем полнейшее, доскональное обследование вашего организма.
Чу Тяньцзяо, на удивление, держался бодрячком. Еще по дороге Чжэн Шу в красках расписал ему весь творящийся вокруг его личности дурдом, так что мужчина прекрасно осознавал, насколько паршиво выглядит со стороны человек, взявшийся буквально из ниоткуда. Честно говоря, сам факт того, что он живым добрался до Колледжа Кассель и обнял сына, уже казался ему чудом. Он морально готовился к тому, что прямо у трапа самолета мордовороты из Исполнительного отдела мордой в асфальт уложат его и утащат в подвалы на кровавый допрос.
— Без проблем, вообще без проблем! Как-никак, я сам когда-то грыз гранит науки в Колледже Кассель и кухню эту знаю. Будьте покойны, директор, вывернусь наизнанку, но помогу всем, чем смогу!
— Спасибо, старина Чжэн, — вдруг глухо произнес Чу Цзыхан, до этого хранивший гробовое молчание, и бросил на спасителя отца полный искренней признательности взгляд.
Даже сейчас всё происходящее казалось ему лихорадочным, бредовым сном.
— Да брось, старина Чу, к чему эти расшаркивания? — отмахнулся Чжэн Шу, равнодушно запихивая в рот очередную порцию выпечки. — Я ж не целенаправленно твоего предка вытаскивал. Ему просто тупо повезло. Помнишь, мы шарились в его конспиративной хате? Я тогда фотку его приметил и рожу запомнил. А не то, клянусь, размазал бы его тонким слоем вместе с остальными тварями в пылу драки.
— В таком случае, нижайший поклон братишке Чжэну за проявленное милосердие! — Чу Тяньцзяо нервно хохотнул, ловко переводя стрелки. — Кто бы мог подумать, что за те годы, что меня здесь не было, Колледж Кассель совершит такой скачок в развитии. Да в мое время боец уровня братишки Чжэна мгновенно получил бы Ранг 'S'! А сейчас, гляди-ка, он числится всего лишь А-рангом. Выходит, если меня заново прогонят через тесты, я в лучшем случае едва-едва наскребу на тот же А-ранг.
Скажи это кто другой — он бы еще взбеленился. Но перед парнем, который тащил его на себе, словно облезлого кутенка, у Чу Тяньцзяо не осталось и капли гордости. Уж он-то, лично столкнувшись с Одином, прекрасно понимал, какой хтонический пиздец представляет собой эта тварь в связке с ордой Слуг Смерти. И самым жутким было то, что этот сопливый первокурсник Колледжа Кассель, перемолов в фарш целую армию чудовищ, не получил ни единой царапины! Не расспроси он по дороге подробнее о семье Чжэн Шу, Чу Тяньцзяо готов был бы поклясться на крови, что перед ним сидит пробудившийся Король Драконов с амнезией.
Вот только его невинная шутка заставила Анжа заметно напрячься.
Вся эта бюрократия с оценкой родословной Чжэн Шу для любого посвященного была не более чем дешевой ширмой. Судя по той мясорубке, которую он устраивал, концентрация крови Дракона Раджи в его венах давным-давно пробила все мыслимые и немыслимые пределы безопасности. Такого нестабильного Полукровку даже в японском филиале немедленно заклеймили бы титулом демона и заперли бы в стальную клетку под круглосуточным прицелом.
Но Анжу, чья собственная природа балансировала на лезвии бритвы, было глубоко плевать. До тех пор, пока Чжэн Шу готов рвать глотки драконам, директор с радостью закроет глаза на любые риски. А искусственно заниженный А-ранг был нужен лишь для того, чтобы не привлекать к монстру в человеческом обличии лишнего, ненужного внимания.
И Анж, и Совет директоров сходились в одном: единственное, что удерживало Чжэн Шу от падения в кровавое безумие — это титаническая, почти нечеловеческая сила воли.
Именно из-за этих слухов даже суровый клан Беовульф, вечно плевавшийся от слабости образовательных методов Колледжа Кассель, внезапно проявил неслыханную благосклонность. В кулуарах они прямо намекнули Анжу на желание устроить политический брак с Чжэн Шу. А если парень окажется строптив и откажется от уз Гименея — они были готовы просто предоставить ему отборных суррогатных матерей, лишь бы заполучить его семя!
Из-за этой подковерной возни Чжэн Шу еще долго приходилось отбиваться от табунов подосланных к нему роскошных красоток из разных семей.
Вот только у подобных грязных секретов было одно золотое правило: все всё понимают, но вслух об этом не говорят. И то, что Чу Тяньцзяо с размаху сорвал крышку с этого кипящего котла, заставило всех посвященных в тайну ощутить острый приступ испанского стыда.
Заметив, как воздух в кабинете внезапно загустел от неловкости, Чу Тяньцзяо поспешно заткнулся. Он понятия не имел, где облажался, но панически боялся прогневать Чжэн Шу, а потому решил прикусить язык.
В этой удушающей, липкой атмосфере всеобщего конфуза один лишь Чжэн Шу чувствовал себя как рыба в воде.
А чего ему переживать? Сила при нем, мозги, когда надо, заменяются силой, а влияние… влияние тоже диктуется силой. Имея за спиной абсолютную, подавляющую мощь, он мог плевать на всех с высокой колокольни. Откровенно говоря, единственной причиной, по которой он вообще приперся обратно в Колледж Кассель, было то, что Старина Тан и этот старый ублюдок Герцог прятались так искусно, что сам черт бы ногу сломил их искать.
С Таном еще полбеды. Потрать немного времени, скинь запрос Норме — и дело в шляпе. Да, придется засветить часть своих карт, но координаты парня вычислить реально.
А вот с престарелым упырем Герцогом дела обстояли паршиво. Японский филиал только на бумаге лизал сапоги Колледжу Кассель. Глухая кибер-блокада «Принцессы Кагуи» плюс параноидальная привычка Герцога рассылать вместо себя двойников-марионеток делали его практически неуловимым. Эта мразь не высунет свою настоящую морду из норы вплоть до того самого момента, пока не придет время сожрать наследие Белого Царя. До тех пор искать его логово — всё равно что искать иголку в стоге сена.
Самым дерьмовым было то, что все эти марионетки Герцога находились под глубочайшим гипнозом. Они свято верили в свою поддельную личность, а по факту являлись обычным пушечным мясом, безвольными Слугами Смерти. Чжэн Шу резонно подозревал, что даже если он выпотрошит их память наизнанку, то не найдет там ни единой зацепки, ведущей к реальному логову этого кукловода.
— Чжэн Шу, ты только что обмолвился, что нашел фотографию в конспиративной квартире Чу Тяньцзяо? — внезапно разрезал вязкую тишину хриплый, каркающий голос Шнайдера. Профессиональное чутье главы Исполнительного отдела безошибочно выцепило из болтовни парня крохотную, но крайне важную аномалию.
— Ну-у… если уж докапываться, то фотку я нашел не в самом бункере. Там на прикроватной тумбочке стояло семейное фото… — начал было юноша.
— Нет, — жестко оборвал его Шнайдер, резко поворачивая уродливую полумаску к Чу Цзыхану. — Плевать на фотографию. Главное — вы нашли саму конспиративную квартиру.
— Верно, — сухо подтвердил Чу Цзыхан. — Мы с Чжэн Шу наткнулись на секретный подвал прямо под комнатой отца. Там валялась куча снаряжения и стопки собранных им досье.
Ссс-с…
Услышав это, Чу Тяньцзяо так резко втянул воздух сквозь зубы, что едва не поперхнулся. Его лицо мгновенно пошло красными пятнами жуткого смущения.
Чжэн Шу его прекрасно понимал. Возводя свое тайное логово, мужик явно не планировал водить туда экскурсии, так что там наверняка хранилась целая гора постыдного компромата и сугубо личных секретиков. Это чувство сродни тому, как если бы пубертатный подросток узнал, что предки нашли его заначку с порнухой под матрасом, или кто-то спалил историю поиска в браузере.
А вишенкой на торте этого дерьма был тот факт, что в грязном белье рылся собственный сын! От такого социального суицида Чжэн Шу даже стало искренне жаль бедолагу.
Но Шнайдеру было глубоко плевать на душевные терзания Чу Тяньцзяо. Получив подтверждение, профессор вновь погрузился в пучину мрачных раздумий.
— Есть мысли? — негромко поинтересовался Анж. Директор прекрасно знал цену талантам и безжалостному уму главы Исполнительного отдела. Не случись в прошлом той жуткой трагедии, изуродовавшей его, именно Шнайдер стал бы идеальным преемником.
— Ранее мы поручили Норме провести расследование, — скрипуче начал Шнайдер. — Выяснилось, что огромный массив физических документов и даже реальных объектов был изменен или стерт с лица земли.
Анж уловил суть с первых же слов, но не стал перебивать, лишь ободряюще кивнул, призывая продолжать.
Остальные присутствующие тоже почувствовали, как в их головах вспыхнула искра понимания. Все взгляды разом скрестились на Шнайдере, и теперь его могильный хрип казался им слаще музыки:
— Почему, дьявол побери, неведомая сила смогла перекроить реальность, изменить куда более сложные и громоздкие объекты, но при этом конспиративная хата Чу Тяньцзяо осталась нетронутой?!
— А ведь и правда! — Манштейн в возбуждении подскочил на ноги. Даже вечно пьяный вице-директор резко подобрался на диване, и хоть он продолжал механически прикладываться к бутылке виски, в его глазах вспыхнул хищный, осмысленный огонь. — Переписать память толпам людей — задачка не из легких! И при этом враг упускает из виду целое логово, битком набитое реальным компроматом и досье на Чу Тяньцзяо! Вывод очевиден: убежище выпало из поля зрения ублюдка по какой-то совершенно конкретной причине!
Выводы Манштейна влили в присутствующих изрядную дозу адреналина. С того самого момента, как они осознали, что кто-то из Драконов Раджи способен переписывать память целой планеты и перекраивать физическую материю, липкий, парализующий страх поселился даже в сердце Анжа.
Они не боялись сдохнуть. Ступив на этот кровавый путь, каждый из них давно примирился со старухой с косой. Но перспектива умереть впустую, перспектива того, что сама история их жизней, их идеалы и воля будут растоптаны, извращены и пущены на корм врагу — вот что сводило с ума.
От одной мысли об этом Анжа накрывала черная, беспросветная беспомощность. Это не могло сломить его маниакальную жажду крови драконов, но превращало будущее в беспросветный мрак.
Однако теперь Шнайдер на живом примере доказал: у этой хтонической силы есть брешь!
— Восприятие! Всё дело в осознании самого факта существования бункера! — наконец-то подал голос Чу Тяньцзяо, демонстрируя блестящую аналитическую хватку элитного оперативника. Имея на руках жалкие крохи информации, он мгновенно выстроил самую жизнеспособную теорию. — Когда я копал эту нору, о ней не знала ни одна живая душа! В реестрах Колледжа Кассель значится совершенно другой адрес. Этот подвал я оборудовал сугубо для личных нужд, поэтому в рапортах о нем — ни слова. В целом мире лишь я один знал о его существовании!
Собеседники переглянулись. Сделав солидный глоток виски, Фламель едва заметно кивнул Анжу. Если эта проклятая неизвестная Котодама способна ломать чужое восприятие, то шансы на то, что её триггером и фундаментом служит именно знание и коллективная память, стремились к ста процентам.
— Любопытно… — Анж задумчиво потер подбородок, выбивая пальцами дробь по столешнице. — Что ж, джентльмены, похоже, с сегодняшнего дня в наше расписание добавится еще одна занятная рутина.
— У меня вопрос! — внезапно вскинул руку Гудериан, стягивая на себя внимание аудитории. — Допустим, мы правы. Допустим, секретные заначки, о которых не знает никто, кроме владельца, не стираются реальностью. Но какой в этом толк, если после того, как Котодама сотрет саму личность хозяина из бытия, никто в мире даже не вспомнит о его существовании, чтобы начать эти тайники искать?!
— Заноза в заднице, не поспоришь, — мрачно кивнул Анж, признавая логику профессора, но тут же стальным тоном отрезал. — Но даже так, мы обязаны прятать крупицы правды о себе в местах, известных лишь нам одним! Пусть шанс сработает один на миллион, но мы выцарапаем эти подсказки на стенах реальности для тех, кто придет после нас!
Гудериан подавленно замолчал, не найдя контраргументов. Звучало это как безумная авантюра, но директор был прав: даже призрачный шанс стоил того, чтобы за него цепляться. Эти жалкие обрывки памяти когда-нибудь могли стать отравленным клинком, пробившим чешую Короля Драконов.
После этого профессуру прорвало, и они с пеной у рта принялись генерировать сумасшедшие идеи по обходу стирания памяти. Но Чжэн Шу эта возня уже не колыхала. Уничтожив стратегический запас сладостей и вытерев перемазанные липким кремом пальцы, он лениво махнул рукой Анжу сотоварищи и свалил из кабинета.
Бредущему вдоль темного озера Чжэн Шу было откровенно скучно. Взгляд лениво скользил по вычурным фасадам университетских зданий. Из-за дрянных часовых поясов они вылетели с родины глубокой ночью, и приперлись в Колледж Кассель тоже ночью. Улицы вымерли наглухо, ни единой живой души; лишь вдалеке светились окна общежитий и клубных домов, недвусмысленно намекая на бурную, неугомонную ночную жизнь молодняка Полукровок.
И ежу было понятно, что привезенный им Чу Тяньцзяо обеспечит руководству и Совету директоров бессонные ночи и кровавые мозоли на мозгах. Но лично Чжэн Шу это дерьмо никак не касалось. Раскинув мозгами и поняв, что в ближайшее время на горизонте не маячит никаких героических подвигов, он решил плюнуть на всё и с кайфом деградировать, вернувшись к привычному образу жизни задрота из прошлой жизни.
Зарулив в круглосуточное окно столовки и затарившись жратвой навынос, парень неспешно побрел в сторону общаги.
Ввалившись в свою берлогу, он первым делом выпотрошил шкаф, добыв оттуда купленную еще в прошлом семестре консоль и шикарный монитор. Привычными движениями скоммутировав провода, подключившись к сети и залогинившись, Чжэн Шу расплылся в довольной, сытой ухмылке, увидев мигающее уведомление о новой заявке в друзья.
Имя пользователя гласило: [Невероятный Фенрир].

Комментарии

Загрузка...