Туг никогда и помыслить не мог, что однажды сумеет по-настоящему прибрать город Дрого к своим рукам. Вся оборона города держалась на стражах-нежити, и пока они оставались на посту, ему суждено было вечно играть роль градоначальника-управляющего.
Однако два с лишним месяца назад всё переменилось. Стражи-нежить внезапно прекратили работу, а когда Туг отправился к лорду-смотрителю могил, выяснилось, что тот бесследно исчез.
Оставшись без костяных стражей, город Дрого ещё несколько дней жил по инерции, но вскоре неизбежно начались беспорядки. Когда преступники смекнули, что за грабежи и разбой их никто не карает, они окончательно обнаглели.
Туг попытался было поддерживать порядок силами стражи из поместья градоначальника. Вот только, положа руку на сердце, его латники годились лишь для почётного караула да пускания пыли в глаза, а против отпетых головорезов не стоили и ломаного гроша.
Полтора месяца назад дюжина стражников попыталась скрутить в таверне наёмника, который облапал служанку и отказался платить. Тот попросту зарубил шестерых и спокойно ушёл от погони. Туг покрыл себя несмываемым позором, и с того самого дня многие торговые гильдии перестали с ним считаться.
Так продолжалось до тех пор, пока месяц с небольшим назад посланник Совета духов неожиданно не доставил скипетр нежити. Выбор пал на Туга как на самого влиятельного человека в городе, и теперь он получил право призывать стражей-нежить с городского кладбища.
За одну ночь власть Туга стала непререкаемой. Он не только обрёл способность созывать несметные полчища мертвецов, но и привлёк на свою сторону множество могущественных бойцов. Эти новые приспешники должны были стать его верной опорой и помочь окончательно подмять город под себя.
Вот только прокормить такую ораву на прежние налоговые сборы было невозможно — требовалось больше доходных промыслов и больше рабов.
Рабы — самая дешёвая рабочая сила. Знай себе кидай им кусок хлеба, чтобы не подохли с голоду. Жён и дочерей невольников можно продать, а подросшие сыновья сами станут рабами — сплошная выгода при грошовых затратах.
И тут сама судьба преподнесла ему подарок! Под стенами города скопилось больше десяти тысяч беженцев — лучшего источника дармовых рабов и не придумаешь. Достаточно поморить их голодом несколько дней, и тогда за одну краюху хлеба они сами подпишут кабальную грамоту, покорно превратившись в его собственность.
Однако не успел он приступить к делу, как у городских стен невесть откуда объявился отряд «Храма Нежити». Они принялись бесплатно кормить голодающих, распределять их и уводить за собой, так что почти половина беженцев под стенами словно сквозь землю провалилась.
Поначалу Туг опешил. Жрецы Храма Нежити явились помогать пострадавшим от бедствия? В этом храме ещё кто-то остался?
Сомнения грызли его, но рубить сплеча он не решался: а ну как они и впрямь из Храма Нежити?
Потратив больше половины дня и задействовав все свои связи, Туг через десятые руки разузнал любопытную весть: Храм Нежити на Равнине Упокоения рухнул ещё десять лет назад.
Раз сам храм давно обратился в руины, откуда взялись эти проходимцы? Ясное дело, самозванцы!
Туг тотчас призвал с кладбища стражей-нежить и во главе своих приспешников скрытно двинулся к лагерю, намереваясь разом накрыть всю шайку и не дать уйти ни единому богохульнику.
Да, он уже припас удобный предлог: заклеймить чужаков святотатцами и по возможности взять живьём. Тогда, даже если они каким-то чудом окажутся настоящими служителями Храма Нежити, всё можно будет списать на досадное «недоразумение».
Вот только его манёвр вовремя заметила Лебиния и, рискуя собой, примчалась предупредить чужаков. Однако Анге и его спутники встретили эту весть с весьма странными лицами.
На черепе Анге даже отразилась безысходность: если придётся повторить ещё раз, это будет уже четвёртый по счёту.
Заметив его настрой, Энтони торопливо зашептал:
— Господин, господин, ни в коем случае не вмешивайтесь лично! Сдержитесь, умоляю, сдержитесь, только не напугайте скипетр до смерти!
Анге склонил голову набок.
Энтони поспешно пояснил вполголоса:
— Сейчас нам представился великолепный случай показать свою мощь. Если вы просто шевельнёте пальцем и всё закончится, выйдет слишком расточительно. Нам нужно устроить внушительное представление и хорошенько припугнуть кое-кого — как врагов, так и союзников.
Говоря это, Энтони покосился в сторону Лебинии. Очевидно, графиня тоже входила в число тех, кого следовало впечатлить.
Анге кивнул, а затем снова вопросительно наклонил голову.
— Сначала мы сделаем так и вот так, потом этак, а затем ещё вот так, — затараторил Энтони. — Кстати, что в магии нежити выглядит особенно зрелищно и внушительно? Надо бы нагнать на них жути.
Анге и Негрис переглянулись, а Дурокен задумчиво потёр подбородок:
— Чума нежити? Поток нежити? Духовный шторм? Вопль отчаяния? Небесная песнь банши? Чума разложения?..
Король-Лич собирался перечислять и дальше, но Энтони уже отчаянно замахал руками:
— Стоп-стоп-стоп! Это уже чересчур страшно! Вы их припугнуть хотите или угробить всех до единого?
— Если нужно что-то по-настоящему зрелищное, то подойдёт туман мертвенного дыхания в сочетании с Бездной белых костей, — предложил Негрис. — Когда из-под земли до самого горизонта тянутся бесчисленные мертвенно-бледные костяные руки, смотрится весьма эффектно. Анге, ты такое умеешь?
— Туман мертвенного дыхания — могу. Бездну белых костей — не могу, — ответил Анге.
Негрис сразу обратил внимание, что Анге сказал «могу» и «не могу», а не «умею» и «не умею».
— Хочешь сказать, туман мертвенного дыхания ты выпустить в состоянии, а на Бездну белых костей сил не хватит? Слишком высокий уровень заклинания? — догадался дракон.
Анге кивнул. Туман мертвенного дыхания относился к масштабным заклинаниям, перемещающим разлитое в воздухе дыхание смерти. Здесь требовался не столько высокий уровень мага, сколько тонкий контроль над самой энергией смерти — а уж в этом Анге не было равных.
Бездна белых костей, напротив, являлась магией некромантии восьмого уровня, и доступного ему запаса маны для такого заклинания попросту не хватало.
Когда Негрис перевёл его мысль, все понимающе закивали, а Дурокен с улыбкой приподнял цилиндр:
— Тогда позвольте мне показать небольшой фокус.
— Погодите, сначала наверняка будет словесная перепалка, так что не спешите, — добавил Энтони. — Пожалуй, пусть первым вступит в бой Маленький зомби, идёт? Малыш, справишься?
— Р-рау! — Маленький зомби гулко хлопнул себя ладонью по груди.
Энтони не понял смысла рычания, но безошибочно уловил рвущийся наружу боевой задор, поэтому сразу распорядился:
— Вот и славно. Ты начинаешь первым, следом вступаю я, а господин и почтенный Дурокен подключатся по обстановке.
— Грау! — Скелет-ангел энергично вскинула руку.
У Энтони ёкнуло сердце:
— Тебе вмешиваться нельзя! Твой Святой Свет выдаст нас с головой!
Скелет-ангел возмущённо ткнула в него костяным пальцем:
— Грау!
Энтони часто заморгал, каким-то чудом угадав смысл её негодования, и поспешно оправдался:
— Ты что, забыла, кем я был раньше? Я же Император Чёрных воинов!
Скелет-ангел обиженно надула воображаемые щёки, но рычать больше не стала.
Неужели удалось уговорить? Энтони перевёл дух. Если бы эта девчонка сорвалась с места и сходу шарахнула Вспышкой Святого Света, о маскировке под Храм Нежити можно было бы забыть — пришлось бы выдавать себя за Церковь Света.
Видя, что вся компания со странными лицами о чём-то шепчется, совершенно не обращая на неё внимания, Лебиния вспылила. Она сердито топнула ногой и развернулась, собираясь уйти. Разбирайтесь сами как знаете!
— Госпожа Лебиния, прошу вас, повремените! — окликнул её Энтони. — Нам нужно, чтобы вы стали свидетельницей того, что сейчас произойдёт.
— Свидетельницей мертвецов, что ли?! — огрызнулась графиня. — Я ради вас головой рисковала, прибежала предупредить, а теперь Туг и на меня зуб затаит!
— Хе-хе, тогда поднимитесь на городскую стену и посмотрите оттуда, — невозмутимо ответил Энтони. — Увидите своими глазами величие Храма Нежити и поймёте, что всяким шавкам не дозволено безнаказанно оскорблять нас.
Лебиния изумлённо обернулась и с недоверием переспросила:
— Вы и вправду из Храма Нежити?
Энтони пожал плечами и спокойно произнёс:
— Разумеется. Нам незачем вас обманывать. Впрочем, как видите, сейчас это имя мало кого страшит — даже мелкий градоначальник осмеливается идти против нас. Похоже, мы слишком долго не являли свою божественную мощь, и мир успел позабыть о нас.
Лицо Лебинии стало мрачнее тучи. Она-то полагала, что Туг решился на нападение лишь потому, что разузнал нечто важное.
В последнее время градоначальник набрал в свиту кого попало, так что сведения из его окружения текли как сквозь решето. Графине не составило труда выяснить, что Храм Нежити рухнул десять лет назад — именно это наверняка и развязало Тугу руки.
Но почему тогда спутники Анге держатся с такой непоколебимой уверенностью? Неужели они действительно представляют Храм Нежити?
Если это правда, то слова Энтони о «божественной мощи», «оскорблении», «устрашении» и «забвении» звучали зловеще. В груди Лебинии шевельнулось дурное предчувствие.
Она поспешно ускорила шаг и метнулась к городской стене, откуда верные люди уже спустили для неё подъёмную корзину. Едва графиня поднялась до середины стены, как увидела смыкающееся с трёх сторон чёрное море.
Анге, его спутники и оставшиеся беженцы оказались в плотном кольце бессчётных полчищ нежити.
В окружении многочисленной свиты Туг растолкал беженцев и вышел вперёд. Окинув взглядом одеяния чужаков, он окончательно успокоился.
— Вы только полюбуйтесь на них! Чахлый недокормленный жёлтый дракончик, один чародей, горстка людей да сопливая девчонка осмелились выдавать себя за Храм Нежити? Да вы хоть понимаете, что это святотатство?! Безумцы, потерявшие страх! Эй, стража, схватить их всех!
Ни единого духа, ни единого лича, ни единого некроманта — и эти проходимцы смеют прикрываться именем Храма Нежити? Они что, всех вокруг за круглых дураков держат?
Глядя на сжимающееся кольцо врагов, Энтони вдруг ощутил лёгкое головокружение — на него нахлынули далёкие воспоминания. Он с силой ударил себя кулаком в грудь и произнёс:
— Выходи, старый друг! Нам снова пора сразиться плечом к плечу!
Из его тела вырвалось облако чёрного тумана, сгустившись в лошадиную голову, а миг спустя прямо из воздуха выпрыгнул могучий боевой конь нежити.
Остатки чёрной дымки обвились вокруг самого Энтони, обращаясь в грозные латы. В мгновение ока перед толпой предстал окутанный дыханием смерти рыцарь нежити.
Приспешники Туга невольно замедлили шаг. Говорили же, что среди них нет ни духов, ни личей, ни магов! А рыцарь нежити, стало быть, не в счёт?!
Энтони со сдержанной улыбкой шагнул к скакуну, собираясь лихо вскочить в седло, но стоило ему занести ногу, как Чёрный Конь сделал широкий шаг вбок. Бывший кардинал нелепо взмахнул ногой, рассекая пустоту.
— Э-э, Чёрный Конь, полно баловаться, стой смирно, — смущённо пробормотал Энтони. Виновато покосившись по сторонам, он ухватил скакуна за шею и снова занёс ногу.
Конь опять отступил в сторону и разразился отборной руганью:
— Оседлать, оседлать! Только вытащил меня — и сразу норовишь взгромоздиться на спину! Размечтался, беги сам на своих двоих!
— Да ладно тебе, какие тут шутки! Стой смирно, уважь старика! Я ведь сейчас рассержусь! Кругом полно народу, ты что, хочешь, чтобы я со стыда сгорел?! — Потеряв всякую важность, Энтони гонялся за Чёрным Конём, пытаясь запрыгнуть на него, но тот ловко уворачивался, нарезая круги по площадке.
Притормозившие было враги не выдержали, прыснули со смеху и снова бросились в атаку.
Тело Маленького зомби окутал чёрный дым, мгновенно складываясь в Духовную броню.
Нападавшие вновь невольно сбавили шаг. Ещё один в Духовной броне?!
Маленький зомби медлить не стал. Он твёрдо помнил уговор с Энтони: ему велено бить первым. Поэтому он с силой выбросил обе ладони вперёд — Ударная волна мертвенного дыхания!
Исполинский чёрный столб света разом поглотил Туга и стоявших перед ним приближённых.
Когда луч погас, от Туга и двоих его телохранителей не осталось и следа — мертвенное дыхание стёрло их в порошок.
Энтони и Негрис синхронно хлопнули себя ладонями по лицам. Тебе велели начать первым, но не так же! Одним махомприхлопнул вражеского главаря — и как нам теперь прикажешь разыгрывать спектакль?!
— Р-рау! — Маленькому зомби было плевать на подобные тонкости. Скелет-ангел всегда начинала бой именно так, а он лишь прилежно брал с неё пример! Выпустив коронный удар, он с воинственным рёвом сорвался с места и со всего размаху врезался в толпу оцепеневших от ужаса приспешников Туга.
Раздался жуткий хруст ломающихся костей и рвущихся жил — трое или четверо мечников, не успевших отскочить с дороги, пушинками взлетели в воздух.
Пропахав вражеский строй насквозь, Маленький зомби затормозил, развернулся и снова бросился напролом. Каждый удар его стоп о землю отзывался глухим гулом, словно по полю бежал настоящий великан.
— А? — изумился Негрис. — Земляной рывок? Когда это он успел выучить Земляной рывок?!
Дурокен поразился не меньше:
— Земляной рывок из магии земли? Но как такое возможно?! Он ведь вообще не владеет магией! Каким образом он связывается с элементами земли во время разбега?!
Негрис вдруг о чём-то догадался и в ужасе повернул голову к Анге:
— Это ты его научил?!
Анге покачал головой, но следом протянул руки и изобразил в воздухе копание земли.
— Тьфу ты! Хочешь сказать, он столько копался в земле, что, прямо как ты, постиг этот навык сам собой?! — Негрис едва не подавился собственной слюной.
Анге без конца поливал грядки — и постиг Вызов дождя; рыхлил почву — и освоил Рыхление земли. Так с какой стати Маленький зомби, перекидавший столько земли, не мог самостоятельно постичь Земляной рывок?!
За последние несколько лет Маленький зомби перекопал уж точно больше почвы, чем Анге взрыхлил за целое тысячелетие.
Негрису пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы смириться с такой нелепицей. Впрочем, рядом с Анге случались вещи и похлеще.
— И что теперь делать? Будем запускать остальную часть плана? Маленький зомби уже сам со всеми расправился, — спросил дракон.
От бесконечных таранных ударов Маленького зомби вражеский отряд окончательно смешался. Нападавшие и не помышляли о том, чтобы держать строй, — знай себе бросались врассыпную. Ещё немного, и он в одиночку зачистит всё поле.
— Запускайте, — со вздохом махнул рукой Энтони. — Не удалось припугнуть врагов — так хоть союзников впечатлим. Гляньте на городскую стену: там собралась целая толпа зевак, и все они — наши будущие союзники.
Договорив, он бросил свирепый взгляд на Чёрного Коня и на своих двоих бросился в гущу схватки.
Мысль Анге разошлась волной: из-под земли повалил чёрный дым, и над равниной разлились густые потоки дыхания смерти.
Дурокен взмахнул жезлом златодела и впервые за долгое время нараспев произнёс заклинание:
— О бездна, устланная белыми костями! Колышущиеся длани — то прощание с живыми и приветствие для мёртвых...
Из почвы одна за другой полезли мертвенно-бледные костяные руки — словно пробивающаяся сквозь дерн трава, словно крошечные надгробия, утыкавшие всю равнину.
Поднялся туман. Разлитое в воздухе дыхание смерти сгустилось в клубящуюся пелену, мгновенно скрыв подножие стены и неумолимо поползши вверх, на сам город Дрого.
Стоявшие на зубцах стены люди отчётливо видели, как клубящееся марево складывается в очертания исполинского лика, безмолвно взирающего на них с высоты.
Тело Лебинии одеревенело. Она боялась даже шевельнуться, пока серая мгла полностью не поглотила городскую стену.
...

Комментарии

Загрузка...