Этот голос принадлежал Богу Арбитража, и в нём звенело такое неподдельное потрясение, что даже закалённое божественное сердце небожителя едва справлялось с нахлынувшими чувствами.
Где они вообще находились? В пространстве сознания главной Божественности! Даже ему, великому Богу Правосудия и Арбитража, пришлось оседлать чудовищную волну смертного ужаса, чтобы протиснуться сюда.
Он положил не одну сотню лет на то, чтобы нащупать эту лазейку, — так с какой стати здесь разгуливает кто-то посторонний?!
Это было всё равно что явиться в родовой замок за законным титулом и наследством почившего отца, но на пороге вдруг узнать, что у тебя, оказывается, есть старший брат, который уже успел прибрать всё к рукам.
Впервые Арбитраж обнаружил доступ к пространству сознания главных богов более восьмисот лет назад, во время Нашествия насекомых Хермера. Тогда он и сам не понял, как это вышло, а едва рой был подавлен, связь бесследно оборвалась.
Божество всерьёз заподозрило, что ключ к разгадке кроется в самом нашествии жуков. Последующие столетия он пытался нащупать нить между этими явлениями и вскоре заметил, что во время любых масштабных бедствий ему порой снова удаётся краем сознания коснуться ядра главных богов.
Шаг за шагом, век за веком Бог Арбитража изучал законы этого места, выявляя скрытые закономерности.
Лишь два года назад, когда рой Хермера вновь вырвался на свободу и стёр с лица земли Княжество Чёрной Горы, Арбитраж ощутил поток отчаяния и ужаса невиданной прежде чистоты — и это окончательно подтвердило его многовековые догадки.
Первопричиной, открывавшей проход, служил первобытный страх верующих. И именно ужас, порождаемый полчищами всеядных тварей, оказывался самым стойким и отчётливым, поскольку за ним стоял страх голодной смерти — самое глубокое и неотступное чувство из всех возможных.
Пытки, резня, кровопролитные войны вызывали куда более острую вспышку ужаса, но человеческий разум быстро перегорал: тело выбрасывало в кровь особые вещества, притупляющие восприятие, и страх сменялся оцепенением. Долго питаться им было нельзя.
Когда причина стала ясна, оставалось лишь найти способ обратить её в инструмент. Если научиться входить в пространство сознания по собственной воле, не позволит ли это подчинить себе саму главную Божественность?
После череды опытов план увенчался успехом. Когда ангелы Греха разлетелись по миру, выжигая поля и уничтожая посевы, люди, ещё не забывшие кошмар прошлогоднего великого голода, впали в неописуемую панику — даже те, чьи амбары пока ломились от зерна.
Оседлав этот девятый вал всеобщего ужаса, Бог Арбитража ворвался в пространство сознания, сам приняв облик сгустка страха.
Подобные мысленные слепки быстро таяли, поэтому ему приходилось непрерывно пожирать чужие кошмары, чтобы расти и крепить своё новое тело.
Вот только вскоре произошло нечто странное: поначалу сгустков ужаса вокруг было хоть отбавляй, но затем их поток резко иссяк — за полдня не попадалось ни единой запуганной души.
Стоило ему ненадолго вернуть сознание в собственное тело, как открылась неприглядная правда: все расы измерения объединились и объявили на ангелов Греха настоящую охоту. Люди перестали бояться, и подпитка оборвалась.
Загнанный в угол, он приказал своим слугам запустить жертвоприношение ужаса, решив выжать страх из семисот-восьмисот тысяч обитателей Города Света, лишь бы продолжить начатое.
Он прошёл через столько лишений и преград, чтобы пробиться сюда, — как же ему было не изумиться, увидев чужака, который заявился в святая святых так запросто?
Да ещё и не один, а в компании какого-то дерева и громадного дракона! Это ещё что за выходка? Они сюда на прогулку вышли?!
Анге лишь безмолвно склонил голову набок и перевёл взгляд обратно на сияющую сферу и копошащиеся на ней тени.
Он и в обычное-то время не отличался разговорчивостью, предоставляя право болтать Негрису. Сейчас Бронзового дракона рядом не было, а воплощённые им Бог Драконов и маленький росток являлись лишь частью его собственного разума и сами по себе вступать в перепалку не собирались. Да и что тут вообще скажешь?
Стоило скелету сосредоточиться на окружающем мире, как Бог Драконов тут же принялся пояснять его собственные догадки:
— Это море помыслов, и всё в нём подчиняется законам коллективного сознания. Раз уж здесь властвует триединый главный бог Света, он неизбежно воплощает собой единственный источник сияния в этом мире, тогда как всё прочее обречено оставаться бесцветным и чёрным.
Так оно и было: и сам пузатый великан, и бесчисленные фигурки людских чаяний выглядели как угольно-чёрные, тусклые тени.
Но едва дракон умолк, как из тела Арбитража вдруг вырвался второй источник сияния. Прямо из макушки большебрюхого великана медленно поднялся исполинский силуэт из чистого света, с закрытыми глазами и зажатым в обеих руках мечом.
В тот миг, когда световой гигант распахнул веки, из его глазниц ударили два ослепительных луча. Рассекая пустоту подобно заточенным клинкам, они понеслись прямо в грудь Анге.
Эти могучие столбы света слепили в десятки раз сильнее, чем Вспышка Святого Света Скелета-ангела.
Анге по привычке дёрнулся было в сторону, но перед ним уже выросла исполинская зелёная преграда: тысячеметровый росток опустил свои парные листья, наглухо закрывая хозяина живым щитом.
Ослепительные лучи ударили в зелёную мякоть, с треском выжигая её до густого дыма. По разуму скелета тут же прокатился панический вопль саженца: «Горит... расти... припекает... расти!..»
Спасаясь от жара, и без того громадное деревце принялось стремительно раздаваться вширь, наливаясь силой и обрастая грубой толстой корой.
Световой исполин погасил лучи из глаз и взмахнул двуручным клинком. С высоты обрушилось колоссальное лезвие сияния:
— Суд!
Гигантский световой клинок перемахнул через крону саженца и сокрушительным ударом сверху вниз рухнул прямо на Анге.
Скелет даже не подумал уклоняться. Сейчас он пребывал в форме призрака Святого Света, и мощь этого карающего меча не вызывала в нём ни малейшего трепета.
Как и следовало ожидать, световое лезвие прошло сквозь него, не причинив ни малейшего вреда.
— Да что ты такое?! — в ярости взревел Бог Арбитража. — Почему сила главного бога не берёт тебя?!
Его Меч суда черпал мощь напрямую из главной Божественности, но не сумел оставить на враге даже царапины! Как такое возможно? Откуда у этого чужака столь запредельное сродство с силой верховного божества?!
От его громового рёва заплечный мешок за спиной великана широко распахнулся, и наружу хлынули несметные полчища чёрных теней. Протяжно стеная: «Есть... хочу есть...» — эта лавина ринулась к Анге.
В то же самое мгновение поверхность светового шара вскипела, выбрасывая мириады новых силуэтов. Эти кричали кто во что горазд: одни выли от боли, другие проклинали собственное уродство, третьи рыдали из-за беспросветной нищеты. Вся эта бурлящая масса разом бросилась в атаку.
Теней было так много, что в полёте они сплетались в исполинские щупальца, тянущиеся сквозь пустоту.
Анге коротко взмахнул пальцем, и рядом с ним из воздуха соткался изящный женский силуэт с длинной верёвкой в одной руке и Молотом Искупления Жизни в другой. Лица её было не разглядеть, но осанка и стать безошибочно выдавали Богиню Искупления.
Голос Бога Драконов не замедлил дать пояснение:
— В пространстве сознания главных богов безраздельно правит сила Света, но поскольку вы оба находитесь с ней в полном родстве, прямое столкновение энергии здесь бессмысленно. Вот Богу Арбитража и пришлось прибегнуть к атаке убеждениями, натравив на тебя полчища неудовлетворённых людских страстей.
Воплощённая Богиня Искупления плавно взмыла ввысь, озаряя округу мягким, умиротворяющим сиянием.
Те из чёрных теней, что корчились и кричали от боли, под этими тёплыми лучами вдруг начали обретать живые краски и свет, словно исцеляясь от своих недугов.
А едва вернув себе прежний облик, умиротворённые силуэты один за другим бесследно растворялись в воздухе.
— Сила Искупления избавляет их от страданий, — заметил Бог Драконов. — И, кстати, это объясняет старую загадку: почему настоящей Богине Искупления так фатально не повезло при встрече с тобой. Ты исцелил слишком много живых существ, и в борьбе за паству она просто не выдержала соперничества на твоём поле.
Анге, уже привыкший к непрерывному бубнежу в голове, не сводя глаз с врага, снова шевельнул пальцем.
В воздухе возник новый образ — сплетённая из сухой травы соломенная сова.
Широко взмахивая крыльями, птица устремилась навстречу лавине теней. Там, где пролетала сова, пустота обращалась в тучную пашню; из земли стеной поднимались посевы, наливались тяжестью колосья и, осыпаясь вниз, прямо на лету превращались в румяные караваи хлеба.
Силуэты, стенавшие от голода, тут же забыли про Анге и набросились на еду. Хватая хлеб обеими руками и жадно впиваясь в него зубами, тени расплывались в блаженных улыбках.
Их тела наливались красками и мягким светом, после чего сытые и счастливые образы тихо таяли в пустоте.
— Бог Земледелия прогнал голод, — подытожил дракон.
Анге снова дёрнул пальцем, и впереди вырос гоблин, волокущий за собой неподъёмный мешок с деньгами. При каждом его шаге во все стороны летели золотые монеты, и толпа теней, жаловавшихся на бедность, с визгом свернула в сторону, бросаясь подбирать золото.
Ещё один взмах — и перед строем предстала прекрасная эльфийка с закатанными до колен штанами и охапкой рисовых колосьев в руках. Анге понятия не имел, как должен выглядеть Бог Красоты, но раз уж все вокруг твердили, что Гэладриэль прекраснее всех на свете, он решил придать этой силе её облик.
Под ласковым взглядом богини тени, рыдавшие над своим уродством, счастливо заулыбались и одна за другой растаяли.
Следующим движением пальца скелет призвал образ Лизы. В его представлении именно она была истинным воплощением Богини Урожая. С материнской улыбкой на устах женщина-лич окинула взглядом оставшиеся скопления теней.
У каждого силуэта, на котором задерживался её взор, прямо на глазах стремительно округлялся живот — сработало Зачатие от взгляда.
Следом в строй встали Бог Знаний и Бог Весов, а в довершение всего за спиной самого Анге выросла исполинская, величественная фигура, которой едва хватало места в необозримой пустоте, — сам Бог Нежити.
— Не может быть! Этого не может быть! Никогда! — сорвался на отчаянный, полный ужаса визг Бог Суда.

Комментарии

Загрузка...