Когда все вокруг уже решили, что Анге сейчас очертя голову бросится искать Бога Арбитража, чтобы изрубить его в капусту, бушующее вокруг скелета пламя мало-помалу улеглось.
Он деловито подбежал к Молнии, извлёк из пространственного хранилища целый мешок Эльфийских бобов, развязал тесёмки, а затем достал осколок Чёрного кристалла:
— Помоги мне.
У пространственного зверя от восторга встала дыбом вся шерсть. Огромная кошка стрелой метнулась к мешку, намертво вцепилась в него передними лапами и зарылась мордой внутрь.
С наслаждением втянув ноздрями густой аромат бобов, зверь поднял голову, осторожно прихватил зубами осколок Чёрного кристалла и принялся что есть мочи колотить себя лапкой в грудь.
С каждым ударом его тело стремительно раздавалось вширь. Первый шлепок прозвучал как тихий хлопок, второй отозвался глухим гулом, а на третий окрестности сотряс громоподобный грохот...
Приняв свой истинный исполинский облик диаметром в сорок-пятьдесят метров, зверь продолжал бить себя в грудь так, что у стоявших поблизости закладывало уши.
— Квабада, драная кошка! Так я и знал, что она давно зализала раны и всё это время просто прикидывалась! — возмущённо воскликнул Негрис, но тут же с любопытством прищурился: — Погоди-ка, разве этот Чёрный кристалл она сама раньше тебе не выменяла? С чего вдруг она так обрадовалась, получив его обратно? Что ты сделал с этим осколком? Эй, большая кошка, ну-ка выплюнь кристалл, дай взглянуть!
Пространственный зверь высунул огромный язык, и осколок Чёрного кристалла плавно поплыл по воздуху прямо к носу Бронзового дракона.
В то же самое мгновение над макушкой Негриса нависла гигантская мохнатая лапа, готовая в любую долю секунды накрыть сокровище, если кто-то вздумает на него покуситься.
«Ежели такая лапища опустится, из меня ведь мокрое место останется», — прикинул про себя Негрис, мигом отбросив желание подшутить над кошкой, и смирно уставился на осколок.
Прежде ничем не примечательный тусклый обломок Чёрного кристалла теперь выглядел так, словно его тщательно отполировали, и переливался изнутри мириадами крошечных звёздочек. Это было не отражение солнечных лучей, а собственное глубинное свечение камня.
Негрис даже не знал, как подобрать слова, но если уж описывать увиденное, то напрашивалось лишь одно:
— Он что, ожил?! Что ты с ним сотворил?!
Анге склонил череп набок, некоторое время подбирал нужное слово и наконец ответил:
— Носил.
— Просто носил при себе? И больше ничего не делал? Но если ты отдал его кошке, чем же будешь пользоваться сам? — удивился Негрис.
Не успел он договорить, как гигантская лапа зверя молниеносно щёлкнула когтем, отшвырнув Бронзового дракона на несколько десятков метров, после чего кошка с шумом втянула воздух и всосала осколок Чёрного кристалла обратно в пасть.
Очевидно, слова Негриса не на шутку перепугали зверя: опасаясь, что Анге передумает и заберёт лакомство назад, он принялся с удвоенным рвением колотить себя в грудь.
У Негриса от такого щелчка едва кости не рассыпались. Когда пространственный зверь разрастался до полусотни метров, один его коготь превосходил размерами всё тело дракона, так что удар вышел ничуть не слабее тарана стенобитным бревном. Взбешённый Негрис заорал во всю глотку:
— Ну погоди у меня! Я урежу весь твой паёк Эльфийских бобов!
Большая кошка искоса покосилась на дракона, демонстративно лизнула мешок широким языком, и вся гора бобов, взмыв в воздух, плавно утонула в её бездонной густой шерсти. Всем своим видом зверь словно говорил: «Гляди, сколько их у меня теперь».
От такой наглости у Негриса зачесались лапы:
— Ах ты драная кошка! Совсем от Молнии дурных манер набралась! С тобой мне не совладать, значит, отыграюсь на Молнии! Пурпурная Кость, а ну иди сюда, помоги мне задать Молнии трёпку, а я тебя за это обучу приёмам обращения с громовым копьём!
Земля задрожала от тяжёлой поступи: отряд титанов племени Пурпурной Кости, грохоча подобно боевым колесницам, подскочил к единорогу и подхватил его под белы ручки.
Спокойно жевавший сладкую свёклу Молния лишь ошарашенно захлопал глазами: «А я-то тут при чём?!»
Выпустив пар, Негрис подлетел обратно к Анге и снова спросил:
— Зачем ты всё-таки вернул ей Чёрный кристалл? Ведь этот осколок вполне мог отколоться от тела самого Бессмертного Владыки, это же наша единственная зацепка в поисках Его Величества...
Дракон осекся на полуслове: от тела Анге внезапно разошлась волна такой колоссальной мощи, что даже Бруск и Сияющий Фети невольно повернули головы в его сторону.
Спустя мгновение вся эта необъятная энергия хлынула в правую руку скелета. Пурпурно-золотая Рука Локка от кончиков фаланг до самого локтя почернела, обратившись в монолитный Чёрный кристалл, внутри которого замерцали россыпи крошечных звёзд.
Негрис судорожно втянул воздух, потрясённый до глубины души:
— Трансформация хаоса?! Ты способен принимать тело из Чёрного кристалла?! Так вот что значило твоё «носил» — ты держал осколок при себе, чтобы повысить собственное сродство с ним?!
Анге покачал головой и приподнял правое предплечье:
— Рука.
— То есть обращается только рука? И как долго она держится? — в голосе Негриса прозвучало лёгкое разочарование, смешанное с тайным облегчением.
Разочарован он был потому, что скелет не мог обратить в Чёрный кристалл всё тело целиком — будь оно иначе, любого Бога Арбитража можно было бы просто размозжить голыми руками на месте.
Облегчение же объяснялось тем, что подобная мощь выходила бы за всякие рамки разумного. Остался бы он тогда тем самым знакомым скелетом-огородником?
Вдруг он с самого начала скрывал свою истинную силу? Или вовсе являлся воплощением Бессмертного Владыки, которое просто водило всех за нос ради забавы?
Но нет, хвала небесам, Анге оставался всё тем же простодушным скелетом, просто самую малость чудовищным — квабада, он ведь умудрился-таки отрастить себе руку из Чёрного кристалла!
Вот только на сколько хватит такой руки и на что она способна в бою?
Стоило дракону об этом подумать, как чёрный кристаллический блеск на руке Анге стремительно померк, вновь обнажая пурпурно-золотые кости.
— Десять секунд, — негромко произнёс наблюдавший за этим Дурокен.
— Всего десять секунд? А через сколько можно применить снова? — деловито осведомился Негрис.
Раньше Анге мог принимать драконий облик лишь раз в сутки, а трансформация Локка требовала около сорока часов перерыва — то есть облик Владыки Скорби расходовал куда больше сил и держался меньше, чем Трансформация Бога Драконов.
По мере роста мастерства скелет научился обращаться в Бога Драконов каждые десять с лишним часов, а длительность выросла до тридцати секунд.
Если прикинуть пропорцию, выходило, что создание одной руки из Чёрного кристалла жрёт втрое больше энергии, чем превращение в дракона?
— Маловато будет, что толку от десяти секунд? — разочарованно протянул Негрис.
Аппетиты у Бронзового дракона явно росли день ото дня — он уже и позабыл, что поначалу сам облик Локка у Анге не держался и девяти секунд.
Не удостоив ворчуна ответом, Анге коротко рыкнул в сторону пространственного зверя.
Огромная кошка понятливо кивнула и подалась вперёд. Скелет нырнул в густую шерсть, однако уже через пару секунд пулей вылетел обратно, кубарем прокатившись по земле, а на его черепе красовалось женское шёлковое исподнее.
Вокруг тут же со свистом вырос частокол любопытных голов, в глазах которых полыхал неугасимый огонь жажды сплетен:
— Женское бельё?! Куда это вы наведались?!
Анге озадаченно наклонил голову, не понимая всеобщего ажиотажа, и честно отчитался:
— Звёзды, мылась.
— Эх, ну вот, никакой интриги, даже неинтересно, — с досадой вздохнул Бруск.
— И не говори, — закивала Лиза.
Анге непонимающе уставился на них...
Спустя несколько мгновений из кошачьей шерсти выбралась Хильди. Волосы её были мокрыми хоть выжимай, а на плечи поверх влажного тела была наспех наброшена магическая мантия. Оказавшись снаружи, она зачастила, низко кланяясь:
— Простите, простите меня, господин Анге! Вы появились так внезапно, а я как раз принимала ванну и от неожиданности погорячилась! Простите великодушно!
— Так Анге, оказывается, за тобой нырял? И как же это ты погорячилась? — Лиза тут же подошла к девушке и принялась помогать ей разбирать спутанные мокрые пряди.
— Да я с перепугу рубанула двумя Пространственными рассечениями! — с запоздалым испугом призналась Хильди. — Большая кошка умудрилась обойти все пространственные барьеры академии, ни с того ни с сего вывалилась прямо посреди моей купальни, да ещё и стену обрушила! Я сослепу решила, что это враги, и машинально ударила наотмашь. Слава богам, господин Анге не пострадал!
Уж она-то прекрасно знала разрушительную мощь Пространственного рассечения: теоретически во всём мире не существовало материи, способной устоять перед разрывом самой ткани пространства — какой бы прочной ни была броня, она расколется вместе с пространством.
Анге покачал головой, показывая, что с ним всё в полном порядке. Хильди только-только перевела дух, как прямо перед её лицом возникла исполинская когтистая лапа, сжимавшая пучок отсечённой шерсти.
Девушка обернулась и встретилась взглядом с полными немого укора глазами пространственного зверя. Выходит, Пространственное рассечение разминулось с Анге, но пришлось аккурат по кошке!
— Ой, прости, прости меня, большая кошка! Я обязательно накоплю Эльфийских бобов и всё тебе возмещу! — принялась горячо извиняться Хильди и лишь после долгих уговоров сумела кое-как задобрить обиженного зверя.
Анге тем временем достал астральный самоцвет, внутри которого теплилась крошечная искорка света, и протянул его магу пространства:
— Помоги мне.
Хильди приняла камень, заглянула внутрь, и глаза её стали круглыми как блюдца:
— Пространственное измерение?! Какого объёма?!
— Шестьсот кубометров, — коротко ответил Анге.
Услышав эту цифру, пространственный зверь тут же заинтересованно вытянул шею. Когда отряд Анге в своё время вызволил кошку из западни, самой ценной частью вознаграждения были как раз эти несколько сотен кубометров накопленного ею пространства.
Поначалу зверь полагал, что спасители позарились именно на эти карманные пространства, но стоило ему разок заглянуть во Дворец Упокоения, как у кошки потемнело в глазах: у этих ребят личные измерения мерились квадратными километрами.
Для Анге эти жалкие сотни кубометров были сущим пустяком, но вот Хильди смотрела на самоцвет совершенно иначе — она так крепко прижала камень к груди, словно боялась, что его отнимут.
Строго говоря, любое пространственное кольцо или сумка представляли собой крошечное пространственное измерение, однако вместилища объёмом в один-два кубометра даже называть так было стыдно — туда и кровать-то не поместится.
Зато объём в несколько сотен кубических метров качественно менял стабильность и свойства пространства — в таком кармане можно было даже содержать живых существ.
Запаса воздуха в шестистах кубометрах обычному человеку с лихвой хватило бы на день-два дыхания, знай себе проветривай раз в сутки.
Потрать Хильди хоть всю свою жизнь на изнурительные тренировки, ей ни за что не удалось бы отсечь от мироздания кусок такого размера. Лишь природные создания пустоты вроде пространственного зверя умели копить пространство по крупицам, словно монеты в копилке, но даже кошке на сбор шестисот кубометров требовались долгие годы.
Девушка решительно хлопнула себя ладонью по груди:
— Господин, только прикажите, чем вам помочь! Я готова на всё, в любом виде и в любой позе!
Анге повернулся к Сияющему Фети и выставил перед ним полный сундук Кристаллов души:
— Помоги мне.
Тут наконец до всех дошло, что именно затеял скелет: он собирал ударный отряд.
Фети с сомнением посмотрел на Анге, обвёл взглядом собравшихся и в итоге остановил взор на правой руке скелета.
Тяжело вздохнув, древний Владыка Скорби произнёс:
— Рука из Чёрного кристалла пребывает с вами. Позвольте же мне принести вам клятву верности, о верховный владыка.
С этими словами Фети опустился на одно колено, и от его костяка отделился чистый язычок пламени Духовной клятвы.
В этот миг и Негрис, и Дурокен, и даже Энтони втайне перевели дух.
Пусть в обычное время Фети казался совершенно безобидным и вёл себя как прилежный ученик, тянущий руку перед каждым вопросом, на деле он вовсе не входил в свиту Анге и не был связан с ним никакими узами подчинения.
И ладно бы только это, но ведь Фети являлся полноценным Владыкой Скорби! Быть может, по чистой мощи он и уступал Анге в облике Локка, однако та трансформация длилась считанные секунды.
Если не уничтожить Фети за эти короткие мгновения, вся их нынешняя компания, даже навались они разом, не смогла бы одолеть древнего Владыку Скорби.
Именно поэтому даже в самый отчаянный час противостояния с Богом Арбитража никто из них не рискнул предложить призвать на поле боя истинное тело Фети.
И надо же такому случиться, что теперь он сам, по доброй воле, принёс обет верности! Пусть это была обычная клятва вассальной преданности, но ведь её принёс сам Владыка Скорби!
Проследив за тем, как Анге впитал пламя клятвы, Энтони вдруг задумчиво произнёс:
— Раз уж господин Фети согласился помочь, может, нам стоит заодно пригласить сюда господина Харви и Великого мудреца?
У всех присутствующих внутри всё так и ёкнуло. Вот это размах! Натравить на Бога Арбитража сразу двух Владык Скорби?! Да разве он такое выдержит?!
Не слишком ли это жестоко? Подумаешь, выжег поле — и то ведь даже не твоё...
...

Комментарии

Загрузка...