С началом проходящего раз в два года зернового турнира академия Республики Звёзд вновь превратилась в бурлящее море веселья. Участники состязаний и просто охочие до зрелищ зеваки со всех концов света рекой стекались на этот благодатный полуостров.
Из-за свирепствовавшего голода всё измерение долгое время жило в гнетущем унынии: шумные ярмарки не проводились, и даже традиционное Торжество Урожая кануло в Лету, поскольку в землях самой Богини Урожая паства пухла с голоду. Поговаривали, будто всех её верующих его преосвященство Энтони скопом продал в какое-то иное измерение. Что и говорить, методы обращения с еретиками у святого Папы были поистине беспо... то есть милосердными! Сразу видно наместника Божьего на земле.
Так что теперь, когда Торжество Урожая ушло в прошлое, проводимый раз в два года зерновой турнир стал самым масштабным праздником во всём мире. То ли людям после года лишений отчаянно хотелось развеяться, то ли других развлечений попросту не осталось, но в этот раз народу съехалось видимо-невидимо.
Ещё за полмесяца до открытия по дорогам и рекам потянулись бесконечные вереницы путников: одни плыли на кораблях, другие летели на крылатых питомцах, третьи ехали верхом или шли пешком.
Даже мимо Озера Павшего Дракона проследовало немало странников, которые с немалым изумлением обнаруживали на пустынном берегу выросший словно из-под земли город. За два года Город Бога Красоты успел прогреметь среди крупных землевладельцев и высшей знати, однако простому люду о нём было неведомо ровным счётом ничего. Когда в брюхе пусто, никому нет дела до какого-то оазиса за тысячу километров посреди песков, где богачам возвращают молодость и красоту.
И вот очередное судно, шедшее вниз по течению, уткнулось в перегородившую русло цепь.
— Вы кто такие?! По какому праву перекрыли Восточную реку?! — с палубы роскошного плоскодонного корабля прогремел усиленный магической формацией голос разгневанного мага. — Зарубите себе на носу: Восточная река принадлежит всем, и никто не смеет перегораживать фарватер! Живо убирайте заградительный канат, иначе я спалю ваш паршивый городишко дотла! Тоже мне, Бог Красоты! В наши дни уже каждая дворовая шавка смеет величать себя божеством?!
На пристани отряд Анге как раз заканчивал сборы. Сам скелет планировал добраться без затей: слетать верхом на «коне», попросить Хильди провести их коротким путём или просто шагнуть через пространственный портал. Благо путь недальнй, можно было выдвинуться хоть в самый день открытия.
Однако он совершенно не учёл неуёмного энтузиазма любителей поглазеть на праздник.
Первой к нему подкатила Лиза. Она с таким рвением помогала ему копать канавки, насыпать гряды, полоть сорняки и сеять зерно, что вся взмокла от «пота», а промокшее платье облепило её плоть так плотно, что сторонний наблюдатель наверняка решил бы, будто женщина-лич пытается соблазнить скелета.
В конце концов Негрис не выдержал этого зрелища и прямо велел ей не ходить вокруг да около, а выкладывать всё как на духу.
— Господин, возьмите меня с собой на зерновой турнир развеяться! — со сверкающими глазами взмолилась Лиза.
— Академия Республики Звёзд тут под боком, сама добраться не можешь? — удивился Негрис. Тоже мне проблема.
— Одной идти совсем не то, нет духа сопричастности! Это же зерновой турнир, там весь первый этап посвящён дегустации всевозможных блюд! Я хочу перепробовать всё от начала и до конца! — в предвкушении выпалила Лиза.
— Погоди-погоди, ты чего ведёшь себя как маленькая девочка, которая просит родителей сводить её на ярмарку? И вообще, ты же лич, какая тебе еда? — озадачился дракон.
— Очень даже обычная! — затараторила Лиза и для наглядности высунула влажный розовый язычок, проворно облизав губы. — Тот достопочтенный пастырь деревьев умеет накладывать особое благословение, возвращающее языку прижизненный вкус! Я снова чувствую оттенки пищи, главное — не глотать. Я больше тысячи лет ничего не ела, ну возьмите меня с собой, пожалуйста!
— Пастырь деревьев? Бог... то есть как это ты умудрилась с ним спеться? Вы там часом его ничем не обидели? — Негрис едва не проболтался об истинной сущности ходячего деревца.
Лиза покачала головой:
— Кажется, ему очень приглянулся малыш Бусинка, они в последнее время неразлучны. Недавно он наложил своё благословение на соломенную сову, а потом принялся выщипывать из неё соломинки одну за другой — бедная птица так верещала от боли!
— ... Надо же было додуматься до такой дури, — Негрис даже дар речи потерял. И почему у этого древнего божества характер такой же скверный, как у него самого?
— Вот я и смекнула: раз уж соломенная кукла смогла почувствовать боль, то нельзя ли таким же макаром вернуть личу осязание и вкус? Прихватила я пузырёк жижи из священного пепла жуков, пошла к нему на поклон, и он с радостью благословил мне язык, — поделилась Лиза.
— И как тебе вообще пришло в голову связать одно с другим? — поразился Негрис.
— Хе-хе, — смущённо хихикнула Лиза. — Господин Бог Знаний, мне в голову пришла и другая мысль. Взять, к примеру, пожилых клиентов: с возрастом тело слабеет, чувствительность притупляется... А что если с помощью такого благословения вернуть им былую остроту ощущений ради гармонии в супружеской спальне? Это же золотое дно!
Негрис сперва слушал в полном недоумении, и лишь когда Лиза, жеманясь, на пальцах растолковала ему суть, хлопнул себя лапой по пояснице:
— Так бы сразу и сказала, что речь о лечении мужского бессилия! Развела тут туману про какую-то гармонию!
Уяснив задумку, Бронзовый дракон тут же загорелся нездоровым азартом:
— А может, и впрямь проверим?
Лиза радостно всплеснула руками:
— Отлично, решено! Господин Нег, вы с ним коротко знакомы, вам и карты в руки. За один такой курс мы смело можем ломить по триста тысяч магических кристаллов! По рукам!
Бросив это, Лиза стремглав припустила прочь, на бегу крикнув через плечо:
— Господин, я мигом за вещами, обязательно дождитесь меня!
Негрис ещё долго хлопал глазами, пока наконец не разразился отборной бранью:
— Квабада!
Подбивать других на сомнительные авантюры ему нравилось, но когда вокруг пальца обвели его самого, всё веселье разом досталось другим.
Вскоре следом за Лизой прибежал Лютер, за ним примчался Бусинка, подтянулась Лю, подоспели Пурпурная Кость с Великим шаманом, а потом явилась и Эстория...
Оглянуться не успели, как компания разрослась до двух-трёх десятков разумных. Причём все были настроены на увеселительную прогулку и наотрез отказывались лезть в пространственное хранилище, так что пришлось выдвигаться заранее и плыть по воде.
И стоило им выйти на причал, как с реки раздался тот самый громогласный окрик.
Эстория приоткрыла веки, скользнула взглядом по воде и равнодушно произнесла:
— Великий маг огня.
Хоть зрение ей давно вернули, за сотни лет слепоты эльфийка настолько привыкла обходиться без глаз, что в обычное время предпочитала держать их закрытыми. Но стоило ей поднять веки, как для врага наступали чёрные дни — это означало, что на нём сфокусировался взор самого Мага истины.
Скелет-ангел воинственно вскинула ручку:
— Ау! — и уже рванулась было в бой, но Анге вовремя придержал её за плечо.
Пурпурная Кость шагнула к воде, приставила ко рту свёрнутый из толстой кожи рупор и громовым басом проревела на всю реку:
— Фарватер закрыт! Сходи на берег здесь и пересаживайся на верблюдов, коли надо ехать дальше!
Берега Озера Павшего Дракона сплошь заросли полями магического риса. Пусть урожай уже убрали, сам размах угодий оставался прежним, и выставлять его напоказ чужакам не хотелось.
Однако Великий маг на палубе и слышать об этом не желал. Он специально нанял судно, чтобы с ветерком пройти через Озеро Павшего Дракона в Западную реку, выйти в океан и вдоль берега подняться на север прямиком к академии. Пересесть на верблюдов? Да это же несколько суток трястись по раскалённым барханам! А ну как он опоздает к открытию?
— Ого? Горный великан? Или зелёный гигант? Не думай, будто из-за огромного роста тебе дозволено самоуправствовать на реке! Кто дал вам право перекрывать русло?! Живо опускайте цепь, не то спалю вашу дыру к чертям! — проорал маг, а затем горделиво выпятил грудь: — Ах да, я ведь ещё не назвал своего имени! Слушайте и трепещите: Башня Магов Чистилища Земного Огня, стихия пламени, Великий маг, Разрушитель Пламенных Драконов — Касим Эда!
Спутники Анге недоумённо переглянулись.
— Это ещё что за выходка? Нынешние маги всегда так высокопарно здороваются? Разрушитель Пламенных Драконов? Башня Магов Чистилища Земного Огня? — изумился Негрис.
Лиза наклонилась к нему и тихо пояснила:
— Есть на юге одна башня, специализирующаяся на магии магмы. А Разрушитель Пламенных Драконов — это, должно быть, его личное прозвище.
Глаза Лютера завистливо блеснули:
— Звучит чертовски круто! Только коротковато немного. Может, и мне придумать себе прозвище подлиннее да позвучнее?
— А разве тебя уже не прозвали Свекольным Святым Мечом? — невинно поинтересовался Негрис.
Удар пришёлся точно в сердце. Раздавленный горем Лютер понуро отошёл в сторонку и принялся на корточках чертить круги на песке.
Пока они перешёптывались, Эстория плавно поднялась в воздух. Весь мир вокруг словно разом потускнел: бушевавшие в воздухе стихийные элементы мгновенно замерли, став безропотными и тихими, точно пылинки в солнечном луче.
— Маг истины, Смертная зона стихий. Имени называть не стану — ты не достоин его знать, — холодно уронила эльфийка.
У только что петушившегося Разрушителя Пламенных Драконов подогнулись колени, и он с глухим стуком рухнул лбом прямо на палубные доски.
Эстория перевела взгляд с роскошного плоскодонного судна Касима на утлую обшарпанную посудину у причала и повернулась к скелету:
— Господин, быть может, сменим корабль?
«Г-господин?! Кто же этот могущественный владыка, перед которым склоняется сама Смертная зона стихий, Маг истины?!» — Касим, не смея поднять головы, скосил глаза туда, куда смотрела эльфийка...
Никто из этой разношёрстной компании не страдал излишней скромностью: стоило Эстории подать идею, как все гурьбой повалили на борт роскошного судна, бесцеремонно затерев самого хозяина в дальний угол палубы.
— Поднять заградительный канат, отдать швартовы! Эй, как тебя там, завяжи-ка себе глаза!
Вот так грозный Разрушитель Пламенных Драконов в одночасье превратился в «как тебя там».
Лютер, решив выместить недавнюю обиду на пленнике, вызвался лично сторожить мага: уселся напротив и принялся с независимым видом подпиливать ногти крохотной пилочкой, сформированной из чистой боевой ауры.
— Ф-формирование клинка из боевой ауры... Святой Меч высокого класса?! Д-да кто же вы такие, во имя всех богов?! — стуча зубами от ужаса, пролепетал Касим.
— Желаешь знать? — Лютер смерил его снисходительным взглядом, набрал полную грудь воздуха и на одном дыхании выпалил: — Слушай внимательно! Перед тобой Сокрушитель двуручных мечей с сердечником из драконьей стали, инкрустацией из мифриловой нити, магическим узором, закалкой в глине, усилением драгоценными камнями и зачарованием на пробивание, Меч Арбитража, Свекольный Святой Меч — Лютер!
К тому моменту, как юноша закончил титулование, челюсть Касима отвисла так, что в рот свободно поместился бы целый апельсин.
«Д-до чего же длинно и внушительно! Ну уж нет, я обязан сочинить себе титул ещё длиннее и круче!» — взыгравшее мужское самолюбие напрочь вытеснило из головы мага страх. Напрочь позабыв о своём положении пленника, Касим скрестил ноги и, нахмурив брови, погрузился в мучительные поиски нового прозвища.
А может, он и не забыл вовсе, просто мозг предпочёл спасительное забвение: когда над тобой нависает Святой Меч высокого класса, на палубе стоит сама Смертная зона стихий, а возглавляет их некто, кого даже Маг истины почтительно величает «господином», только и остаётся, что притвориться ветошью и думать о постороннем.
Поскольку сидел он на нижней палубе за высокими фальшбортами и берегов всё равно не видел, глаза ему завязывать поленились. Корабль неспешно пересёк Озеро Павшего Дракона, вошёл в русло Западной реки, выбрался в открытое море и повернул на север.
Там, где по воздуху было три-четыре часа лёту, водный путь занял почти трое суток. В порт Республики Звёзд они вошли лишь накануне открытия турнира.
На пристани у третьего причала их уже дожидалась огромная карета Мёртвой Звезды Обенли. Вокруг экипажа в радиусе десяти метров не было ни единой живой души — словно кто-то применил особое заклинание расчистки улиц.
Республика Звёзд выросла вокруг Башни Магов Звёзд, и каждый её житель так или иначе был связан с академией. А Обенли являлась бессменным деканом по дисциплине для всех поколений выпускников. Стоило ей показаться на улице, как вбитый в подкорку каждого горожанина первобытный ужас перед грозной наставницей мгновенно разгонял толпу лучше любых заклинаний.
Завидев герб на её карете, прохожие невольно переходили на шёпот:
— Никак важная птица жалует? Чтобы сама старая ведьма лично встречала гостей в порту — невиданное дело!
Впрочем, в последнее время у самой Обенли прибавилось головной боли: в академии нашлось несколько отчаянных смельчаков, которые принялись подбрасывать ей любовные записки...
Оно и неудивительно — после оживления плоти древняя женщина-лич выглядела как очаровательная румяная девчушка, в которой невозможно было узнать тысячелетнюю грозу студентов. Из-за этого по возвращении в академию ей пришлось наглухо кутаться в тёмный плащ с глубоким капюшоном. Пока никто не видел её кукольного личика, она оставалась всё тем же наводящим ужас деканом по дисциплине.
Тем временем роскошное плоскодонное судно мягко ткнулось в причал. Но стоило последнему пассажиру ступить на каменные плиты пирса, как по корпусу корабля пробежал сухой треск, и вся посудина в одночасье рассыпалась в груду отдельных досок, которые тут же пошли ко дну.
Обенли с изумлением уставилась на смертельно бледных Лютера и Касима, а также на пошатывающихся Пурпурную Кость, Великого шамана и единорога Молнию:
— Что у вас тут стряслось? За вами что, гнались по пятам?
— Боялись опоздать к началу, вот и прибавили ходу по пути, — сконфуженно пояснила Лиза.
— Прибавили так, что корабль по швам рассыпался?! До какой же скорости вы его разогнали? — изумилась Обенли.
— Да он уже почти над водой взлетал, — криво усмехнулась Лиза. — Я сегодня внезапно открыла для себя, что мертвецов тоже укачивает. Меня до сих пор мутит.
— Разумеется, мертвецов может укачивать. Это обычный сбой пространственного восприятия: на суше опора под ногами неподвижна, а на воде постоянно ходит ходуном, вот вестибулярный аппарат и бунтует. Впрочем, нежити всё равно куда легче, чем живым — нас хотя бы не выворачивает наизнанку, — рассудительно заметила Обенли и перевела взгляд на Анге.
Скелет растерянно развёл руками:
— Не взлетает.
— Я же тебе четким языком говорил: это обычная лодка, а не экраноплан Джелис! — проворчал Негрис. — Ну вот, угробили чужую посудину, и чем теперь расплачиваться будем?
При словах о возмещении убытков все взгляды разом скрестились на Касиме.
Великий маг в панике замахал руками:
— Не нужно, что вы, какое там... — слово «возмещение» застряло у него в горле, потому что Анге вытащил из пространства три крупных багровых плода питайи.
— Маг огня. За лодку, — коротко произнёс Анге.
Теперь он сам выращивал питайю на ферме, а поскольку Касим практиковал магию огня, эти плоды подходили для расчёта как нельзя лучше.
Касим судорожно всхлипнул, проглотил невысказанный отказ и деревянным от волнения голосом выпалил:
— Ну что вы, право слово, вы слишком любезны! Премного благодарен!
И тут же обеими руками прижал три драгоценных плода к груди.
От чего другого он бы отказался не глядя, но ведь это же питайя! Стихийный плод, напрямую повышающий сродство с элементами огня! По рыночным меркам они стоили не так уж дорого, но купить их за деньги было попросту невозможно — подобные сокровища выращивали исключительно для собственных нужд внутри магических орденов и никогда не выбрасывали на прилавки.
В его родной Башне Магов росло всего одно деревце питайи, за которым посменно ухаживали четверо магов, и в лучший год оно приносило от силы тринадцать плодов. Продавать такое на сторону никому и в голову бы не пришло, а если бы и пришло в минуту крайней нужды, то цену заломили бы минимум вдесятеро против номинала.
Три таких плода стоили по меньшей мере в десять раз дороже его развалившейся плоскодонки! Будь у него ещё десяток кораблей, он бы с радостью обменял их все до единого.
Видя, что хозяин судна вполне доволен расчётом, Анге с чистой совестью развернулся и зашагал за остальными — для него-то эта питайя не стоила ровным счётом ничего.
Глядя вслед удаляющейся компании, Касим в полном упоении прошептал:
— Вот это я удачно сплавал! — и, не удержавшись, лизнул кожуру одного из плодов.
В то же мгновение через язык в его тело хлынул густой, обжигающе чистый поток элементов огня.
Мага пробрала крупная дрожь. Он разинул рот, выпуская наружу клубы раскалённого пара, но при этом не чувствовал ни малейшего ожога или дискомфорта — лишь непередаваемую мягкую благодать.
— О небеса! Какая невероятная чистота стихии и сродство! Да плоды с нашего башенного дерева рядом с этим — просто трава! Неужели это и впрямь питайя?! Да как вообще между двумя плодами одного вида может лежать такая пропасть?! — Касим ошарашенно застыл на пирсе.
Секунду спустя его глаза лихорадочно блеснули, и он что было духу бросился вдогонку за своими недавними похитителями, но на площади перед портом от кареты Обенли уже и след простыл.
Касим в отчаянии хлопнул себя по бедру:
— Эх, проклятье! Надо было выкупить у них ещё десяток!
...

Комментарии

Загрузка...