У причала покачивалось на волнах обшарпанное морское судно, замаскированное под обычный зерновоз — вся его палуба доверху была завалена пухлыми мешками с зерном.
В последнее время повсюду свирепствовал голод, и продовольствие ценилось на вес золота. Едва портовый лоцман завидел мешки с хлебом, как глаза у него алчно загорелись — не став устраивать дотошный досмотр, он тут же махнул рукой, разрешая судну швартоваться.
Однако стоило кораблю подойти к пирсу, как он обнажил свои хищные клыки. Груды мешков полетели за борт и в стороны, открывая взору две массивные пушки на магических кристаллах, одна из которых уже была наведена прямиком на поместье градоначальника.
В резиденции как раз накрывали к ужину, и вся семья правителя сидела за столом в ожидании трапезы. Одного точного попадания хватило, чтобы половину роскошного особняка взметнуло на воздух.
Второе орудие взяли на прицел здание городской стражи. Стоило сравнять управу с землёй — и на острове не останется никого, кто мог бы поддерживать порядок, а уж местный сброд и головорезы мигом перевернут весь порт вверх дном.
Стоя на палубе между двумя орудиями, одетая в простую матросскую куртку женщина воинственно размахивала абордажной саблей и надрывно кричала:
— Пали! Пали! Разнесите их в щепки! Драконье дерьмо, вздумали разорить мой дом?! Сдохните, ублюдки! Всякому в океане известно, что Дрейк спелся с шайкой Мозазавра — этот остров давно стал их второй берлогой! Сравняем тут всё с землёй, и посмотрим, где они теперь станут сбывать награбленное!
Выкричавшись, она тут же спохватилась и добавила:
— Только цельтесь точнее, не заденьте невинных людей!
— Будь спокойна, капитан Ночная Ворона, на этом проклятом острове сроду не водилось невинных, — усмехнулся старший помощник и деловито уточнил: — Один залп сжирает около двух сотен магических кристаллов. Плюс палочка для расщепления из ветви Мирового древа стоит пятьсот кристаллов, а хватает её всего на пять выстрелов. Итого каждый выстрел обходится нам в три сотни кристаллов. Сколько залпов даём?
Почему инженер Валигу так гордился своей Магической Яичной Пушкой? Да потому, что при равной разрушительной мощи её снаряды обходились куда дешевле, а применять их можно было гораздо скрытнее. Впрочем, по сравнению с кристальными пушками у обоих орудий имелись свои достоинства и недостатки.
— Ух... — Ночная Ворона болезненно поморщилась, словно у неё вырвали зуб. Оттянув карман штанов и заглянув внутрь, она скрепя сердце скомандовала: — Давай ещё по два залпа из каждой! Неужто мы настолько нищие?
Старпом наградил её красноречивым взглядом:
— А то как же! Будь у меня за душой деньги, стал бы я подаваться в пираты? Нашу базу разграбили подчистую. Я же предлагал поделить оставшиеся гроши и распустить команду по-хорошему, так ты и слушать не захотела! Если дадим ещё по два залпа — в сумме выйдет шесть выстрелов, а это тысяча двести кристаллов на ветер! После такого нам даже на выходное пособие ребятам ничего не останется. Ты уж подумай хорошенько.
Едва он договорил, как корпус судна ощутимо вздрогнул — вторая пушка с грохотом выплюнула ослепительный сгусток энергии, устремившийся прямиком к караульной управе.
Лицо Ночной Вороны от душевных терзаний пошло зелёными и белыми пятнами, а на щеке вдруг явственно проступило тёмное родимое пятно.
Своё прозвище Ночная Ворона она получила именно из-за этой отметины: пятно было у неё с самого детства и всякий раз темнело, когда она приходила в крайнее волнение. Нетрудно догадаться, какие страсти бушевали в её груди сейчас.
Один выстрел — триста магических кристаллов, что равнялось трём тысячам полновесных золотых монет по двадцать шесть граммов каждая! Выходило, с каждым залпом они вышвыривали в воздух по семьдесят восемь килограммов чистого золота! Да в ней самой вместе с костями и потрохами не набралось бы семидесяти восьми килограммов!
Стиснув зубы, капитан решительно махнула рукой:
— Даём ещё два залпа! Разнесём торговую биржу и зерновые склады!
— Как прикажете, моя императрица... Э-э, капитан, гляньте-ка, это там человек в небе? Он что, летит прямо на снаряд?.. Ох, он его обнял... Он обнял... обнял снаряд руками! — старпом сперва остолбенел, а затем затрясся всем телом так, что у него начал заплетаться язык.
Ночную Ворону тоже пробила крупная дрожь:
— О-обнял снаряд из кристальной пушки?! Да... да разве человек на такое способен?! Погоди-ка, у него что, чешуя по всему телу?!
Принявший облик Бога Драконов Анге завис в воздухе, уперевшись ладонями прямо в сияющую сферу. Снаряд представлял собой бурлящий шар чистой энергии крупнее человеческого роста. Двести магических кристаллов мгновенно расщеплялись до первородной энергии, удерживались в сжатом состоянии особым силовым полем и с чудовищным ускорением выбрасывались из ствола — таков был принцип действия этого грозного оружия.
Однако по сравнению с изобретением Валигу пушка на магических кристаллах отличалась чудовищными потерями энергии: Магическому Яйцу для достижения той же разрушительной мощи хватало восьмидесяти кристаллов, что снижало стоимость выстрела в разы.
К тому же заряды Валигу можно было сбрасывать с воздуха или запускать с простейших направляющих. Более того, если бы здесь не требовалось стрелять с моря, никто бы вообще не возился с пушками — достаточно было притащить Магическое Яйцо к нужной стене и подорвать на месте.
Но каким бы ни был снаряд, ловить его голыми руками на лету казалось полнейшим безумием! Очевидцы на улицах города попросту не верили собственным глазам.
Секунды шли одна за другой. Лишь спустя пять или шесть мгновений зеваки наконец сообразили, что смельчак вовсе не удерживает снаряд силой мышц — шар попросту застыл в воздухе! Слепящее сияние внутри сферы перестало пульсировать, превратившись в неподвижную картину, а вместе с ним замерла и покрытая чешуёй фигура.
Среди разношёрстной публики на острове Дрейк хватало бывалых людей, повидавших всякое на своём веку. Кто-то из толпы тут же истошно завопил:
— Заморозка пространства! Это же врождённая магия Красно-медного дракона! На нём чешуя — это наверняка принявший человеческий облик Красно-медный дракон!
Услышав эти крики, Негрис презрительно скривил губы:
— Вот невежды! Это же Трансформация Бога Драконов... Впрочем, ладно, эту трансформацию даже нынешние гигантские драконы в глаза не видывали, куда уж там людям.
Тем временем на палубе зерновоза Ночная Ворона повернулась к старпому и упавшим голосом прошептала:
— К-кажется, мы пальнули по тому, кого лучше было не трогать... Что делать будем?
— Как это «мы»?! Это ты скомандовала палить, а я тебя вообще впервые вижу! — старпом одним движением сорвал с головы бандану, бросился к борту и, перемахнув через фальшборт, ласточкой нырнул в море.
— Эй, ты куда?! А как же выходное пособие?! — опешила капитан. Видя, как её верный первый помощник, который вечно ворчал о деньгах, но на деле был предан ей всей душой, без лишних слов дал тягу, Ночная Ворона наконец осознала весь масштаб катастрофы и машинально перевела взгляд на второго помощника.
Тот лишь виновато развёл руками:
— Капитан, если этот монстр ловит пушечные снаряды голыми руками, то и подручные у него наверняка под стать. Если мы сейчас же не унесём ноги, тратить выходное пособие нам придётся уже на том свете. Бежим!
Бросив эти слова, второй помощник тоже сиганул за борт, а следом за ним в воду горохом посыпались и остальные матросы.
— А ведь и правда, — согласилась Ночная Ворона и уже рванула было к борту, но на полпути резко затормозила. Развернувшись, она подскочила к орудиям и торопливо выгребла из зарядных лотков все оставшиеся магические кристаллы. В каждой установке лежало ещё по четыре сотни с лишним штук — в сумме больше восьмисот кристаллов! Это же всё выходное пособие её команды!
Распихав кристаллы по карманам, она кинулась к борту и перемахнула через перила, но не успела пролететь и метра, как чья-то железная хватка вцепилась ей в шиворот. Вздёрнув женщину обратно в воздух, Лютер поднёс её к самому своему лицу и со зловещей ухмылкой процедил:
— Обстреляла нас из пушки и думала улизнуть?!
У Ночной Вороны похолодели руки и ноги. Дальность стрельбы кристальной пушки составляла два километра, а от причала до караульной управы было никак не меньше километра и трёхсот метров. С момента выстрела не прошло и двадцати секунд — выходило, этот человек преодолел тысячу триста метров меньше чем за треть минуты! До чего же чудовищная скорость!
Пиратке захотелось разреветься в голос: «Да я же просто мелкая морская разбойница! За какие грехи я нарвалась на таких чудовищ?!»
Разница в силе была настолько подавляющей, что, когда Лютер поволок её обратно в город, Ночная Ворона даже не помышляла о побеге, присмирев, точно кроткая овечка. Особенно после того, как она увидела, что сталось с пушечным снарядом.
Снаряд попросту разорвало на куски прямо в воздухе! А Негрис тем временем подметил, что Трансформация Бога Драконов у Анге продлилась ровно двадцать три секунды.
На протяжении всех этих двадцати трёх секунд перед грудью скелета каждую секунду вспыхивало по тринадцать крошечных огненных точек. Из-за заморозки пространства они тут же застывали, не в силах развернуться в полноценные заклинания, но Анге продолжал исправно штамповать их одну за другой, плотно усеивая ими весь промежуток между собой и замершим снарядом.
И в тот самый миг, когда оцепенение пространства спало, все эти сотни крошечных точек разом обратились во Взрывные огненные шары! Огненная лавина в упор ударила в пушечный снаряд, буквально разорвав энергетическую сферу в клочья и разметав её по небу ослепительным фейерверком.
Тринадцать выстрелов в секунду, двадцать три секунды — итого двести девяносто девять Взрывных огненных шаров!
У Негриса отвисла челюсть:
— Знаешь, пока ты летел, я перебрал в уме сотни вариантов! Думал, ты разложишь структуру снаряда кулаком Бога Красоты или рассеешь его стихийное ядро подавлением элементов... Но мне и в голову не могло прийти, что ты используешь заморозку пространства просто для того, чтобы накопить побольше базовых заклинаний! Неужто нельзя было придумать что-нибудь менее топорное?!
Анге склонил голову набок:
— Практично.
— А если бы накопленных огненных шаров не хватило, чтобы перебить мощь снаряда? Тогда бы он всё равно рванул прямо перед твоим носом! — не унимался дракон.
— Мощь ослабла. Не ранит, — лаконично пояснил Анге.
Почти три сотни Взрывных огненных шаров с лихвой погасили львиную долю разрушительной энергии снаряда, а остаточная взрывная волна не причинила бы прочным костям Золотого скелета ни малейшего вреда.
Так что если рассудить здраво, накопление огненных шаров в застывшем пространстве и впрямь оказалось самым надёжным и простым решением.
Немного погодя во двор управы вернулся Лютер, таща за шиворот пленницу:
— Господин, вот с её корабля по нам палили из пушки.
Негрис смерил женщину пристальным взглядом с головы до ног и недоумённо спросил:
— Мы что, знакомы? С какой стати ты устроила на нас засаду?
Хотя пиратка понятия не имела, каким образом стоящий перед ней человек разговаривает, даже не размыкая губ, она послушно и робко ответила:
— Я... я хотела разнести только поместье градоначальника и управу стражи, я вовсе не охотилась за вами!
Говоря это, она покосилась на устилавших весь двор избитых солдат и покалеченного начальника стражи, после чего тихонько добавила:
— Полагаю, вы и сами не имеете отношения к властям Дрейка.
Ещё бы! Откуда на паршивом пиратском острове взяться мастерам такого полёта? Ловить снаряды кристальных пушек голыми руками — такое под силу разве что небожителям ранга Мастеров Истины!
— Выходит, ты просто начала обстрел в тот момент, когда мы случайно оказались внутри, и задела нас ненароком? — уточнил Негрис.
Ночная Ворона закивала с такой яростью, словно цыплёнок, клюющий просо.
По правде говоря, Негрис и сам склонялся к этой мысли. Будь это настоящие враги, они ни за что не стали бы палить по ним из неповоротливой осадной пушки — даже если бы Анге не вышел перехватить снаряд, вся их компания десять раз успела бы покинуть зону поражения до удара.
К тому же они прибыли в Дрейк меньше часа назад — кто бы успел так быстро подогнать к причалу замаскированный корабль с орудиями специально ради них? Да и зачем бы тогда понадобилось первым залпом сносить крышу градоначальнику?
Сложив два и два, Бог Знаний пришёл к выводу, что им просто крупно не повезло. Квабада, за всю свою долгую жизнь он ни разу не попадал под обстрел кристальных пушек, а тут в первый же раз — и сразу по ошибке!
— И как ты намерена возмещать нам моральный ущерб? — грозно осведомился Негрис. Пусть целились не в них, но под удар-то попали именно они! Нельзя же спускать такое с рук — пусть платит звонкой монетой!
Лицо Ночной Вороны мгновенно вытянулось. Дрожащими руками она выгребла из карманов все восемьсот-девятьсот магических кристаллов, которые только что сняла с пушек, и мысленно застонала: «Прощай, выходное пособие ребят, всё-таки не уберегла!»
Однако стоило ей трепетно протянуть горсть кристаллов на раскрытых ладонях, как Негрис едва не выпрыгнул из-за плеча Анге, чтобы отвесить ей затрещину:
— Ты что, издеваешься над нами?! Этой жалкой подачкой только нищих на паперти отваживать!
Пиратка едва не расплакалась:
— Клянусь, это всё моё состояние! Больше у меня за душой нет ни гроша!
— Ты же капитан пиратов! С чего вдруг такая нищета?! Ты только что дважды пальнула из кристальной пушки, а каждый такой выстрел стоит не одну сотню кристаллов! Уж не водишь ли ты нас за нос?! — подозрительно прищурился Негрис.
Ночная Ворона отчаянно замотала головой:
— Нашу базу недавно разграбили подчистую, потому-то я и явилась сюда мстить! Впрочем, даже в лучшие времена в нашей казне редко водилось больше двух-трёх тысяч кристаллов — немногим больше того, что вы видите.
— Если вы такие голодранцы, откуда же у тебя пушки на магических кристаллах? — не отставал дракон.
— В бою отбили! Наткнулись в море на контрабандистов, перевозивших запретный груз, и взяли на абордаж. С тех пор пушки просто лежали в трюме, мы до сегодняшнего дня даже стрелять из них не решались, — торопливо пояснила женщина.
— Правду говоришь? Не врёшь?
— Чистую правду, клянусь именем Бога Драконов, в моих словах нет ни крупицы лжи! — горячо заверила пиратка, приложив руку к груди.
Негрис тут же заметно подобрел:
— Ого, так ты почитаешь Бога Драконов?
— Да нет, не то чтобы верую, но когда клянёшься, всегда ведь нужно помянуть какого-нибудь бога для весомости. А в здешних водах клясться именем Бога Драконов надёжнее всего, — простодушно призналась она.
— Хе-хе, смотри не ляпни такое при патриархе драконьего рода, а то он тебя живьём проглотит. Имя Бога Драконов не для того существует, чтобы трепать его всуе, — назидательно проворчал Негрис.
Ночная Ворона лишь смущённо хихикнула:
— Да ну, скажете тоже! Где я, а где великий патриарх драконов! Станет такая важная птица прислушиваться к пустым клятвам мелкой пиратки.
— Хе-хе... — Негрис уже открыл было рот, чтобы съязвить в ответ, но в этот миг со стороны гавани с глухим хлопком взмыла в небо и разорвалась белая сигнальная ракета.
Все невольно повернули головы в сторону порта, а Лютер с недоумением спросил:
— Зачем пускать белый фейерверк средь бела дня? На светлом небе его же почти не видно.
Ночная Ворона мгновенно помрачнела лицом и встревоженно выпалила:
— Это условный знак пиратов Мозазавра! Сюда пожаловал флот Мозазавра!
Здание караульной управы стояло на возвышенности, поэтому стоило выйти за ограду, как вся гавань открывалась словно на ладони. И действительно: в акваторию порта на всех парусах бесцеремонно врывались четыре огромных чёрных парусника под белыми полотнищами.
Один из кораблей с ходу притерся бортом к судну Ночной Вороны, и на её палубу с гиканьем посыпались ловкие головорезы. Дымный след сигнальной ракеты тянулся именно оттуда — очевидно, её выпустили взявшие зерновоз на абордаж пираты Мозазавра.
Судя по всему, белый цвет означал, что путь чист: мгновение спустя с палубы второго чёрного корабля плавно поднялся в воздух человек в мантии. Словно поддерживаемый незримой ладонью, маг важно заложил руки за спину и с самым величественным видом заскользил по небу прямиком к городу.
Узнав парящую фигуру, Ночная Ворона стала чернее тучи:
— Маг восьмого уровня! Это же Ветряной Мозазавр Райли! О небеса, какими судьбами его самого сюда занесло?! Не мог же он так быстро выследить меня... Ах да! Говорят, раз в месяц он обязательно сходит на берег позабавиться с невольницами — должно быть, сегодня как раз такой день!
Она вдруг в ужасе повернулась к Анге и Лютеру:
— Господа хорошие, умоляю, если он сейчас схватит меня — лучше убейте меня сами на месте! Только не позволяйте мне попасть к нему в лапы! Говорят, он больше всего любит истязать женщин моего возраста — сперва вволю наиграется самыми изуверскими способами, потом сбагривает в каторжные лагеря, а когда жертва совсем выбивается из сил, её просто скармливают рыбам за бортом!
— О боги, меня ведь тоже знают в здешних водах как капитана пиратов, для него я стану особенно лакомой игрушкой! Нет-нет-нет, заклинаю вас, прикончите меня прямо сейчас!
То ли слухи о зверствах этого Райли и впрямь наводили леденящий ужас, то ли у пиратки сдали нервы после пережитых потрясений, но она принялась так отчаянно голосить и метаться, что Негрис с Лютером лишь растерянно переглянулись.
Подумаешь, какой-то маг восьмого уровня! Чего она так убивается, будто деревенская простушка? Ведь только что своими глазами видела, как Анге голыми руками поймал снаряд кристальной пушки, а тут трясётся как осиновый лист перед заурядным магом!
Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Скажи обычному крестьянину, что его прокляло верховное божество — он, пожалуй, и бровью не поведёт, зато если крикнуть, что его укусила ядовитая гадюка, бедняга мигом лишится чувств от страха, поскольку прекрасно знает, чем грозит змеиный яд.
На глазах у всего города Ночную Ворону приволокли в управу стражи, поэтому маг восьмого уровня без колебаний направился прямиком на холм. Сложив руки за спиной и эффектно развевая полами мантии, он всем своим видом демонстрировал незаурядное мастерство в магии ветра.
Подлетев к разгромленному двору управы, он сразу заметил компанию чужаков и пленную пиратку. Скользнув взглядом по фигуре женщины, Райли похотливо прищурился:
— Ого, никак сама капитан Чёрной Тучи? Что это с твоим кораблём... Ой, а что это тут за прелестная крошка? Не хочешь позабавиться с дядей...
Не успев договорить фразу, обращённую к Ночной Вороне, он заметил стоявшую рядом Скелета-ангела и мгновенно переключил внимание на неё. Однако договорить вторую фразу ему тоже не довелось: малышка молча распахнула световые крылья и активировала Вспышку Святого Света.
Ослепительный столб белого пламени в одно мгновение обратил Райли вместе с его недосказанными речами в обугленную головню.
Глаза Ночной Вороны едва не вылезли из орбит:
— Э-это... это... т-ты... вы...
Молния во всю пасть зевнул:
— Ну до чего же скучно! И когда уже этот Бруск соизволит явиться? Подохнуть можно от тоски.
Скрестив руки на груди, Лютер солидарно кивнул:
— И не говори. Сплошные слабаки кругом — даже нет ни одного достойного противника, ради которого стоило бы обнажить мой Двуручный меч с сердечником из драконьей стали, инкрустацией из мифриловой нити, магическим узором, закалкой в глине, усилением драгоценными камнями и зачарованием на пробивание.
— Л-лошадь... лошадь разговаривает?! — стуча зубами, пролепетала пиратка.
Молния лишь лениво скосил на неё лиловый глаз и даже не удостоил ответом.
Тем временем над гаванью одна за другой взметнулись красные сигнальные ракеты. Пираты Мозазавра зашевелились, словно растревоженный муравейник — на всех четырёх парусниках поднялась невероятная суета. Ещё бы: один из трёх главарей их флотилии, могущественный маг восьмого уровня Райли, только что был убит на глазах у всего порта! Если они сейчас же не смоют этот позор кровью, о прежнем авторитете пиратов Мозазавра в здешних морях можно будет забыть навсегда.
На палубах всех четырёх кораблей со скрипом выкатили по восемь орудий — в общей сложности тридцать две пушки на магических кристаллах разом навели свои жерла на возвышающееся на склоне холма здание стражи.
— Ого, а вот это уже хоть какой-то вызов! Что ж, испей же вражьей крови, мой меч с сердечником из драконьей... стали! — ощутив на себе тяжёлые взгляды спутников, Лютер благоразумно проглотил остаток длинного названия.
Со звонким лязгом он выхватил клинок из ножен, и над остриём тут же заструилось плотное лезвие боевой ауры.
Ночная Ворона явно знала толк в воинских рангах, потому что её снова заколотило как в лихорадке:
— С-святой... Святой Меч высокого класса!
Драконье дерьмо! Если у них простой мальчик на побегушках — Святой Меч высокого класса, то кто же тогда все остальные?!
И в тот самый миг, когда компания уже собралась ринуться вниз к причалу и разнести вражеские посудины в щепки, с заоблачной выси камнем рухнула исполинская золотая тень. Пронесясь над гаванью, дракон полоснул по четырём парусникам потоком огненного дыхания.
В мгновение ока все четыре корабля захлестнуло бушующее пламя. На палубах поднялся душераздирающий вой, и объятые огнём пираты, словно пельмени в кипяток, посыпались за борт.
Увы, Драконье дыхание не гасло даже под водой — всякий, кого коснулось пламя, прямо в морской пучине выгорал до голых костей и камнем шёл ко дну.
Оставив позади четыре догорающих факела, золотой дракон заложил крутой вираж и направился прямиком к холму у караульной управы.
— Д-дракон... Там дракон! Вы что, не собираетесь бежать?! — в ужасе заверещала Ночная Ворона.
Однако никто не тронулся с места, а Лютер и вовсе в негодовании затопал ногами:
— Бруск, бессовестная твоя морда! Зачем увёл мою добычу?!
— Б-бруск?! Патриарх драконьего рода?! — пиратку словно громом поразило. То-то это имя показалось ей знакомым, когда его давеча упомянул говорящий конь! А уж при виде чешуи Золотого дракона древние легенды сами собой всплыли в памяти.
Тем временем Бруск тяжело опустился на землю перед управой и обратился к путникам:
— Простите, что заставил ждать! Забирайтесь на спину, я перенесу вас на остров... Хм? А это ещё что за девица? Раньше я её с вами не видел.
Глядя на нависшую прямо над её макушкой исполинскую драконью голову, Ночная Ворона почувствовала, как у неё дёргается глаз. В памяти предательски всплыли её собственные слова о том, что такая важная персона, как патриарх драконов, ни за что не услышит пустую клятву мелкой разбойницы.
Ну вот, накликала на свою голову! Патриарх драконов собственной персоной стоит перед ней! И что теперь будет? Он ведь проглотит её, даже не прожёвывая! От одной этой мысли глаза пиратки закатились, и она без чувств рухнула на землю.
Проваливаясь в спасительную темноту, она успела подумать лишь об одном: выживет она или нет, но по крайней мере ей не придётся смотреть в пасть собственной смерти.
Увы, радовалась она слишком рано. Когда сознание вернулось к ней и она машинально провела ладонью по полу под собой, пальцы наткнулись на холодную и твёрдую, как сталь, чешую. Волосы на её голове мгновенно встали дыбом: «Я что... лежу на спине летящего дракона?!»
...

Комментарии

Загрузка...