Дайсон шагнул вперёд, глухо стукнул посохом о камни и, низко склонив голову, зашептал себе под нос скороговоркой:
— Сказал Господь: Огонь всеобщей веры — это неугасимое пламя и неиссякаемое упование, да горит же он вечно!
Тихий шёпот под нос перебить чужим возгласом было невозможно, поэтому кардинал беспрепятственно дочитал молитву до конца, а свечение у него за пазухой разгорелось так ярко, что стало просвечивать сквозь плотную парчу облачения.
Медленно вскинув голову, Дайсон с торжествующим прищуром обвёл взглядом поле боя и во весь голос расхохотался:
— Энтони, главная ошибка всей твоей жизни в том, что ты явился по мою душу лично, да ещё и вывалил на стол все свои козыри разом! Пусть сегодня я потеряю это тело-двойник, зато одним махом похороню здесь всю твою шайку! Отведайте же моего Шторма всеобщей веры!
Не успели отзвучать последние слова, как воздух перед ним смазался, и вплотную к архиепископу словно из ниоткуда выросла закованная в чешую человекоподобная фигура, ткнув когтистым пальцем прямо ему в грудь. В то же мгновение Дайсон с ужасом осознал, что не может пошевелить даже мизинцем!
Глаза кардинала расширились от первобытного страха, буравя взглядом застывшего перед ним чешуйчатого монстра. Что это ещё за тварь?! Откуда такая немыслимая скорость?! Судя по чешуе — чистый дракон, но сложением — вылитый человек! Неужели опять какой-то похотливый ящер согрешил с двуногой девицей и породил на свет очередного драконорожденного ублюдка?! Дайсон невольно скосил зрачки на болтавшегося неподалёку Негриса — вон, один недоразвитый ящер тут как раз имеется.
Анге замер изваянием: врождённая способность Дракона Пространства намертво заморозила само пространство вокруг них. Шевелиться не мог ни сам Анге, ни скованный Дайсон, и даже разбушевавшееся сияние у того в груди застыло на месте, перестав набирать мощь.
Лишь секунду спустя на том месте, откуда только что сорвался с места Анге, воздух разорвал запоздалый громовой рык: «Ау-у-у!» — скелет двигался быстрее звука, поэтому его команда долетела до ушей соратников уже после того, как сам он оказался у цели.
Услышав этот клич, Негрис машинально перевёл взгляд на пространственного зверя. Гигантский кот и сам на миг опешил. За время, проведённое в компании Скелета-ангела и Маленького зомби, мохнатый колобок неплохо наблатыкался понимать их «язык рычания», но столь внезапный приказ самого Анге заставил зверя заколебаться.
Зато Скелет-ангел и Маленький зомби медлить не стали — оба в один голос требовательно рявкнули на кота: «Ау-у!»
Ну ладно, хозяин — барин! Исполинский кот взял короткий разбег, грузно взмыл в воздух и со всего маху припечатал пушистой лапой то самое место, где застыли в замороженном пространстве Анге и Дайсон. Когда же зверь приподнял подушечку лапы, под ней на брусчатке уже никого не было — оба бесследно испарились. Вы сами все слышали, он сам велел отправить их в изгнание!
В ту же секунду тело Негриса обмякло и мешком рухнуло носом в дорожную пыль — связь оборвалась. Пространственное изгнание зверя вышвырнуло Анге бог весть в какие дали за пределы измерения, а при смене мира проекция сознания бронзового дракона мгновенно теряла опору и гасла.
Наблюдавший за этим издали Энтони пару секунд ошарашенно хлопал глазами, а затем что было мочи гаркнул:
— Никого живым не выпускать! Руби их всех под корень!
С этими словами старик натянул на лицо чёрный платок, поудобнее перехватил тяжёлый скипетр и с молодецким гиканьем сам ринулся в гущу свалки, каждым взмахом проламывая по вражескому черепу.
Оставшись без командира и магического прикрытия, деморализованная охрана кортежа не продержалась против озверевших налётчиков и нескольких минут — их попросту смяли и втоптали в камни.
Когда последний гвардеец испустил дух, вперёд выступил Рамо со своими тринадцатью ночными стражами кладбища. Вооружившись специальными сосудами, личи дочиста собрали все витавшие над свежими трупами осколки душ, чтобы враги не смогли вытянуть из мертвецов ни крупицы сведений с помощью воззвания к духам.
Покончив с зачисткой и оставив посреди тракта лишь гору бездыханных тел, бойцы один за другим принялись разрывать свитки телепортации, исчезая во вспышках пространственных переходов. За один этот налёт они сожгли без малого сотню свитков! Любую другую организацию подобная расточительность пустила бы по миру, и лишь Анге с его неиссякаемыми запасами шёлковой ткани Святого Света и умением лично вырезать пространственные узоры мог позволить себе швыряться свитками направо и налево.
Оказавшись в условленном месте сбора вдали от поля боя, Энтони первым делом подскочил к пространственному зверю, намереваясь, по примеру Анге, ухватить котяру за задние лапы и хорошенько вытрясти обратно своего повелителя.
Увы, он был далеко не Анге. Если пространственный зверь и позволял скелету бесцеремонно трясти себя вниз головой, то исключительно потому, что не мог дать ему сдачи. А вот стоило Энтони только протянуть руки к мохнатым пяткам, как исполинская кошачья лапа небрежно прихлопнула старика к земле, впечатав лицом в песок.
Потребовалось немало уговоров и извинений, прежде чем зверь соизволил убрать лапу. Кряхтя и отряхивая измятую рясу, сконфуженный кардинал поднялся на ноги и тревожно спросил:
— Где господин?! Куда именно ты его зашвырнул своим изгнанием?!
— Мяу-у-ур! — басовито прогудел гигантский кот.
Скелет-ангел тут же понятливо закивала:
— Ау-ау!
Маленький зомби тоже радостно заугукал:
— Ау!
Вот только Энтони на «языке рычания» ни бельмеса не смыслил, а перевести ему было некому — вылетевший из сети Негрис так и не подавал признаков жизни, будучи единственным в этой компании, кто владел человеческой речью.
Прикрыв глаза, кардинал прислушался к внутренним узам веры: нить связи с божеством оставалась целой и невредимой, однако сам господин находился на каком-то запредельном удалении и на мысленные воззвания не отзывался.
— С господином всё в полном порядке! Судя по всему, Шторм всеобщей веры Дайсона не причинил ему вреда. Думаю, совсем скоро он вернётся сам — ведь при нём скипетр Небесного царства, с помощью которого можно в любой миг открыть врата в Священное Небесное царство и шагнуть обратно, — принялся успокаивать приунывших соратников Энтони, заодно подбадривая и самого себя.
...
А тем временем выбитые ударом кошачьей лапы из родного измерения Анге и Дайсон летели сквозь кромешную тьму пустоты, словно два пушечных ядра, запущенных в неведомую бесконечность.
Внезапно раздался глухой треск — их тела на полном ходу пробили какую-то невидимую преграду. Вокруг сразу посветлело, мимо назад пронеслись россыпи искрящихся огоньков, а мгновение спустя грянул второй удар, и глаза резанул яркий солнечный свет.
В окружении мириадов дробящихся солнечных бликов Анге обнаружил, что с головой ушёл под воду.
Срок действия Абсолютного превращения как раз истёк, и покрывавшая кости драконья чешуя стремительно втянулась обратно.
Вместе с этим спали и оковы замороженного пространства. Обретший подвижность Дайсон, чья грудь уже готова была разорваться от распиравшего её ослепительного сияния, в диком ужасе вытаращился на сомкнувшуюся вокруг толщу воды и судорожно зашевелил губами. Судя по артикуляции, он пытался выкрикнуть: «Где это мы?!»
Однако стоило ему разомкнуть губы, как в глотку с бульканьем хлынула вода, напрочь забив рот и лёгкие. Впрочем, говорить ему больше и не требовалось: в следующий миг его грудная клетка беззвучно лопнула изнутри, выпустив на волю бешеную лавину святого пламени, а само тело двойника вспыхнуло как сухой трут и в одно мгновение сгорело без остатка, послужив топливом для этого чудовищного выброса.
Находившийся в двух шагах Анге успел лишь вскинуть перед грудью скрещённые руки, как его с головой накрыло бушующее море огня.
Впрочем, Огонь всеобщей веры убивал врага вовсе не жаром пламени — он служил лишь запальной искрой и маяком, притягивающим к жертве бесконечные потоки фанатичной веры паствы. Поэтому, прокатившись по костям Анге, вся огненная мощь тут же стянулась к его левой кисти — Руке, пронзающей миры, которая первой приняла удар на себя.
Основная же масса выпущенного веером огня пролетела мимо и вскоре растерянно замерла в толще воды, не находя вокруг больше ни единой живой души. Жертвуя драгоценным двойником, Дайсон рассчитывал выжечь дотла всё вражеское войско во главе с ненавистным Энтони, а куда, спрашивается, подевались все враги?!
Не обнаружив других мишеней, неприкаянные языки Огня всеобщей веры развернулись и дружно ринулись обратно к Анге, до последней капли влившись в крохотный язычок святого пламени, плясавший на ладони Руки, пронзающей миры.
Из костяной фаланги пальца тут же высунулась любопытная мордашка Беляшика. Раздув пухлые щёчки, призрак Святого Света широко разинул рот и оттяпал от пылавшего на ладони огонька добрый кусок. Но стоило ему проглотить всего один укус, как малыша раздуло словно воздушный шарик; он громко икнул, с трудом перевёл дух и, сыто похлопав себя по животику, убрался обратно в палец, тогда как само пламя на ладони Анге на вид ничуть не уменьшилось.
В глубине души скелета наконец прорезался встревоженный голос Негриса:
— Давай-ка сперва выбирайся из воды на воздух!
Мысленно кивнув, Анге оттолкнулся от плотной водной толщи и торпедой устремился вверх, туда, откуда пробивались солнечные лучи. Благодаря высокой плотности элементов воды двигаться в глубине было куда проще, чем в воздухе: считаные секунды спустя скелет пробил зеркальную гладь и свечой вылетел высоко в небо.
Когда же он камнем рухнул обратно и его костяные стопы коснулись воды, поверхность вокруг мгновенно схватилась крепким льдом, образовав широкую плавучую льдину, на которой Анге и утвердился.
— И куда это нас занесло? — озадаченно спросил Негрис, чью проекцию кошачья лапа давеча безжалостно вышибла из сети.
Вокруг, насколько хватало глаз, до самого горизонта расстилалась бескрайняя водная гладь, неотличимая от океана.
— Мы что, посреди моря? Всё ещё в Главном материальном измерении? — изумился дракон. На его памяти лишь Главное материальное измерение могло похвастаться столь необозримыми водными просторами.
Однако Анге отрицательно покачал головой:
— Нет. Вода... не солёная.
Ещё в момент заморозки льдины он заметил, что из воды совсем не выделяется кристаллов соли.
— Пресная?! Да что же это за место такое?! — изумился Негрис. Раз вода пресная, о Главном материальном измерении не могло быть и речи — там попросту не существовало пресноводных океанов!
Впрочем, глянув на недоумённо склонённый череп Анге, дракон понял, что спрашивать географию у этого парня бесполезно, и махнул рукой:
— Ладно, плевать, что это за дыра! Доставай скипетр Небесного царства, будем возвращаться через Небесное царство. Обычные свитки телепортации тут наверняка бесполезны — об этом мире я даже краем уха не слыхал, так что от Главного материального измерения нас отделяет чудовищное расстояние.
Вместо ответа Анге поднял левую руку, на ладони которой беззвучно плясал язычок святого пламени. Пусть это и был грозный Огонь всеобщей веры, но в отличие от руки Харви, которая от такого уголька шипела и плавилась на глазах, кость Анге не испытывала ни малейшего вреда. Вот только...
— Не пролезает, — коротко сообщил Анге.
— В смысле «не пролезает»? Рука не проходит во Дворец Упокоения?! Так мы что, даже скипетр Небесного царства оттуда вытащить не можем?! — ахнул Негрис.
Анге молча кивнул.
— А потушить эту пакость можно? Это ведь тот самый Огонь всеобщей веры, что выпустил Дайсон? Я перед вылетом слышал, как он орал про какой-то Шторм всеобщей веры! Разве Огонь всеобщей веры можно использовать как боевое заклинание?! — засыпал его вопросами дракон.
Анге покачал головой.
— Э-э, и что означает твоё качание головой?
— Не тушится. Это Дайсон выпустил, — выдавил из себя скелет непривычно длинную фразу.
— Да как так-то?! И что же нам теперь делать?! Если этот проклятый Огонь всеобщей веры нельзя погасить, твоя Рука, пронзающая миры, что же — до скончания веков не сможет залезть во Дворец Упокоения?!
Анге снова покачал головой и выставил вверх указательный палец:
— Он может съесть.
Из костяной фаланги тут же выплыл заспанный Беляшик и вопросительно склонил головку набок, явно не понимая, зачем его вытащили на свет божий. Но стоило ему услышать знакомое слово «съесть», как глаза малыша загорелись, и он не глядя тяпнул зубами прямо за костяной палец Анге!
Увы, голая кость оказалась призраку не по зубам. Разочарованно выдохнув, Беляшик перевёл взгляд на пылавший посреди ладони огонёк, радостно бросился на него и откусил ещё один увесистый кусок. Пламя на вид снова ничуть не убавилось, зато сам малыш наелся до отвала, громко икнул и, блаженно жмурясь, снова обхватил ручками палец.
Негрис мысленно почесал в затылке: это ж сколько лет эта кроха будет доедать такой костёр по одному укусу?!
Впрочем, сколько ни бесись, делу этим не поможешь: Огонь всеобщей веры — это запальная искра для возжигания Божественного огня, просто так водой её не зальёшь. И вообще, нужно благодарить судьбу за молниеносную реакцию Анге! Промедли скелет хоть на долю секунды — и весь их элитный отряд полег бы там костьми. Кто же мог подумать, что у Дайсона в рукаве припасён такой изуверский козырь, как Шторм всеобщей веры! Обычному существу от этой напасти нипочём не отбиться: стоит одной искре прилипнуть к телу, как её уже ничем не счистишь и не стряхнёшь — остаётся лишь беспомощно смотреть, как пламя разгорается всё сильнее, выжигая тебя дотла. То, что Беляшик вообще способен переваривать эту дрянь, уже было настоящим чудом!
Похоже, Дайсон берег этот удар специально для Энтони, и надо же было такому случиться, что против него сошлись разом и заморозка пространства от Дракона Пространства, и изгнание пространственного зверя! Не окажись под рукой хотя бы одного из этих двух умений — беды бы не миновать. Представить только, как сейчас кусает локти настоящий Дайсон, потерявший и двойника, и коронный удар впустую!
Задрав голову к палящему светилу в зените, Анге поглубже надвинул на череп свою Шляпу пугала — припекало немилосердно.
Под отвесными лучами солнца льдина под ногами быстро подтаивала и истончалась, но скелет не спешил подмораживать её заново: торчать на открытом солнцепеке было слишком жарко, уж лучше нырнуть обратно в прохладную глубину, благо утонуть ему в любом случае не грозило.
Однако прежде чем льдина окончательно растаяла и ушла из-под ног, на далёком горизонте показалась чёрная точка. Скользя в метре над самой гладью воды, неизвестный объект на бешеной скорости мчался прямо в его сторону.
Когда расстояние сократилось, Анге сумел разглядеть диковинное судно: это был десятиметровый гоблинский дирижабль с парой широких горизонтальных крыльев по бортам и хвостовым рулём, вот только вместо привычного пузатого газового баллона над его палубой возвышались высокие мачты с туго надутыми парусами.
Парусный дирижабль летел над водой несравнимо быстрее своих неповоротливых собратьев на газовой тяге. В считаные мгновения судно пронеслось совсем рядом, и перегнувшаяся через борт женщина звонко крикнула:
— Держись, не паникуй! Сейчас мы тебя вытащим!
Вслед за окриком с палубы полетел спасательный круг, шлёпнувшись на воду в нескольких шагах от льдины — судя по всему, экипаж принял стоявшего посреди океана Анге за терпящего бедствие утопленника!
Сам же парусник, не в силах погасить инерцию сразу, стрелой проскочил далеко вперёд, после чего заложил широкий плавный вираж, постепенно сбрасывая ход и заходя на второй круг.
Анге озадаченно склонил голову набок: он ведь вовсе не тонул, зачем его спасать?
— Слушай, давай ты немного подыграешь им и ухватишься за этот круг, а? — посоветовал в уме Негрис. — Люди от чистого сердца сделали такой крюк, чтобы вытащить тебя из воды, неудобно ведь выставлять их дураками. Поднимешься на борт, передохнёшь малость, скажешь спасибо, а заодно и выспросишь, куда это нас угораздило попасть.
— Угу, — послушно буркнул Анге, шагнул с растаявшей льдины в воду и вцепился руками в пробковый круг.
Описав дугу, парусный дирижабль подошёл вплотную, на ходу убирая паруса и плавно снижаясь. Когда днище корпуса мягко легло на воду, с борта выдвинулся длинный багор, подцепил спасательный круг и вместе с Анге втащил его на палубу.
Команда судна состояла из четверых человек: двоих мужчин и двух женщин. Едва «спасённый» ступил на доски палубы, как к нему тут же бросилась миловидная молодая женщина, на ходу протягивая грубое, но свежевыстиранное полотенце:
— Ох, бедняжка, как же тебя угораздило за борт свалиться?! Давай-ка скорее вытирайся насухо, не хватало ещё простуду подхватить! В открытом море ветра студёные, ни тёплой одёжки, ни лекарств лишних нет, тут болеть никак нельзя!
Анге покорно принял насильно всученное в руки полотенце и принялся тереть лицо и одежду, на которых не оставалось ни единой капли влаги — ещё в тот миг, когда его подцепили багром, он мимоходом рассеял водные элементы, досуха отжав свои тряпки. Тем не менее под мысленным нажимом Негриса он для приличия пару раз махнул полотенцем по щекам, а затем с живым любопытством уставился на остальных членов экипажа, особенно на молоденькую девушку и круглолицего паренька — надо же, эта парочка была ему отлично знакома!
«Ну и тесен же мир...» — невольно восхитился в его душе Негрис.
Помните тех двух незадачливых охотников за головами, что спускались на дельтапланах в Королевский двор Чёрной Горы под аккомпанемент приторных любовных признаний и застряли на дворцовой крыше? Одну из них звали Лили, и сейчас оба этих горе-налётчика собственной персоной стояли на палубе спасшего их судна!
Впрочем, Анге-то их видел, а вот они его в лицо знать не знали, так что раскланиваться со старыми знакомыми нужды не было. Вместо этого взгляд скелета скользнул к фальшборту дирижабля, вдоль которого тянулся ряд до боли знакомых серых камешков — то были камни кавитации!
Десятки мелких камней кавитации были аккуратно вправлены прямо в обшивку бортов: при встречном потоке ветра они создавали вокруг корпуса воздушную прослойку, сводя сопротивление среды к минимуму. Так вот, значит, за счёт чего этот парусник умудряется парить над волнами без газового баллона! Но откуда на частном судёнышке такая прорва камней кавитации?! Эта штука стоит бешеных денег — не имей Серебряная Монета собственного канала поставок, Анге и сам бы не знал, где раздобыть подобную редкость.
Заметив, что спасённый путник застыл столбом и не сводит глаз с обшивки борта, молодая женщина тут же истолковала его молчание по-своему:
— Так ты, верно, тоже прибыл сюда на добычу камней кавитации? Как же ты в воде очутился, где твоё судно? Ну да ладно, не горюй, отсюда до плавучего острова рукой подать, доставим тебя в целости и сохранности. Меня, кстати, Джелис зовут, а тебя как величать?
Но Анге её уже не слышал. На корме дирижабля его взгляд зацепился за нечто такое, что разом затмило собой все камни кавитации на свете! Забыв про всякие приличия и даже не назвав своего имени, скелет сломя голову кинулся к корме.
Любой другой на месте хозяйки судна оскорбился бы до глубины души: человека вытащили из верной погибели, а он в ответ ни слова благодарности не проронил, имени не назвал и носится по чужой палубе как угорелый! Однако, проследив за тем, куда именно устремился странный гость, Джелис мгновенно сменила гнев на милость — ведь любой, кто проторчал в этом водном мире достаточно долго, при виде её сокровища терял голову точно так же.
Неспешно подойдя следом, женщина с едва заметной горделивой усмешкой пояснила:
— Что, никогда прежде не видывал корабельного огорода? Небось давненько не доводилось любоваться на свежую зелень, а? Хе-хе, когда месяцами болтаешься в этом мире, любой зелёный листок кажется родным и желанным. Жаль только, обходится эта роскошь слишком дорого, так что угостить тебя, уж не обессудь, не могу — самой жалко.
Анге заворожённо смотрел на небольшой деревянный ящик с рядками чахлой зелени и со всей мыслимой серьёзностью спросил:
— Почему... нет земли?
...

Комментарии

Загрузка...