Любой, кто способен одним взмахом руки выстроить в воздухе целую шеренгу заклинаний — какого бы уровня они ни были, — явно далеко не новичок в магии, поскольку здесь вступал в силу закон взаимного возмущения элементов.
Удерживать в непосредственной близости друг от друга сразу несколько готовых заклинаний мог лишь тот, кто обладал филигранным контролем над стихиями.
Но ещё сильнее духа поразило другое: он сам сотворил вереницу из двенадцати Взрывных огненных шаров, тогда как скелет выстроил перед собой ровно тринадцать — точь-в-точь на один шар больше!
Случайность это или тонкая насмешка?
Не теряя времени, дух взмахнул рукой: двенадцать Взрывных огненных шаров со свистом сорвались с места, а сам он стремительно заскользил назад.
Анге тоже повёл рукой, и его огненные шары устремились навстречу вражеским, с ювелирной точностью сталкиваясь с ними один к одному и взрываясь в воздухе, тогда как лишний, тринадцатый шар продолжил полёт прямиком к лазутчику.
Отступая, дух очертил в воздухе перед собой круг за кругом, и в центре каждого кольца тут же сгущалась Стрела мертвенного дыхания.
Первая же стрела сбила тринадцатый огненный шар, а следом к Анге устремился целый рой чёрных росчерков.
Именно Стрелы мертвенного дыхания, а вовсе не магия огня, были его коронным оружием. Минуту назад он просто хотел унизить противника его же приёмом, но, поняв, что этот скелет ему не по зубам в чужой стихии, тут же вернулся к привычному ремеслу.
Стрелы мертвенного дыхания сгущались одна за другой, непрерывным ливнем обрушиваясь на башню.
По сути, это была классическая тактика магического поединка: подавить врага плотностью огня, нащупать брешь в его обороне и одним сокрушительным залпом поставить точку в бою.
Вот только в перестрелке на истощение этот скелет чувствовал себя как рыба в воде!
Очень скоро дух с изумлением обнаружил, что в плотности огня костяк уверенно берёт над ним верх: Взрывных огненных шаров летело навстречу куда больше, чем он успевал выпускать Стрел мрака!
Пробив завесу тёмных стрел, несколько уцелевших огненных шаров подобрались к самому лицу духа, после чего, повинуясь захвату взглядом, круто заложили вираж и с грохотом врезались прямо в него.
Вокруг тела лазутчика вспыхнул полупрозрачный магический щит, принявший взрыв на себя.
— Квабада! Да что это за чёртов скелет такой?! — в сердцах выругался дух на магическом наречии.
Мыслимое ли дело: он, прославленный магистр из расы духов, уступает какому-то скелету в огневой мощи?! Расскажи кому — на смех поднимут!
Так дальше продолжаться не могло. Затянуть бой с простым скелетом — уже несмываемый позор для его имени, ведь перед ним стоял всего лишь костяк, тупоголовая нежить, от природы не способная к магии!
Отлетев на почтительное расстояние, дух выхватил костяную табличку и с хрустом раздавил её в пальцах. Из осколков тут же с истошным воем вырвался «гигантский» мстительный дух и бросился прямо на Анге.
Почему «гигантский»? Да потому, что обычные мстительные духи размером не превышают человеческий ноготь! Эти низшие бесплотные создания мира мёртвых роятся стаями, заунывно завывая на ветру: они зарождаются сотнями от малейшего дуновения энергии смерти и точно так же сотнями испаряются от первого же солнечного луча.
Однако эта тварь вместо привычной козявки с ноготок разрослась до трёх-четырёх метров в поперечнике! Её объём увеличился в десятки тысяч раз, и во столько же раз усилился её леденящий душу вой.
Главное оружие любого мстительного духа — это его крик. Если в вашей спальне заведётся хотя бы одна такая малявка, а прихлопнуть её вы не сумеете, она всю ночь напролёт будет кружить у самого уха с бесконечным «а-а-а... у-у-у...», доводя до бессонницы, нервного истощения и полного помрачения рассудка.
А уж если в комнате соберётся целый рой мстительных духов, живым людям оттуда лучше сразу бежать без оглядки.
Когда же перед тобой оказывается трёхметровый мстительный дух, его вопль превращается в полноценный боевой навык — Вопль мстительного духа.
Гигантский призрак раззявил пасть и обрушил на Анге свой крик: невидимые обычному глазу, но отчётливо различимые для духовного зрения зелёные звуковые волны кольцами ударили прямо по душе скелета.
Анге недоумённо поморгал огоньками в глазницах. Никакого эффекта.
Гигантский мстительный дух озадаченно осёкся, подплыл на несколько шагов ближе и завопил снова.
И опять никакой реакции?!
Тогда призрак двинулся вперёд, не переставая надрывать глотку, пока наконец не подлетел к Анге вплотную и не принялся орать прямо в его слуховые отверстия.
Вопль мстительного духа являлся чистой ментальной атакой: если духовная сила цели многократно превосходила мощь крикуна, такой удар можно было попросту не заметить. И надо же было такому случиться, что духовная сила Анге...
Сам Анге мог сколько угодно пропускать эти вопли мимо ушей, но вот обвившийся вокруг его пальца крошечный белый призрак терпеть такое надругательство над тишиной не собирался. Окончательно выведенный из себя, малыш задрал голову и звонко тявкнул на трёхметрового собрата:
— Ар-р!
Встречные кольца ослепительно чистого, священного звука врезались в гигантского мстительного духа, и тот, словно кусок гнилого мяса под прямым лучом Вспышки Святого Света, испарился в одно мгновение! В воздухе остался лишь лёгкий запах выжженной Святым Светом нежити, удивительно напоминающий аромат прогретого на солнышке ватного одеяла.
Готовивший вдали новое заклинание дух-магистр принюхался к этому запаху и в ужасе отшатнулся:
— Святой Свет?!
Однако белый призрак на пальце Анге был слишком мал, чтобы разглядеть его издали, поэтому лазутчик так и не понял, откуда повеяло ненавистной стихией. Неужели вокруг башни устроена засада?!
Дух невольно удвоил бдительность, хотя, сколько бы он ни ломал голову, ему ни за что не пришло бы на ум, что источник Святого Света уютно устроился на фаланге пальца его противника.
Причём Святой Свет маленького призрака сохранял губительное для нежити свойство выжигания, тогда как Святой Свет самого Анге из-за своей абсолютной чистоты этого разрушительного довеска давно лишился.
Впрочем, отступать было уже поздно: заклинание подошло к концу. Дух резко взметнул обе руки к небу, словно подпирая ладонями небосвод, и громогласно воззвал:
— О спящие в земле души, пробудитесь! Здесь раскинулся Рай для мертвецов!..
Рай для мертвецов... Вслед за его призывом из трещин в почве повалили густые клубы чёрного дыма — чистейшее дыхание смерти, которое под покровом Вечной ночи бурлило с небывалой силой.
Земля глухо загудела и заходила ходуном, а секунду спустя сквозь почву тут и там пробились десятки серо-белых костяных рук, и на поверхность неуклюже выбрались несколько десятков скелетов.
Однако при виде своего воинства дух вместо радости лишь гневно сплюнул:
— Квабада! Совсем вылетело из головы, что Харви увёл все основные полчища на штурм человеческих рубежей!
Из-за такого досадного просчёта грозное заклинание «Рай для мертвецов» сработало едва ли вполсилы...
Несколько десятков хилых скелетов никак не тянули на обещанный «рай», и лишь густые клубы поднявшегося из-под земли дыхания смерти служили магу слабым утешением.
Тук-тук-тук! По каменистой пустоши дробно застучали копыта: две пары пылающих духовным пламенем глазниц неслись во весь опор. Костяные кони тащили за собой карету на такой бешеной скорости, что повозка трещала по швам и грозила вот-вот развалиться на ходу, а забытая внутри жаровня то и дело подлетала под самый потолок и с грохотом падала обратно.
Верные скакуны спешили на выручку хозяину.
Этих двух Костяных коней нельзя было назвать обычными лошадьми — скорее уж четвероногими скелетами в конском обличье. Благодаря массивному костяку они при равном ранге на голову превосходили в грубой силе любого человекоподобного собрата.
Но не успела упряжка домчаться до места схватки, как наперерез ей белой молнией вылетела мощная тень и с разворота двумя задними копытами сокрушительно приложила скакунов в бок, отшвырнув их далеко в сторону!
Кони вместе с повозкой несколько раз перевернулись через голову и рухнули на землю; карета разлетелась в щепки, а жаровня укатилась в темноту.
Вскочив на ноги, оба Костяных коня уставились на своего обидчика: перед ними стоял точно такой же конь, только с какой-то меховой «шапкой» на макушке.
Белый жеребец картинно приподнял переднюю ногу, поманил их копытом и заносчиво фыркнул:
— Ваши противники здесь, тощие суповые наборы! А ну подходи по одному, сейчас дедушка Молния покажет вам, где раки зимуют!
Пламя в глазницах Костяных коней взметнулось на добрых полметра. Оба скакуна яростно забили копытами о землю, густое Пламя Души окутало их кости и принялось стремительно твердеть, превращаясь в массивное Одоспешивание. Миг — и перед единорогом стояли уже два закованных в Духовную броню могучих боевых коня нежити!
Оба скакуна громко фыркнули, выдохнув из ноздрей снопы синих искр, и свирепо уставились на Молнию, словно спрашивая: «Ну что, теперь мы тоже кажемся тебе тощими?»
Молния презрительно скривил губы, развернулся к ним крупом и вызывающе повилял хвостом:
— А ну догоните! Догоните — тогда и потолкуем!
От такого оскорбления у Костяных коней едва души из ноздрей не вылетели — сорвавшись с места, оба бросились в погоню за наглецом.
Дух-магистр едва не задохнулся от возмущения: он ведь призвал упряжку защищать себя, а не гоняться по степи за чужими лошадьми!
Повинуясь мысленному приказу хозяина, Костяные кони со злобным храпом оглянулись на Молнию, но всё же развернулись и поскакали обратно к магу.
Однако стоило им повернуть назад, как развернулся и Молния! Разве мог какой-то костяк тягаться в проворстве с единорогом, способным закинуть копыто себе на темя? В два прыжка настигнув беглецов, он снова отвесил им по звонкому пинку под зад.
В конце концов одному Костяному коню пришлось остаться и связать боем назойливого единорога, пока второй спешил на защиту хозяина.
Тем временем вокруг духа сомкнулось кольцо из нескольких десятков поднятых из-под земли скелетов — в открытом бою толку от этой рухляди не было никакого, но на роль живого щита они вполне годились.
Впрочем, захват взглядом ведь требовал прямой видимости — точнее, в случае лишённого глаз скелета это следовало называть духовным захватом.
— Клубись же, туман смерти... — стоило духу прошептать короткое заклинание, как часть поднявшегося из-под земли дыхания смерти обратилась в густую серую пелену и плотным куполом накрыла его вместе со свитой.
Анге настороженно уставился на клубящееся облако: противник полностью скрылся из виду, и удерживать на нём духовный захват стало невозможно. Неужели этот туман способен экранировать духовное восприятие?
Обстрел Взрывными огненными шарами пришлось прекратить: сжатая Магия второго уровня и без того плохо пробивала мощный защитный барьер магистра, а уж тратить силы на стрельбу вслепую не имело никакого смысла.
Потеряв врага из виду, Анге ощутил смутную тревогу и машинально погрузил руку в пространство Дворца Упокоения.
Ему впервые доводилось сражаться один на один с могущественным магом, и опыта подобных поединков у него не было вовсе. Он даже не догадывался, зачем противник окутал себя туманом мертвенного дыхания, а потому оставалось лишь действовать по обстановке.
Между тем в глубине серой завесы стремительно сгущалась какая-то грозная мощь. Внезапно туман прорезал ослепительно-чёрный столб света и устремился прямиком в Анге, а следом из облака донёсся торжествующий духовный возглас:
— Ударная волна мертвенного дыхания!
В этот миг Анге показалось, будто на него вновь обрушилась Вспышка Святого Света — только не короткая вспышка, а сплошной ревущий поток энергии! Прими он такой удар грудью, ему пришлось бы куда солонее, чем под лучом Святого Света.
Так вот зачем тот дух спрятался за завесой тумана — чтобы втайне подготовить сокрушительный коронный удар!
Ударная волна мертвенного дыхания не только накрыла Анге, но и смела на своём пути сам туман, открывая взору парящего поодаль духа. Видя, что скелета целиком поглотил чёрный столб разрушительной энергии, магистр победно взмахнул кулаком:
— Готов! Гордись, тупоголовый скелет: ты вынудил меня применить против тебя моё сильнейшее заклинание! Это великая честь для... Квабада?! Целёхонек?!
Чёрный столб света рассеялся, и на прежнем месте показался совершенно невредимый Анге: в вытянутых руках он, словно щит, держал перед собой чей-то пурпурно-золотой костяк, который и принял на себя всю мощь Ударной волны мертвенного дыхания!
Просочившиеся сквозь рёбра этого «щита» остатки энергии были рассечены на мелкие струйки и не только не причинили Анге ни малейшего вреда, но, напротив, подобно прохладному Ветру Упокоения, мягко впитались в его собственные кости, укрепляя и питая их.
Дух вытаращил глаза — будь у него настоящие глазные яблоки, они бы точно выкатились из орбит — и дрожащим голосом пролепетал:
— Пур... пурпурно-золотое тело?! Чьё это пурпурно-золотое тело?!
Вопрос и впрямь был не в бровь, а в глаз: кому бы ни принадлежал этот костяк, дела лазутчика были хуже некуда! Ведь за всю историю мира существовало лишь два Владыки Скорби — Харви и Локк!
Пурпурно-золотой костяк перенёс попадание без единой царапины, разве что слегка нагрелся и задымился от чудовищного напора энергии смерти. Анге легонько встряхнул его и, убедившись, что кости не рассыпались, преспокойно убрал обратно во Дворец Упокоения.
Узнай Крепкая Кость Локк, что его бесценные останки используют вместо обычного ростового щита, он бы, пожалуй, восстал из могилы и собственноручно открутил Анге башку!
— Ты... кто ты такой?! — срывающимся от ужаса голосом прошептал дух.
— Бог Нежити, — негромко ответил Анге и провёл ладонью перед собой, мгновенно окутывая собственную фигуру точно такой же пеленой густого тумана.
Бог Нежити? Дух даже опешил от такой наглости. Что за чушь он несёт?!
Назовись этот скелет Крепкой Костью Локком, лазутчик бы ещё заколебался — как-никак, перед ним только что сверкнул настоящий пурпурно-золотой костяк!
В мире известны лишь два Пурпурно-золотых скелета: Локк и Харви. Поскольку Харви сейчас в добром здравии командует войсками на границе, этот пурпурно-золотой скелет мог принадлежать исключительно покойному Локку!
Но величать себя Богом Нежити?! Духу даже сквозь страх захотелось рассмеяться: если уж вздумал пугать врага, то врал бы хоть чуточку правдоподобнее!
Впрочем, следующий манёвр скелета вновь заставил его насторожиться. Туман мертвенного дыхания? Что задумал этот костяк?
— Решил снова скопировать мой приём? Напрасно стараешься! На одном клочке Земель мёртвой тишины за короткое время можно выпустить лишь одну Ударную волну мертвенного дыхания, потому что всё разлитое в воздухе дыхание смерти я уже вычерпал до дна! — злорадно усмехнулся дух.
Любое масштабное заклинание — будь то Ударная волна мертвенного дыхания или чары иных школ — неизбежно осушало окрестности, вытягивая из воздуха все доступные элементы своей стихии, так что на повторный залп попросту не оставалось сырья.
Именно поэтому маги воды предпочитали сражаться у водоёмов, а маги огня чувствовали себя непобедимыми в жерле вулкана — подходящее окружение удваивало мощь чар при вдвое меньших затратах.
Но сейчас всё природное дыхание смерти вокруг башни было до последней капли израсходовано его собственным заклинанием! Даже если этот скелет умудрился на лету перенять технику, ему попросту неоткуда черпать энергию для удара. Неужели он просто решил спрятаться в тумане от чужих глаз?
И пока дух терялся в догадках, в глубине серого облака внезапно сгустилась колоссальная, всесокрушающая мощь, а миг спустя оттуда ударил ослепительно-чёрный столб света!
— Да как такое возм... — только и успел вскрикнуть дух, прежде чем ревущий чёрный поток поглотил его целиком вместе со свитой скелетов и прикрывавшим хозяина Костяным конём, стерев всех до единого без следа.
Анге посмотрел на опустевшее место, где секунду назад парил лазутчик, а затем перевёл взгляд на собственные руки: на его костяных ладонях ровно горело пламя души, прямо на глазах преобразуясь в чистейшее дыхание смерти.
Чем, по сути своей, являлось дыхание смерти? Всего лишь сильно разреженной духовной энергией! Ну и что с того, что природное дыхание смерти в округе иссякло? Можно ведь немного пошиковать и напрямую обратить в него собственную духовную энергию!
Чего-чего, а духовной энергии у Анге было хоть отбавляй — ведь он как-никак настоящий Бог Нежити!
Выходило, что эта Ударная волна мертвенного дыхания подходила ему как нельзя лучше! Обычные стихийные заклинания упирались в скудный запас его собственной маны: он мог колдовать чары не выше первого-второго уровня, и как бы плотно их ни сжимал, предел их мощи не превышал четвёртого уровня — таким даже магический щит серьёзного противника не пробьёшь.
А вот Ударная волна мертвенного дыхания почти не требовала маны, поглощая взамен прорву дыхания смерти — словом, заклинание словно было скроено специально по его меркам!
Осознав, какое сокровище только что попало ему в руки, Анге даже захотел отплатить тому духу чем-нибудь ценным за столь щедрый урок.
Увы, сколько он ни озирался по сторонам, от незадачливого учителя не осталось даже горстки пепла — чёрный луч развеял его без остатка.
В это самое мгновение за спиной Анге ослепительно полыхнуло белым светом. Обернувшись, он увидел, как крышу ретрансляционной башни пронзил столб чистейшего Святого Света, а следом из-под сводов донёсся леденящий душу, полный ярости и боли рёв ретрансляционного духа.
Дело дрянь! Неужели маленький ангел шарахнула по ретрансляционному духу Вспышкой Святого Света?!

Комментарии

Загрузка...