— А-а-а! — от неожиданности Юлиан тонко взвизгнул и, отпрыгнув назад, со звоном выхватил из ножен меч.
— Уо-о! — не меньше перепугавшись, Анге тоже отскочил назад и одним взмахом призвал в руки косу Бога Смерти.
Глазницы костяного коня мгновенно вспыхнули азартом:
— Коса Бога Смерти?! Так это Золотой Скелет? Стой на месте, не вмешивайся, он мой!
С этими словами скакун с силой топнул копытом о землю. По его костяку взметнулось бушующее энергетическое пламя, стремительно сплетаясь в плотную броню. В одно мгновение тощая, угловатая костяная кляча преобразилась в рослого, могучего духовного боевого коня с бугрящимися «мышцами».
Духовное Оружие этого скакуна отличалось поразительным изяществом: броня в точности повторяла очертания живого жеребца во всей его стати. Если бы не полыхающие синим огнём глазницы, в нём ни за что нельзя было бы признать нежить.
Анге склонил голову набок, бережно снял с макушки шляпу вместе с горшком и ростком, после чего вокруг его костей тоже взметнулось яркое духовное пламя, мгновенно соткав Духовное Оружие в виде соломенного плаща-дождевика и широкополой крестьянской шляпы.
— Пф-ф! — прыснул со смеху костяной конь. — Ты что, пахать собрался в таком прикиде?
Анге серьёзно кивнул и честно ответил:
— Я возделываю поля, а на тебе ездят верхом.
Сам он и вправду занимался выращиванием овощей, а костяной конь служил ездовым животным — Анге всего лишь констатировал очевидный факт. Однако скакун слишком долго прожил бок о бок с людьми и успел перенять все тонкости человеческого жаргона, где фраза «на тебе ездят» звучала как грязное оскорбление, отчего конь мгновенно рассвирепел.
— Ах ты ж падаль! Сдохни! Дикий таран! — взревел скакун, обрушивая на противника Духовный удар.
В тот же миг на его лбу вырос острый рог, на коленных суставах передних ног прорезались длинные шипы, и массивная туша на полном скаку рванула вперёд.
Опустив голову, конь нацелился рогом точно в череп Анге, одновременно подогнув в прыжке передние ноги с выставленными вперёд шипами. Достигни такой удар цели — и в костях противника неминуемо зияли бы три сквозные дыры.
Связка из Духовного удара и Дикого тарана работала безотказно, особенно против Золотых Скелетов.
Человекоподобные скелеты от природы уступали в мощи костяным коням: скакуны были в несколько раз крупнее и массивнее, а чтобы приводить в движение столь тяжёлый костяк, требовалась и куда более внушительная душа.
При обмене же Духовными ударами решающее преимущество всегда оставалось за тем, чья душа сильнее.
Этот костяной конь уже давно сформировал собственное Сердце Души, а его костяк находился в шаге от полной трансформации в золотой ранг — ещё немного, и он стал бы полноценным Золотым костяным конём.
Поэтому в схватке с обычным Золотым Скелетом перевес был целиком на его стороне: ещё ни один такой противник не выдерживал его лобового натиска.
Сначала оглушить врага Духовным ударом, затем на полном скаку протаранить, втоптать в землю и поглотить его пламя.
План был просто великолепен — вот только что делать, если противник даже не подумал терять сознание?
Мощный рывок превратил летящую тушу коня в размытый силуэт.
Анге же просто легко шагнул в сторону и горизонтально выставил перед собой косу, позволив скакуну на полной скорости напороться прямо на остриё. Пролетев по инерции ещё несколько метров, конь рухнул на землю грудой разрозненных костей.
Юлиан остолбенел и добрых несколько секунд просто тупо моргал. Что это сейчас было? Его верного скакуна только что одним движением лишили души? Или это такая хитрая боевая уловка — притвориться грудой костей, чтобы затем внезапно атаковать исподтишка?
В голове сумеречного рыцаря царил полный сумбур. Секунду назад конь с таким апломбом просил не путаться под ногами, а теперь рассыпался на запчасти с первого же захода? Это что, шутка такая?
Тем временем Анге вернул косу к плечу и свободным движением провёл ладонью вдоль лезвия, снимая с него пышный сгусток Огня души.
Костяной конь золотого ранга действительно обладал на редкость могучей душой, но какой бы крепкой она ни была, устоять перед Косой Бога Смерти в руках самого Бога Нежити она не могла.
— Не трожь моего коня! — наконец опомнился Юлиан и яростно взревел.
В то же мгновение Анге ощутил, как на его тело навалилась какая-то чужеродная сила, отчего он недоумённо склонил голову набок и посмотрел себе под ноги.
Он наклонял голову уже в третий раз подряд — и вовсе не ради того, чтобы выглядеть мило. Анге просто искренне не понимал, почему молчит Негрис. Пусть сам дракон и отстал по дороге, но он ведь всегда мог перебросить к нему проекцию души и тут же растолковать что к чему.
Однако привычного брюзжания в голове не раздавалось. Без подсказок всезнающего Негриса Анге совершенно не разбирался во всех этих диковинках — взять хоть того гигантского мохнатого зверя или странную магию этого рыцаря.
Из-под земли тем временем вытянулись несколько рук, сотканных из густой эссенции смерти, и мертвой хваткой вцепились в голени Анге, а сама почва под стопами вдруг размякла, словно трясина, затягивая его вниз.
Что это ещё за фокусы? Разве перед ним не святой рыцарь? Почему тогда он разъезжает на костяном коне и колдует магией смерти?
Увы, ответить на эти вопросы было некому, так что для начала следовало хотя бы высвободить ноги.
Анге несколько раз подряд активировал под стопами Заклинание Раскола земли. Мощная вибрация мгновенно раздробила структуру вражеских чар, и схватившие его призрачные руки разлетелись в клочья.
Юлиан изумлённо вытаращил глаза:
— Заклинание Раскола земли? Разрушил мою Трясину мертвенного дыхания базовой магией земли? А так вообще можно было?!
Можно-то оно, конечно, можно, вот только слишком уж топорно — всё равно что вместо того, чтобы просто обойти озеро по берегу, взять и выстроить через него каменный мост.
— Погоди-ка... Откуда Золотой Скелет вообще знает магию стихий?! — Юлиан соображал быстро и, мгновенно осознав всю странность происходящего, резко присел, выставляя вперёд левую руку, на которой с металлическим лязгом раскрылся закреплённый на наруче щит.
Поверх стальной пластины наручного щита тут же вспыхнул полупрозрачный Святой щит из сгущённого Святого Света.
Уложив двуручный меч поверх края щита, Юлиан сделал широкий шаг вперёд. Там, где носок его сапога коснулся земли, из тени с пронзительным визгом метнулись два призрака и по широкой дуге бросились обходить Анге с флангов.
Вот те на: в одном теле мирно уживаются эссенция смерти и мощь Святого Света, ничуть не мешая друг другу!
Реакция у Юлиана была отменной, вот только он слегка недооценил противника. Едва рыцарь подался вперёд, готовясь пойти на таран, как навстречу ему вылетела целая шеренга Взрывных огненных шаров. Первые же снаряды в клочья разнесли обоих призраков, а остальные с оглушительным грохотом обрушились прямо на его щит.
В тот же миг Юлиану показалось, будто он стоит посреди бушующего океана лицом к лицу со свирепым ураганом. Беспрерывно детонирующие Взрывные огненные шары порождали такую чудовищную ударную волну, что он едва держался на ногах.
Ощущая себя так, словно против него выступил целый Магический корпус, Юлиан яростно взревел. Вокруг его тела взметнулась бушующая Боевая аура, и он, перехватив двуручный меч одной рукой, изо всех сил рубанул перед собой, выпуская дугу плотной энергии.
Бах! Бах! Бах! Бах! Рассечённые клинком огненные шары взорвались в воздухе, но прямо за ними уже летели новые — плотным, нескончаемым потоком.
Бум! Энергетический Святой щит разлетелся вдребезги, и очередная порция огненных шаров застучала прямо по стальному наручному щиту, оглашая окрестности оглушительным колокольным звоном.
— Хэ-ха! — снова рявкнул Юлиан.
Боевая аура и святая сила вспыхнули в унисон и хлынули в стальной щит, а сам рыцарь, прикрываясь им как тараном, упрямо ринулся напролом сквозь огненный шквал.
Будь перед ним обычный маг, решение как можно быстрее разорвать дистанцию оказалось бы единственно верным — вот только Анге отнюдь не был хрупким заклинателем.
Прорвавшись сквозь завесу пламени вплотную к цели, Юлиан с размаху полоснул двуручным мечом, но его клинок тут же со звоном завяз в изгибе подставленной косы.
Лезвие меча намертво заклинило в углу между косовищем и стальным полотном, и Юлиан понял, что выдернуть оружие назад не получается.
Не раздумывая ни секунды, рыцарь выпустил рукоять, шагнул вперёд и рубанул открытой ладонью сверху вниз:
— Священный суд!
Из-под самых стоп Анге взметнулся к небу столб святого пламени, а на ладони Юлиана мгновенно сгустился длинный чёрный клинок, устремившийся точно в макушку скелета.
Святое пламя относилось к магии Света, а чёрный клинок представлял собой чистое Духовное Оружие нежити. От такого дикого смешения стилей Анге стало совсем уж неуютно: ему пришлось окутать собственные кости Святым Светом, чтобы погасить чужое святое пламя, одновременно скрестить предплечья над головой, принимая на блок чёрное лезвие, а затем со всей силы пнуть противника ногой в живот.
Юлиан едва успел подставить под удар наручный щит, как широкая костяная стопа впечаталась прямо в металл, оставив в нём глубокую вмятину.
От чудовищного толчка руку рыцаря отбросило к груди, и его самого пушечным ядром швырнуло назад.
Впрочем, самортизировавшая рука спасла его от перелома рёбер. Приземлившись, Юлиан отступал широкими шагами добрый десяток метров, после чего прочертил подошвами по камням ещё небольшую борозду и наконец сумел погасить инерцию.
Вскинув голову, он уставился на Анге и с неописуемым потрясением в голосе выкрикнул:
— Святой Свет?! Скелет?! И магия стихий?!
Сам сумеречный рыцарь представлял собой ту ещё гремучую смесь из Святого Света и силы смерти, но стоящее перед ним существо переплюнуло даже его! Скелет, владеющий магией стихий и окутывающий себя Святым Светом?! О боги, да тут язык сломаешь, пока просто выговоришь! Что это вообще за чудовище такое?!
Цок-цок, цок-цок!
Позади послышался дробный стук копыт: это Негрис верхом на Молнии вместе со Скелетом-ангелом и Маленьким зомби наконец-то нагнали своего вожака, а следом, едва не выплёвывая лёгкие от бега на своих двоих, мчался Лютер.
Ещё издали заприметив гигантский мохнатый шар, Негрис внутренне похолодел и отвесил Молнии звонкую оплеуху короткой лапкой:
— Быстрее, быстрее, прибавь ходу! Это же пространственный зверь! Квабада, откуда здесь взялся пространственный зверь?! Теперь понятно, почему я не мог перебросить проекцию сознания к Анге — Безмятежное измерение этой твари напрочь глушит любую пространственную передачу и телепортацию!
— Ну зверь и зверь, меня-то за что лупить?! — возмущённо огрызнулся Молния, но голову пригнул ещё ниже и прибавил ходу, хотя, казалось бы, бежать быстрее было уже просто некуда.
Подскочив ближе и увидев целого и невредимого Анге, дракон с облегчением выдохнул:
— Фух, слава богам, с Анге всё в порядке.
Молния на полном скаку затормозил прямо за спиной скелета. Всадники горохом посыпались на землю и, выстроившись по обе стороны от Анге, свирепо уставились на противника с таким видом, словно только и ждали команды «фас» от своего главаря.
— Анге, что тут стряслось? Кто этот тип? — тут же осведомился Негрис.
За те полдня, что от Анге не было ни слуху ни духу, а мысленная проекция раз за разом натыкалась на глухую стену, Бронзовый дракон едва не поседел от волнения. Лишь благодаря тому, что связанные с Анге единой духовной сетью Скелет-ангел и Маленький зомби оставались в полном порядке, он понимал, что скелету пока ничто всерьёз не угрожает.
И надо же было такому случиться: стоило им добраться до места, как перед глазами предстал не только редчайший пространственный зверь, но и враг в облачении Церкви Света!
Анге ткнул пальцем в Юлиана:
— Сумеречный рыцарь.
Затем перевёл палец на груду костей неподалёку:
— Ездовой зверь. Костяной конь.
И наконец указал на гигантский меховой шар:
— Укрывает от ветра. Пространственный проход. Заражённые зомби. Переправили оттуда.
Негрис схватывал на лету:
— То есть эта куча костей на земле — костяной скакун этого сумеречного рыцаря, а сами они используют защищённый от ветра пространственный проход в шерсти зверя, чтобы забрасывать к нам заражённых трупной гнилью зомби?
Анге утвердительно кивнул.
— Ах вот оно что! Значит, это вы тут воду мутите и исподтишка заразу разносите?! Руби его, пресечём заразу на корню! — праведно возмутился Негрис, хотя сам во время этой пламенной тирады не сводил настороженного взгляда с огромного пушистого шара, а под конец торопливо прошептал на ухо Анге: — Ты ведь ещё не тратил на него Абсолютное превращение?
Анге покачал головой и, глядя на мохнатого гиганта, произнёс:
— Большая кошка.
Негрис с облегчением перевёл дух: слава богам, у скелета-огородника хватило ума не бросаться в бой очертя голову и приберечь главный козырь! Дракон ведь всерьёз опасался, что тот уподобится Скелету-ангелу и с порога бахнет самым мощным приёмом, потратив его впустую.
Едва эта мысль промелькнула в голове дракона, как пространство озарила ослепительная вспышка, и в сторону Юлиана ударил толстый столб света.
Скелет-ангел, так и застыв с вытянутыми вперёд ладонями, смачно рыгнула, опустила руки и с сияющей улыбкой повернулась к Анге, всем своим видом выпрашивая похвалу за проделанную работу.
Анге послушно погладил её по макушке.
Негрис лишь безнадёжно вздохнул: пока Анге продолжает ей потакать, отучить эту мелкую пакостницу палить без спросу будет совершенно невозможно.
Повернувшись к Юлиану, дракон с удивлением обнаружил, что сумеречного рыцаря не стёрло в порошок, хотя видок у того был весьма плачевный: вся плоть на передней половине туловища испарилась без следа, обнажив голый скелет, а оставшиеся на спине лоскуты кожи и мышц напоминали изрешечённое сито.
Негрис краем уха слышал легенды о сумеречных рыцарях. Эти загадочные воины, именуемые тенью под сенью Святого Света, умели обращаться не только со святой силой, но и с запретными искусствами еретиков — будь то демоническая магия или некромантия.
Причём тёмные силы каким-то непостижимым образом не вступали в конфликт с их собственным Святым Светом, а напротив, гармонично дополняли друг друга.
Впрочем, на этом познания Негриса о них и заканчивались: его база знаний пополнялась исключительно за счёт памяти верующих, и если последователи чего-то не ведали, то и взяться этим сведениям было неоткуда.
Сохранить целый костяк после прямого попадания Вспышки Святого Света — уже немалое достижение; надо бы прибрать его косточки к рукам.
Но не успел дракон додумать эту мысль, как обглоданный до костей рыцарь вдруг шевельнулся. Он выпрямился во весь рост и принялся издавать глухие, сиплые звуки: «Хэ-э... хэ-э... хэ-э...» Похоже, он пытался прочесть какое-то заклинание или молитву, но из-за сожжённых связок и губ из изувеченной глотки вырывался лишь сухой хрип.
Впрочем, на результате чар это никак не сказалось. Изуродованное тело сумеречного рыцаря прямо на глазах принялось стремительно зарастать: уцелевшие на спине ошмётки плоти бурно разрастались, оплетая голые рёбра и заполняя выжженные пустоты спереди.
Всего через несколько мгновений бесформенный полутруп снова обрёл полноценный человеческий облик.
Однако за секунду до того, как грудная клетка окончательно затянулась кожей, зоркий глаз Негриса успел заметить, что внутри неё зияет пустота — там, где полагалось биться сердцу, не было ровным счётом ничего.
— Да как такое возможно?! Воскрешение через филактерию, как у личей? Нет, тут другое: филактерия выращивает новое тело с нуля, а этот восстанавливает старое! Но сердца у него в груди нет — боюсь, пока мы не отыщем его сосуд с сердцем, убить его будет крайне непросто! — воскликнул Негрис.
Анге молча вскинул обе руки, собираясь разнести противника в мелкую пыль: даже у личей запас энергии в филактерии не бесконечен, иначе те же Филин и Лань были бы попросту неуязвимы.
Но прежде чем вокруг ладоней скелета успели вспыхнуть заклинания, Юлиан резко развернулся и со всех ног бросился бежать обратно к мохнатому гиганту, во всю мощь только что отросших лёгких крича на бегу:
— Пространственный зверь, помоги мне убить их! Вот твои любимые Эльфийские бобы!
Взмахнув рукой, рыцарь откуда-то из воздуха выудил маленький кисет и изо всех сил швырнул его в сторону мехового шара.
Вжик!
Всем присутствующим показалось, будто у них зарябило в глазах: из густой шерсти с неуловимой скоростью выметнулась исполинская когтистая лапа и мягко накрыла упавший мешочек.
Анге озадаченно склонил голову набок, а Негрис нахмурил надбровные чешуйки — обоим эта огромная мохнатая лапа показалась до боли знакомой.
Гигантская конечность с удивительной ловкостью подцепила крохотный кисет и вытряхнула его содержимое себе на подушечку: там лежало шесть или семь Эльфийских бобов размером с человеческий мизинец.
На фоне необъятной туши пространственного зверя эти бобы казались мельче пылинок, однако глаза исполина тут же блаженно сощурились. Выставив один коготь, он легонько коснулся угощения, и все бобы в тот же миг бесследно исчезли.
Приняв плату, пространственный зверь, доселе равнодушно игнорировавший всё вокруг, медленно перевёл взгляд на компанию Анге, и в его круглых глазах зрачки угрожающе сузились в тонкие щёлки.
— Берегитесь, сейчас он атакует! — поспешно крикнул Негрис.
В этот миг Анге вдруг запустил руку за пазуху, вытащил оттуда точно такой же мешочек и с размаху швырнул его к лапам зверя.
...

Комментарии

Загрузка...