— Э-э, может... это всё из-за Лорда Солар? Поскольку она тоже умеет разводить пауков, возможно, именно она их и продает?..
Кайкар осторожно высказал эту догадку — и тут же получил по голове роскошным винным бокалом, который в него запустил Орсенг.
— Ты что, рехнулся?! Посмотри на объемы поставок! Они даже выше, чем во времена пикового производства Болни! Как такая крошечная вотчина вообще могла этого добиться?!
Кайкар тут же захлопнул рот и плашмя рухнул на пол, молча принимая на себя ярость Орсенга. В него полетели другие предметы, больно ударяя по телу.
— И ты хочешь сказать, что меня обвел вокруг пальца какой-то сопляк?!
Кайкар продолжал склонять голову, непрерывно извиняясь, но под гневом Орсенга улавливал нотки подозрительности и растерянности. Он и сам чувствовал, что кто-то за кулисами плетет интриги, выставляя Орсенга полным дураком. Слишком уж идеальным было время для совпадения. Однако Орсенг, слишком гордый, чтобы признать собственное поражение, казалось, предпочел вовсе закрыть на это глаза.
Пытаясь сохранить лицо, Орсенг приказал как можно быстрее перекрасить оставшийся шелк скитты. Теперь их единственным шансом на прибыль оставалось выпустить синий шелк скитты на рынок как редкого товара премиум-класса.
У меня дурное предчувствие...
Ингредиенты для краски тоже стоили недешево. Кайкар хотел отговорить Орсенга, но страшился гнева хозяина, поэтому просто кивнул и согласился.
Они подняли на уши всё поместье — слуг, солдат, каждого свободного человека, — чтобы красить шелк скитты день и ночь. Но в тот самый день, когда свежевыкрашенный синий шелк доставили на рынок, они увидели торговцев, продающих шелк скитты самых разных ярких цветов. Половина из них была синей. Когда они выяснили, какими методами те пользовались для окраски, то поняли: сам процесс обошелся в сущие гроши.
Некто, связанный с храмом Морунка, знающий толк в разведении шелковых пауков и владеющий секретом окрашивания шелка скитты.
Любой дурак понял бы, что виновницей почти наверняка была Лорд Солар.
Разъяренный Орсенг наконец рухнул на пол, сжимая горло руками, и поклялся, что не позволит Лорду Солар уйти безнаказанно. Его подземное прозвище — «Торговец с окровавленными руками» — не было преувеличением. Добротой он не отличался. Отробевший Кайкар бросился в Солар, отчаянно пытаясь уладить дело, пока Орсенг не натворил глупостей.
Он мчался в замок без отдыха и потребовал аудиенции. Но на этот раз, в отличие от прошлого визита, его заставили ждать у ворот, дрожа от холода. Лорд Солар вовсе не была занята государственными делами. Через распахнутые настежь ворота Кайкар отчетливо видел, как она непринужденно болтает, принимая гигантский букет цветов от красивого рыжеволосого мужчины.
Когда его пальцы на руках и ногах окончательно онемели от обморожения, его наконец впустили в замок. На этот раз вместо приемной его повели на верхние этажи замка. Пришлось снова ждать. Терзаемый тревогой и злобой, Кайкар услышал наконец слова стюарда, что ему дозволено войти.
Вот только дверь со скрипом отворилась сама собой.
— Л-лорд?
— Да, входи.
Получив разрешение изнутри, Кайкар нервно сглотнул и шагнул за порог. Судя по книжным полкам и заваленному свиткам столу, это был личный кабинет лорда — место, где вершились официальные дела. И его привели в столь интимное место... Он настороженно огляделся.
Заметив Лорда Солар, стоявшую перед витриной, Кайкар подошел ближе — и тут же в ужасе отшатнулся.
— А-а-а-а!
Какого черта он видит? У него галлюцинации от усталости? Но даже после того, как он яростно протер глаза, содержимое витрины не изменилось. Выставлены там были вовсе не вино, драгоценности или клинки.
Это были человеческие глаза.
Внутри плавали десятки стеклянных банок, и в каждой находились глазные яблоки самых разных цветов и форм. Хуже всего было то, что взгляды этих глаз следовали за Кайкаром, стоило ему сделать движение. А юная прекрасная лорд с нежностью смотрела на них.
Черт возьми, клянусь, я больше никогда не буду иметь дел с магами лабиринтов!
Несмотря на дрожащие колени, Кайкар собрал всю волю в кулак, вспомнив нависшую над ним, словно смертный приговор, ярость Орсенга.
— Лорд! Как вы могли поступить так?!
Наконец юная лорд повернулась. Одним пальцем она ласково погладила стекло банки и посмотрела на Кайкара ничего не выражающим взглядом.
— О чем это ты?
— Храм теперь распродает шелк скитты огромными партиями, и рынок затопили синие ткани! Разве вы не намеренно слили метод окраски после того, как я выкупил его за бешеные деньги?!
— Ну...
Лорд на мгновение задумалась, а затем чуть пожала плечами.
— Некогда я изгнала одну семью за хищение военных средств. До меня доходили слухи, что они выкрали мой секрет окраски и продали его. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.
— Ч-что?! Вы вообще в своем уме?!
Лицо Кайкара побагровело от гнева. Если он вернется с пустыми руками, ему конец. И при этом Лорд Солар с упрямым видом валяла дурака. Подозрения жгли его изнутри, но доказательств не было, и от этого лицо Кайкара горело еще сильнее.
Была веская причина, почему ни Орсенг, ни Кайкар не усомнились в честности лорда Солар, когда выложили ей столь астрономическую сумму за рецепт краски. По сравнению с Соблетцем Солар казалась крошечной и беспомощной вотчиной. Кайкар просто не укладывался в голове, откуда у этой девчонки хватило наглости вести себя подобным образом.
— В-вам это так с рук не сойдет! Клянусь, герцог Орсенг заставит вас заплатить за это оскорбление!
— Делай что хочешь. Но перед этим передай герцогу Орсенгу мои слова.
Вместо того чтобы испугаться, юная лорд спокойно парировала угрозу — даже не моргнув глазом.
— В отличие от моих родственников, я не так-то просто сломаюсь. И не принимай мои слова за пустую браваду.
Кайкар задохнулся от возмущения, но в глубине души его уже грызла тревога. Наконец, правительница столь маленькой территории должна понимать, что Солар — не ровня Соблетцу. Почему же она так невозмутима? Неужели дело в том, что она маг лабиринта — и в ее рукаве припрятан козырь?
Пока потрясенный Кайкар стоял столбом, Лорд Солар тихо вздохнула и нежно погладила единственное пустое место в витрине. Затем она перевела на него взгляд: ее непроницаемое лицо излучало нечто среднее между озорством и угрозой.
Озарив гостя ослепительной улыбкой, больше похожей на смертный приговор, маг лабиринта сказала.
— Это пустое место начинает казаться ужасно одиноким. Как насчет того, чтобы заполнить его твоим глазом?
В тот же миг нечто бледное и полупрозрачное отделилось от тела лорда и быстро, словно призрак, бросилось на него. Издав истошный вопль, Кайкар в ужасе вылетел из кабинета.
— Впервые в жизни мне дарят такой букет...
Айра рассеянно погладила «букет» и вдруг поняла, что улыбается слишком широко. Она тут же постаралась сделать беспристрастное лицо. Но Гера уже вовсю разглядывала ее странным взглядом.
—...И давно ты здесь?
— Разве это букет? Единственное, чем он похож на букет, так это тем, что их тут целая охапка.
— Скорее, это коллекция цветастых существ, бесстыдно выставляющих напоказ свои репродуктивные органы.
Тот самый «букет», который гладила Айра, Янус поймал сегодня утром. Это была целая гроздь магических тварей. Некоторые магозвери вели себя как обычные животные, тогда как другие напоминали растения или актиний — неподвижные и намертво приросшие к земле. Этот «букет» принадлежал ко второму типу.
Янус знал Айру настолько хорошо, что намеренно бил по ее слабостям. И хотя Айра прекрасно это понимала, удержаться от реакции она не могла. Буквально сегодня утром, когда все остальные с криками шарахались от вида «букета», одна лишь Айра радостно подпрыгнула, заметив редкий колониальный экземпляр, о котором читала лишь в книгах.
Окутав руку защитной маной, она нежно погладила пучок щупалец, пытавшихся впрыснуть ей нейротоксин. Затем Айра сузила глаза и покосилась на Геру, которая таращилась на «букет» с едва сдерживаемым ужасом.
— Видишь эти мелкие отростки, похожие на цветочки? На самом деле это глазные яблоки.
— Тьфу... спасибо, конечно, но лучше бы я этого не знала. Боги, от этого стало только тошно.
Айра поделилась находкой в расчете на то, что Гера, опытная охотница на магозверей, оценит ее по достоинству. Такая реакция немного задела ее. Честно говоря, когда Гретэль впала в истерику при виде шелковых пауков, Айра тоже испытала легкое разочарование. Впрочем, она простила Геру — ведь та пообещала как откупа наловить редких магических зверей.
Покончив с пустой болтовней, Гера перешла к делу ради которого пожаловала.
— Я благополучно проводила семью Гретэль в безопасное убежище. Теперь им ничего не угрожает.
Айра, только что запечатавшая букет в стеклянную банку для сохранности, одобрительно кивнула.
Как она и говорила Кайкару, людьми, распространившими метод окраски по всему Болни и Соблетцу, была именно семья Гретэль. Гера только что вернулась, проводив их в секретное укрытие, известное лишь ей одной, чтобы защитить от возможных преследователей.
Когда Айра только задумывала план по обдуриванию Соблетца, она спросила у своих вассалов, не знает ли кто-нибудь надежного торговца, способного провернуть сделку с шелком скитты.
К ее удивлению, Гретэль вызвалась первой.

Комментарии

Загрузка...