— Тот... Мастер, что вы имеете в виду? — удивленно спросила я.
— Зови меня Мастер Син Цзо! — с серьезным видом заявил тот монах.
Какого чёрта? Мастер Син Цзо! Этот тип что, по гороскопам гадает? Что за бред?
— Мастер Син Цзо? Ой, Мастер, скорей посмотрите, какая нынче у Весов любовная удача! — взволнованно спросил Мо Дуаньжань, и мне жутко захотелось дать ему пощечину.
— Хэ-хэ, отнюдь, отнюдь, парень, моё буддийское имя — Син Цзо, от слова «дуб» [прим. переводчика: иероглиф «цзо» в имени означает древесную породу — дуб]. Мы с Сюньюнем и прочими из одного поколения, вовсе не то, о чем вы подумали, хэ-хэ... хэ-хэ... — с благостной улыбкой поглаживая подбородок, произнес монах.
Однако... Не успел он договорить, как неожиданно сменил тон, да и весь его образ резко изменился:
— Но этот Мастер умеет гадать по гороскопу! — с воодушевлением вещал он, одновременно вытаскивая из-за пазухи какую-то книгу. Я глянула на обложку: Полное руководство по случке свиноматок.
Мать моя женщина, да это же фальшивый монах!
— Тьфу, не то! Перепутал, — приговаривал монах, выуживая другую книгу: Послеродовой уход за свиноматками. — Вот, теперь оно, эй, парень, у тебя какой знак зодиака? Дай-ка гляну.
С этими словами он раскрыл фолиант, внутри которого красовался Зодиак.
Затем он принялся бормотать сам с собой:
— В наши дни без маскировки в этом бизнесе никак. Мастер столь эрудирован, трудов на целую библиотеку, нельзя же светить истинным лицом...
Я потеряла дар речи и поспешно прервала его:
— Мастер, давайте пока отложим гадания, поговорим о деле...
Монах взмахнул рукой:
— Э, девушка, раз не хотите гороскопы, у Мастера есть и другие услуги, гляньте-ка!
Он вытащил потрепанную тряпицу и резко развернул её. На куске ткани значилось: гадание по руке, толкование иероглифов, гороскопы, брачные узы, проведение ритуалов, изгнание нечисти и усмирение демонов, случка свиноматок, поиск пары в своём городе...
Что это вообще такое... Да он шарлатан, чистой воды шарлатан! Фу, выдохнуть, надо успоминять, по внешности не судят, по внешности не судят... Я давила поднимавшуюся ярость, думая про себя, что у него наверняка, возможно, в крайнем случае должна быть хоть капля настоящего мастерства. В конце концов, люди творческие, чудаковатые — это вполне понятно, вполне понятно...
— Короче, Мастер, давайте пока без гаданий, перейдем к делу, ладно? Завтра... — совладав с собой, обратилась я к нему.
— Завтра чуть свет выдвигаемся — отправляемся прямиком к Руинам Храма, чтобы во всем разобраться! Ступай собирайся!
Монах прибрал своё нехитрое имущество и был таков — упорхнул быстрее ветра, просто исчез...
Исчез! И вот при таком серьезном деле можно ли вообще полагаться на этого человека?!
Вернувшись в свою палату, я обнаружила, что Мо Яньжань уже сидит там вместе с моим младшим братом, Юэ Сяо Анем. Обрадованная, я воскликнула:
— Сяо Ань! Ты как здесь оказался?!
Сяо Ань подбежал ко мне, схватил за руку и затараторил:
— Сестра! Всё хорошо!
Я погладила его по голове и ласково произнесла:
— Всё в порядке, сестричка в порядке. Это сестрица Яньжань тебя привела?
Сяо Ань кивнул и тихонько промолвил:
— Угу.
В этот момент вошел Мо Дуаньжань и брякнул:
— Эй, Юэ Ваньвань, а твой дурачок-братец припперся!
В детстве Сяо Ань перенес тяжелую болезнь, которая серьезно затормозила его умственное развитие. Интеллектуально он остался на уровне ребенка и не мог нормально общаться с людьми. К счастью, с тех пор его телосложение всегда оставалось крепким, к тому же обнаружился огромный талант к боевым искусствам. За исключением вопросов социализации, в учебе он схватывал всё на лету.
— Мо Дуаньжань, а ну повтори свои слова! — взъярилась я.
— Ладно тебе, Ваньвань, не обращай на него внимания, — примирительно произнесла Яньжань, поддерживая меня за плечо.
Я бросила на Мо Дуаньжаня испепеляющий взгляд. Тем временем Сяо Ань уставился на него со злостью и выпалил:
— Плохой человек! — после чего прижался ко мне со словами: — Сестра! Не уходи!
Он имел в виду, чтобы я не бросала его одного. Обычно во время полевых экспедиций я почти всегда брала его с собой. Наши родители умерли рано, с малолетства мы поддерживали друг друга, жизнь была тяжелой, поэтому Сяо Ань безумно привязался ко мне и отчаянно пытался защитить.
Но на этот раз...
— Сяо Ань, в этот раз нельзя. Поездка будет... очень опасной, сестричка не может тебя взять!
— Хочу ехать!
— Сяо Ань, послушайся.
— Хочу ехать!
Как я ни уговаривала, Сяо Ань упорствовал. Оставлять его одного мне было боязно, так что оставалось лишь согласиться взять его с собой.
Во второй половине дня Мо Дуаньжань заявил, что отправляется закупать снаряжение, заодно раздобыв парочку ранящих вещиц для самообороны. Оставалось лишь надеяться, что он не вытворит ничего противозаконного, что могло бы навлечь беду на мою голову.
На следующее утро, навестив профессора Мо, я вместе с Мо Дуаньжанем, Мастером Син Цзо и Сяо Анем тронулась в путь. За плечами каждого висел тяжелый походный рюкзак, а Мастер Син Цзо по-прежнему тащил свой неизменный продолговатый сверток в ткани и котомку — казалось, он с ними вообще не расставался.
Каирское утро уже вовсю шумело: со всех сторон доносились громкие зазывалги торговцев. У пристани толпился народ, царило оживление и суета. Мелкие разносчики с коромыслами лавировали в толпе, а зазывалы у билетных касс наперебой расхваливали свои лодки. Мы протиснулись вперед, купили билеты и вслед за потоком пассажиров поднялись на борт.
Местные изъяснялись на арабском, но кое-кто владел и ломаным английским. Говорили они очень громко, шумно, с избытком экспрессии. Мы совершенно не вписывались в это окружение, поэтому сначала отнесли вещи в каюту, а затем вышли на палубу, уселись на скамью и принялись за завтрак.
Я повернула голову и увидела Мастера Син Цзо, который с аппетитом вгрызался в куриную ножку. Мой рот невольно искривился в усмешке — ну точно фальшивый монах...
Заметив мой взгляд, Мастер Син Цзо приподнял маслянистую руку и, шевеля жирными губами, изрек:
— Вино и мясо проходят сквозь кишки, но куриная ножка — не мясо.
С этими словами он продолжил усердно жевать.
Нет слов.
Я перевела взгляд к трапу. В этот момент на палубу поднялась дюжина людей. Они привлекли мое внимание тем, что головы каждого из них украшали красные повязки, а сами они облачились в черные длинные балахоны. Держались они подчеркнуто слаженно. Хоть наряд и не выглядел уникальным, он разительно отличался от одежды простых обывателей, напоминая униформу какой-то организации или секты. Естественно, это приковало к ним всеобщие взоры. Едва ступив на борт, эта компания принялась зыркать по сторонам, словно выискивая кого-то. Их взгляды скользнули по палубе, остановились на мне — и замерли.
Мм?! Чего это они? На меня уставились? Я окаменела. Несколько парней из этой группы выглядели смуглыми и массивными, источая ауру заправских головорезов — от одного их вида мороз по коже!
Не выдержав, я отвела глаза, развернулась и боковым зрением заметила, как они направились в другую сторону, оживленно переговариваясь на незнакомом мне наречии. Провожая их спины взглядом, я вдруг заметила, что на поясе последнего из них под тугими слоями ткани что-то спрятано, но наружу пробился отблеск серебра, ослепительно сверкнувший в лучах утреннего солнца. Это был искривленный клинок, кривая сабля! Кто они такие?!

Комментарии

Загрузка...