Впрочем, подобной реакции я и ожидал.
Для Пома Куб Жизни был сродни собственной загородной вилле.
И с его колокольни ситуация выглядела так, будто едва знакомый тип заявился из ниоткуда и без зазрения совести выдал: «Слушай, а можно я у тебя на даче пару деньков перекантуюсь?»
Разумеется, парочка убедительных аргументов у меня была заготовлена заранее.
— Я же не прошу пустить меня даром. Арендную плату внесу сполна.
— ...?
Пом занес было пушистую лапу для коварного удара, но тут же опустил её обратно.
Похоже, решил сначала выслушать моё предложение, прежде чем пускать в ход когти.
— К тому же на стенах твоей виллы в последнее время появилось слишком много царапин, не находишь?
— Мяу.
— Самое время сделать капитальный ремонт, как считаешь?
— Мяу...
На данный момент во всей академии лишь я один был способен обслуживать и ремонтировать Куб Жизни.
Восстановление обычных предметов магической инженерии не представляло особого труда, однако для Пон Чжэ Сока и остальных ремесленников этот артефакт оставался крепким орешком.
Они до сих пор не разобрались до конца в его внутреннем устройстве, и любое неосторожное вмешательство с их стороны могло обернуться непредсказуемыми поломками.
— Мяу...
Тигрёнок явно заинтересовался.
Уступить виллу всего на два дня, а взамен получить новенький, сияющий чистотой евроремонт — разве это не сделка века?
Почувствовав, что клиент почти созрел, я нанёс решающий удар.
Запустив руку в карман, я выудил пригоршню сушёной рыбы — того самого лакомства, деликатеса из «Сборища злодеев», которым Пом с упоением хрустел всего несколько минут назад.
— Погрызи пока пару дней. Верну всё в лучшем виде, будет краше прежнего.
— Мяу.
Коротко вякнув, Пом деловито уткнулся носом в сушёную рыбу.
Так он выразил своё высочайшее согласие.
Разобравшись с самым трудным препятствием, я перевёл взгляд на Пак На Ри.
— Он не против. А ты как?
Пак На Ри смотрела на меня круглыми от изумления глазами, словно не веря собственным ушам.
Очевидно, она и помыслить не могла, что мне удастся так легко договориться с Помом.
Но стоило мне задержать на ней взгляд, как девушка смущённо отвела глаза в сторону и неловко замялась:
— Е-если Пом согласен... т-тогда я тоже не против.
Причина, по которой я первым делом обратился к тигрёнку, была до смешного проста.
В конце концов, требовалось одобрение и законного владельца, и непосредственного жильца.
Спроси я сначала Пак На Ри, она бы наверняка запричитала: «Ой, надо бы сначала посоветоваться с Помом...»
Тяжела и неказиста жизнь простого опекуна пушистого тирана.
Пак На Ри робко поинтересовалась:
— А... на сколько дней ты хочешь его взять?..
— Двух дней вполне хватит. На этой неделе он ведь тебе без надобности?
— У-угу... Дуэльные бои всё равно уже закончились...
Пак На Ри была не из тех, кто бросает вызовы направо и налево, а магическими тренировками она обычно занималась без помощи Куба.
Стало быть, одолжить его до следующей недели рейдов не составляло никакого труда.
— А... для чего он тебе нужен?..
— Для одного исследования. Ну и попутно помогу старшему Пону с кое-какими расчётами.
Я ни капли не покривил душой.
Пон Чжэ Сок в последнее время действительно стал подозрительно часто обращаться ко мне за советами.
Впрочем, о том, что внутри будут прятаться контрабандные артефакты, трезвонить на всю округу точно не следовало.
Пока они сами случайно не догадаются, лучше держать всё в строжайшей тайне.
И пусть Пак На Ри не была замечена в нарушении школьного устава, за остальных членов Клуба Матери-Природы я бы поручиться не посмел.
Даже в их президентке, Ха Су Ён, нет-нет да и проскальзывала расчётливая жилка хитроумного стратега.
Выстави мы Куб на всеобщее обозрение, он непременно привлечёт лишние взгляды, и тогда волна неприятностей накроет не только меня, но и Тан Гюён.
Похоже, пространное объяснение про «исследования» вполне удовлетворило девушку: Пак На Ри без лишних расспросов извлекла Куб Жизни из инвентаря и вытряхнула оттуда оставшиеся пожитки.
Приняв артефакт, я протянул ей взамен увесистый подарочный набор деликатесов из «Сборища злодеев».
— Спасибо. Буду обращаться бережно, верну в целости и сохранности.
— У-угу...
— Мяу.
Даже в этот момент Пом, самозабвенно пережёвывавший сушёную рыбу, соизволил приподнять мордочку и издал короткий звук, словно предупреждая:
«Смотри у меня, ремонт сделай на совесть».
Заполучив Куб, я занялся текущими делами в ожидании весточки.
Из-за внезапной «волны запретов» Клубу воров требовалось время, чтобы трезво оценить обстановку и подсчитать убытки.
Как и прежде, я помог Со Еин с её тренировками, а заодно между делом попрактиковался в магии ветра, оттачивая [Ветряной барьер].
И в точности, как я предполагал, коммуникатор наконец пискнул входящим сообщением.
[Тан Гюён: (Стикер: машущая лапкой лисичка)]
[Тан Гюён: Ты где?]
[Ким Хо: (Стикер: машущая лапкой лисичка)]
[Ким Хо: На тренировочной площадке.]
[Тан Гюён: Надо поговорить.]
[Ким Хо: Понял. Иду.]
Заряд внутренней батарейки «ленивца» Со Еин явно подходил к критическому нулю, так что наше занятие можно было с чистой совестью сворачивать.
— На сегодня закончим.
— Угу...
Со Еин сонно уставилась на меня, затем слегка склонила голову набок, будто её что-то озадачило.
Однако уже в следующее мгновение она слабо махнула ладошкой на прощание и неторопливо поплелась в сторону общежития.
Проводив взглядом её удаляющуюся спину, я тоже развернулся и направился к условленному месту встречи.
Терраса второго этажа круглосуточного магазина.
Тан Гюён уже сидела за столиком; перед ней стояли заранее купленные напитки на двоих.
Для себя она, как обычно, выбрала приторно-сладкий латте с огромной шапкой взбитых сливок.
Стоило мне опуститься на соседний стул, как девушка поймала мой взгляд и загадочно улыбнулась, не произнося ни слова.
— Чего ты так на меня смотришь?
— Да просто так.
Она продолжала буравить меня лукавым взглядом, словно у меня на носу красовалось чернильное пятно, так что прервать эту паузу пришлось мне.
— Что там с Бён Чхолем?
— А, с Бён Чхолем-то.
Лицо Тан Гюён вмиг стало подчеркнуто безразличным, и она отозвалась самым будничным тоном:
— Вышвырнули вон из клуба за нанесение колоссального ущерба общему делу.
— Вот как.
У меня с самого начала было нехорошее предчувствие насчёт его судьбы, и интуиция, увы, не подвела.
Но тут уголки губ Тан Гюён дрогнули, и она тихонько рассмеялась:
— Да шучу я. Мы же не какие-то мелочные склочники. Если у нас что-то украли, мы просто крадём это обратно. Делов-то, верно?
— Ну и логика у тебя, конечно, уникальная.
— Ты сейчас надо мной поиздевался, да?
— Совсем чуть-чуть.
Она смерила меня притворным укоризненным взглядом и сделала глоток латте через трубочку.
Облизнув сладкую пенку, она продолжила уже серьёзнее:
— Как бы то ни было, своё добро нужно вернуть.
— Идём на дело? Во временное хранилище?
— Без вариантов.
— И когда выступаем?
— Скорее всего, завтра ночью.
Проникновение во временное хранилище конфиската всегда превращалось в отчаянную гонку со временем.
Стоит промедлить хоть немного, и дисциплинарный комитет передаст запрещённые предметы руководству академии. А уж оттуда, из глубин центрального спецхранилища, выцарапать их будет практически невозможно.
К тому же, чем больше времени на подготовку получали церберы комитета, тем плотнее становилось кольцо их обороны.
Именно поэтому действовать следовало молниеносно. Однако с учётом всех необходимых сборов выступать сегодня было слишком самонадеянно. Завтрашняя ночь стала нашим крайним сроком.
План звучал вполне разумно, и я согласно кивнул.
Следом сорвался самый насущный вопрос:
— Где на этот раз они устроили временный склад?
— Ты только взгляни. Эти наглецы совсем берега попутали.
Тан Гюён сухо усмехнулась и пододвинула ко мне несколько снимков.
Это были кадры, перехваченные с кристаллов наблюдения, установленных по всему торговому кварталу.
На фотографиях бойцы дисциплинарного комитета не скрываясь крутились возле одного приметного здания.
Его фасад показался мне до боли знакомым.
Именно туда я наведывался несчётное количество раз во время Чёрного Рынка.
Биржа-C.
— Похоже, решили использовать старое место.
— Вот именно.
На каждой из тайных бирж наши выпускники когда-то установили техники скрытых проходов и барьеры помех.
И пусть проходы со временем давно утратили свою силу, барьеры искажения с высокой долей вероятности оставались целы.
Дисциплинарный комитет, судя по всему, решил восстановить эти самые формации и использовать их уже для собственной безопасности.
Их истинный замысел читался без малейшего труда.
Обустроить временное хранилище в Старом корпусе, как в прошлый раз, было бы куда безопаснее, однако они намеренно выбрали людный торговый квартал.
Да ещё и пустили в ход те же фокусы, которыми пользовался Клуб воров во время Чёрного Рынка?
— Это вызов.
— Ага, они буквально кричат: «Ну попробуйте, суньтесь!»
Официальное приглашение на реванш.
Если судить исключительно по сухому итогу, то на минувшем Чёрном Рынке Клуб воров одержал сокрушительную победу.
Противостояние шло на равных, с переменным успехом, пока на сцену не выскочил спятивший старейшина Культа Крови, вынудив весь дисциплинарный комитет в полном составе броситься на ликвидацию угрозы.
После этого им оставалось лишь бессильно скрежетать зубами, наблюдая, как запрещённые артефакты уходят с молотка направо и налево. С точки зрения комитета, это была несмываемая пощёчина.
Вполне естественно, что всё это время они точили клыки и выжидали подходящего момента, а затем обрушили на нас внезапную «волну запретов», нанеся Клубу воров сокрушительный удар.
И теперь они намеревались окончательно заманить нас в капкан своим дерзким вызовом, чтобы впаять штрафные баллы и затаскать по дисциплинарным комиссиям.
— Мутно всё это выглядит.
— Угу, мутнее некуда.
— Как ни крути, чистой воды ловушка.
— Очевидный капкан.
Мы переглянулись и синхронно издали тихие понимающие смешки.
— И всё равно ведь пойдёшь?
— Разумеется. Даже вопрос не стоит. Ты ведь со мной?
— Конечно. Без вариантов.
Чтобы успешно продвигаться по главному квесту, мне требовалось прокачиваться всеми доступными способами.
А ради спасения мира от гибели иногда можно закрыть глаза на парочку школьных правил.
Тан Гюён наклонилась ближе и заговорщически понизила голос:
— Слушай... а тот куб? Ты сможешь одолжить его для меня на завтра?
Куб Жизни был стопроцентной гарантией того, что любой запрещённый предмет, спрятанный внутри, удастся вынести прямо под носом у сканеров.
Для налёта на временное хранилище это был буквально ультимативный чит.
Вот только хозяйкой куба являлась Пак На Ри.
Поскольку Тан Гюён с ней практически не пересекалась, её просьба выглядела бы по меньшей мере странно.
Первое, что пришло бы На Ри в голову: «С какой стати президентке Клуба воров вдруг понадобился артефакт стихии жизни?»
Я усмехнулся и небрежно выставил куб на стол.
— Ты про эту штуку?
— ...Погоди, что? Ты его уже достал?!
— Считай это профессиональным чутьём.
Глаза Тан Гюён вспыхнули восторгом; она подалась вперёд и принялась нещадно ерошить мне волосы и тискать за щёки:
— Ах ты ж умница! Ким Хо, ну как можно быть настолько догадливым, а? Прелесть какая, просто чудо!
Эмоциональный порыв Тан Гюён я прекрасно понимал, но начатый разговор всё же хотелось довести до логического конца.
Поэтому я ненавязчиво отклонился в сторону, спасая щёки от расправы, и уточнил:
— А что насчёт остального? Одного куба нам явно не хватит.
Спрятать контрабанду в куб удастся лишь в том случае, если мы вообще сумеем добраться до хранилища.
Если дисциплинарный комитет перехватит нас на подходе, вся затея пойдёт прахом.
Вдобавок никто не знал, что именно творится внутри Биржи-C, которую комитетчики уже успели превратить в неприступную крепость.
Сидят ли там бойцы в засаде, нашпиговано ли здание новыми ловушками помимо барьеров — оставалось загадкой.
И преодолеть эту промежуточную стадию предстояло исключительно силами Клуба воров.
Тан Гюён вопросительно вскинула бровь:
— Ким Хо, ты ведь сможешь взломать их формации?
— Большинство — без проблем.
— Я так и знала! Ну всё, теперь шансы выросли в разы.
Благодаря чутью «застойной воды» я безошибочно видел уязвимости почти в любых защитных контурах и мог пробить в них брешь.
Даже барьер помех, оставленный на Бирже-C выпускниками, в своё время не доставил мне особых хлопот. И даже если комитетчики успели его укрепить, результат вряд ли изменится.
Тем не менее нерешённых проблем оставалась целая гора, однако Тан Гюён лишь уверенно оскалилась:
— На этот раз к нам присоединится подкрепление. Прячь пока эту штуку.
— Хорошо.
Чем меньше народу знало о существовании Куба Жизни, тем крепче мы спали.
Я убрал артефакт обратно в инвентарь, пока Тан Гюён набивала кому-то короткое сообщение.
Вскоре, словно только и дожидаясь сигнала за углом, на террасе появились двое третьекурсников.
Одно лицо было мне прекрасно знакомо. Хон Е Хва, глава Рубиновой магической башни.
Вторым оказался юноша в тонких очках, державшийся с подчеркнуто интеллигентным и невозмутимым видом.
Хон Е Хва поприветствовала нас сдержанной улыбкой и лёгким взмахом руки, тогда как очкарик бегло окинул меня цепким взглядом, после чего повернулся к Тан Гюён:
— Это и есть тот самый первокурсник?
— Ага, именно он.
Что конкретно вкладывалось в понятие «тот самый», я представлял с трудом.
Впрочем, судя по поведению старшекурсников, Тан Гюён успела разрекламировать меня как ключевую фигуру предстоящей операции.
Я вежливо склонил голову:
— Приветствую вас, сонбэ. Моё имя Ким Хо.
— Рад встрече. Я Чон Чон Мён.
Парень ограничился лаконичным представлением, после чего Тан Гюён поспешила добавить:
— Он президент Клуба Белой Магии.
Клуб Белой Магии был колоссальной по масштабам организацией, способной по влиянию потягаться даже с Клубом фехтования.
И теперь сам его глава лично вписывался в нашу авантюру по взлому временного хранилища.

Комментарии

Загрузка...