Происшествие произошел на изрядном удалении от города Линьи, на одном из оживленных трактов, что вел прямо туда. Вероятно, Су Шэ заранее всё подготовил, так что путников здесь не видели уже довольно давно.
Цзян Ван спешил в Линьи и не собирался возиться с трупами; люди из организации «У врата ада не прощены» заботились о подобных вещах еще меньше.
На месте схватки остался лишь безголовый труп Су Шэ да странная «штуковина», спрессованная из груды деревянной стружки и плоти, в которую превратились кучер и повозка.
Жизнь простых людей в большинстве своем тиха и размеренна, но им недостает сил справиться с неожиданными ударами судьбы.
Когда Цзян Ван и люди из «У врата ада не прощены» удалились, из-под смеси дерева и плоти, глубоко из-под земли, медленно поднялся огромный призрак золотого слитка.
Поднявшись до половины, «золотой слиток» из призрачного сделался плотным.
Затем он разломился надвое, являя лежащего внутри человека с закрытыми глазами.
Если бы Инь Гуань вернулся, он, пожалуй, прикончил бы его во второй раз — ведь это был Су Шэ.
Труп на земле с проломленной Инь Гуанем головой казался донельзя ненастоящим.
В этот миг золотой слиток походил на самый настоящий «гроб».
Лицо этого «Су Шэ» выглядело куда бледнее прежнего.
Он неторопливо приоткрыл глаза, взмыл вверх, небрежно уменьшил золотой слиток и припрятал его, почти безэмоционально взглянул на собственный труп, оставшийся на земле, и прочь улетел с этого места.
К этому моменту ему оставалось лишь признать, что он совершил худшее решение со дня основания торгового дома «Цзюйбао».
С чисто финансовой точки зрения выбор в пользу Чжунсюань Цзуня ошибкой не был, но ему не следовало сперва вступать в сделку с Чжунсюань Шэном, а затем предавать его. Или уж, если на то пошло, раздавить того до конца, вместо того чтобы надеяться, будто перед лицом Чжунсюань Цзуня Чжунсюань Шэн ничего не сможет предпринять.
Все недооценили Чжунсюань Шэна, включая его самого, некогда вложившегося в юношу.
Когда он сделал ставку в войне государства Ци, именно Чжунсюань Шэн пришел к нему обсудить сотрудничество. Тайком и открыто торговый дом «Цзюйбао» ставил на Чжунсюань Чуляна.
Он прекрасно понимал, сколь поразительно было то, что Чжунсюань Шэн сохранил столь твердую волю и расчетливость в тени ослепительного сияния Чжунсюань Цзуня. Но он все же списывал многое на наставления Чжунсюань Чуляна, да и сам Чжунсюань Цзунь казался чересчур ослепительным.
Конечно, всё это осталось в прошлом, и жалеть о содеянном не стоило.
Как человек, собственными силами развивший торговый дом «Цзюйбао» до его нынешних масштабов, Су Шэ обладал отменным чутьем. Он прекрасно понимал: с тех пор как Сюй Фан высказал всё накипевшее у стен Лазурного Каменного Дворца, любые его действия были не более чем предсмертной агонией.
Два хода, сделанных Чжунсюань Шэном — будь то отправка Чжунсюань Цзуня под Цзисюэгун или использование Сюй Фана как меча — оказались гениальными.
В жестокой борьбе за императорский трон торговый дом «Цзюйбао» показал бы себя очень хрупким, даже если бы его мощь возросла вдвое. Тем более том, что удар пришелся точно по уязвимым точкам.
С той самой минуты он начал подыскивать себе путь к отступлению.
Отказаться от столь огромного предприятия, как торговый дом «Цзюйбао», требовало пугающей решимости. И он решил без малейших колебаний.
Пока крупные конгломераты государства Ци пировали на костях торгового дома «Цзюйбао», помимо торгового альянса и Чжунсюань Шэна, львиную долю выгоды прибрал к рукам союз мелких торговых домов. А за этими мелкими домами стоял не кто иной, как сам Су Шэ.
Перекладывая богатства из одной руки в другую, он сумел перевести активы. Разумеется, без огромных потерь обойтись не удалось; не уцелела и десятая доля, но по крайней мере кое-что удалось спасти.
Последующая инсценировка смерти и борьба были не более чем представлением перед тем, как цикада сбросит старую кожу и ускользнет.
Разумеется, он сражался изо всех сил. Иначе было бы невозможно обмануть Чжунсюань Шэна, тем более Цин Си из торгового альянса.
Разумеется, куда лучше было бы возродить торговый дом «Цзюйбао» напрямую, ведь сам бренд был бесценный актив. Но раз это оказалось невозможно, ему оставалось лишь бросить его.
Когда ЦАО Син, представляющий дядюшку государства Хэ, отступил, всё сопротивление торгового дома «Цзюйбао» рухнуло, и гигантская организация рассыпалась буквально за одну ночь.
Су Шэ отлично знал: без торгового дома «Цзюйбао», даже обладая пиковой силой сферы Внешних Чертогов, ему не спастись. Будь то Чжунсюань Шэн, Цин Си или любая другая сила, пожиравшая остатки торгового дома, никто не позволил бы ему жить.
Поэтому у него не оставалось выбора, кроме как сделать второй ход. Он должен был «умереть», а значит, ему требовалось самому сдерживать собственную «кончину».
Убить такого человека, как Чжунсюань Шэн, росток из высшей знати, прямо в Линьи было попросту невозможно.
Вот он и перевел взгляд на Цзян Вана.
Цзян Ван, возвращавшийся в Линьи из Цзи, несомненно, казался превосходной мишенью. Во-первых, за его спиной не стояло влиятельных родичей, а во-вторых, он поддерживал прекрасные отношения с Чжунсюань Шэном. Убийство Цзян Вана не только лишило бы Чжунсюань Шэна правой руки, но и, при должной подсказке, могло заманить в ловушку самого молодого господина.
Сперва покончить с Цзян Ваном, затем с Чжунсюань Шэном. После чего сбежать от мести семьи Чжунсюань, инсценировав собственную смерть, и начать всё сначала. План был поистине великолепным.
Стоило ему сменить личину и опереться на те самые мелкие торговые дома, как он обретал уверенность: с его способностями он вполне сможет выстроить новый торговый дом «Цзюйбао».
Жаль только, что время, судьба и удача отвернулись от него. Прежний торговый дом «Цзюйбао» уже почти сокрушил угасающий торговый альянс, но угодил в уязвимое место и рухнул в мгновение ока. Начав всё заново, он вряд ли получит прежние возможности и шансы.
И потому его жгучая ненависть к Чжунсюань Шэну не подлежала сомнению.
Меньше всего он ожидал столкнуться с человеком из «У врата ада не прощены». Хотя великая цель — ускользнуть через собственную смерть — была достигнута, ни Чжунсюань Шэна, ни Цзян Вана прикончить не удалось, из-за чего эта «смерть» казалась бессмысленной тратой.
Стоило помнить, что цена инсценировки смерти была ужасающе высока.
Но что поделаешь, подумал Су Шэ.
Долгое время он не планировал преследовать Чжунсюань Шэна. Он не выкажет враждебности ни одному из прежних недругов. Ненависть сама по себе оставляет след, а он не собирался оставлять ни единой зацепки. Он начнет всё заново, под совсем новой личиной.
Когда он вновь взойдет на вершину... Они встретятся вновь.
...
...
Цзян Ван в одиночку пробирался к Линьи, терзаемый сложными чувствами. Он вышел победителем из тайного мира башни Семи Звезд, и его дальнейший путь казался кристально чистым. Он мог постепенно набираться сил, используя ресурсы государства Ци.
К тому же, возвращался он в Линьи ради помощи Чжунсюань Шэну. Три мира Семи Звезд закалили его настолько, что он обрел полную уверенность в собственных силах.
Однако не успел он добраться до Линьи, как Су Шэ нанес ему сокрушительный удар, едва не отправивший его на тот свет.
Смерть и впрямь пугающая вещь.
Он уже испытал то чувство, когда лежишь под жертвенным столом в Цзисюэгуне в ожидании конца — испытание, через которое ему больше не хотелось проходить никогда.
И пусть он не хотел умирать, Су Шэ все равно с легкостью поверг его.
Жажда стать сильнее никогда не покидала сердце Цзян Вана, но это переживание на волосок от смерти разожгло в нем куда более яркое пламя.
— Я больше никогда не лягу на землю в ожидании смерти, — молча пообещал он себе.
Пусть небеса, земля и ветры со всех сторон станут тому свидетелями.
...
В пути Цзян Ван вдруг поднял голову и увидел две знакомые фигуры, быстро летевшие ему навстречу из высот небес.
Одна была грузной, другая — в черных доспехах; обеих невозможно было не узнать.
Цзян Ван взмыл в воздух, чтобы перехватить их.
— Цзян Ван!
Тревожное выражение на лице Чжунсюань Шэна слегка разгладилось, но покрасневшие жилки в его узких глазах скрыть было невозможно. Окинув Цзян Вана взглядом, он бросил: — Ты в порядке?
— Чуть не влип в неприятности, — вскинув подбородок, сказал Цзян Ван. — Какими судьбами здесь?
— До меня дошли слухи, что Су Шэ, загнаный в угол словно пес, намерен напасть на тебя. В семье поднялся шум, переубедить дядю мне не удалось, так что пришлось явиться самому, — коротко объяснил Чжунсюань Шэн, после чего прищурился и спросил: — Где Су Шэ? Разве ты его не встретил?

Комментарии

Загрузка...