Сэйю: Токио, микрофон и абсолютная память — Глава 19 читать онлайн

На самом деле обычным его путь назвать не повернулся бы язык. «Драконий жемчуг», «Дигимоны», «Ван-Пис», «Детектив Конан», «Огнеглазая Шана», «Городской охотник» — в послужном списке этого человека значились десятки культовых произведений, от лаконичных шедевров до масштабных многосерийных саг.

Больше всего Сатору потрясло другое.

— Вы работали в команде Кэна Кутараги и приложили руку к созданию первой PlayStation?!

От избытка чувств он так резко взмахнул руками, что едва не перевернул стакан с водой.

— Да меня просто случайно перевели в игровой отдел, — добродушно улыбнулся полноватый и слегка облысевший звукорежиссер, рассказывая о своем легендарном прошлом так обыденно, словно речь шла о походе за продуктами. — В те годы как раз гремела консоль Famicom от Нинтендо, вот и руководство Сони загорелось идеей создать что-то свое. Путь был тернистым, полным проб и ошибок. Мы, конечно, надеялись на успех, но никто и подумать не мог, что наша разработка определит целую эпоху.

— Ну и чему ты так радуешься? — со вздохом покачал головой Иппэй Касии. — Такидзава-кун, ты вообще-то сейю. Не кажется ли тебе, что ты восхищаешься немного не теми вещами?

— Побойтесь бога! Да любой, кто хоть как-то связан с игровой индустрией, обязан склонить голову перед таким достижением, даже если не клялся оберегать улыбку Кадзу Хираи! — Сатору поспешно вытащил салфетку и принялся вытирать пролитый чай.

— И все же твоя профессия — актер озвучивания... — пробормотал Касии.

Они сидели в уютном и камерном ресторанчике японской кухни в самом сердце Синдзюку. Заведение явно ориентировалось на ценителей: столов было немного, чтобы гости могли насладиться уединением и изысканной атмосферой.

Меню изобиловало дарами моря. На столе красовались свежайшие морские гребешки, нежнейший паровой берикс и роскошное ассорти сашими, в котором вкусы раскрывались постепенно — от легких моллюсков и сладковатых креветок до сочного кальмара, тающего во рту лосося и благородного тунца. В мягком свете ламп эти кулинарные шедевры блестели, словно драгоценные камни. Из скрытых динамиков доносилась традиционная мелодия, где струны сямисэна выводили стремительный, завораживающий ритм.

Счет за такой ужин обещал быть астрономическим. Но Сатору, выслушав рассказ Нагасаки-сана, больше не оплакивал свой кошелек. Напротив, для него было огромной честью угощать величину такого масштаба.

— Вообще-то в юности я мечтал стать мангакой, — продолжил Юкинан Нагасаки, сделав глоток из крошечной чашечки. — Но рисовал я из рук вон плохо, так что затею пришлось бросить. Тогда ведь была эпоха великого Осаму Тэдзуки. Помню, в восьмом классе мне чудом удалось заполучить его автограф. До сих пор храню как зеницу ока.

Сатору тут же потянулся к бутылке и бережно наполнил пиалу звукорежиссера дорогим саке.

— Да это же настоящая историческая реликвия! Если когда-нибудь представится случай, я бы душу продал, чтобы взглянуть на нее хотя бы краем глаза!

— Да без проблем, — добродушно рассмеялся Нагасаки-сан. — Заходи как-нибудь в гости, обязательно покажу.

— Какое счастье! Нагасаки-сан, я подниму за вас бокал чая — заменяю им алкоголь!

— А вот в девятом классе я посмотрел «Вестсайдскую историю», — звукорежиссер осушил еще одну пиалу, предаваясь ностальгии, — и загорелся кинорежиссурой. Позже, когда я устроился в агентство Horipro, мне посчастливилось поработать над музыкальным оформлением фильмов «Древняя столица» и «Замужество», где блистали Момоэ Ямагути и Масако Мори.

— О-о, это же легендарные красавицы эпохи Сёва! — восхищенно улыбнулся Сатору.

— Молод был, глуп, — хохотнул Нагасаки. — Честно признаться, втайне надеялся, что благодаря работе смогу сблизиться со звездой и закрутить роман!

— Да вы и сейчас импозантный, харизматичный мужчина! Уверен, многие женщины до сих пор мечтают о таком плече. Давайте же за это!

— Ну-ну, куда мне, — отмахнулся звукорежиссер, снова опустошая чарку. — Постарел, растолстел, с молодежью уже не тягаться.

— Что за глупости! В вас до сих пор горит тот самый безудержный огонь эпохи Сёва! Разве могут года укротить пламя в груди настоящего мужчины и романтика? Нагасаки-сан, давайте я вам еще добавлю...

Сатору ловко наполнил чарку и с укором повернулся к своему менеджеру:

— Касии-сан, ну чего ты молчишь как неродной? Эх, не будь я еще слишком молод для алкоголя, мы бы с Нагасаки-саном уже на брудершафт пили! Нагасаки-сан, вы уж не обижайтесь на него. Наш Иппэй-сан парень интеллигентный, книжный, куда ему до задушевных бесед с таким широкой души человеком! Будьте к нему снисходительны.

Лицо Иппэя Касии потемнело, став похожим на чугунное дно сковороды.

«И кто тут из нас двоих менеджер?» — мысленно взвыл он.

— Официант, еще две бутылки! — крикнул Сатору.

— Полно, полно, пощади, — замахал руками Нагасаки.

— Да бросьте, неужели вы переживаете за мой кошелек? Пустяки! Поужинать со столь легендарным человеком — величайшая честь. А те две бутылочки для вас были так, горло промочить! — Сатору так и лучился безудержным радушием.

— Да нет же, жена дома почует запах перегара — всю плешь проест. Еще чего доброго на порог не пустит, спать на коврике придется. Хватит с меня, — Нагасаки-сан поспешно прикрыл пиалу ладонью, спасая ее от новой порции алкоголя.

— Ах, вот оно что... Понимаю. Ну, раз уж заказали, отменять неудобно. Пусть тогда Касии-сан отдувается! А вам я чайку подлью. Угощайтесь, угощайтесь, вот, попробуйте сашими — нежнейший кусочек, прямо тает во рту!

Сатору жестом приказал официанту поставить принесенное саке перед менеджером.

У Иппэя Касии при виде двух бутылок крепкого коллекционного алкоголя нервно задергался глаз.

— Нагасаки-сан, а расскажите еще про разработку первой PlayStation! Жуть как интересно! — Сатору так и подался вперед.

— А, это... Помню, как-то раз... — старик благодушно прищурился, погружаясь в воспоминания.

— Может, вы двое все-таки поговорите о работе сейю? — сдавленным голосом выдавил Касии, слегка пристукнув ладонью по столу.

— И то верно, — согласился Нагасаки. Он подцепил палочками кусочек рыбы, откинулся на спинку стула и с любопытством посмотрел на Сатору. — Такидзава-кун, во время прослушивания ты прочитал всего три строчки, но диапазон твоих интонаций меня удивил. При первой попытке, в варианте «C», ты заметно волновался, хотя техника была на уровне — обошлось без лажи. Во втором заходе, в варианте «А», ты поймал нужное настроение и выдал отличный результат. А когда я попросил тебя внести коррективы, ты умышленно сделал тембр более глухим и плоским, выведя на первый план слепую одержимость и фанатичную преданность персонажа. Почему ты выбрал такой упрощенный, примитивный подход? Обычно актеры из кожи вон лезут, чтобы превзойти свой предыдущий дубль.

— Нагасаки-сан, а какой вариант вам самому понравился больше? — вопросом на вопрос ответил Сатору.

— Второй, — кивнул звукорежиссер.

— То есть шаблонное исполнение оказалось более выигрышным? — удивленно вмешался Касии.

— В конце концов, я ведь играю не главного героя, — Сатору развел руками. — У моего персонажа нет и десятка реплик. Его задача — подготовить сцену для появления протагониста, послужить для него фоном. Если бы я начал щеголять красивым голосом и закручивать сложную гамму переживаний, это пошло бы во вред общей картине. Куда эффективнее сыграть просто и понятно. Так и главному актеру не придется надрываться, пытаясь перекричать эпизодического персонажа.

— Разве? — усомнился Касии. — Мне казалось, что актеру второго плана, наоборот, нужно выжимать максимум из своих крошечных реплик, чтобы запомниться зрителю.

— Касии-сан, тебе когда-нибудь приходилось работать дизайнером на капризного заказчика? — Сатору жестикулировал палочками, делясь нажитым опытом. — Поверь, большинству клиентов плевать на текстуры, композицию, разбивку форм или контраст теплых и холодных тонов. Они не заметят, выверил ли ты толщину линий и плавен ли градиент в углу. Но стоит тебе нащупать их скрытую «кнопку восторга», как они тут же становятся невероятно снисходительными.

— Это как добавить струнные в любую посредственную мелодию, — подхватил мысль Нагасаки. — Звучит масштабно, и неискушенный слушатель сразу кричит: «Шедевр!»

— Именно, — кивнул Сатору. — Когда ищешь съемное жилье, в первую очередь смотришь на цену, расположение и отсутствие явных проблем вроде плесени или сквозняков. И если цена сказочная, а до метро рукой подать, ты не станешь воротить нос из-за того, что стены в прихожей разрисованы каракулями хозяйского ребенка. Угодить клиенту во всем невозможно. Куда разумнее закрыть его главную потребность. Если здесь ты превзойдешь ожидания, на мелкие недочеты никто и внимания не обратит.

— На прослушивании все остальные кандидаты после моих замечаний старались выдать еще больше драмы, — заговорил Нагасаки. — И только ты пошел от обратного, взглянув на сцену с точки зрения командной работы. Твой прагматизм и стал одной из причин, почему мы выбрали именно тебя. Нынешние новички чертовски старательны, но они привыкли декламировать текст в одиночку перед зеркалом, у них нет опыта работы в паре. А ведь если главный актер выкладывается на пределе возможностей, а остальные не могут подстроиться под его темп, сцена попросту развалится.

Звукорежиссер сделал небольшую паузу.

— Сейю — те же актеры, но в отличие от театралов, у которых есть месяцы на репетиции, нам нужно записать всю серию за несколько часов. И здесь умение вовремя пойти на компромисс и выдать простую, но понятную зрителю игру ценится куда выше, чем бесконечные самокопания. В конце концов, если работа сделана добротно, зритель примет ее благосклонно.

Однако следом тон пожилого мужчины стал заметно строже.

— Но я не зря предупредил тебя, что на одном лукавстве далеко не уедешь. Если ты задержишься в индустрии, но так и продолжишь штамповать плоские, шаблонные образы, тебя быстро выбросят на обочину. Каждое весеннее и осеннее прослушивание приносит новую волну молодых, дешевых и столь же услужливых «инструментов». Твой срок годности истечет быстрее, чем ты успеешь оглянуться.

Нагасаки перевел строгий взгляд на Иппэя:

— Ваше агентство «Ай-Эм» пачками штампует идолов, которые торгуют своей молодостью. Если цель — сорвать быстрый куш, пока они свежи лицом, то ладно. Но если вы планируете играть вдолгую, парню придется пахать всерьез.

Он вновь повернулся к Сатору:

— Большинство новичков, попав в агентство, думают лишь о том, как бы их не выперли. Они тратят все силы на то, чтобы выслужиться перед президентом, менеджерами и продюсерами. В итоге на самой студии они блекнут, не могут выдать ничего стоящего, получают нагоняй и начинают тихо ненавидеть микрофон. Это порочный, тупиковый путь.

Юкинан Нагасаки смягчил тон и пристально посмотрел Сатору в глаза.

— Новичок, у тебя потрясающие связки. Твой голос пластичен, диапазон широк, а выносливость феноменальна — такие природные данные встречаются редко. Твой тембр от природы благороден, в нем чувствуется харизма главного героя. И в то же время ты способен мгновенно отбросить эту стать ради эпизодической роли. Ты как хамелеон. Знаешь, мне действительно интересно посмотреть, во что ты вырастешь.

— Что ж, в таком случае надеемся, что вы и дальше будете направлять наш неограненный алмаз, Нагасаки-сан, — с облегчением улыбнулся Иппэй Касии.

— У меня как у звукорежиссера есть лишь право советовать. Окончательное слово всегда за режиссером картины. Если ваше агентство действительно верит в него, не скупитесь на продвижение. Зачем вам просить за него старого одиночку? — Нагасаки-сан усмехнулся. — Мелкая рыбешка плывет по течению, но перед вами — молодой сокол. Дайте ему небо, и он полетит сам.

Менеджер и звукорежиссер со звоном скрестили бокалы.

Ужин продолжался еще около получаса, пролетев в легкой, дружеской беседе.

Проводив Нагасаки-сана и усадив его в такси, Иппэй Касии запрокинул голову к темнеющему небу и шумно, с облегчением выдохнул.

— Касии-сан, у тебя такой вид, будто ты только что вышел от уролога с вердиктом, что абсолютно здоров, — подколол его Сатору.

— Дурак ты. Мы с тобой в одной лодке плывем, — Касии упер руки в бока. — Твой первый бой прошел блестяще, глупо было бы не радоваться.

— Все наши труды — ради прибавки к жалованью, — философски заметил Сатору. — Слушай, я заскочу в комбини за никуманами. Ужин, конечно, был царский, но порции там прямо-таки воробьиные. Тебе взять один?

— Возьми, — мгновенно согласился менеджер.

Через пару минут Сатору вернулся, аппетитно уплетая горячую паровую булочку, и бросил вторую Иппэю.

— Ну как? — спросил он с набитым ртом.

— Ну... обычный никуман из круглосуточного. Есть можно.

— Эй, полегче на поворотах! В такой момент положено говорить «божественно»! Между прочим, после сегодняшнего банкета я эти несчастные булочки только по праздникам смогу себе позволить! — Сатору округлил глаза от возмущения.

— Ну и оптимист же ты, Такидзава-кун.

— А без оптимизма в Токио не выжить!

— И то верно... — тихо рассмеялся Касии. — В твоих словах определенно есть зерно житейской мудрости.

Комментарии