К этому моменту Кун И уже догадался о цели визита Су Юаня, поэтому не стал тянуть время. Он обернулся к классу, где в первом ряду сидел Су Чэ, и произнес:
— Су Чэ, подойди сюда.
Услышав зов наставника, Су Чэ тут же направился к дверям школы.
— Учитель, вы что-то хотели мне поручить? — подойдя к Кун И, он поклонился и задал вопрос.
Кун И ответил:
— Эти двое хотят увидеть тебя. — Он указал на стоявших у входа Су Юаня и Су Чжаньвэня. — С главой школы ты уже знаком, вряд ли ты его не узнал. А человек за его спиной — глава Клан Су, господин Су Юань.
Услышав это, Су Чэ перевел взгляд с Су Чжаньвэня на Су Юаня. Он не ожидал, что Су Чжаньвэнь обладает таким весом в Клане Су, что смог привести самого главу клана. Он и не подозревал, что Су Юань приехал в школу вовсе не по приглашению Су Чжаньвэня, а по собственной воле.
Немного подумав, Су Чэ вышел за ворота и поклонился:
— Приветствую главу клана, приветствую главу школы.
Не дожидаясь ответа Су Чжаньвэня, Су Юань, на чьем сухощавом лице промелькнула редкая улыбка, поддержал Су Чэ за руки и произнес:
— Хороший мальчик, хороший мальчик. Не называй меня главой клана, зови просто дедушка Сан.
Су Чэ невозмутимо посмотрел на этого человека, в руках которого, по сути, была сосредоточена вся власть над жизнью и смертью членов Клана Су. Раньше он слышал, что тот весьма суров, но сегодня, увидев его воочию, не ощутил ничего подобного.
Должно быть, это тот случай, когда слухи преувеличивают, — подумал про себя Су Чэ и сменил обращение: — Дедушка Сан.
Стоило ему это произнести, как лицо сухощавого мужчины озарилось еще более широкой улыбкой:
— Поистине, ты — настоящий кирин нашего Клана Су, такой воспитанный.
Су Чэ знал себе цену, поэтому не стал отвечать на похвалу, а просто спросил:
— Не подскажете, зачем вы с главой школы искали меня?
Прежде чем Су Юань успел что-либо сказать, нетерпеливый Су Чжаньвэнь выпалил:
— Глава клана приехал, чтобы лично убедиться, хватит ли у тебя сил одолеть Су Синвэня.
Сказав это, он, видимо, опасаясь, что Су Чэ решит прибедниться, добавил:
— Су Чэ, главе было непросто сюда добраться. Постарайся как следует, покажи всё, на что способен, не подведи семейное дело.
Если бы это сказал восьми-девятилетнему ребенку, тот мог бы не понять скрытого смысла, но Су Чэ, проживший вторую жизнь, прекрасно осознавал: Су Чжаньвэнь требует от него показать себя во всей красе. От того, как он проявит себя сегодня, зависит, какую поддержку от главной ветви Клана Су он получит.
— Раз учитель просит, как я могу ослушаться? — ответил Су Чэ.
Су Чжаньвэнь кивнул:
— Время главы клана очень ценно, в клане немало важных дел, требующих его решения, медлить нельзя. Ну же, прочти-ка нам наизусть Троесловие.
Как только Су Чжаньвэнь закончил говорить, Су Юань перестал улыбаться и с явным волнением уставился на Су Чэ. Казалось, он боится разочарования даже больше, чем Су Чэ боялся не оправдать ожиданий.
Под пристальными взглядами Су Чэ заложил руки за спину. Не обращая внимания на шум в классе, он закрыл глаза и начал негромко декламировать:
— В начале жизни человек по природе добр, по натуре все похожи, а в привычках разнятся. Если не учить — природа изменится. Путь обучения — в постоянстве. В старину мать Мэн-цзы выбирала соседей, если сын не учился — ломала станок. У Доу Яньшаня был правильный подход, воспитал пятерых сыновей, прославил свой род... Се Даоюнь умела слагать стихи...
Хотя Су Чэ уже выучил всё Троесловие целиком, он понимал, что нельзя выставлять напоказ всё сразу, чтобы не переборщить. Дойдя до строчки про Се Даоюнь, он остановился и сделал вид, что мучительно пытается вспомнить продолжение.
Выждав паузу, которую посчитал достаточно убедительной, Су Чэ открыл глаза и поклонился:
— Прошу прощения, уважаемые старшие. Дальше я, как ни старался, вспомнить не могу — кажется, это предел моих возможностей.
Он выпрямился и посмотрел на Су Чжаньвэня и Су Юаня. Лицо Су Чжаньвэня выражало еще большее потрясение, чем после их недавнего поединка, а лицо Су Юаня побагровело от волнения. Кун И, стоявший рядом, выглядел совершенно подавленным.
Спустя долгое время Кун И тяжело вздохнул:
— Раньше я не верил, что кто-то может с рождения превосходить обычных людей. Даже когда слышал восторги о юном гении Чжан Цзянлине, думал, что это лишь искусная молва. Кто бы мог подумать, что сама судьба решит посмеяться надо мной, подарив мне ученика, обладающего врожденными знаниями, и тем самым высмеяв мое узколобое невежество.
— Учитель... — начал было Су Чэ, но Кун И его перебил:
— Не беспокойся. Я очень рад твоему дару. Если однажды ты прославишься на весь мир, как Чжан Цзянлин, я буду гордиться тем, что был твоим наставником. Еще пару часов назад ты знал лишь пятьсот-шестьсот иероглифов, а теперь — восемьсот-девятьсот. Су Чэ, ты действительно показал мне, каким должен быть настоящий юный гений.
Су Чжаньвэнь выглядел удрученным:
— Увидев тебя, я понял, что мое звание сюцая — ничто по сравнению с твоим талантом. А ведь я гордился им всё это время.
С каждой секундой выражение его лица менялось, переходя от уныния к облегчению:
— Это я был слишком самонадеян, не понимая, что нет предела совершенству. С сегодняшнего дня я усмирю свою гордыню, буду усердно готовиться к провинциальным экзаменам и больше не стану жаловаться на то, что экзаменаторы — слепцы, не способные разглядеть в моих эссе драгоценную жемчужину.
Су Чэ не знал, что ответить. Он не до конца понимал, почему Су Чжаньвэнь так отреагировал, но ход его мыслей был ясен. С его собственной точки зрения, он — гений, а все остальные просто не видят его величия. Если бы это было не так, не было бы в мире столько людей, оплакивающих свою невостребованность и сетующих на то, что хороших наставников днем с огнем не сыщешь.
— Я не верил, пока не увидел всё своими глазами. В моем клане действительно родился такой кирин! Небо благоволит нашему Клану Су!
В тот момент, когда Су Чэ размышлял, что сказать, раздался взволнованный голос Су Юаня. В отличие от Кун И и Су Чжаньвэня, которые чувствовали себя неловко из-за своего несовершенства, глава клана, будучи приземленным человеком, не предавался подобным рефлексиям. Он считал, что это дар небес, который наконец-то подарил Клану Су по-настоящему способного к учебе человека.
— Наш Клан Су наконец-то вернет себе былое величие!
Мало кто знал, через что ему пришлось пройти за эти годы. Он заискивал перед уездным делопроизводителем, одаривая его серебром из казны клана, но стоило хоть немного урезать выплаты, как тот мгновенно менялся в лице. Разве можно полагаться на чужаков, когда надежнее иметь своего человека на государственной службе? Если бы кто-то из Клана Су занял должность в правительстве, даже уездный начальник проявил бы к ним должное уважение.

Комментарии

Загрузка...