9 февраля, двадцать восьмой день по лунному календарю.
Яо Юаню предстояло на собственной шкуре ощутить, что такое чуньюнь двадцатилетней давности.
Утром он с чемоданом в руках, а младший дядя – с огромным рюкзаком за спиной и тяжелыми сумками в обеих руках – изо всех сил спешили к Пекинскому вокзалу.
И зачем все это?
К чему такие мучения?
Яо Юань чувствовал себя зажатым в толпе самых разных людей. Бесчисленные лица и запахи обрушились на него лавиной, бесцеремонно втягивая в общий водоворот и мгновенно делая частью этой массы.
— Полетели бы на самолете, — вздохнул Яо Юань. — Зачем так мучиться?
— А ты знаешь, сколько стоит билет на самолет? — Отозвался младший дядя. — Молодой еще, только языком молоть умеешь, совсем экономить не приучен.
— Я вообще-то накопил немного денег.
— Вот и береги их, нечего попусту транжирить.
Что ж, ладно!
Пока он не планировал раскрывать всю правду, поэтому лишь пожал плечами и вместе с младшим дядей протиснулся в зал ожидания.
Едва войдя, они тут же встали в очередь – затылок в затылок. Ноги уже гудели от усталости, когда наконец началась проверка билетов. Толпа медленно поползла вперед, но стоило им выйти на платформу, как младший дядя бросился бежать со всех ног.
— Эй, постой!
Яо Юань побежал следом и практически влетел в вагон. Младший дядя, будучи человеком опытным и расторопным, быстро приметил свободный пятачок в тамбуре, сбросил тяжелые сумки и ловким движением выхватил два раскладных табурета, водрузив их на пол.
Занял места!
Стоило табуретам коснуться пола, как подошедшие пассажиры с досадой покосились на них и поспешили дальше в поисках свободного уголка.
Да уж, прямо как на войне!
Запыхавшийся Яо Юань со вздохом плюхнулся на сиденье. Поезд был обычным пассажирским – что ж, придется как-то пережить эти восемь часов.
Вскоре состав тронулся и со стуком колес покинул Пекин, унося пассажиров в их личные путешествия – долгие или короткие, радостные или печальные.
Напротив примостились несколько худощавых мужчин, с виду очень похожих на младшего дядю – сразу видно, работяги-мигранты.
Младшему дяде не сиделось на месте. Он раздал всем по сигарете и завязал разговор. Яо Юань сидел на своем табурете, лениво листая журнал и время от времени ловя на себе завистливые взгляды проходивших мимо людей.
Когда стоять приходится абсолютно всем, обладатель даже маленького раскладного табурета автоматически становится представителем высшего общества.
В те годы билеты через интернет не продавались, да и предварительной продажи на недели вперед не существовало, так что заполучить заветный квиток было огромной удачей. На севере главным транспортным узлом оставался Пекин, на юге – прибрежные мегаполисы. В считаные дни толпы рабочих и студентов со всех окрестностей устремлялись туда, готовые терпеть любые немыслимые лишения ради одной-единственной цели:
вернуться домой!
В этом году пассажиропоток на железных дорогах страны составил сто тридцать миллионов человек. Все они устремились в путь, ведомые зовом родной земли, который испокон веков течет в их жилах.
Пространство у тамбуров всегда оставалось самым оживленным, пестрым и полным жизни местом в поезде.
Сюда выходили покурить, здесь проталкивали тележки разносчики еды, пробегали люди с ведрами лапши быстрого приготовления за кипятком и выстраивались очереди к туалету. Поток пассажиров не иссякал ни на минуту.
Наговорившись всласть, младший дядя вернулся к их углу. Он выудил из сумки несколько целлофановых пакетов: пряный соевый творог доуфу, куриные потрошка, немного огурцов и фруктов, а также бутылочку водки «Нюланьшань».
— Проголодался? Перекуси чего-нибудь, — предложил он.
— Давай маринованное яйцо.
Яо Юань выбрал яйцо марки «Сянбалао». Кажется, они появились на рынке совсем недавно. Поначалу они ему очень нравились, и он частенько покупал их просто так.
— Дядя, а что у тебя во всех этих сумках?
— Да так, гостинцы. Кое-что надарили, когда мы по разным городам сцены монтировали, а что-то сам прикупил.
— Откуда у тебя деньги?
— Хе-хе, премию дали!
Младший дядя, держа в руке огурец, с гордостью пояснил:
— Праздники же на носу. Старина Сунь раздал ребятам немного денег, сказал, что прошлый год закрыли хорошо. Всем выдал по две тысячи, а мне – три!
— А почему тебе три?
— Ну так отношения у нас хорошие, да и вкалываю я за двоих. Только тсс, это он мне по секрету доплатил, никому ни слова!
«Больно надо мне кому-то рассказывать!» – мысленно хмыкнул Яо Юань.
— И сколько ты в итоге заработал?
— Если все вместе посчитать, вышло целых шесть тысяч пятьсот юаней!
— Это за полгода?
— Ну да, за полгода. Как тебе? Неплохо ведь?
— Ага, очень даже хорошо.
— Те деньги, что я каждый месяц отправлял, твоя тетя тоже тратить не решалась, так что теперь у нас наконец-то появились свободные сбережения.
Такой уклад и правда был хорош. Младший дядя жил на всем готовом за счет работодателя, всю зарплату отсылал домой, а его бережливая жена откладывала каждую копейку. Так им и удавалось копить.
«...»
Яо Юань приоткрыл было рот, но промолчал. «Ладно, лучше пока не говорить ему, что я только что перевел его сыну целых пятьдесят тысяч юаней».
Буквально вчера на счет поступили деньги за январь. Никаких акций они не проводили, просто стабильно стригли купоны. За вычетом безнадежных долгов чистая прибыль составила шестьсот тридцать тысяч юаней, а общий доход компании превысил миллион!
Это означало, что они «обобрали» уже более ста тысяч мобильных абонентов. Свободной базы оставалось еще около восьмидесяти тысяч номеров – их собирали из всех возможных источников или попросту скупали.
Огромная заслуга в этом принадлежала Юй Цзяцзя.
Стратегия компании сводилась к устойчивому выжиманию ресурсов.
Если сразу списать с одного абонента тридцать юаней, да еще навязать кучу услуг сверху, отчеты за месяц будут выглядеть красиво, но пользователь гарантированно потребует отписку, и при окончательном расчете сумма окажется куда скромнее.
Так что этот бизнес чем-то напоминал финансовую пирамиду: чтобы массовая рассылка приносила доход, требовалось постоянно добывать новые телефонные номера.
И в этом году конкуренция среди SP-провайдеров должна была развернуться в полную силу.
Еще перед отъездом Яо Юань распределил задачи: закупил несколько компьютеров, арендовал более мощные серверы с широким каналом связи и даже отдал на аутсорс разработку одной технической новинки.
Что же касается заработанных денег...
Яо Юань и Яо Сяобо скрывали свои успехи лишь потому, что толком не знали, как преподнести это родным. Для такого разговора нужно было дождаться подходящего момента.
Младший дядя продолжал уплетать припасы. Аппетит у него был отменный, и, видя, что племянник не особо голоден, он взялся за дело со всем размахом. Вскоре от пакетов с соевым творогом и потрошками не осталось и следа, а бутылка водки опустела наполовину.
Его смуглое лицо заметно покраснело, но глаза весело блестели – признак того, что доза алкоголя пришлась в самый раз.
Сгребя мусор в сторону, он снова полез в рюкзак:
— Точно, я ведь столько гостинцев набрал! Глянь-ка, как они тебе? Нормальные хоть?
— Каких гостинцев?
— Пекинских деликатесов! Твоя тетя за всю жизнь из провинции ни разу не выезжала, пусть хоть попробует, что там в столицах едят.
Младший дядя порылся в рюкзаке и достал первую коробку. Это были знаменитые пекинские цукаты – ассорти из семи видов: яблочные цукаты, цукаты из китайской яблони, финиковые, тайпиновые, абрикосовые, персиковые и грушевые.
— О, отлично!
— Да я и сам понимал, что особо брать нечего. Не утку же по-пекински везти – она по дороге совсем испортится.
Младший дядя выудил еще одну коробку. На этот раз это были традиционные пекинские сладости «Цзин Ба Цзянь» – фигурные пирожные с восемью видами начинок: финиковым пюре, зеленой сливой, изюмом, розой, бобовой пастой, сахаром, бананом и пряной солью.
— А это как тебе?
— Хм, здорово, все очень вкусное.
— Вот и славно, твоя тетя как раз обожает сладкое.
«Ну-ну, смотрите только, чтобы у нее от приторности в горле не запершило...» – весело подумал Яо Юань.
Глядя на младшего дядю, который был в прекрасном расположении духа, он так и не решился сказать, что в Пекине ни в коем случае нельзя покупать эти аляповатые подарочные наборы – чистой воды развод для приезжих!
...
Промучившись в дороге долгие восемь часов, они наконец прибыли.
Когда только-только стемнело, поезд плавно вкатился на вокзал их маленького городка.
Стоилка длилась всего минуту. Из вагонов высыпало десятка полтора пассажиров. Яо Юань и младший дядя спустились в подземный переход, преодолели ступени – на одном из участков не горел свет, и им пришлось пробираться на ощупь – и вышли наружу. Чтобы попасть на привокзальную площадь, нужно было обогнуть здание и пройти через боковые ворота, которые служили выходом.
— Папа!
Какая-то девушка, завидев родное лицо, первой бросилась вперед. Следом раздалось еще несколько радостных криков. Люди, словно птицы, возвращающиеся в родные гнезда, наперебой звали близких, которых не видели долгие месяцы.
— Сынок!
— Сынок!
Яо Юэминь стоял за железным ограждением, подпрыгивая и вовсю размахивая рукой, Яо Сяобо повторял за ним, а Юань Липин и жена младшего дяди весело смеялись.
— Папа! Мама!
Зимний ночной ветер обжигал холодом, но Новый год уже стучался в двери. Яо Юань в одно мгновение позабыл обо всех взрослых заботах, почувствовав себя обычным мальчишкой, и припустил навстречу родным.
— Замерз небось?
— Да нет, нормально, в поезде тепло было – людей полно.
— Ох, ну идемте скорее ужинать, мы уже столик в ресторане заказали!
— Наконец-то мы дома!

Комментарии

Загрузка...