Цзи Жань улыбнулся и помахал трём великим силам, спешившим к Городу Черного Кита, в знак дружелюбия. Люди из этих трех объединений прекрасно знали, что здесь находится Шэнь Хуайнань, за спиной которого к тому же стоит Павильон Сокровищ. Им оставалось лишь сделать вид, будто они ничего не заметили, и, опустив головы, войти в Город Черного Кита. Цзи Жань скривил губы и полетел в сторону Моря Черных Китов.
Добравшись до Острова Черного Кита и увидев Юй Рухая, который забавлялся с годовалым внуком, Цзи Жань почувствовал легкую грусть. Затем он перевел взгляд на Ян Сюаньцзая и Юй Сюаньвэй и глухим голосом спросил:
— Вы всё обдумали?
Юй Сюаньвэй нежно смотрела на годовалого младенца у себя на груди. Малыш от природы был склонен ко сну, и стоило Юй Рухаю немного подразнить его, как он тут же погрузился в глубокий сон. Его пухлые румяные щечки подрагивали, а мягкие ресницы трепетали при каждом вздохе, и от всей фигуры Юй Сюаньвэй исходило сияние чистой божественности. Слегка коснувшись губами детского лба, она передала ребенка Ян Сюаньцзаю. Тот не стал ничего говорить, лишь прижался своим суровым лицом к крошечной грудке младенца и замер на мгновение. Юй Рухай перенял мальчика, но тоже воздержался от лишних движений: он передал Цзи Жаню нефритовый кулон с вырезанным на нем именем вместе с ребенком, после чего исчез.
Цзи Жань тоже не стал задерживаться, чтобы не волновать старшего брата Сюаньцзая и старшую сестру Сюаньвэй понапрасну. Воздействуя на циркуляцию духовной энергии, он бережно подхватил младенца и шагнул за пределы Моря Черных Китов.
Триста сил уже давно поджидали на песчаном берегу Моря Черных Китов, холодно вглядываясь в принесенного Цзи Жанем ребенка. Какой-то мужчина из Дворца Золотого Солнца заговорил, и в его не терпящем возражений тоне сквозила леденящая душу жажда убийства; уставившись на Цзи Жана выцветшими зрачками, он холодно бросил:
— Оставь эту сучью пародь из Моря Черных Китов, и я позволю тебе уйти.
Цзи Жань не вышел из себя. Хлопнув по поясу, он заставил Большой Меч Парящего Дракона превратиться в ярко-желтую колыбель. Цзи Жань бережно уложил туда младенца, и созданная мечом колыбель плавно закачалась. Взмахнув правой рукой, Цзи Жань отгородил ее невидимым барьером.
Сделав небольшой шаг вперед и оглядев ощетинившуюся толпу, словно перед лицом смертельной опасности, он презрительно усмехнулся:
— Я уже давно ступил в Сферу Пурпурных Палат, но еще ни с кем не сражался. Пусть же наша сегодняшняя битва послужит боевым рогом перед грядущей кровавой бойней в Море Черных Китов.
Тот человек из Дворца Золотого Солнца безжалостно усмехнулся:
— Цзи Жань, тебе не защитить эту шавку из Моря Черных Китов.
Услышав это, Цзи Жань ни капли не рассердился, спокойно кивнул в знак согласия и, не став возражать, равнодушно произнес:
— Я знаю, что мастера уровня Первичного Духа, стоящие за вашими спинами, непременно вмешаются. Я уже говорил раньше: я не хочу, чтобы это задело моего наставника. Даже если у Учителя прямо сейчас хватило бы сил полностью вмешаться в дело и выйти из него сухим из воды, я всё равно не желаю, чтобы он ввязывался в это из-за меня. Мастера Первичного Духа из Моря Черных Китов не смогут остановить вас, и я тоже не смогу. Поэтому давайте условимся иначе: в этом поединке, если выиграю я, я лично позволю этому малышу уйти; если же проиграю я, я возвращу его в Море Черных Китов. Независимо от исхода, я больше никогда не стану вмешиваться воS дела Моря Черных Китов и никому не позволю оказывать на них влияние через меня.
— Идёт.
Из глубины Города Черного Кита донесся голос мастера Первичного Духа какой-то из фракций, давший согласие. Остальные силы промолчали, прекрасно понимая, что в любом случае остаются в выигрыше.
Этот Шэнь Хуайнань продвинулся куда дальше того старого призрака из Дворца Золотого Солнца, да и Павильон Сокровищ на днях проявлял к Цзи Жаню особое расположение — открыто убить его не получится, затраты не окупятся. Получить взамен обреченного на смерть младенца и гарантию, что Цзи Жань больше не сунется в дела Моря Черных Китов — это огромная выгода.
Подул пахнущий рыбой и солоноватый морской бриз Моря Черных Китов. Он растрепал черные как смоль распущенные волосы Цзи Жана, заставил его одежды затрепетать на ветру и заставил ярко-желтым светом вспыхнуть Малый Меч Парящего Дракона, который кружил вокруг него, превратившись в дракона.
— Один удар. Я нанесу всего один удар — боевым искусством и божественной способностью из Моря Черных Китов.
Едва Цзи Жань закончил говорить, как на этом маленьком песчаном пляже Моря Черных Китов начали происходить изменения. Четыре золотистых маленьких великана непрерывно замахивались тяжелыми булавами; трое мужчин с белыми бровями и волосами держали в руках ледяные сабли, испускавшие мрачный холод; два старца в грязно-желтых даосских мантиях призвали Печати Свисающих Гор, и над землей нависли шесть величественных холмов высотой в десять чжанов.
Цзи Жань принял боевую стойку, сжав кулаки, сердце его забилось. Вокруг не поднималось багровое пламя — напротив, прямо на песчаном берегу Моря Черных Китов посленепрерывным эхом разносился грохот бушующих волн с какого-то другого моря, где поднимались неведомые никому валы. Волны Моря Черных Китов под палящим солнцем тоже начали отзываться в унисон, вздымаясь всё выше и выше. Необычный синий свет устремился к телу Цзи Жана, собираясь в его почках.
Окружающие почуствовали неладное и поспешили выпустить заранее заготовленные удары. Почки Цзи Жана слабо засияли, и он выбросил кулак вперед. Огромный черный кит длиной в сто чжанов, целиком сотканный из потоков воды, выпрыгнул изнутри, гордо замер над Морем Черных Китов и издал долгий трубный звук в пустом небе.
После глухого звука лопающегося пузыря Цзи Жань спокойно смотрел на растерянных и перепачканных людей из трех сил, протянул руку и сам покачал колыбель, в которую превратился Большой Меч Парящего Дракона, после чего невозмутимо произнес:
— Малыш, в каждой из их семей погиб по мастеру из Сферы Пурпурных Палат. Полагаю, это их предел.
Острый меч пронзил небо, вылетев из Города Черного Кита в сторону Горной цепи Сюаньцзин, и спустя мгновение вернулся к пляжу, где стоял Цзи Жань, неся с собой живого мастера Сферы Пурпурных Палат из Дворца Золотого Солнца со страшной сквозной раной во лбу.
Раздался спокойный голос Шэнь Хуайнаня:
— Раз уж меня, Шэнь Хуайнаня, пригласили в гости, я просто обязан сделать ответный подарок. Ученик, представители всех четырех сил собрались в полном составе.
Цзи Жань ничего не ответил. Набирающий мощь Малый Меч Парящего Дракона мелькнул и исчез; ярко-желтый свет меча разрубил царившую в мире несправедливость, снеся голову мастеру Сферы Пурпурных Палат из Дворца Золотого Солнца.
Малый Меч Парящего Дракона вернулся к Цзи Жаню, его клинок все еще слегка дрожал. Цзи Жань ласково погладил тело меча и с тоской произнес:
— Откуда вообще в этом мире берется столько несправедливости?
Затем Малый Меч Парящего Дракона превратился в ярко-желтую погремушку и взлетел над колыбелью, чтобы развлечь случайно проснувшегося младенца.
Цзи Жань повернулся, увлекая за собой колыбель с ребенком, и полетел в неизведанные воды Моря Черных Китов. Ощущение множества взглядов — полных надежды, холодного равнодушия или безысходности — жгло спину, словно тысячи иголок, вызывая в сердце необъяснимую горечь.
Забрав ребенка Янь Сюаньцзая и Юй Сюаньвэй, Цзи Жань приземлился на одном из островов посреди Моря Черных Китов.
Обессиленно опустившись на песок, Цзи Жань протянул правую руку, притянул к себе колыбель и принялся тихонько укачивать ее. Погремушка, в которую превратился Малый Меч Парящего Дракона, издавала мягкий мелодичный звон в такт движению. На сердце у него было тяжело и скорбно — они словно делили на двоих одну и ту же горькую судьбу. Его пустой, лишенный всякого выражения взгляд затерялся в бескрайних просторах Моря Черных Китов, ставшего для него домом на столькие годы.
— Эх... — раздалось два вздоха подряд, после чего волны духовной энергии Юй Рухая и Шэнь Хуайнаня возвели барьер, отрезая остров от любых попыток мастеров Первичного Духа из других фракций вести разведку.
Он так и качал колыбель отсутствующим взглядом. В вышине висела полная луна, и туманный лунный свет пал на спящее личико младенца. Очевидно, лучи показались малышу холодными, и тот испуганно проснулся, затянув беспомощный плач. Услышав этот крик, Цзи Жань опомнился, перестал раскачивать колыбель, поднялся на ноги и вышел к самой кромке воды Моря Черных Китов. Стоя в одиночестве на водной глади, он погрузился в водоворот мыслей:
— Малыш, как же мы с тобой похожи... Едва появившись на свет и толком не успев разглядеть этот мир, мы уже должны говорить друг другу прощай.
— Малыш, в моих родных краях человек считается по-настоящему пришедшим в этот мир лишь тогда, когда у него появляется имя. Я даже не стану заглядывать в тот нефритовый кулон — благодаря этому для меня ты так и не ступил на землю этого мира по-настоящему.
Малыш не мог расслышать мыслей Цзи Жана, но, купаясь в сиянии луны, он, должно быть, почувствовал доброту мужчины и зажмурился, расплывшись в беззвучной улыбке. От этого чистого, неподдельного смеха у Цзи Жана дрогнуло сердце. Он крепко зажмурил глаза, и в лунном свете на его лице отчетливо заблестели капли влаги.
Мысленно Цзи Жань задал вопрос, сорвавшись на всхлип:
— Система, есть ли в твоих арсеналах что-то способное спасти этого кроху?
— Дзынь! Если бы хозяин активировал торговый центр, накопленных богатств хватило бы на покупку марионетки или демонического зверя уровня ниже Первичного Духа, чтобы переломить ситуацию.
— А розыгрыш или вытягивание карт могут помочь?
— Дзынь! Хозяин может попытаться.
— Сплавь всё, что есть, давай попробуем.
— Дзынь! Поздравляем хозяина с получением: Карточка запечатывания Тела Феникса (аналогична той, что была получена в прошлый раз); Поздравляем хозяина с получением: Колокол, Подавляющий Море Черных Китов (артефакт полушага до Сферы Моря Духа).
Услышав названия этих предметов, Цзи Жань перестал отчаиваться. Повернувшись, он направился прямо к колыбели. Ребенок часто видел его раньше, они были хорошо знакомы, и при приближении Цзи Жана малыш изо всех сил потянулся ручками, просясь на ручки. Взгляд Цзи Жана стал безжизненным, и он мысленно спросил:
— Система, та потаенная техника действительно позволит ему уйти без лишних страданий?
— Дзынь! Хозяин может не беспокоиться, система клянется своим статусом системы.
Цзи Жань дрожащей левой рукой протянул ладонь вперед. Увидев это, кроха озарил румяное личико чистой улыбкой и поспешно ухватился за его пальцы. Цзи Жань опустил продолжающую дрожать руку на макушку младенца, вспыхнул алый свет, и малыш крепко заснул.

Комментарии

Загрузка...