— Я, конечно же, собираюсь в Лоян, это ты и так знаешь. К чему... — застигнутый Мужун Хуэй врасплох, я ответил ей совершенно машинально. Но стоило мне закончить фразу, как до меня вдруг дошло, что в её словах кроется какой-то подтекст. Тогда я устремил на Мужун Хуэй взгляд, пытаясь отыскать ответ на её лице.
Мужун Хуэй была донельзя смышлёной и сразу поняла меня. С лёгкой улыбкой она произнесла:
— Я, разумеется, знаю, что братец Лю направляется в Лоян. Вот только путь туда далёк и полон непредвиденных опасностей. Говорят, на дороге орудуют разбойники, и отправляться туда в одиночку попросту небезопасно. Мужун Хуэй желает проводить братца Лю ещё какое-то время, считай, довести доброе дело до конца. Что скажешь?
Услышав это, я без раздумий замахал руками и заговорил:
— Нет-нет-нет, премного благодарен девушке Мужун за заботу, но я всего лишь бедный книгочей. У меня нет ни денег, ни власти, и грабить меня разбойникам совершенно ни к чему. К тому же я постараюсь выбирать широкие тракты, избегая горных и тем более ночных дорог. Думаю, так никаких проблем возникнуть не должно?
Каковы бы ни были истинные намерения Мужун Хуэй, к тому моменту я уже превратился в пуганую ворону. Хотя, как она и сказала, моё будущее было туманным, и я даже понятия не имел, в какой стороне лежит Лоян, мысль о том, чтобы позволить остаться рядом совершенно незнакомому человеку, пугала меня ещё сильнее. Сравнивая одно с другим, я чувствовал, что второй вариант внушает мне куда большую тревогу. Мой отказ был продиктован исключительно инстинктом самосохранения.
Заметив моё отношение, Мужун Хуэй ничуть не изменилась в лице — на её губах по-прежнему играла улыбка.
— Что ж, похоже, братец Лю принял твердое решение, и тогда я не стану настаивать. После этого обеда наши пути разойдутся. Скоро старикашка Мэн Дань подготовит для братца Лю всё необходимое в дорогу, а у меня ещё есть дела, так что провожать не стану.
Я-то думал, она будет настаивать снова, но Мужун Хуэй не только не стала упорствовать, а ответила на редкость решительно.
Поскольку я ещё не придумал, что сказать дальше, я на мгновение растерялся. И пока я пытался переварить услышанное, Мужун Хуэй с лёгким шорохом поднялась на ноги, прямиком спустилась со второго этажа и ушла.
— Э-э, это ещё что такое? Неужели я и вправду зря накрутил себя? Может, девушка Мужун руководствовалась исключительно благородными побуждениями и не имела никаких скрытых мотивов? Лю Тяньдун, на этот раз ты действительно судил о благородном человеке по меркам собственного ничтожества!
В подобной ситуации я совершенно растерялся, и меня даже захлестнуло чувство досады и раскаяния. Словно поддавшись какому-то порыву, я соскочил с места, подбежал к окну второго этажа и высунулся наружу, выискивая глазами фигуру Мужун Хуэй. Я заметил её далеко впереди — она уверенным шагом направлялась к выходу из посёлка и успела отойти уже довольно далеко...
— Эй, девушка Мужун, прошу, остановитесь, прошу, остановитесь! — завопил я во всю мочь, обращаясь к Мужун Хуэй.
Она остановилась, постояла с минуту, а затем обернулась и посмотрела в мою сторону.
— Я... мне нужно кое-что сказать, подождите, пожалуйста! — крикнул я снова, после чего со всех ног кинулся вниз по лестнице, топая каблуками. На выходе я нос к носу столкнулся со стариком Мэн Данем, который как раз нёс в руках узелок. Не тратя времени на объяснения, я лишь кивнул ему и в спешке выбежал на улицу...
— О чём ещё хотел поведать братец Лю? — спросила Мужун Хуэй, с улыбкой глядя на меня и заложив руки за спину.
— Я... я просто хотел сказать прости. Я всё не так понял и приношу извинения. Во всём виновата моя излишняя подозрительность — это я исказил добрые намерения девушки Мужун.
— О вот как? Если дело обстоит так, то Мужун Хуэй никак не может этого принять. Братец Лю решил путешествовать в одиночку — это исключительно твоё дело, и мне, чужому человеку, не следует вмешиваться. Это же в порядке вещей, так в чём же братец Лю не прав? Быть может, это слова Мужун Хуэй прозвучали излишне резко и спровоцировали то недопонимание? Выходит, извиняться должна как раз я.
Мужун Хуэй умела говорить так искусно, что не только не выказала ни малейшего упрёка, но и взяла вину на себя. От этого я смутился ещё сильнее, чувствуя, как мои щеки начинают гореть.
— Е-если... если девушка Мужун не брезгует моим обществом, было бы просто прекрасно, если бы вы смогли меня проводить.
От растерянности я потерял всякий контроль над собой и сам не понял, как вымолвил эти слова.
— А? Я не ослышалась? Разве братец Лю только что не клялся всеми возможными способами путешествовать в одиночку? Почему же в мгновение ока ты передумал? Уж не кроется ли тут какая-то скрытая причина? — с лёгким удивлением на лице спросила Мужун Хуэй.
Тут до меня дошло, что я сболкнул лишнего. Почему я ляпнул это, толком не подумав? Теперь я загнал себя в безвыходное положение, и как прикажете объясняться перед Мужун Хуэй?
— Вы двое так спешите уйти, что даже со стариком не попрощались — это что же за манеры такие? — раздался в этот момент голос старика Мэн Даня, донёсшийся у нас за спиной.
Мы тут же замолчали, и это избавило меня от дальнейшей неловкости.
Спустя мгновение мы увидели запыхавшегося Мэн Даня, который догнал нас. В руке он всё ещё держал тот самый узелок, а позади него шёл какой-то подросток.
— Девушка Мужун, как же вы уходите даже без прощального слова? Неужели старик оказал вам плохой приём? — переводя взгляд с меня на стоящую напротив Мужун Хуэй, спросил Мэн Дань.
— Старикашка, ты же прекрасно знаешь мой нрав: раз пришла — пришла, решила уйти — ухожу, привыкла к свободе. Никакого другого умысла здесь нет. Впрочем, у братца Лю, кажется, были свои соображения, верно? — произнесла Мужун Хуэй, переложив всю ответственность на меня.
Услышав это, Мэн Дань посмотрел на меня. Поколебавшись секунду-другую, он спросил:
— Братец Лю, что стряслось? Уж не обидел ли тебя старик чем-то?
— Ну что вы, вовсе нет, старейшина, во всём виноват я один. Это я спешил в дорогу и потерял всякие приличия, заставив всех всё не так понять.
Что я ещё мог ответить?
— Ох, вот оно что. А я-то думал, дело в чём-то другом. Раз всё в порядке, то и славно, славно, — с улыбкой отозвался Мэн Дань.
Однако мне почему-то показалось, что в его словах таится какой-то скрытый смысл. Но поскольку мы только что угодили в неловкую ситуацию, расспрашивать дальше было неуместно, и мне пришлось сдержаться.
— Я слышал, братец Лю собирается в Лоян? — с улыбкой осведомился Мэн Дань.
— Верно, я направляюсь в Лоян, — ответил я, бросив косой взгляд на стоявшую напротив Мужун Хуэй.
Несомненно, именно она рассказала старику о моих планах. Но зачем старик заводит об этом разговор?
Ответ на мой вопрос нашёлся очень быстро. Кивнув, Мэн Дань с улыбкой произвел:
— Как удачно, что братец Лю направляется в Лоян. У старика есть одна просьба — не согласится ли братец Лю оказать мне услугу?
— Услугу? Какая такая нужда заставила его просить меня о помощи? — нахмурившись, подумал я про себя и перевёл взгляд с Мужун Хуэй на Мэн Даня.
Что мог от меня потребовать местный житель, если я в эту эпоху был слеп и глух ко всему происходящему?
— Старейшина, бросьте вы шутить надо мной. Вы только поглядите на мой оборванный вид: я докатился до крайней степени нищеты. Чем я могу вам помочь?
— Э-э, братец Лю, ты напрасно тревожишься! Старик услыхал, что ты держишь путь в Лоян, а родители этого моего внучатого племянника как раз живут там. Я собирался сам отвезти его к родителям, да вот беда — хлопот в моем роду в последнее время невпроворот, и выкроить время никак не удаётся. Потому и хочу попросить братца Лю помочь мне отвезти паренька в Лоян. Не знаю, ответишь ли ты согласием на эту неурочную просьбу? — с искренней улыбкой на лице произнёс Мэн Дань и подвёл стоявшего рядом подростка прямо ко мне.
Вот оно что! Мэн Дань просил меня попутно проводить этого парнишку к родителям. По идее, пустяковое дело — оказать попутчику услугу. Но я никак не мог взять в толк: как Мэн Дань, зная меня всего по одной мимолётной встрече, отважился доверить мне внучатого племянника? Неужели он не боялся, что я окажусь злодеем? В мою эпоху такое было просто немыслимо! К тому же оставалось сплошной загадкой, сколько я проторчу в этой эпохе, удастся ли мне найти ответы в Лояне и прочее. Как я мог ввязываться в новые отношения с местными людьми и делами?
Я застыл на месте, молча перебирая в голове весь этот хаос мыслей, как вдруг услышал звонкий голос Мужун Хуэй:
— Мужчина должен с лёгким сердцем откликаться на просьбы и творить добро! Раз нам по пути, к чему разводить эти бабьи сентименты? Старикашка, не переживай, эту услугу мы окажем.

Комментарии

Загрузка...