С пятью юанями в кармане Су Ча вышла из дома семьи У, но чувствовала, что чего-то не хватает.
С пятью юанями в кармане Су Ча вышла из дома семьи У, но чувствовала, что чего-то не хватает.
Она окинула взглядом улицу и заметила пожилую женщину с перьевой метёлкой в руках – та подслушивала у дверей У, что происходит внутри. Су Ча наконец поняла, чего не хватало.
Она окинула взглядом улицу и заметила пожилую женщину с перьевой метёлкой в руках – та подслушивала у дверей У, что происходит внутри. Су Ча наконец поняла, чего не хватало.
Она подошла и вытащила перьевую метёлку из рук женщины.
Она подошла и вытащила перьевую метёлку из рук женщины.
Та нахмурилась:
Та нахмурилась:
– Кто?! Кто посмел выхватить вещь у меня, старухи?!
– Кто?! Кто посмел выхватить вещь у меня, старухи?!
Повернулась.
Повернулась.
А, это хозяйка метёлки. Ну, тогда ладно.
А, это хозяйка метёлки. Ну, тогда ладно.
Она похлопала Су Ча по плечу, и в глазах её читалось искреннее восхищение:
Она похлопала Су Ча по плечу, и в глазах её читалось искреннее восхищение:
– Девочка, ты молодец! Сердце у тебя доброе – ради сводной сестры, не родной, ты так рвалась в бой!
– Девочка, ты молодец! Сердце у тебя доброе – ради сводной сестры, не родной, ты так рвалась в бой!
Слова шли от души.
Слова шли от души.
Су Ча отмахнулась:
Су Ча отмахнулась:
– Моя сестра тоже ко мне хорошо относится. Это по-честному.
– Моя сестра тоже ко мне хорошо относится. Это по-честному.
Женщина кивнула:
Женщина кивнула:
– Видно.
– Видно.
Не дура же она: если человек не родственник, но о нём заботятся и так хорошо к нему относятся – значит, тот человек действительно хороший.
Не дура же она: если человек не родственник, но о нём заботятся и так хорошо к нему относятся – значит, тот человек действительно хороший.
Су Ча не хотела больше ввязываться в их дела. Попрощавшись с тётушками, она развернулась и ушла из жилого квартала пищевого завода, оставив все дрязги семьи У позади.
Су Ча не хотела больше ввязываться в их дела. Попрощавшись с тётушками, она развернулась и ушла из жилого квартала пищевого завода, оставив все дрязги семьи У позади.
Когда она вернулась в квартал металлургического завода, там уже всё успокоилось.
Когда она вернулась в квартал металлургического завода, там уже всё успокоилось.
Увидев её, бабушка Ван и остальные, ждавшие новостей, подозвали её и стали расспрашивать.
Увидев её, бабушка Ван и остальные, ждавшие новостей, подозвали её и стали расспрашивать.
Су Ча гордо вскинула голову:
Су Ча гордо вскинула голову:
– Всё благодаря тому, чему вы меня научили, бабушки, тёти и старшие сёстры! Я ничуть не опозорила наш квартал металлургов! Слушайте...
– Всё благодаря тому, чему вы меня научили, бабушки, тёти и старшие сёстры! Я ничуть не опозорила наш квартал металлургов! Слушайте...
Она принялась подробно рассказывать, что произошло, и даже достала пять юаней, чтобы похвастаться.
Она принялась подробно рассказывать, что произошло, и даже достала пять юаней, чтобы похвастаться.
Никто не позавидовал. Все хвалили Су Ча, говорили, какая она молодец.
Никто не позавидовал. Все хвалили Су Ча, говорили, какая она молодец.
Закончив рассказ, она попрощалась со всеми и, как петушок-победитель, высоко подняв голову и оттопырив грудь, зашагала домой своей важной походкой.
Закончив рассказ, она попрощалась со всеми и, как петушок-победитель, высоко подняв голову и оттопырив грудь, зашагала домой своей важной походкой.
Су Ча открыла дверь.
Су Ча открыла дверь.
Ну и ну! Вся семья в сборе!
Ну и ну! Вся семья в сборе!
– Вы чего все дома? – удивилась она.
– Вы чего все дома? – удивилась она.
Один должен был на работе, другой – в школе, третья – тайком на репетиторстве зарабатывать талоны.
Один должен был на работе, другой – в школе, третья – тайком на репетиторстве зарабатывать талоны.
В это время их не должно быть дома.
В это время их не должно быть дома.
– А ты как думаешь? – Су Да Цян дома ничуть не изображал из себя технического эксперта или интеллигента. Он закатил глаза – точь-в-точь как родная дочь, – и спросил: – Ну давай, рассказывай, что случилось?
– А ты как думаешь? – Су Да Цян дома ничуть не изображал из себя технического эксперта или интеллигента. Он закатил глаза – точь-в-точь как родная дочь, – и спросил: – Ну давай, рассказывай, что случилось?
Мэн Синь Тянь с тревогой смотрела на него, но не решалась перебить разговор.
Мэн Синь Тянь с тревогой смотрела на него, но не решалась перебить разговор.
Девятилетний Су Яо Цзу, с серьёзным и спокойным видом, встал и принёс любимой сестре стакан кипячёной воды:
Девятилетний Су Яо Цзу, с серьёзным и спокойным видом, встал и принёс любимой сестре стакан кипячёной воды:
– Вторая сестра, не торопись, сначала горло промочи.
– Вторая сестра, не торопись, сначала горло промочи.
Он верил в боеспособность сестры. К тому же по тому, как она вошла, было ясно: победа одержана.
Он верил в боеспособность сестры. К тому же по тому, как она вошла, было ясно: победа одержана.
Су Ча одобрительно взглянула на младшего брата, подошла, грохнула пять юаней на стол, взяла большую кружку, встала, скинула одной ногой тапок и поставила ногу в носке на диван. С видом заправского воина она сделала глоток воды.
Су Ча одобрительно взглянула на младшего брата, подошла, грохнула пять юаней на стол, взяла большую кружку, встала, скинула одной ногой тапок и поставила ногу в носке на диван. С видом заправского воина она сделала глоток воды.
Два глотка – и она шумно выдохнула, наслаждаясь.
Два глотка – и она шумно выдохнула, наслаждаясь.
Задав тон, она начала рассказывать, пародируя пекинскую оперу*, с напускной театральностью:
Задав тон, она начала рассказывать, пародируя пекинскую оперу*, с напускной театральностью:
– Однажды, когда вы все разошлись, я сидела дома одна и размышляла о будущем. Вдруг слышу – тук-тук-тук, три удара в дверь! Гости! А в доме Су всегда рады гостям. Оставив все дела, я наделала приветливую улыбку, подбежала к двери. Открываю. Щёлк! Гляжу. БАХ!
– Однажды, когда вы все разошлись, я сидела дома одна и размышляла о будущем. Вдруг слышу – тук-тук-тук, три удара в дверь! Гости! А в доме Су всегда рады гостям. Оставив все дела, я наделала приветливую улыбку, подбежала к двери. Открываю. Щёлк! Гляжу. БАХ!
*Прим.: Пекинская опера (京剧) – традиционная форма китайского театра, характеризующаяся условными движениями, ярким гримом и напевной декламацией.
*Прим.: Пекинская опера (京剧) – традиционная форма китайского театра, характеризующаяся условными движениями, ярким гримом и напевной декламацией.
Су Ча изобразила, что захлопывает дверь, сбросив улыбку и приняв бесстрастное выражение:
Су Ча изобразила, что захлопывает дверь, сбросив улыбку и приняв бесстрастное выражение:
– Непрошеный гость!
– Непрошеный гость!
Все трое: «...»
Все трое: «...»
Мэн Синь Тянь и Су Яо Цзу: «...»
Мэн Синь Тянь и Су Яо Цзу: «...»
Мы понимаем, что это «непрошеный гость», но это наша мама...
Мы понимаем, что это «непрошеный гость», но это наша мама...
Су Да Цян: «...»
Су Да Цян: «...»
Я понимаю, что у меня было плохое зрение...
Я понимаю, что у меня было плохое зрение...
Но Су Ча, охваченная духом представления, не обращала внимания на их чувства.
Но Су Ча, охваченная духом представления, не обращала внимания на их чувства.
– Тук-тук-тук! Снова три удара, ещё громче. Я подняла голову, глядя в потолок под углом сорок пять градусов. Вздохнула: «Эх...» – Она сжала правую руку в кулак и стукнула по левой ладони: – Если непрошеный гость стучится – дверь не открыть нельзя. Остаётся одно: закрыть дверь и бить собаку!*
– Тук-тук-тук! Снова три удара, ещё громче. Я подняла голову, глядя в потолок под углом сорок пять градусов. Вздохнула: «Эх...» – Она сжала правую руку в кулак и стукнула по левой ладони: – Если непрошеный гость стучится – дверь не открыть нельзя. Остаётся одно: закрыть дверь и бить собаку!*
*Прим.: «Закрыть дверь и бить собаку» (关门打狗) – устойчивая китайская поговорка, означающая «устроить засаду, не дать уйти». Здесь используется в ироничном смысле – «дать отпор непрошеному гостю».
*Прим.: «Закрыть дверь и бить собаку» (关门打狗) – устойчивая китайская поговорка, означающая «устроить засаду, не дать уйти». Здесь используется в ироничном смысле – «дать отпор непрошеному гостю».
Все трое: «...»
Все трое: «...»
– Щёлк. «Ты зачем пришла?» – «Что?» – «Что ты сказала?!» – Су Ча изобразила смесь гнева и печали, расхаживая по комнате и подражая сценическим движениям: – Ай-яй-яй*, как же я разгневалась! Мать без материнской любви хочет забрать у родной дочери домовую книгу, чтобы отправить её в деревню вместо падчерицы! Не стерплю! Совсем не стерплю! Я схватила перьевую метёлку и пошла в атаку!..
– Щёлк. «Ты зачем пришла?» – «Что?» – «Что ты сказала?!» – Су Ча изобразила смесь гнева и печали, расхаживая по комнате и подражая сценическим движениям: – Ай-яй-яй*, как же я разгневалась! Мать без материнской любви хочет забрать у родной дочери домовую книгу, чтобы отправить её в деревню вместо падчерицы! Не стерплю! Совсем не стерплю! Я схватила перьевую метёлку и пошла в атаку!..
*Прим.: «Ай-яй-яй» – типичное восклицание в китайской опере, выражающее гнев, возмущение или скорбь.
*Прим.: «Ай-яй-яй» – типичное восклицание в китайской опере, выражающее гнев, возмущение или скорбь.
Су Ча размахивала руками, изображая бой. Слушатели сначала смущались, но по мере рассказа всё больше увлекались.
Су Ча размахивала руками, изображая бой. Слушатели сначала смущались, но по мере рассказа всё больше увлекались.
Когда Су Ча, чеканя шаг победителя, объявила об окончании истории, все трое одновременно облегчённо выдохнули, а затем синхронно взяли свои кружки и глотнули воды, чтобы успокоиться.
Когда Су Ча, чеканя шаг победителя, объявила об окончании истории, все трое одновременно облегчённо выдохнули, а затем синхронно взяли свои кружки и глотнули воды, чтобы успокоиться.
Вот это было нечто!
Вот это было нечто!
Осушив кружку, Су Да Цян, как единственный взрослый в доме и опекун троих детей, первым высказал своё мнение:
Осушив кружку, Су Да Цян, как единственный взрослый в доме и опекун троих детей, первым высказал своё мнение:
– Ча Ча сегодня поступила правильно: вовремя сориентировалась, быстро придумала решение и сразу же взялась за дело, добившись хорошего результата. Молодец. Что заступилась за сестру и решила её проблему – тоже молодец. Но как ребёнок, и к тому же девочка, ты сегодня слишком рисково действовала. Как минимум, тебе стоило взять с собой кого-то из соседей с нашего завода, чтобы в случае чего была поддержка и чтобы они могли быстро сообщить мне. Ты рисковала своей безопасностью – и за это я тебя критикую.
– Ча Ча сегодня поступила правильно: вовремя сориентировалась, быстро придумала решение и сразу же взялась за дело, добившись хорошего результата. Молодец. Что заступилась за сестру и решила её проблему – тоже молодец. Но как ребёнок, и к тому же девочка, ты сегодня слишком рисково действовала. Как минимум, тебе стоило взять с собой кого-то из соседей с нашего завода, чтобы в случае чего была поддержка и чтобы они могли быстро сообщить мне. Ты рисковала своей безопасностью – и за это я тебя критикую.
Мэн Синь Тянь и Су Яо Цзу закивали в унисон:
Мэн Синь Тянь и Су Яо Цзу закивали в унисон:
– Да-да, дядя Су (папа) прав.
– Да-да, дядя Су (папа) прав.
Су Ча никогда не рассказывала семье о своей сверхъестественной силе и не говорила, что могла бы справиться в одиночку. Она послушно кивнула:
Су Ча никогда не рассказывала семье о своей сверхъестественной силе и не говорила, что могла бы справиться в одиночку. Она послушно кивнула:
– Принимаю критику.
– Принимаю критику.
Су Да Цян облегчённо выдохнул.
Су Да Цян облегчённо выдохнул.
Хорошо. Дочка-обезьянка не стала спорить – значит, авторитет отца ещё жив!
Хорошо. Дочка-обезьянка не стала спорить – значит, авторитет отца ещё жив!
Кхм-кхм.
Кхм-кхм.
Он повернулся к Су Яо Цзу:
Он повернулся к Су Яо Цзу:
– Яо Цзу, ходи в школу и обратно с друзьями. Если что-то случится, пусть кто-то из них быстро бежит домой и зовёт взрослых. Хотя после сегодняшнего твоя мать, скорее всего, не захочет больше пересекаться с нашей семьёй, но, насколько я знаю, семья У внешне кажется мягкой, а на деле они коварные и злобные.
– Яо Цзу, ходи в школу и обратно с друзьями. Если что-то случится, пусть кто-то из них быстро бежит домой и зовёт взрослых. Хотя после сегодняшнего твоя мать, скорее всего, не захочет больше пересекаться с нашей семьёй, но, насколько я знаю, семья У внешне кажется мягкой, а на деле они коварные и злобные.
Он никогда не рассказывал детям, что несколько лет назад, когда он собрал братков и проучил У Гана, того самого, кто надел ему рога, тот тогда прикинулся покорным, но позже не раз устраивал ему пакости. И только когда Су Да Цян как следует его приложил, он окончательно успокоился.
Он никогда не рассказывал детям, что несколько лет назад, когда он собрал братков и проучил У Гана, того самого, кто надел ему рога, тот тогда прикинулся покорным, но позже не раз устраивал ему пакости. И только когда Су Да Цян как следует его приложил, он окончательно успокоился.
Дети, воспитанные таким человеком, вряд ли вырастут хорошими.
Дети, воспитанные таким человеком, вряд ли вырастут хорошими.
И ещё: он тогда не успокоился и, чтобы не дать Ван Цуй Лань и У Гану жить спокойно, специально покопался в прошлом первой и второй жён У Гана.
И ещё: он тогда не успокоился и, чтобы не дать Ван Цуй Лань и У Гану жить спокойно, специально покопался в прошлом первой и второй жён У Гана.
Первая жена умерла от болезни, которую он намеренно запустил, потому что не могла родить сына.
Первая жена умерла от болезни, которую он намеренно запустил, потому что не могла родить сына.
Вторая – умная женщина, в отличие от деревенской первой жены, городская, образованная и смелая. Когда она поняла, что после тяжёлых родов у неё проблемы с зачатием, а У Ган начал применять те же методы, она сразу подала на развод, чтобы спастись. Если бы не желание забрать дочь, она бы развелась ещё раньше. Но У Ган не отдавал ребёнка, а так как к дочери он относился неплохо, женщина ушла одна.
Вторая – умная женщина, в отличие от деревенской первой жены, городская, образованная и смелая. Когда она поняла, что после тяжёлых родов у неё проблемы с зачатием, а У Ган начал применять те же методы, она сразу подала на развод, чтобы спастись. Если бы не желание забрать дочь, она бы развелась ещё раньше. Но У Ган не отдавал ребёнка, а так как к дочери он относился неплохо, женщина ушла одна.
То, что Ван Цуй Лань вышла за такого человека, даже родив ему сына, Су Да Цян считал делом неблагополучным, несмотря на то, что пока у неё всё складывалось неплохо.
То, что Ван Цуй Лань вышла за такого человека, даже родив ему сына, Су Да Цян считал делом неблагополучным, несмотря на то, что пока у неё всё складывалось неплохо.
Закончив с Су Яо Цзу, Су Да Цян перевёл взгляд на Мэн Синь Тянь:
Закончив с Су Яо Цзу, Су Да Цян перевёл взгляд на Мэн Синь Тянь:
– Тянь Тянь, если кто-нибудь спросит о твоей матери, просто опускай голову и молчи. Что бы ты ни сказала – кто-то найдёт повод осудить. Лучше сделай вид, что тебе плохо и тяжело говорить. Вряд ли твоя мать будет с тобой контактировать, но всё равно будь осторожнее с семьёй У. Ты девушка, и нужно быть особенно внимательной. Постарайся пока не выходить одна; если уж нужно – ходи вместе с Су Ча, чтобы друг друга прикрывать.
– Тянь Тянь, если кто-нибудь спросит о твоей матери, просто опускай голову и молчи. Что бы ты ни сказала – кто-то найдёт повод осудить. Лучше сделай вид, что тебе плохо и тяжело говорить. Вряд ли твоя мать будет с тобой контактировать, но всё равно будь осторожнее с семьёй У. Ты девушка, и нужно быть особенно внимательной. Постарайся пока не выходить одна; если уж нужно – ходи вместе с Су Ча, чтобы друг друга прикрывать.

Комментарии

Загрузка...