Время текло плавно и размеренно. Не успел Цзян Чен оглянуться, как пролетело полмесяца.
Все эти две недели он держал себя в куда более жестких рамках, чем во времена управления компанией. Вставал с первыми лучами солнца и ложился на закате. Никаких пустых посиделок, никаких бесконечных деловых банкетов — только раскинувшийся перед глазами надел в один му плодородной черной земли, которую Те Чжу перекопал до идеального блеска.
Ранним утром Цзян Чен сидел на меже, скрестив ноги. С каждым вдохом и выдохом из его ноздрей ровной белой стрелой вырывалась тонкая струйка пара.
Завершив утреннюю медитацию, он перевел взгляд на ровные ряды духовного риса, над которыми только-только пробивались нежные зеленые ростки. В его взгляде промелькнула та особая отеческая забота, которую способен понять только настоящий земледелец.
Благодаря поддержке второй ступени «Искусства Вечного Роста» духовная энергия внутри него перестала походить на стоячую воду и превратилась в живой журчащий ручей — еще узкий, но уже полный сил.
Изначальные три нити духовной силы разделились, образовав шестую нить Ци.
«Такими темпами, если рис взойдет без эксцессов, моя культивация надежно закрепится на пике ранней ступени Очищения Ци. Быть может, удастся даже дотянуться до порога средней ступени».
Цзян Чен достал из-за пазухи сухую черствую паровую булочку, откусил кусок и принялся в уме прикидывать свои доходы и расходы.
Эти две недели он отнюдь не сидел сложа руки.
Помимо культивации и ухода за всходами, он не стал выбрасывать брак — те самые почерневшие, подгнившие зерна, которые отобрал ранее.
В прошлой жизни, занимаясь торговлей зерном, он на дух не переносил, когда пропадало сырье. Испорченное старое зерно в пищу не годилось, зато отлично подходило для корма скоту... или для брожения.
Отыскав треснувший глиняный кувшин, он истолок отходы риса, залил их родниковой водой и, вспомнив кустарный рецепт из памяти, бросил туда пучок диких дрожжевых трав. Плотно запечатав сосуд, он закопал его под своей кроватью.
Выйдет ли толк, он не знал, но сидеть сложа руки не привык. Для него это было практически бесплатное вложение с расчетом на случайную удачу.
Едва он закончил размышлять, как неподалеку послышался знакомый голос.
Цзян Чен поднял голову, быстро стряхнул пыль со штанов и пошел навстречу гостю.
Это был Чэнь Бо.
Этот старший брат служил своего рода участковым смотрителем на рисовых полях: регулярно обходил территорию, проверял посадки и передавал указания руководства секты.
— Старший брат Чэнь, в такую рань? — Цзян Чен вежливо улыбнулся, выдержав идеальный баланс: без заискивания, но и без холодного высокомерия.
Чэнь Бо выглядел измотанным, с покрасневшими от недосыпа глазами. Он досадливо махнул рукой:
— И не говори. Голова раскалывается уже несколько дней. Новобранцы на полях совсем берега потеряли: едва воткнули ростки, как давай пичкать удобрениями и искусственно подгонять рост! В итоге пожгли на корню несколько му рассады. А мне теперь расхлебывай за ними последствия.
Говоря это, он машинально окинул взглядом надел Цзян Чена.
Это должен был быть обычный беглый осмотр, но взгляд смотрителя внезапно застыл.
Слишком идеально.
Зеленые ряды рассады выглядели так, будто их высаживали по линейке — расстояние между кустами было выверено с точностью до миллиметра. Сами ростки стояли крепкие, бодрые, с широко расправленными листьями — явный признак того, что земля напитана питательной Ци, а уровень влаги соблюден безупречно.
Это поле совершенно не походило на надел отстающего ученика на грани вылета. Так мог посадить только мастер с многолетним стажем!
— Эту землю... Те Чжу взрыхлял? — Чэнь Бо с первого взгляда уловил суть.
— У старшего брата наметанный глаз, — Цзян Чен не стал юлить и прямо подтвердил догадку. — Я знаю, что моя база слаба, и не стал переоценивать силы. Поэтому заплатил скромную цену и попросил помощи у старшего брата Те.
— Не пожалел запасов на старте, значит?
Чэнь Бо удивленно посмотрел на юношу.
Большинство учеников Внешней Вершины тряслись над каждой крупицей: они скорее сломали бы духовный камень пополам, чем потратили его. Встретить такого, как Цзян Чен, который смело доверил тяжелую работу другому еще до сбора урожая, было редкой удачей.
— И дело не только в твоей щедрости, — Чэнь Бо подошел к краю борозды и опустился на корточки. Он осторожно коснулся пальцами побега, улавливая оставшиеся эманации духовной энергии — мягкие, ровные, без малейшей примеси нетерпеливого жара. — Твое «Искусство Вечного Роста»... тоже заметно продвинулось?
— Повезло. Пару дней назад как раз пробился на вторую ступень, — скромно потупился Цзян Чен.
Чэнь Бо поднялся на ноги. Последние капли снисходительности в его взгляде растаяли, уступив место искреннему уважению.
Этот младший брат производил редкое впечатление: он был исключительно надежным.
В отличие от так называемых «гениев», у которых амбиции до небес, а умений кот наплакал, подобные хладнокровные практики — знающие свои пределы и действующие строго по расчету — как раз и жили в жестоком мире культивации дольше всех.
— Старший брат все утро на ногах, наверное, в горле пересохло?
Цзян Чен повернулся и скрылся в своей ветхой лачуге, а через мгновение вышел с грубой глиняной плошкой в руках.
Налитая в нее жидкость отливала легкой желтизной. Еще до того, как он подошел вплотную, донесся необычный запах — с легкой кислинкой и терпкостью, но с отчетливым ароматом добротно выброженного зерна.
— Сам тут немного наколдовал, — Цзян Чен слегка виновато улыбнулся. — Выбрасывать тот подгнивший духовный рис было жалко. Вот я и попробовал настоять его, сделать что-то вроде освежающего рисового кваса. Вкус простоват, но усталость как рукой снимает.
Это было содержимое того самого закопанного под кроватью кувшина.
До настоящего вина напиток еще не дотягивал — в лучшем случае это был легкий ферментированный настой, — однако он наглядно демонстрировал деловой подход: даже из горсти гнилого риса хозяин способен извлечь пользу.
Чэнь Бо был человеком без лишней спеси. Он взял плошку и сделал осторожный глоток.
Сначала язык обожгло кисловато-терпким привкусом, но следом за глотком по телу разлилось мягкое тепло. В желудке приятно отозвалось, а истощенная за утро духовная сила в меридианах слегка ожила и заколебалась.
Глаза Чэнь Бо вспыхнули:
— А ведь любопытно! Хоть и грубовато... но эта штука... чем-то напоминает вино смертных?
— Прошу старшего брата не смеяться над моей грубой стряпней, — с простодушным видом ответил Цзян Чен, краем глаза внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Просто не хотелось переводить добро.
Чэнь Бо залпом допил кислый настой, шумно выдохнул и почувствовал, как в теле действительно прибавилось бодрости.
Глядя на Цзян Чена, он внезапно поймал себя на одной мысли.
Его двоюродный брат Чэнь Тянь обладал феноменальным талантом и уже числился признанным гением среди учеников внутреннего круга. Но из-за несносной гордыни он был абсолютно беспомощен в бытовых вопросах. Прислуга вокруг него менялась пачками — никто не мог ему угодить.
А вот если бы рядом оказался такой человек, как Цзян Чен... с расчетливым умом, твердой рукой и редким умением извлекать выгоду из мелочей для решения хозяйственных проблем...
Чэнь Бо поставил плошку и выразительно похлопал юношу по плечу:
— Трудись в том же духе. В мире бессмертных одаренных хватает, но до вершин доходят лишь те, кто умеет терпеливо ждать своего часа.
Сердце Цзян Чена екнуло: расчет оказался точным, ход сыграл.
— Благодарю за наставление, старший брат.
Он отвесил уважительный поклон, сохранив безупречную скромность.
— Да, и еще кое-что... скажу по секрету, — перед уходом Чэнь Бо понизил голос почти до шепота. — На грядущей оценке этот Ван Ху вполне может подкрутить контрольные весы. Так что... заранее подготовь запасной план.
Сказав это, Чэнь Бо развернулся и зашагал прочь заметно более легкой походкой.
Цзян Чен стоял на месте, провожая взглядом фигуру смотрителя. Его глаза опасно сузились.
Одна плошка копеечного кислого настоя окупилась с лихвой: он получил ценные сведения и закинул удочку для полезных связей на будущее.
В душе юноша холодно усмехнулся.
Вот почему он не пожалел сил на Те Чжу; вот почему так упорно пробивал вторую ступень «Искусства Вечного Роста».
Ему не нужна была вымученная планка ровно в тысячу цзинь.
Ему требовался тотальный перевес по урожаю — настолько сокрушительный, чтобы даже после всех срезок, подлостей и махинаций с весами оставшийся излишек с размаху влепил звонкую пощечину самодовольной физиономии надзирателя!
Цзян Чен повернулся и посмотрел в дальний конец полей на соседний участок.
Там ученик по имени Линь Ань подобострастно сопровождал на свое поле молодую девушку-культиватора в лазурно-белых одеждах — послушницу павильона Дождя!
«Надо же, Линь Ань умудрился нанять культиватора с водными духовными меридианами ради „Техники Малого Дождя“?»
Цзян Чен не стал спешить с работой и встал среди собравшихся зевак, спокойно наблюдая за происходящим со стороны.
Линь Ань буквально стелился перед гостьей из павильона:
— Старшая сестра Чжао, умоляю, помогите! Мои посевы совсем зачахли без влаги. Если не пролить землю духовным дождем, они погибнут за пару дней!
Девушка по фамилии Чжао окинула грязную межу взглядом, полным высокомерного брезгливого презрения. Она даже не стала пачкать сапоги о землю, зависнув в воздухе на парящем водяном листе.
— Правила знаешь? — холодно бросила она.
— Да, да, конечно! — Линь Ань стиснул зубы с таким видом, будто от сердца кусок отрывал. — Сорок процентов осеннего урожая — ваши, старшая сестра!
Стоявшие вокруг земледельцы дружно ахнули.
Гнуть спину весь сезон, оплатить семена, удобрения, а потом отдать почти половину? Что останется самому? Это же чистой воды рабский труд на павильон Дождя!
Но у Линь Аня не оставалось выбора: навыков не хватало, земная ци была слабой. Без спасительного духовного дождя он не наскреб бы даже проходной минимум для оценки.
Старшая сестра Чжао плавно взмахнула изящной кистью.
Водная духовная энергия в воздухе мгновенно сгустилась, сформировав над наделом Линь Аня грозовое облако шириной в несколько чжанов*.
** Чжан — традиционная китайская мера длины (~3,33 м).*
Хлынул благодатный духовный ливень. Поникшие желтоватые ростки на глазах распрямились, жадно впитывая влагу!
Линь Ань стоял под струями воды, не зная, плакать ему от непомерных убытков или смеяться от спасения посевов.
Цзян Чен холодно наблюдал за картиной, а в его голове крутился жесткий расчет:
*Издержки: потеря гордости плюс сорок процентов собранного урожая. Выгода: прирост зерна примерно на треть по грубым прикидкам и сохранение статуса. Вердикт: пить яд, чтобы утолить жажду. Отдавать львиную долю прибыли из-за отсутствия собственной системы полива — грубейшая ошибка любого дельца!*
Стоявший рядом земледелец толкнул Цзян Чена в плечо:
— Твоя земля хоть и перекопана, но влаги ей тоже не помешает! Пока старшая сестра Чжао здесь, попроси об одолжении? Вдруг уступит со скидкой?
Цзян Чен лишь усмехнулся и покачал головой:
— Слишком дорого. Мне такие траты не по карману.
Он развернулся и зашагал к своему наделу.
Глядя на сваленную в углу охапку сухого бамбука, выменянную накануне за пару осколков духовного камня, Цзян Чен укрепился в своем решении.
«Чем делиться прибылью с чужаками, проще один раз выстроить собственную инфраструктуру! Пусть бамбуковый водопровод и не дает духовной влаги, зато он долговечен и абсолютно бесплатен!»
Подхватив лопату, он принялся прокапывать отводные канавки и укладывать самодельные желоба вдоль межи.
Когда сюда пойдет самотеком горная вода, а он подкрепит ее ежедневной заботой с помощью второй ступени «Искусства Вечного Роста», результат ничуть не уступит баснословно дорогому дождю капризной аристократки!
А главное — каждое рисовое зернышко с этого поля будет принадлежать исключительно ему, и никто не посмеет отнять у него ни единого цзиня!

Комментарии

Загрузка...