— В чем дело? Ты позвала меня в такую даль.
Инетта впилась взглядом в Шартею, которая внезапно заявила, что ей нужно что-то сказать, и вызвала её к себе.
— Между нами нет столь близких отношений, чтобы вести дружеские беседы, понимаешь?
Инетта говорила колко, однако выражение лица Шартеи ничуть не изменилось.
Она лишь пристально и неподвижно смотрела на Инетту.
«Ч-что? Она серьезно нарывается на драку?»
В этот миг Инетта почувствовала, как по телу пробежала дрожь растерянности.
Она выставляла вперед свои «колючки», но на самом деле никогда не собиралась затевать настоящую потасовку.
Когда она услышала, что Шартея отправляется в пустыню, в ней вспыхнул дух соперничества, и она подала заявку на практику к Рыцарям Горизонта.
Однако после прибытия они почти не виделись.
Шартея в основном уходила в патрулирование с Рыцарями Горизонта, в то время как Инетта проводила большую часть времени, надзирая за пленными лизардменами.
Поначалу Инетта скрежетала зубами, полная решимости продемонстрировать свои таланты.
Но прежде чем она успела это осознать, всё напрочь вылетело у неё из головы.
В пустыне стояла невыносимая жара, и держать лизардменов в узде оказалось делом не из легких.
Когда их пути изредка пересекались, они просто молча проходили мимо друг друга.
И всё же, когда дело доходило до сражений в песках, было отрадно знать, что они сражаются на одной стороне.
«Ладно. Я закрою на это глаза».
Инетта откинула волосы назад и заговорила:
— Если тебе нечего сказать, я ухожу.
Она уже собиралась развернуться, решив проявить великодушие ради боевого братства, обретенного за время практики, когда Шартея, молча наблюдавшая за ней с отрешенным лицом, наконец нарушила тишину.
— Ты стала искуснее.
— ...Искуснее?
Инетта замерла на полпути.
— Я была немного удивлена во время стычек с лизардменами. Кажется, ты научилась сочетать свою способность с магией.
Инетта больше не полагалась исключительно на свой врожденный дар.
Теперь она вплетал магию стихий в свои языки пламени.
Значит, Шартея внимательно следила за её изменившимся стилем боя.
Сердце Инетты самую малую малость оттаяло.
— Хм, ну да. Нельзя же вечно надеяться только на врожденную способность.
Затем она внезапно напряглась и снова приняла оборонительную позу.
— Только не пойми меня превратно! Я изменилась вовсе не из-за кого-то конкретного!
Но Шартея лишь слегка изогнула уголок губ, словно и без слов видела её насквозь.
Наблюдая за этой сценой издалека, Арманди стоял, разинув рот от изумления.
С того самого дня, как он поступил на службу, отношения между Третьей принцессой и Седьмой принцессой всегда были катастрофическими.
И тем не менее, сейчас они вели нечто, что с полным правом можно было назвать полноценным разговором.
Год назад он не мог бы вообразить ничего подобного даже в самом смелом сне.
Он всерьез опасался, что они пустят в ход свои силы и сойдутся в схватке, но этот совершенно неожиданный поворот заставил Арманди вспомнить об одном человеке.
Радель Сильверт Крециан.
Как бы ему ни претило это признавать, все эти перемены начались именно с него.
......
— Спасибо за всё.
— О чем ты говоришь? Мы помогаем друг другу в трудные времена!
— Верно! Мы бы не выдюжили здесь без вашей помощи!
Старшекурсники-третьекурсники Академии обменивались прощальными словами с воинами-лизардменами племени Кау.
Всего за несколько дней совместных трудов они успели привязаться к лизардменам всей душой.
— Я... буду честен. Раньше я почти ничего не знал о лизардменах. Я думал, мы не сможем найти общий язык, раз уж мы принадлежим к разным расам...
Один из старшекурсников даже начал шмыгать носом от нахлынувших чувств.
— Это было сплошное недоразумение. Никто и никогда не понимал нас так хорошо, как вы!...
При этих словах глаза остальных студентов тоже начали предательски краснеть.
— Это было первое место, где наша магия по-настоящему потребовалась кому-то.
— Я даже не припомню, когда в последний раз чувствовал такое удовлетворение от использования своих чар...
Слушая искренние признания третьекурсников, лизардмены чувствовали, как в их горлах встает ком.
— Не говорите так! Всё это уже в прошлом.
— Благодаря тому, что вы всегда наполняли наши фляги, мы чувствовали себя в безопасности.
— Спасибо, что позволяли нам вволю пить воду в те тяжкие дни, когда мы были пленниками!
Они обменивались теплыми напутствиями, рожденными из этой странной связи — между узниками и магическими «рабами».
Чувство светлой грусти заполнило грудь каждого третьекурсника.
До прибытия в Карминовую пустыню они никогда не ведали подобных эмоций.
В памяти всплыли образы рослых первокурсников, которых они встретили перед самым отъездом на практику.
Слова тех юнцов — которые так странно почитали Восьмого принца — вновь зазвучали в их головах.
«Мы тоже поначалу не понимали глубоких замыслов Его Высочества. Но теперь всё изменилось».
«Это истина. Ваша жизнь тоже скоро изменится, старшие».
Ваша жизнь изменится.
Не это ли они имели в виду?
Теперь, когда они думали об этом, возможно, те первокурсники оказались правы.
И стоило им погрузиться в пучину сантиментов...
— Ах, вот вы где все собрались.
Перед старшекурсниками и воинами-лизардменами предстал Радель с уже собранными вещами.
Подле него стоял послушник святого рыцарства Ордена Высшего Божества, перекинув через плечо увесистый мешок.
Мгновение назад сердца студентов были полны высоких чувств, но стоило им завидеть Раделя, как инстинктивное предчувствие беды кольнуло каждого из них.
— Ч-что... что такое?
Когда третьекурсники осторожно задали свой вопрос, Радель ответил им ослепительной улыбкой:
— Ничего серьезного. Мне просто нужна небольшая помощь.
— Помощь, говорите...?
— Я подумал, что перед отъездом нам стоит посадить несколько пальм рядом с оазисом.
Тень легла не только на лица третьекурсников, но и на физиономии лизардменов.
— И надо же такому случиться, что самые лучшие рабочие руки Карминовой пустыни собрались прямо здесь. Как это удачно.
Радель жестом указал на Густо.
— Густо, доставай.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
Густо опустил мешок с плеча на землю.
Бам—
Внутри оказались те самые инструменты, которые лизардмены не выпускали из рук целыми днями.
Лопаты.
Лица третьекурсников исказились в гримасе боли.
«Он выжимает из нас все соки — до самого последнего вздоха!»
«Когда же закончится эта рабская пахота?!»
И всё же, прежде чем они успели опомниться, они уже послушно сжимали черенки лопат и направлялись копать лунки.
Воины-лизардмены последовали за ними.
Их тела двигались по привычке, впечатанной в рефлексы всего за несколько дней.
Густо удовлетворенно кивнул:
— Они переродились в великолепных тружеников. Всё это благодаря вашей мудрости, Ваше Высочество.
— Ой, да брось ты. Они просто познали истинную радость труда.
Радель с довольным видом наблюдал за тем, как трудовой отряд самостоятельно выдвигается на позиции.
Из всех видов зависимости трудоголизм определенно был самым благородным.
......
«Самое время покормить грифона».
Даже в день отбытия в Академию кормление грифона оставалось ритуалом, который нельзя было пропускать.
Благодаря тому, что Радель оставил зверя на попечение детей, у него самого стало куда меньше хлопот.
Дети по очереди играли с грифоном.
Они приносили ему чистую воду, подкармливали лакомствами и старательно вычесывали его перья.
Впрочем, самому грифону казалось, что это ОН заботится об этой ораве малышни...
Ки-и-и-ек—!
Заметив Раделя, грифон издал пронзительный крик.
Выглядел он весьма раздосадованным из-за детей, которые буквально облепили его со всех сторон.
— О! Ваше Высочество!
Оливер, который был занят чем-то вместе с остальной детворой, весело замахал рукой при виде Раделя.
— Привет. Чем занимаетесь?
— Взгляните на это! Мы сделали это специально для грифона.
Дети Рыцарей Горизонта, прослышав о том, что Радель и остальные уезжают в Академию, приготовили для грифона прощальные дары.
Они насушили джерки из пустынных крыс, которых частенько ловили в этих песках.
— Ведь грифон любит мясо, верно?
— Мы надеемся, что он будет вспоминать нас каждый раз, когда будет лакомиться этим мясом.
По-настоящему трогательный подарок от детей пустыни, обладающих недюжинными навыками выживания.
Однако, лишь взглянув на сушеное мясо, грифон лишь презрительно фыркнул.
По сравнению с обильно сдобренным специями мясом, которое готовил Радель, это угощение было слишком пресным.
И всё же он не стал отгонять детей прочь.
Радель незаметно подсунул грифону кусочек свежезажаренного мяса, подавая знак, что нужно потерпеть еще совсем немного.
Пока он какое-то время поглаживал шею зверя, его взгляд упал на того, кто сидел в стороне в полном одиночестве.
Это был Лео, предводитель местной детворы.
С того самого мига, как он узнал, что способен видеть ману, он, казалось, погрузился в глубокие раздумья.
Радель бесшумно приблизился к нему.
— Лео.
— Ой! Ты меня напугал!
Вздрогнув от внезапного появления принца, Лео громко вскрикнул.
— Чего тебе надо!
— А чего еще? Пришел передать тебе кое-что.
Радель вытащил из кармана конверт и протянул его мальчику.
— ...Что это?
Лео с некоторой опаской посмотрел на Раделя, медля.
Даже если не знать наверняка, конверт выглядел весьма внушительно.
На нем стоял оттиск золотой императорской печати.
Того же цвета, что и глаза особ императорской крови.
Того же цвета, что и глаза этого странного принца, стоявшего перед ним.
Затем странный принц произнес слова, которых Лео никак не ожидал услышать.
— Это рекомендательное письмо в Императорскую академию магии. Я хочу, чтобы ты приехал в Академию.
Глаза Лео расширились от потрясения.
......
Вшу-у-ух—
Песчаная буря пронеслась над барханами пустыни.
Студенты Академии выдвинулись в сторону Марселлента, а лизардмены взяли курс на север.
На месте остались лишь Рыцари Горизонта и дети.
Карлос, командор Рыцарей Горизонта, заговорил со своим вице-командором:
— Странные это были детишки, не находишь, старик?
— Это уж точно.
Вице-командор согласно кивнул.
Было бы ложью заявить, что абитуриенты Академии, проделавшие путь в самое сердце пустыни и даже выкопавшие на прощание оазис — обычные люди.
— Многое изменилось. Да и дети тоже.
— Хм... Это правда.
Карлос перевел взгляд на Лео, который в последнее время стал заметно тише.
С тех самых пор, как уехали студенты, Лео пребывал в глубоких раздумьях.
Даже сейчас он стоял в отдалении, не отрывая взора от конверта с золотой печатью.
Карлос подошел к нему.
— Разве это не здорово, Лео? Подумать только, у тебя талант к магии.
— К-командор?
Лео поспешно спрятал конверт за спину.
Но Карлос прекрасно знал, что там внутри.
Лучшее магическое заведение Империи, расположенное в городе магии Марселленте.
Чтобы поступить в Императорскую академию магии, рекомендательное письмо было жизненно необходимо.
И такие письма не раздавали кому попало.
По сути, это было ручательство именем целого рода.
Даже получить рекомендацию от влиятельного дворянина было задачей почти невыполнимой.
А уж рекомендация от особы императорской крови — и подавно.
— Это ведь рекомендация от Его Высочества, так?
— ...!
Лео замер в оцепенении, лишь затравленно озираясь по сторонам.
Карлос хищно оскалился в улыбке.
— Ха! Если пожелаешь, твой командор заработает достаточно, чтобы покрыть твоё обучение. Просто мне придется спасать людей чуть чаще, чем обычно, вот и всё.
Зрачки Лео дрогнули.
Неужели он действительно говорит, что отправит его в Академию, если тот захочет?
Карлос небрежно продолжил:
— Третья принцесса тоже велела нам зарабатывать побольше. Сказала, что так мы спасем больше жизней.
Шартея поначалу не понимала, почему Рыцари Горизонта выручают купцов и требуют за это плату, но к концу своего пребывания она даже оставила им слова поддержки — велела спасать многих и наживаться на этом всласть.
Особенно теперь, когда появление новых оазисов означало, что караваны купцов станут ходить по пескам куда активнее.
Если уж сама принцесса велит им грести золото лопатой, то отныне им придется спасать людей еще яростнее, чем прежде.
И всё же, пока Карлос говорил, выражение лица Лео становилось лишь всё более сложным.
«Магия...»
Лео сжимал рукоять меча всю свою сознательную жизнь.
Он ни разу не воображал себе пути, на котором не было бы стали.
Он пристально всматривался вдаль — туда, где за линией горизонта скрылись Радель и остальные.
(ПП. Душевненько~)
Глава 258

Комментарии

Загрузка...