[Скандал вокруг главы гильдии «Катана»: злоупотребление властью!]
[Разоблачение от личного водителя! Видеорегистратор зафиксировал рукоприкладство...]
[Причина задержки второго штурмового отряда — глава гильдии «Катана»?]
[Свидетельства лидеров девяти гильдий! Глава «Катаны» намеренно саботировал рейд ради раздувания личных заслуг...]
В японских средствах массовой информации разразилась настоящая буря.
Все началось со скандала о превышении полномочий.
Кэнтаро, глава гильдии «Катана».
«Жадный и нетерпеливый тип».
Проблемы за ним тянулись всегда, однако раньше их успешно заминали влиятельные покровители в высших эшелонах японской власти. Но этой ночью все связи оборвались в один миг. Премьер-министр Масато, спасая собственную шкуру, без малейших колебаний решил скормить Кэнтаро общественности.
Грязное белье вываливали на всеобщее обозрение пачками. Словно этого было мало, его официально нарекли главным виновником провала второго штурмового отряда, подлив изрядную порцию масла в и без того бушующий огонь народного гнева.
Мин У взглянул на Накадзаву, Демона Меча.
Именно этот старик активнее всех ратовал за то, чтобы втоптать Кэнтаро в грязь. Ким Мин У прекрасно знал его характер, а потому заранее связался с премьером.
— Статьи вышли на загляденье.
— Еще бы. Сработано чисто. Этому щенку уже вовек не отмыться. И премьер-министр, и лидеры всех девяти ведущих гильдий отвернулись от него. Впрочем, остальные главы и сами сочли такой шаг единственно верным.
— Вы выглядите довольным.
— Он был слишком наглым ублюдком. В свое время я спустил ему многое с рук, вот он и возомнил о себе невесть что.
— И с вами так же себя вел, Демон Меча?
— Я уже давно отошел от дел. Разве станет зарвавшийся сопляк считаться с выжившим из ума стариком вроде меня?
— Вот вы и решили похоронить его.
— Ну, тебе это тоже только на руку. Как я уже говорил, он мелочный и мстительный. Если нажил себе такого врага, бить надо первым.
Старик был совершенно прав. Что произошло бы, не вмешайся Накадзава?
«Пришлось бы драться».
Сначала схлестнуться с Кэнтаро, а следом с высокой долей вероятности вспыхнул бы конфликт и с подоспевшим вторым штурмовым отрядом.
Но теперь все обернулось иначе. Мало того что вопрос решился без сучка и задоринки, так еще и сам Мин У сейчас с величайшим комфортом сидел...
...в Киото.
Если быть точным — в знаменитой местной раменной.
Хлюп! Хлюп!
Один из пунктов в списке заветных желаний Мерхен: отведать настоящего восхитительного рамена прямо в Японии.
Седрик, которого Мин У также призвал за компанию, с нескрываемым удовольствием смаковал глубокий вкус наваристого бульона.
[— Бульон на редкость насыщенный. Вы говорили, его варят на свиных костях?]
[— Вкусно! Очень вкусно!]
Рекомендованное Демоном Меча заведение прошло проверку на высший балл.
И ровно в этот миг зазвонил телефон. На экране высветился знакомый номер. Вызов шел от премьер-министра Масато.
— Слушаю.
— Вы уже видели?
— А, публикации? Видел. Вы сработали на редкость чисто.
— Это было несложно, цель и так созрела для убоя. Так вот, как мы и договаривались... Мне нужно, чтобы вы помогли переломить общественное мнение. Сами понимаете, катастрофа на Хоккайдо...
— Припекло?
— ...Как, по-вашему, отреагирует мировое сообщество?
— Ничего хорошего ждать не стоит. Скорее всего.
— Вот именно. Так что сделайте, как обещали. Скажите им: гильдия «Катана» проявила преступную халатность. В итоге я был вынужден обратиться к вам за помощью, и вы вмешались. Этого будет достаточно. Тогда градус критики в адрес правительства немного спадет.
— Уговор есть уговор. Но не кажется ли вам, что чаши весов как-то слишком неравны?
— Что вы имеете в виду?
— Вы ведь оказались в положении, когда нужно было кого-то показательно казнить, чтобы спасти собственную шкуру.
— ...То есть вы отказываетесь? Я ведь выполнил свою часть немедленно!
— Тише, не кипятитесь. Разве я сказал, что нарушу обещание? Вспомните хорошенько, о чем мы говорили.
На том конце провода повисла тяжелая тишина.
Спустя мгновение раздался приглушенный голос премьера:
— ...Чего еще вы хотите?
— Да сущую мелочь, право слово.
— Обычно, когда вы так говорите, речь идет о чем-то колоссальном.
— Да правда пустяки. Кстати, Япония у нас до сих пор придерживается политики закрытых дверей?
— К чему этот вопрос?
— Да к тому, что товаров хороших у вас полно, а вот импортировать вы ничего толком не желаете. Обидно даже.
В отличие от США, которые вели активную торговлю, и Китая, приоткрывшего свои границы, японский рынок напоминал монолитный волнорез, пробить который было попросту невозможно. Так обстояли дела еще во времена становления конгломерата «Ильсон», но после того как Ким Мин У вышел на мировую арену, изоляция лишь усилилась.
«С какого момента это началось?»
Пожалуй, с тех самых пор, как он впервые побил мировой рекорд по зачистке Врат F-ранга. Чем громче гремело имя Ким Мин У, тем стремительнее падал экспорт в Японию.
— Правительство ведь ничего официально не запрещает, верно? А наш председатель вечно ходит хмурый. Жалуется, что японцы выдвигают сплошь грабительские условия.
— ...
— Я ведь не просто так возмущаюсь, мне искренне досадно. Разве продукция «Ильсон» — это обычный ширпотреб? Смартфоны «Ильсон» захватили весь мир, наша экипировка ничем не уступает ведущим премиальным брендам, а руны разлетаются как горячие пирожки. Разве японские пробужденные не заслужили право пользоваться лучшим?
Подвернулся идеальный шанс. Великолепная возможность пробить брешь в наглухо закупоренном японском рынке.
«Власть премьер-министра велика».
Стоит ему дать отмашку — и путь открыт.
Момент был выбран безупречно. Премьер-министр Масато был классическим приспособленцем, трясущимся за свое кресло. Это наглядно доказало то, с какой легкостью он сдал Кэнтаро. Ради сохранения власти такой человек без колебаний пошел бы на сделку хоть с самим дьяволом.
А Ким Мин У как раз мог сыграть решающую роль в укреплении позиций Масато.
В такие моменты и следовало делать предложения, от которых невозможно отказаться.
— А если я откажусь?
— Слово есть слово, так что я в любом случае сделаю заявление на стриме. Вот только искренности и энтузиазма в моих словах поубавится.
— Кхм...
— Господин премьер-министр. Давайте станем хорошими друзьями.
— ...Хорошими друзьями? Что вы вкладываете в эти слова?
— Ну вы же знаете: председатель КНР, президент США... Неужели до вас не доходили слухи?
— Хотите сказать, вы с ними — близкие друзья?
— Разумеется. Будь это исключительно деловые отношения, разве наши связи сплелись бы настолько тесно?
Строго говоря, китайского лидера Мин У держал на коротком поводке, а с американским президентом просто делил баснословные прибыли... Но японскому премьеру столь тонкие политические нюансы знать было совершенно ни к чему. Если уж начистоту, то факт того, что Мин У буквально шантажировал председателя КНР ядерной бомбой, являлся строжайшей государственной тайной, о которой не ведал даже президент Соединенных Штатов.
— Сначала уладьте этот вопрос.
— Договорились.
Уговор есть уговор. Ким Мин У охотно кивнул и запустил прямую трансляцию.
[В ЭФИРЕ: Прямо из Киото]
Зрители начали наводнять трансляцию десятками тысяч.
Повесив трубку, премьер-министр Масато замер в ожидании прямого эфира Ким Мин У.
Трансляция началась практически сразу.
Ким Мин У четко сдержал слово. Он в пух и прах разнес «застоявшуюся болотную воду» вроде Кэнтаро, ослепленного жаждой личной славы, и не поскупился на похвалу премьеру, подчеркнув, что именно Масато лично обратился к нему за помощью.
— «То, что мне удалось беспрепятственно высадиться на Хоккайдо — исключительно заслуга японского правительства, а если быть точным, лично господина премьер-министра Масато. Почему же тогда я сыпал упреками? Да потому что критиковал гнилую верхушку вроде Кэнтаро. И, как видите, статьи с разоблачениями появились как нельзя кстати».
— Хм. Все верно. Именно так.
Этого заявления было достаточно, чтобы заткнуть рты тем, кто кричал о бессилии и профнепригодности японских властей.
Козел отпущения был подан вовремя и под нужным соусом.
— Впрочем, сотрудничество...
Глаза премьера блеснули.
В последнее время дипломатические отношения с Кореей заметно охладели. Особых причин для этого не было — банальная зависть. В народе ведь говорят: чужой успех глаза колет. Как японцы могли спокойно смотреть на стремительный взлет Кореи, к которой они исподволь всегда относились как к младшему брату?
Масато буквально физически ощущал, как тает рейтинг его одобрения. Именно поэтому он всеми силами блокировал поток информации: сотрудничал с многочисленными NewTuber-«патриотами», спускал с цепи орды проплаченных комментаторов и намеренно замалчивал факты. Члены его кабинета работали не покладая рук.
«Однако на дворе эпоха глобализации».
Масато прекрасно понимал, что вечно сдерживать эту волну не удастся. Бурный экономический рост Кореи и взлет ее мирового статуса было не остановить.
«Если не можешь победить поток, не лучше ли первым протянуть руку?..»
Даже президент могущественнейшей сверхдержавы — США — заключил с Ким Мин У союз. А если они станут «хорошими друзьями», то и Японии перепадет жирный кусок пирога. Ким Мин У был не просто мировым ранкером высшего эшелона, но и ключевой фигурой во всемирно известном конгломерате «Ильсон». В той самой корпорации, которая всего за полгода взлетела с двадцатого на девятое место в мировом рейтинге бизнеса.
Премьер-министр подозвал генерального секретаря кабинета министров:
— Свяжитесь с Кореей. Организуйте показательный товарищеский поединок со Святым Меча.
[Правительство Японии запросило товарищеский поединок!]
[Демон Меча против Святого Меча: первое и второе места Зала славы! Состоится ли битва века?]
[Святой Меча Со Джин Чхоль без колебаний принял вызов!]
[Демон Меча Накадзава планирует визит в Корею вместе с Ким Мин У...]
Товарищеский поединок между Демоном Меча и Святым Меча. Новость, вспыхнувшая в японских медиа, мгновенно всколыхнула и Корею. Сеть буквально гудела:
— Ого, ха-ха! Это реально произойдет? Серьезно?!
— Да ладно, с чего вдруг? Святой Меча ведь всегда отказывал, сколько бы Демон Меча ни напрашивался, лол.
— Демон Меча вроде говорил, что хочет сразиться хотя бы раз перед смертью.
— Ну, им обоим уже глубоко за восемьдесят, старики ведь совсем...
— И кто, думаете, победит?
— Святой Меча, без вариантов. Гляньте на букмекерские конторы — ставки восемь к двум в его пользу.
— Бабки не врут, ха-ха-ха!
— А если честно, не кажется ли вам, что Демона Меча слишком переоценивают? Он ведь популярен только в Японии.
— Второе место в Зале славы для тебя шутка какая-то? Хотя факт остается фактом: Святому Меча он уступает.
— Погодите, а правда, что поединок будет закрытым?
— Учитывая их возраст и то, что оба давно отошли от дел, вполне логично.
— Главное, чтобы результаты огласили, ха-ха. Я вообще не верил, что этот бой когда-нибудь состоится.
— Жиза, ха-ха!
Демон Меча Накадзава тоже просматривал ленту новостей. Подавляющее большинство как в Японии, так и в Корее ставило на победу Святого Меча.
«И все же попробовать стоит».
Его взгляд хищно блеснул.
Преклонный возраст. Стыд за былые поступки. Желание сойтись в честной, бескомпромиссной схватке.
Да, все это действительно подталкивало его к поединку. Но в глубине души Накадзава всегда оставался человеком, предпочитавшим действовать лишь тогда, когда преимущество на его стороне. Если бы поражение казалось неизбежным и сокрушительным, он бы и заикаться о дуэли не стал.
«Я ведь тоже сильно изменился».
После ухода на покой вместо того, чтобы цепляться за пустую славу, он заглянул внутрь себя, посвятив все время медитациям и тренировкам. Возможно, именно отказ от жадности и раздутого эго позволил ему шагнуть дальше. За время духовного совершенствования его владение мечом отточилось куда сильнее, чем за годы бесчисленных кровавых битв.
«В последнее время мне кажется, будто я начинаю видеть нечто большее...»
В кончиках пальцев покалывало.
«Словно передо мной приоткрылись врата в более глубокую сферу, лежащую за гранью банального размахивания клинком».
С тех пор как он ощутил это состояние, ни один мечник во всей Японии не мог выстоять против него дольше десяти ударов.
«Быть может, даже Святой Меча...»
«...мне по зубам». И эта уверенность ничуть не поколебалась даже после того, как он ознакомился со свежими отчетами о прохождении Святым Меча Врат S-ранга.
С твердой решимостью во взгляде он сел в машину вместе с Ким Мин У и направился к резиденции Школы Меча.
Вскоре показалось величественное деревянное поместье в традиционном стиле. У главных ворот стоял человек с до боли знакомым лицом. Завидев выходящего из автомобиля Ким Мин У, он расплылся в теплой улыбке и шагнул навстречу:
— Как поживаешь?
— Как и всегда, отлично. А вы как, мастер?
— Грех жаловаться. Все так же, как и у тебя.
Он по-отечески похлопал Ким Мин У по плечу, а затем перевел взгляд на Демона Меча, неотрывно буравившего его глазами из-за спины парня.
— Давно не виделись, Демон Меча.
— Здравствуй, Святой Меча.
Два великих мастера скрестили взгляды.
Как и подобает истинному мечнику, фигуру Накадзавы окутывала острая, колющая аура, готовая в любой миг вспороть пространство. Но вот от Святого Меча не исходило абсолютно ничего. Ни единого намека на давление.
Не знай Накадзава, кто перед ним, он принял бы старика за самого заурядного пенсионера, вышедшего на неспешную утреннюю прогулку.
Осознав это, Накадзава помрачнел, и лицо его окаменело.
«Он полностью скрыл свою ауру?»
Невозможно. По крайней мере, для человека, прожившего всю жизнь рука об руку с клинком. Даже у самого посредственного мечника аура хоть капельку, но просачивается наружу.
Что же тогда говорить о Святом Меча?
Он мог намеренно приглушить свое присутствие, но скрыть его без остатка было практически нереально. Особенно до такой степени, чтобы мечник уровня Накадзавы не уловил ни малейшего колебания!
— Как ты...
— А я-то гадал, с чего вдруг ты передумал... — Святой Меча оглядел его с искренним одобрением, словно гордый отец, смотрящий на возмужавшего ребенка. — А ты, погляжу, заметно вырос.
Лицо Демона Меча перекосило от бешенства.

Комментарии

Загрузка...