Пэй Ваньчжуан увидела, что маленький Ухо принял серебряные купюры, и лицо её наконец полностью разгладилось.
Она прочистила горло и, наконец, раскрыла карты:
─ Маленький Ухо, не хотишь ли войти в мою школу… унаследовать всё моё искусство меча?
Янь Ухо опешил, замер на полпути и покосился на зрелую сестрицу.
─ А?
Он почесал затылок и с недоумением оглядел Пэй Ваньчжуан.
─ Сестрица, ты это… в ученики меня зовёшь, никак?
Сердце Пэй Ваньчжуан колотилось, как в барабан, отчего две пышные округлости на груди мелко вздрагивали.
Но на лице она оставалась невозмутимой. С безмятежным видом сперва кивнула, потом покачала головой.
─ Я знаю: у тебя уже есть своя школа, а потому на звание наставницы не претендую.
─ Просто вижу, что корни у тебя недюжинные, а дух необыкновенный. Хочу передать тебе всё своё боевое мастерство.
─ Считай это неофициальным ученичеством. Никаких уз и формальностей, ты как был учеником Врат Луны, так и останешься…
Янь Ухо опешил. Слишком уж внезапно.
Он не мог решить, не очередная ли это уловка в духе «ближе-дальше» от зрелой сестрицы. Раз уж он не может сразу раскусить её тактику, не стоит спешить с ответом. Нужно продолжать прощупывать.
Янь Ухо хлопнул ладонью по двум чёрным булавам на поясе и усмехнулся:
─ Искусство меча меч-бессмертной Пэй, конечно же, не знает равных в Поднебесной, я им искренне восхищаюсь. Но… я работаю с парными булавами. Боюсь, с техникой меча это немного расходится?
Взгляд Пэй Ваньчжуан упал на его пояс.
Две чёрные булавы покоились в кожаных ножнах из сыромятной кожи, сильно потёртых – сразу видно, сколько раз их выхватывали и вкладывали назад. Она кивнула:
─ Можно взглянуть на твоё оружие?
Янь Ухо не стал отнекиваться. Он выхватил обе булавы и протянул их зрелой сестрице.
В то мгновение, когда Пэй Ваньчжуан приняла булавы, её запястья ощутимо просели под весом – тяжесть изрядная, такое под силу только отчаянному бойцу.
В душе она ахнула.
В этих булавах весу никак не меньше сорока с лишним цзиней. Обычному воину и одну-то удержать обеими руками нелегко, а этот шалопай держит их по одной в каждой руке. И сколько же он, должно быть, вложил труда в свои ежедневные тренировки!
Она внимательно их осмотрела: булавы оказались на ладонь длиннее обычных – примерно три чи четыре цуня. Всё тело булавы напоминало пагоду из тридцати шести ярусов, каждый из которых выступал чёткими гранями. Истинный образец «Небесных булав тридцати шести звеньев».
На теле обеих булав чеканно и весомо были выгравированы три скорописных иероглифа: «Чаша Великого Спокойствия».
Полёт пера – как пляска дракона и змеи, штрихи – железные, крюки – серебряные!
Пэй Ваньчжуан, глядя на эти три иероглифа, слегка оторопела и перевела взгляд на Янь Ухо.
Янь Ухо перехватил её взгляд, усмехнулся:
─ Это вырезал мой наставник. Он родился в смутное время и рассказывал, что в детстве больше всего на свете мечтал выпить чашку тёплого вина в год великого покоя.
─ А когда он позже ковал для меня эти булавы, нахлынули воспоминания, и он вырезал эти три иероглифа – «Чаша Великого Спокойствия».
Он замолчал, и в голосе появилась непривычная серьёзность:
─ Булава – оружие честное и мирное, исстари в ней кроется смысл правого суда. Наставник хочет, чтобы я взял эту чашу в руки, вступил в Шесть Врат, поднял справедливость и разметал всю нечисть.
Пэй Ваньчжуан кивнула, в глазах её светилось одобрение:
─ «Чаша Великого Спокойствия». Славное имя.
Она снова посмотрела на Янь Ухо, и в глазах её стало ещё мягче:
─ И стремления у тебя, маленький Ухо, славные. Выходит, ты в столицу не только за родными приехал, но и в Шесть Врат метишь.
Янь Ухо улыбнулся:
─ Шестого числа четвёртой луны в Шести Вратах будут проводить воинский отбор. Я и собирался попытаться.
Пэй Ваньчжуан уже открыла было рот, чтобы продолжить разговор об ученичестве.
Она хотела сказать, что искусство меча, искусство сабли и искусство булавы, при всех внешних различиях, неизменно восходят к одному корню: все они лишь производные нескольких базовых движений – рубки, сечения, укола и подсечки. Разница в цепочке усилий невелика, так что она вполне сможет его обучить…
Но тут, в конце улицы Чжуцяо, на сторожевой башне, грянули барабаны!
Бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум…
Когда отгремели девять раскатов барабана, все прохожие на улице Чжуцяо остановились и подняли взгляд к ближайшей башне.
Из чайных и винных домов на порог высыпали посетители, вытягивая шеи.
─ «Оценка Поднебесной» опять изменилась! ─ крикнул кто-то.
Янь Ухо тоже загорелся.
Так называемая «Оценка Поднебесной» – это боевой альманах, выпускаемый совместно Шестью Вратами и Башней Цзяншань Фэнъюэ, в котором даётся оценка мастерам Поднебесной. Печатная версия обновляется раз в десять дней, а башни передают весть мгновенно.
В «Оценке Поднебесной» три рейтинга:
Рейтинг Сокрытых Драконов – определяет потенциал молодого поколения;
Земной рейтинг – отбирает лучших среди бесчисленных грандмастеров;
Небесный рейтинг – в народе зовётся «Пятнадцать Триумфаторов», это вершина боевого пути Поднебесной.
Едва в рейтинге что-то менялось, все сторожевые башни столицы начинали бить в барабаны, оповещая горожан в ту же минуту.
Раньше Янь Ухо в своей глухомани на Озере Синъюэ покупал лишь бумажные выпуски.
А сегодня он застал прямую трансляцию!
Он поднялся на цыпочки и уставился на ближайшую башню.
На башне появилась женщина со свитком в руках и встала у перил. Свиток громко развернулся, женщина набрала воздуха в лёгкие и звучно провозгласила:
─ Юная дева Мин Цяньцянь!
─ В час Сюй прорвалась сквозь заслоны, хитроумно сокрушила формацию «Двенадцати смыкающихся колец», одолела трёх столичных тайбао!
─ Рейтинг Сокрытых Драконов обновлён!
Улица Чжуцяо замерла на одно мгновение. Все ждали: какое место эта девушка займёт в Рейтинге Сокрытых Драконов, какое официальное прозвище получит и какой приговор изрекут.
Женщина глубоко вздохнула и выкрикнула:
─ «Божественное искусство серебряного клинка», Мин Цяньцянь, – двести пятидесятое место в Рейтинге Сокрытых Драконов!
─ Дева серебряным клинком разбила колец строй, / Отныне мир боевой запомнил её образ молодой!
На башне снова забили барабаны – бум-бум-бум, три раската в честь торжества.
Вся улица Чжуцяо оживлённо зашумела.
Янь Ухо стоял с разинутым ртом.
Что? Эта паршивая зелёная чайница Мин Цяньцянь влезла в рейтинг?! Да ещё не с хвоста, а сразу на двести пятидесятое место!
А официальное прозвище-то какое выдали – «Божественное искусство серебряного клинка»!
Судьи «Оценки Поднебесной», видимо, возлагают на Мин Цяньцянь большие надежды.
Тьфу.
Его уже просто разъедает от зависти!
Он сам всё ещё шляется по улицам в поисках заработка, грызёт паровые булочки и думает, как бы сдать вступительные испытания в Шесть Врат четвёртого числа четвёртой луны, а эта девчонка – молча взяла и влезла на Рейтинг Сокрытых Драконов?
Немало прохожих на улице тоже стояли в изумлении.
─ Юная дева… Ей же всего лет восемнадцать-девятнадцать! В таком возрасте, к тому же девушка, – и уже в Рейтинге Сокрытых Драконов?
─ А она ещё и сокрушила трёх столичных тайбао! Да кто они вообще такие, эти три тайбао?
─ Это сыновья и племянники высоких сановников из Ведомства Чинов. От природы невероятно одарённые, в двадцать лет уже входили в Рейтинг Сокрытых Драконов – где-то около трёхсотого места!
─ Пусть после двадцати пяти они вылетели из рейтинга, забросили боевое искусство и пустились во все тяжкие, но всё же это были настоящие мастера боевых искусств!
─ И надо же – эта девица прошла их всех троих подряд?
─ Да не просто троих! До этого она ещё и «хитроумно сокрушила формацию Двенадцати смыкающихся колец». Эта формация – как раз тот отряд охраны, которого вышколили эти три тайбао.
─ Если говорить точно, эта героиня по имени Мин Цяньцянь одна прошла пятнадцать человек!
Чем больше Янь Ухо слушал, тем мрачнее становилось его лицо.
Пэй Ваньчжуан медленно подошла к нему, на губах её дрожала загадочная улыбка:
─ И надо же, твоя младшая сестрица по школе оказалась такой умелой – в столь юном возрасте пробилась в Рейтинг Сокрытых Драконов.
Янь Ухо покосился на зрелую сестрицу: что-то в её словах было колкое.
Если он ничего не перепутал, эта мечница сейчас пятнадцатая в Небесном рейтинге, официальное прозвище – «Лунная бессмертная мечница». Вольный мир, правда, презирает её за то, что она замыкает «список пятнадцати триумфаторов», и вечно судачит, будто её силком втащила наверх сама Императрица, что она, мол, позор всех боевых триумфаторов. Но забывать об одном не стоит…
Восемнадцати лет от роду эта мечница уже была первой в Рейтинге Сокрытых Драконов.
Янь Ухо, помимо зависти, почувствовал ещё и тревогу за младшую сестрицу.
И как это её угораздило встрять в драку с ними?
Формация «Двенадцати смыкающихся колец», три столичных тайбао… По всему видно, битва была нешуточная.
Не поранилась ли девчонка?
Чем больше он тревожился, тем сильнее спешил. Сложив кулаки перед Пэй Ваньчжуан, он сказал:
─ Сестрица, у меня тут ещё дело. Я, пожалуй, пойду домой.
И со всех ног припустил.
Пэй Ваньчжуан раскрыла было рот ему вслед, но, глядя, как он в три прыжка исчезает в вечерних сумерках улицы Чжуцяо, проглотила несказанные слова и со всей силы топнула ногой.
Ну всё, теперь она по-настоящему рассердилась.
Что всё это значит?!
Подумать только, его сестрица угодила в Рейтинг Сокрытых Драконов, и он, видите ли, несётся домой, чтобы отпраздновать с ней под луной среди цветов?!
А ведь девчонка эта, Мин Цяньцянь, и правда выросла красавицей – восемнадцать-девятнадцать лет, самый возраст, когда девушка так и просится, чтобы её любили и баловали…
Ненавижу!
Пэй Ваньчжуан стиснула кулаки:
«Маленький Ухо, ты опять меня разозлил».

Комментарии

Загрузка...