Словно во сне, я попробовал пошевелить рукой. Маленькая ладошка послушно дёрнулась, повинуясь сигналу мозга. Почему эти «папоротниковые побеги» двигаются, отражая мою волю?
Пока я, не веря глазам, продолжал шевелить пальцами, кольца, которые и так болтались, с сухим стуком посыпались на асфальт.
— Ик!
Стоило мне вытянуть руку, чтобы подобрать их, как смарт-часы тут же соскользнули с запястья.
— Ах!
Но я больше не пытался ничего поднимать. Удерживать спадающие штаны было куда важнее.
Пока я суетился, Ча Си Ён собрал раскатившиеся кольца. Я поспешно спросил его, пока он подбирал кольцо «Большого Кота»:
— На... на сколько лет я сейчас выгляжу?
— Примерно на семь или восемь.
— Что?!
Увидев мой шок, Ча Си Ён достал планшет. Он сфотографировал меня и показал экран.
— А-а-а! — невольно вскрикнул я. С дисплея на меня смотрел малыш, который, судя по виду, только что выпустился из детского сада или пошёл в первый класс; он таращился на мир широко раскрытыми от удивления глазами. И этим ребёнком, без сомнения, был я.
— Почему...
Я в полном замешательстве уставился на Ча Си Ёна. Его волосы стали очень длинными. Казалось, он стал выглядеть взрослее, но я не мог понять, объективная ли это перемена или оптическая иллюзия из-за того, что я сам уменьшился. В любом случае, он выглядел на уверенные тридцать пять. Согласно правилам, он получил свои восемь лет старения. Но почему я помолодел? Причём сразу на двадцать лет.
— Такое случилось впервые?
— Да.
— Это... перерождение?
— Вряд ли, — покачал головой Ча Си Ён на моё бормотание. — Люди, которым оставалось жить меньше восьми лет, просто испускали дух в момент встречи с «Монахами». Никто из них не возвращался в помолодевшем теле. К тому же, Со До Ун, вы просто стали младше, любой узнает в вас самого себя.
Верно. Будь это перерождение после смерти, у меня не могло быть того же самого лица. Тогда что это? Как такое возможно, если я не младенец...
— Хм.
Я сглотнул, когда в голове промелькнула догадка. А что, если на самом деле мне ноль лет, и сейчас я стал восьмилетним? Что, если по какой-то причине спецзона считает, что мой возраст ноль? От этой мысли по затылку пробежал мороз. Казалось, холодные когти скребут по позвоночнику.
Впрочем, удивляться было нечему. Подозрение, что со мной происходит нечто аномальное, давно переросло в уверенность. Я как раз учился сосуществовать с этим хаосом. Так что, если рассматривать этот феномен как продолжение прошлых странностей, его можно было принять.
Но в груди поднялась буря. Нахлынула обида, стало невыносимо жаль себя, а глаза защипало.
— О...
Я сам испугался такой реакции собственного тела. Столкнувшись взглядом с Ча Си Ёном, я изо всех сил сдержал всхлип и закрыл лицо ладонями. С ума сойти. Ранимый восьмилетний Со До Ун был готов разрыдаться. Нельзя, я не могу так потерять достоинство!.. Оказавшись на грани потока слёз, я вспомнил директора Ко. Это помогло. Используя директора как отрезвляющий пример, я в итоге проглотил рыдания и, наконец успокоившись, поднял голову.
— Я в порядке.
— Молодец.
— ?..
Мне не показалось? Я уставился на Ча Си Ёна. И снова растерялся, но уже по другой причине.
— Изменилась только внешность, командир, — отрезал я, заметив его необычайно мягкий взгляд.
Тогда Ча Си Ён достал что-то из кармана жилета. Это была конфета. Он молча протянул её, и я, сам того не замечая, вытянул руку и взял подарок.
— Когнитивные способности и мышление могут оставаться прежними, но физиология и психика будут на уровне восьми лет.
... Я не мог спорить. Конфета была слишком вкусной. Более того, в тот момент, когда я её увидел, ничего важнее, чем положить её в рот, не существовало.
— То, что настроение подстраивается под физический возраст, часто регистрируемый симптом. Поэтому я хочу, Со До Ун, чтобы вы осознавали: сейчас ваше психическое состояние соответствует детскому.
С этим я тоже согласился. И то, что я чуть не расплакался, и неспособность отказаться от сладости, всё это были явные признаки восьмилетки.
Я уныло кивнул и спросил Ча Си Ёна в ответ:
— Командир, а вы чувствуете перемены?
— В какой-то степени да, — спокойно ответил он. Казалось, атмосфера между нами стала менее напряжённой. Ча Си Ён из своих «тридцати с лишним», чья колючесть заметно поубавилась, спросил меня: — Вы можете передвигаться?
«Передвегаться»... Подумав, что это странное выражение, я придержал пояс штанов и попробовал сделать шаг.
Клац-клац...
Проблема была не только в штанах, но и в ботинках. Из-за огромного размера я не мог нормально оторвать ногу от земли.
— Снимите обувь и постарайтесь привести одежду в порядок, — сказал Ча Си Ён и начал раздавать указания агентам:
* Стиль 29 подтверждён.
* Агентам начать движение.
* 1 и 12 — объединение.
* 2 и 3 — объединение.
* 4 и 5 — объединение.
* 6 и 7 — объединение.
* Доложить после встречи.
Теперь «Переходящие» появлялись, даже если ты не двигался. Поэтому было разумнее как можно скорее объединиться с ближайшими коллегами, а не ждать в одиночку.
Пока Ча Си Ён подавал сигналы, я закатал рукава и затянул ремень. Мне также удалось затянуть завязки на штанинах и высунуть босые ноги наружу. Благодаря этому я наконец вернул себе свободу движений, хотя одежда всё равно была слишком велика и я походил на человека, завёрнутого в одеяло.
Ча Си Ён ничего не сказал, глядя на меня. Он лишь связал шнурки моих брошенных ботинок между собой и повесил их мне на шею. Значит, идти за ним в таком виде?
В этот момент моё тело взмыло вверх.
— Уа-а! — вскрикнул я от неожиданности и оказался на плече Ча Си Ёна. Он взвалил меня на плечо, как мешок риса, и сорвался на бег. — Командир!
— Так быстрее всего. Следите за ситуацией сзади и за световыми сигналами других бойцов.
Я оторопел, но после его слов замолчал. Верно, сейчас было не до капризов. К тому же, когда меня закидывали на плечо, я выронил изо рта конфету. Тот факт, что потеря сладости расстроила меня больше всего остального, подтверждал: я явно был не в норме.
Поэтому сейчас приоритет, воссоединение с группой. Смирившись со своим положением, я сосредоточился на наблюдении за противоположной стороной моста и огнями оперативников.
Этот «Мост, погружённый в туман» спецзона, разделяющая события с «Островом, где идёт кровавый дождь». Но я и представить не мог, что их можно так смешать. Вероятно, это из-за того, что «Остров» всё ещё находится в процессе зарождения. Чем больше я узнаю о спецзонах, тем меньше понимаю, как они устроены. Остаётся только собирать крупицы информации и строить догадки.
Если «Железнодорожная станция», «Остров» и «Мост» теперь связаны воедино, в каком состоянии находится эта объединённая зона? Являются ли все три части зарождающимися, или активная фаза перемешана с периодом формирования? Судя по отсутствию связи, весь этот сектор перешёл в стадию зарождения.
Пользуясь случаем, я сказал Ча Си Ёну:
— Командир, если наша догадка о структуре верна, то «Станция» и «Остров» сейчас находятся в одном месте.
— ...
— И если «Остров» обладает свойствами зарождающейся спецзоны, то, открывая и закрывая двери, можно призывать другие временные отрезки. Как это было в «Отеле». Здесь нет ни дверей, ни раздельных пространств, но на «Острове» их предостаточно. Если мы попадём туда, ситуация снова изменится.
Ча Си Ён немного замедлил бег. Затем он наконец произнёс:
— У вас плохая дикция, я не могу разобрать, что вы говорите.
— ...
— Объясните ещё раз, когда встретимся с двенадцатым номером.
— Хорошо...
А мне казалось, что я выговариваю слова идеально. Быть восьмилетним на удивление ограниченное состояние.
Я замолчал и сосредоточился на огнях. Они продолжали мигать один за другим. Похоже, «Переходящие» лезли изо всех щелей. Нас решили взять в кольцо? Или это действительно последний отчаянный рывок зоны?
Я всматривался в туман, гадая, всё ли у нас в порядке, как вдруг завеса мглы колыхнулась, и над нами нависла огромная чёрная тень.
— Командир, сзади что-то приближается!
Ча Си Ён мгновенно обернулся. Он хотел было поставить меня на землю, но передумал и снова поудобнее перехватил на плече. Затем он просто убрал от меня руки.
— Держитесь сами!
Что?! Я в ужасе вцепился в его куртку.
Та-та-та-та-та!
Загрохотала винтовка. От оглушительного шума и вибрации моё тело оцепенело. Я чувствовал, как детское тело сковывает страх, но изо всех сил старался сохранить рассудок.
Перестрелка затянулась. Ча Си Ён, прижимая меня ладонью, резко развернулся. Почти одновременно с этим что-то пронеслось мимо. Нет, оно задело нас. Нечто, похожее на влажное дыхание, на мгновение коснулось моей щеки.
Я до сих пор не понимал, что это. Знал лишь одно: оно было огромным, но при этом невероятно быстрым. И оно охотилось на меня.
Та-та-та-та!
Ча Си Ён продолжал вести ответный огонь. Но вести прицельную стрельбу с ребёнком на плече было невозможно. Тварь снова сокращала дистанцию, и командир начал поспешно отступать.
Отходить было некуда. Вскоре спина Ча Си Ёна упёрлась в перила моста, и перед моими глазами за пеленой тумана возникла бушующая речная вода. Неужели... Он же не собирается прыгать в реку?
В тот момент, когда я похолодел от этой мысли, Ча Си Ён ухватился за ограждение. Он действительно прыг...
И тут:
Кланг!
Внезапно раздался лязг сталкивающегося металла, и Ча Си Ён замер.
Кан... Кланг!.. Скре-е-еж!
Я висел спиной к происходящему и не видел, что случилось. Но интуиция подсказывала: ситуация изменилась к лучшему. Я почувствовал, как Ча Си Ён расслабился и перевёл дух.
Кланг! Всплеск!
Раздался звук падающей в воду массы. Затем наступила тишина.
Шурх...
Послышались шаги, кто-то приближался к нам, отряхиваясь.
За моей спиной раздался голос:
— Старость не радость, сил совсем не осталось?
Голос был знакомым. Но я впервые слышал в нём такие ехидные нотки. Несмотря на явную насмешку, Ча Си Ён не стал огрызаться. Вместо этого он стащил меня со своего плеча.
Меня подняли за загривок, как щенка, и Ча Си Ён развернул руку, показывая меня человеку, стоявшему сзади. Как я и думал.
— Агент Выдра?
В критический момент на помощь нам пришла Пэк Са Ра. И стоило ей увидеть меня, как её глаза стали просто огромными.

Комментарии

Загрузка...