Бах!
От грохота за дверью я вздрогнул и испуганно уставился на Ким У Ина. Однако тот лишь тяжело вздохнул, не вынимая леденца изо рта.
— Совсем рассудок потерял, щенок? Чьим именем ты вздумал прикрываться?
Следом раздался яростный крик. Неужели это голос начальника Квон Му Сопа? Наш начальник умеет так орать?
Бам!
Снова шум, и Ким У Ин опять обречённо вздохнул. После этого воцарилась тяжёлая, давящая тишина.
Щёлк.
Спустя мгновение дверь отворилась, и в палату вошёл один только Ча Си Ён. Квон Му Соп, судя по всему, сразу ушёл. Лицо вернувшегося Ча Си Ёна, как всегда, не выражало никаких эмоций. Вот только одна щека заметно припухла. Любому было ясно, что его ударили.
— Ох, ну и ну...
Ким У Ин, оценив состояние Ча Си Ёна, с досадой в голосе выскочил из палаты. Ча Си Ён посторонился, пропуская его, а затем молча прошёл к своей койке и сел. Глядя на него, я погрузился в раздумья. Что всё это значит? Я-то считал, что Квон Му Соп, хоть порой и ведёт себя как хитрый лис, человек по натуре добрый... Неужели он из тех, кто способен поднять руку на подчинённого, только что вернувшегося из пекла? Что такого натворил Ча Си Ён, что заслужил побои? Терзаемый сомнениями, я несколько раз бросил на него украдкой взгляд. Заметив это, Ча Си Ён внезапно сорвался на меня:
— Если есть что сказать, говорите прямо.
— Нет-нет. Не буду вам надоедать.
Любопытство так и подмывало, но я решил проявить благоразумие. Человеку только что в лицо съездили, настроение явно паршивое, так что лучше не лезть под горячую руку.
Кив-кив!
Я кротко закивал и сделал самый невинный вид, всем своим существом показывая, что лезть не в своё дело не собираюсь.
— ...
Но теперь уже сам Ча Си Ён не сводил с меня глаз. Как раз в этот момент вернулся Ким У Ин с медицинским лотком в руках.
— Командир Ча Си Ён, покажите, что у вас там во рту.
— Всё в порядке.
— Мне повторить дважды?
После ворчания Ким У Ина Ча Си Ёну пришлось нехотя открыть рот. Ким У Ин, бесцеремонно заталкивая ему за щеку марлевый тампон, холодно пробормотал:
— Вечно эти «полевики» ведут себя так, будто они тут единственные хозяева жизни...
Было очевидно, что Ким У Ин в ярости. Его можно понять: ударить пациента прямо на глазах у врача, за гранью.
— Не выплевывайте, пока я не вернусь.
Ким У Ин со звоном отложил пинцет и поднялся. Я остался в тишине наедине с Ча Си Ёном, который сидел, стиснув зубами марлю, и по-прежнему не понимал, что произошло. Минут через пятнадцать Ким У Ин вернулся. Однако на этот раз за ним следовал незнакомец. Мужчина лет тридцати пяти на вид, в массивных очках и в костюме, который на первый взгляд стоил целое состояние. Волосы были аккуратно зачёсаны назад, и поначалу он производил впечатление весьма приличного человека, но при ближайшем рассмотрении это ощущение улетучивалось. Шея и запястья мужчины были густо покрыты татуировками, которые не скрывала даже застёгнутая на все пуговицы рубашка. Кто он такой? Судя по спесивой манере держаться, он явно не из тех, кто привык подчиняться. Да и татуировки вместе с мощной грудной клеткой намекали на то, что работа у него отнюдь не заурядная. Незнакомец, завидев меня, заговорил так, будто мы были сто лет знакомы:
— О, а вот и наш новый любимчик?
Новый любимчик... Это ещё что такое? Мужчина и впрямь выглядел так, словно только что вышел из подпольного казино. Заметив мой подозрительный взгляд, он весело рассмеялся и замахал руками:
— Спокойно, я не бандит какой-нибудь. Рад встрече, меня зовут Мун Хо Сан.
— Со До Ун.
Этот Мун Хо Сан протянул мне руку, от которой разило смесью резкого парфюма и табака. Стоило мне пожать её и представиться, как он снова зашелся хохотом.
— Имя Со До Уна мне, само собой, знакомо.
— Откуда вы меня знаете?..
— Я исполнительный директор Апофиса.
— А-а...
Вот оно что. Значит, это и есть тот самый директор Апофиса, который уволился из Управления, но продолжает строить из себя важную персону; тот, кто бросил на произвол судьбы «Национальный театр» и огрёб за это кучу осуждений; тот, кто сначала отказался от спасательной операции, сочтя её слишком опасной, но стоило предложить надбавку, тут же бросился грабить пустой дом.
— Слышал о тебе много раз, но в живую вижу впервые. Приятно познакомиться, «новый любимчик» Квон Му Сопа.
Новый любимчик... Что за бред? Пока я терялся в догадках, Мун Хо Сан сжал мою руку мёртвой хваткой и принялся так рьяно её трясти, что я невольно зашёлся кашлем. Тем временем Ким У Ин вытащил марлю изо рта Ча Си Ёна и произнёс:
— Излагайте суть и уходите.
— Да, именно так я и сделаю. Командир Ча Си Ён, как поживаешь?
Мун Хо Сан небрежно поприветствовал его, но, разглядев лицо, внезапно вскрикнул:
— Ого! Какой мерзавец так разукрасил физиономию командира Ча Си Ёна?
Может, мне показалось, но он явно знал, чьих это рук дело.
— Давно не виделись, — ответил Ча Си Ён.
— И то верно, дружище. Мог бы и сам на связь выйти. Ты вечно такой занятой, что тебя и не поймать.
Мун Хо Сан дружелюбно осклабился и достал что-то из своего пакета.
— Вот, держи подарок. Выздоравливай скорее.
Подарком оказался алкоголь. Судя по вычурной упаковке, весьма дорогой.
— Говорят, на этот раз тебе пришлось несладко? Я уж грешным делом подумал, что некролог твой получу, аж сердце ёкнуло.
Для человека, притащившего в больницу спиртное, шуточки у Мун Хо Сана были под стать. Ким У Ин недовольно поморщился, но Мун Хо Сан лишь продолжал громогласно хохотать.
— Ты уже поблагодарил этого Со До Уна? — внезапно перевёл он стрелки на меня. — Счастье твоё, что его затянуло вместе с тобой. Будь ты один, Ча Си Ён, всё могло закончиться очень скверно.
— Я верну долг позже, — сухо ответил командир.
— Какой там долг. Благодаря этому случаю я неплохо заработал. Видел бы ты, как в Управлении над этим парнем дрожат, пылинки сдувают.
— ...
— Хотя, по-моему, люди поступают с тобой несправедливо. На тебя они быстро махнули рукой, а как только затянуло этого Со До Уна, подняли такой переполох, мол, спасать надо немедленно. Мне даже обидно за тебя стало. Чистой воды предательство.
С самого начала этот тип не вызывал у меня доверия. Сидит и в открытую пытается нас рассорить. Однако в его словах была доля правды. Управление действительно отказалось от спасения Ча Си Ёна. Но на следующий день операция возобновилась. Не ради него, а ради меня. Вряд ли кто-то из присутствующих этого не понимал. Более того, Ча Си Ён сам говорил мне в лицо: моя жизнь для него важнее собственной, и дело тут вовсе не в заботе обо мне. Стратегически это было верное решение. Но с человеческой точки зрения... Тот факт, что Управление, и мы сами относимся друг к другу как к расходному материалу, отрицать было сложно. И смириться с этим, будучи людьми, тоже непросто.
— Командир Ча Си Ён, кончай ты с этим, уходи к нам, — внезапно предложил Мун Хо Сан.
Хотя нет, не внезапно. Весь его предыдущие слова были лишь подготовкой.
— Мы обеспечим тебе достойные условия. Будешь зарабатывать вдвое больше, чем сейчас. Неужели тебе не жаль продавать свои навыки и опыт за бесценок? Таланты должны оплачиваться по достоинству. Долго ты ещё собираешься быть золушкой при Квон Му Сопе?
Золушка? Та самая из сказки?
— Кому нужны твои подвиги здесь? Эти крысы хоть пальцем пошевелили, чтобы вытащить тебя из западни? Зачем ты горбатишься там, где тебя за мусор держат? И ты всё ещё продолжаешь в одиночку возиться с этой девчонкой? Парень, ну сколько можно быть таким крет...
— Следи за языком, — перебил его Ким У Ин, не выдержав. — Пришёл переманивать, предлагай условия чётко, и нечего тут разводить грязные манипуляции.
Мун Хо Сан на мгновение замолк. Затем усмехнулся и обернулся к Ким У Ину.
— Врачам разве не бывает больно? — голос Мун Хо Сана всё еще звучал весело. — По-моему, если вас ударить, болеть будет точно так же, нет?
Он слегка сдвинул очки на переносицу, и взгляд, которым он впился в Ким У Ина, стал по-настоящему пугающим. Из-за массивной оправы я раньше не заметил, что кожа вокруг его глаз была испещрена шрамами, похожими на ножевые порезы. В ответ на эту неприкрытую угрозу взгляд Ким У Ина тоже стал колючим. Ча Си Ён поспешил вмешаться:
— Прекратите.
— Ой, да я же шучу, — Мун Хо Сан снова поправил очки и заулыбался. — В общем, Ча Си Ён, подумай на досуге. Пора бы тебе уже и о комфорте позаботиться.
Видимо, решив, что дальнейшее давление даст обратный эффект, Мун Хо Сан напоследок похлопал Ча Си Ёна по плечу и добавил:
— Не стоит проявлять глупое упрямство, работая на того, кто распускает руки.
С этими словами Мун Хо Сан картинно помахал на прощание и вышел. В палате, как напоминание о визите этого шумного типа, осталась лишь дорогая бутылка спиртного на тумбочке.
Спустя долгое время дверь палаты снова открылась. Вошёл Ким У Ин. Увидев, что кровать Ча Си Ёна пуста, он спросил:
— А где командир Ча Си Ён?
— Вышел около часа назад.
Наверное, пошёл подышать воздухом. Хотя какой там воздух, терраса под искусственным небом с работающими очистителями. Ким У Ин цокнул и сверился с часами. Видимо, пришло время для уколов или лекарств, и отсутствие пациента его явно не радовало. Решив подождать, он присел на стул рядом с моей койкой.
— Ты, должно быть, испугался тогда? — спросил он, глядя на меня.
— Вовсе нет.
На самом деле да.
— Мне тоже было не по себе, но ты не суди его слишком строго.
— Судить строго? О ком вы?
— О начальнике Квон Му Сопе.
Я удивлённо уставился на него. Теперь уже Ким У Ин спросил в ответ:
— Что не так?
— Просто это неожиданно.
— Что именно?
— Я думал, вы сегодня или завтра отправитесь убивать начальника Квон Му Сопа...
— Что за бред ты несёшь?.. — Ким У Ин явно не оценил мой полёт фантазии.
А я ведь был вполне серьёзен. Думал, он первым делом после смены пойдёт и спустит со старика три шкуры. И то, что он вдруг начал его оправдывать, стало для меня сюрпризом. Заметив моё замешательство, Ким У Ин решил прояснить ситуацию:
— Я, конечно, ворчу на него постоянно, но Квон Му Соп...
Он запнулся, не в силах закончить фразу.
— Что «Квон Му Соп»?
— ...
— ?..
— ...Впрочем, неважно.
Доктор, уж лучше бы вы выругались.
— Мне тоже претит насилие, по любой причине. Но есть люди, которые общаются именно так.
Доктор, у вас явно превратное представление о значении слова «общение».
— К тому же начальник Квон делает так далеко не всегда, так что не смотри на него как на монстра. В обычное время он вполне успешно притворяется человеком.
По-моему, именно Ким У Ин и считает Квон Му Сопа ненормальным... Что ж, случившееся в коридоре меня и впрямь обескуражило. Конечно, я всё ещё симпатизирую Квон Му Сопу. Но чтобы эта симпатия сохранилась, мне, пожалуй, стоит держаться от него на таком расстоянии, чтобы за любым его «общением» можно было наблюдать со стороны, как за пожаром на другом берегу реки.
— И всё же, почему он так разозлился?
— Хм... — Ким У Ин на мгновение поднял взгляд к потолку. Он явно подбирал слова и наконец произнёс с оттенком обречённости: — Ча Си Ён в последнее время совсем от рук отбился.
А затем добавил:
— Словно он, ну не знаю... безумно хочет умереть.

Комментарии

Загрузка...