Огненная яшма принесла Линь Фэну щедрую награду – три ляна серебра.
Вместе с платой за добытые десяток корзин руды черного железа
всего за один день он заработал столько, сколько обычный человек горбатясь не разгибая спины зарабатывал за три месяца!
Проболтайся он об этом – и завистливые взгляды обеспечены.
Но Линь Фэн не собирался хвастаться.
Староста Чжан тоже не стал бы трепать языком попусту.
Через его руки ежедневно проходили куда большие суммы, к тому же, чем больше зарабатывал Линь Фэн, тем больше бонусов перепадало от хозяев лично ему!
Ночь.
Линь Фэн, разумеется, не пошел платить дань бандитам.
В его глазах члены Банды Железного Меча уже были ходячими мертвецами.
А раз мертвецы – к чему с ними церемониться?
При тусклом свете свечи он пересчитал сбережения, накопленные за последнее время.
Всего семь с половиной лянов.
Помимо нескольких мелких серебряных монет, большую часть составляли тяжелые медные гроши.
Потирая подбородок, он размышлял: «В день ухода тащить с собой столько тяжелой меди точно неудобно, придется заскочить в меняльную лавку и обменять её на серебро...»
«Надеюсь, десяти лянов хватит для поступления в секту бессмертных. Если нет... придется на месте думать что-то еще».
«Попашу на рудниках еще пару дней».
«Как только с Бандой Железного Меча будет покончено, мне пора отсюда сматываться».
«Разве эта крошечная ярмарка Хэтань способна удержать такого дракона, как я!»
─ Ррр~
Прошел еще один день.
В полдень, во время перерыва,
староста Чжан пронзительно прокричал во все горло, и все шахтеры собрались в одном месте.
Если оглядеться –
кругом одни перемазанные сажей, оборванные грубые мужики.
Кто-то нервно переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть руки, кто-то трясся от страха, не смея поднять глаз, а у иных коленки ходили ходуном так, что казалось – они сейчас рухнут на землю.
Среди всех присутствующих
только Линь Фэн сохранял невозмутимость, а на лице не было ни тени волнения.
Еще три дня назад Чжан предупреждал о визите высоких гостей из главного дома.
Хотя все морально готовились,
но когда этот день настал, сердце все равно замирало.
Большинство здесь были простыми местными трудягами из бедных семей, у которых на руках старики да дети. А столкнуться им предстояло с влиятельными хозяевами всего рынка Хэтань – теми, кого они привыкли называть господами.
Стоит ли удивляться их страху?
В этих краях никто не смел перечить семье Хуан, даже простому слуге.
Чжан поманил Линь Фэна рукой, подзывая поближе к себе.
В этом жесте читалось и желание пригреть парнишку, и стремление показать его важным персонам.
─ Сяо Линь, при господах лишнего не болтай. Спросят – отвечай, но смотри не вздумай сплоховать перед благородиями, – шепотом наставлял Чжан.
─ Я понял, староста, –
кивнул Линь Фэн.
Важные персоны?
Хозяева целого торгового рынка Хэтань – пожалуй, да, шишки немалые.
Но по сравнению с президентами из его прошлой жизни – так себе мелкота. Семья Хуан, если разобраться, тянула максимум на деревенского старосту. С чего бы ему трепетать?
Вовсе не нужно.
Для духа, прожившего не одну жизнь, какие авторитеты были внове?
В отличие от местных работяг, не смеющих поднять глаз, Линь Фэн не испытывал ни малейшего трепета, держался уверенно и независимо.
Старик Чжан невольно удивился.
С чего это он такой спокойный?
Уж не приходилось ли ему раньше встречать господ?
Палящее солнце.
Воздух на рудниках раскален до предела, у многих спины насквозь промокли от пота.
Но высокие гости всё не показывались.
Люди ждали и ждали.
Однако ни у кого не хватало смелости выказать недовольство.
Линь Фэн мысленно вздохнул, вскинув голову к небу: солнце висело в зените, изливая такие потоки жара, казалось, земля вот-вот превратится в пепел.
Жуткая духота.
Ни малейшего ветерка.
Стоило капле пота упасть на землю, как она тут же испарялась, взмывая тонкой полоской дымки.
«Гребаные аристократы, важные птицы чертовы... будь у меня время, я бы уже алмазную жилу разработал».
Пока Линь Фэн предавался внутренним ругательствам,
господа из семьи Хуан наконец соизволили явиться.
Чжан встрепенулся, смахнул со лба пот и зашептал Линь Фэну: ─ Сяо Линь, хорош витать в облаках, иди со мной встречать.
─ Иду.
Только теперь
Линь Фэн воочию узрел ту самую влиятельную персону, о которой говорил старик.
Хуан Сысы!
Молодая госпожа дома Хуан.
Она была облачена в бледно-желтое платье, в волосах покачивалась изящная шпилька. Красотой и манерами она резко выделялась на фоне простого люда на рудниках.
Позади нее ступали несколько телохранителей с размеренной, уверенной поступью.
Все крепкие, с вздутыми на руках венами – явно обладатели немалой боевой силы.
─ Дядя Чжан, –
улыбнувшись, поприветствовала его Хуан Сысы.
Сначала она с легким любопытством бросила взгляд на Линь Фэна, затем окинула взором притихших шахтеров.
И в конце концов её взор снова вернулся к старосте.
─ Госпожа, –
кланяясь и сгибаясь в пояснице, Чжан не забыл украдкой дернуть Линь Фэна за рукав, призывая выказать уважение.
─ Приветствую госпожу, –
деваться было некуда, Линь Фэн повторил жест.
Для попаданца подобные манеры были внове.
Кулак на ладонь – ладно, в боевиках насмотрелся, но вот так кланяться... ну ладно.
Хотя бы на коленях стоять не заставляют, скрипя зубами, стерпел.
─ Дядя Чжан, заставила вас ждать. Пусть шахтеры идут отдыхать, а мы потолкуем в тенекe.
─ Хорошо, хорошо.
Закивал старик.
Честно говоря, в его-то годах стоять на пекле добрую половину палочки благовония – испытание не из легких.
Хорошо, что барышня проявила понимание.
Стоило Чжану зычно рявкнуть, как шахтеры с облегчением выдохнули и поспешили спрятаться в прохладе забоев.
Под навесом.
Хуан Сысы присела на длинную скамью, сохраняя благородную осанку, и принялась вертеть в пальцах тот самый обтесанный кусок огненной яшмы.
Было заметно,
что эта вещица ей страсть как нравится.
Линь Фэн подумал, что оно и понятно.
Камень-то по меньшей мере на пару сотен лянов потянет, кому такое не по душе?
Ему самому тоже нравилось.
─ Дядя Чжан, это... – Хуан Сысы перевела взгляд на Линь Фэна, но на полуслове вспомнила, что до сих пор не знает его имени.
Старик тут же представил его: ─ Госпожа, его зовут Линь Фэн, можете звать просто Сяо Линь. Это он добыл ту огненную яшму.
─ Вот как, Сяо Линь, мне очень понравился этот камень, какую награду ты хочешь?
Посмотрев на него, непринужденно бросила Хуан Сысы.
Разве полагается еще и награда?
Линь Фэн слегка помедлил и, тщательно взвесив всё, сложил руки в приветствии: ─ Госпожа, староста уже выдал мне плату за яшму.
Ответ несколько удивил Хуан Сысы.
Разумеется, она знала, что дядя Чжан уже вознаградил паренька.
Но дядя Чжан – это одно, а она – другое.
Вещи разные.
─ Ничего страшного. В семье Хуан никогда не было правил давать награду лишь единожды. Говори смело, пока это не выходит за рамки разумного, я исполню любое твое желание, – с улыбкой произнесла Хуан Сысы.
Рядом
старик Чжан продолжал отчаянно строить ему глаза.
Линь Фэн понял намек.
Тот предостерегал его от излишней наглости, чтобы не гневить госпожу.
─ Госпожа, раз вы разрешили, я скажу прямо – у меня есть одна просьба.
─ Выкладывай.
Хуан Сысы слегка улыбнулась, заинтригованная.
Ишь ты, Сяо Линь этот ни капли её не боится. Смел не по годам?
─ Я хочу, чтобы госпожа приказала уничтожить Банду Железного Меча.
─ О? С чего бы вдруг?
При этих словах улыбка на лице Хуан Сысы исчезла, сменившись серьезностью, а стоявшие рядом телохранители едва заметно переменились в лице.
В сравнении с обычной наградой характер просьбы менялся кардинально.
Искоренить Банду Железного Меча?
b>А это значило – пролить кровь!

Комментарии

Загрузка...