Когда Чжао Цин добрался до цеха Седьмой тяжёлой промышленности, сапёры уже заканчивали финальную проверку.
Он стоял перед стометровой автоматической линией и долго всматривался в неё.
Механические руки безжизненно свисали вниз, конвейер застыл, экраны на пульте управления погасли.
Из пяти линий, которые контролировал Гектор, реально работали только три. Остальные две — не то чтобы запустить, даже документации, для чего они нужны, найти не удалось.
Он взял коммуникатор и нажал кнопку вызова.
— Генерал, производственные линии у нас.
— Отлично. Научные сотрудники выезжают немедленно, инженерные группы следуют за ними. Организуйте дальнейшую охрану — это наша первая база тяжёлой промышленности на Гее, никаких сбоев быть не должно.
— Есть!
Связь оборвалась.
Чжао Цин убрал коммуникатор на пояс, обернулся и окинул взглядом каждую единицу оборудования в цехе. Уголки губ наконец-то поползли вверх.
Пусть путь был тернист, пусть уйма народу разбежалась, но главное они заполучили.
......
Центр управления
Линь Сянь стоял перед большим экраном, глядя на прямую трансляцию из цеха Седьмой тяжёлой, переданную дронами. Эти механические руки, конвейеры — в его глазах они сияли ярче любого трофея.
Он откинулся на спинку стула и шумно выдохнул.
Наконец-то всё кончено.
Теперь можно присесть и прикинуть, сколько же добра они за эту вылазку нахапали.
Он принялся загибать пальцы, прикидывая в уме.
Лёгкая силовая броня. То, что Гектор раньше ни за что не хотел продавать, — теперь вся линия производства их собственная.
Штука простая по конструкции: по сути, металлический каркас с сервоприводами, обшитый бронёй, с продуманной механикой движения и здоровенным аккумуляторным блоком за спиной. Позволяет носильщику таскать более тяжёлые грузы, бегать быстрее, прыгать выше — улучшенная версия экзоскелета.
Настоящее сокровище для инженерных бригад. Им эту броню выдадут даже раньше, чем пехотинцам.
Другого выхода нет — аккумуляторный блок слишком заметен. На поле боя это ходячая бомба. Свои же разбегутся, лишь бы детонация не зацепила.
А на стройке — таскать арматуру, мешки с цементом, оборудование — один заменяет десятерых.
Он уже представил картину: рабочие в силовой броне носятся по объектам, а солдаты сидят в окопах и облизываются.
— Товарищ Линь? — рядом робко окликнул его техник, заметив странную улыбку на лице советника.
Линь Сянь махнул рукой, отгоняя мысли.
Кроме силовой брони, было ещё две вещи куда важнее.
Твёрдотельные батареи.
Одна из ключевых технологий семьи Серафимов. Энергоёмкость в разы выше, чем у литиевых, быстрее заряжаются, дольше служат, да и безопасность на порядок выше.
Именно они составляли бóльшую часть запланированного производства.
И бионические протезы.
Вот это была настоящая магия технологий. Лёгкая силовая броня — это, по сути, просто механическая опора, чудо грубой силы. А биопротезы — совсем другое: они напрямую подключаются к нервной системе.
Датчики, микродвигатели, системы обратной связи, биосовместимые материалы — над каждым из этих компонентов академики в тылу будут биться годами.
Теперь и полная производственная линия, и техническая документация — у них в руках.
Что до прочих материалов — он знал, что биосовместимые материалы особенно ценны. Их можно применять в медицине, особенно для таких, как Элиза — там даже индивидуальной кожи не нужно, невооружённым глазом не отличишь. В медицине они принесут куда больше пользы, чем просто в протезах.
Огромный улов поднял ему настроение. Он поднялся и подошёл к окну.
За окном огни базы «Предтеча» тянулись сплошной вереницей в ночной тьме.
Внезапно он вспомнил тот свой первый перенос — тогда он сидел один в подвале, сжавшись в комок, боясь сомкнуть глаза.
Разве мог он тогда мечтать, что однажды окажется здесь, подсчитывая промышленное наследие целого иного мира?
Техник снова взглянул на него и тихо напомнил:
— Товарищ Линь, вам бы отдохнуть. Через несколько часов вас с генералом вызывают на доклад. Остальное мы доделаем сами.
Линь Сянь кивнул, взял куртку и направился к выходу.
У самой двери он обернулся и ещё раз окинул взглядом суетливый командный центр.
Техник анализировал данные, штабисты распределяли ресурсы — всё шло своим чередом.
Хорошо.
Он шагнул в ночь.
За его спиной всё ещё горели огни командного центра.
Этой ночью на линии прибудут первые инженеры из Китая. Вместе с технической документацией, которую привёз Лоренс, всё это будут по частям разбирать, осваивать, впитывать.
А он сам останется тем самым ключом.
Откроет ещё много дверей. Приведёт ещё многих людей. Изучит ещё много вещей.
Пока однажды и на этой пустоши не зажгутся огни, принадлежащие им.
......
У стен Железной твердыни.
Повара работали быстро.
Пять полевых кухонь выстроились в ряд на пустыре. В топках весело плясали синие языки пламени. Нержавеющие подносы громоздились горой, из термосов валил пар.
Тушёная свинина, яичница с помидорами, суп из морской капусты с яйцом — стандартный паёк. Не изысканно, зато сытно, горячо и быстро.
Цинь Фэн стоял рядом с кухней и неторопливо потягивал суп из свежеразлитой миски.
Дел сегодня ещё невпроворот, но как ни спеши, бойцы должны быть в форме.
Первая смена солдат отошла с позиций и, волоча ноги, побрела к кухням. Кто-то снял шлем, лоб мокрый от пота; кто-то прислонил автомат к ноге и просто рухнул на землю, не в силах даже слово вымолвить.
Повара работали ловко — ложка тушёной свинины на поднос, ложка яичницы, риса — не жалея.
— Ешьте побольше, ночь длинная, — повар протянул поднос, а сверху щедро добавил ещё полложки мяса.
Боец поднял на него глаза.
— Чего уставился? Ешь давай и быстрей отдыхать, смена не за горами.
Тот ничего не сказал, опустил голову и принялся жадно уплетать рис.
Цинь Фэн молча наблюдал.
Глотнув ещё супу, он перевёл взгляд за кухни — туда, где в темноте угадывались очертания Железной твердыни.
Там тоже сейчас кто-то ел.
......
За городом, палаточный лагерь беженцев.
Лагерем это можно было назвать лишь условно — просто расчищенный пустырь, по периметру дежурили механические псы. Сейчас мало кто решался вернуться обратно — все боялись, что Железная твердыня снова превратится в поле боя.
В центре площадки застыли с десяток грузовиков с ящиками сухих пайков и консервов.
Из всех заправил в Твердыне уцелел только клан Мага. Так что можно считать, они взяли управление в свои руки. Несколько штабистов посовещались и решили для начала раздать провизию — успокоить народ, поднять рейтинг.
Несколько солдат стояли у машин с мегафонами, голоса разносились в ночном ветру:
— Становитесь в очередь! Без толкотни! Всем хватит, по одной порции!
— Кто получил — проходите туда! Там горячая вода!
Толпа колыхалась.
Без давки, без драк — не от воспитания, от усталости. Всю ночь бежали, всю ночь тряслись от страха, ноги ватные — у кого силы толкаться?
Сухонький старик взял консервы и галеты, долго смотрел на них, потом поднял глаза на солдата.
— Это... мне?
— Тебе. Проходи дальше, там горячая вода.
Старик двинулся к месту с кипятком, прижимая драгоценный паёк к груди.
Рядом на корточках сидела женщина, лихорадочно раздирая упаковку галет. Двое детей притиснулись к ней, не сводя глаз с её рук.
Она разорвала пакет, отломила кусочек и сунула старшему в рот, потом ещё один — младшему. Дети жевали, надув щёки, но глаза всё ещё впивались в пакет.
— Не торопитесь, на всех хватит, детям тоже положено, — молодой солдат не выдержал, подошёл и протянул ещё две порции.
Женщина уставилась на него, шевельнула губами, но не нашла слов.
Солдат не стал ждать благодарностей, развернулся и пошёл дальше, снова выкрикивая в мегафон:
— В очередь! Без суеты, друг за другом!

Комментарии

Загрузка...