На следующее утро.
Из зеркала на меня смотрели два роскошных синяка под глазами. Настоящие медвежата устроились!
Чем сильнее я пыталась заснуть, тем бодрее становилась. Даже подсчёт овец не помог. В конце концов сонливость накатила лишь тогда, когда за окном уже начало светать. Ужасно хочется спать.
Вчерашнюю метель словно рукой сняло: небо было ясным, и мы собирались отправиться в путь. Но снега выпало гораздо больше, чем ожидалось, поэтому отъезд перенесли на следующий день.
Честно говоря, меня это спасло. Если бы я свалилась без сил где-нибудь в дороге, доставила бы всем куда больше хлопот.
Вскоре после завтрака нам сообщили, что капитан Либер вернулся.
Я вышла встретить его. Небо было безоблачным, но ледяной ветер мгновенно выдул остатки сна из моей затуманенной головы.
Снега намело, наверное, сантиметров двадцать-тридцать. От крепостных ворот тянулась узенькая, чуть меньше метра шириной, дорожка, которую кто-то уже расчистил.
Неподалёку от ворот виднелась крупная фигура в плаще. Наверняка капитан Либер. Кажется, он как раз передавал поводья одному из подчинённых.
Когда он откинул капюшон толстого плаща, налипший на ткань снег осыпался вниз. Открылось его мужественное лицо, но даже издалека было заметно, как он бледен. И выражение у него было необычайно суровым.
Мне стало не по себе. Я подняла глаза на стоявшего рядом Леонхарта, но лицо у него было не менее мрачным, и я невольно отвела взгляд.
Капитан Либер, всё ещё с тёмным выражением лица, повернулся к нам спиной. Только тогда я заметила, что он приехал не один. Кто-то стоял в тени ворот, держа лошадь за поводья. Может быть, слуга, сопровождавший капитана? Капюшон скрывал лицо, так что разглядеть человека не удалось.
Сказав ему несколько слов, капитан обернулся и словно только теперь заметил нас.
Подойдя, он неловко произнёс:
— Доброе утро.
Под его глазами красовались такие же тёмные круги, как у меня.
— Прошу простить, что вчера меня не было. Надеюсь, никаких неприятностей не случилось?
— Всё хорошо. Все были очень добры ко мне. Но важнее другое... Как ваша супруга?..
Стоило мне спросить, как плечи капитана Либера заметно вздрогнули.
Я осеклась на полуслове. По спине пополз неприятный холодок.
— ...Дело в том, что...
После тягостной паузы капитан наконец заговорил. Я смотрела в его пугающе серьёзные глаза и ждала продолжения.
Нервно сглотнула.
— Я так сильно люблю жену, что просто не мог с ней расстаться. Вот и опоздал.
— ............А?
Из моего рта вырвался совершенно дурацкий звук.
Будто только этого и дожидаясь, капитан Либер громко расхохотался.
— Э?.. Что?..
— Простите, госпожа Мари. Вы так мило отреагировали, что я не удержался.
— Эрнст... — укоризненно произнёс Леонхарт.
— Да ладно тебе, прости! Я знаю, что с тактом у меня проблемы, но ведь не со зла же!
Увидев, как Леонхарт вздохнул, капитан сложил ладони перед лицом, умоляя о прощении.
Так... Я чего-то не понимаю. Надо мной просто подшутили?
Пока я стояла с таким видом, будто меня одурачила лиса, капитан виновато опустил брови.
— Вы беспокоились о нас, а я позволил себе такую грубую шутку. Прошу прощения. Но, пожалуйста, не тревожьтесь так сильно.
Только теперь до меня дошло: это он пытался позаботиться обо мне.
Увидел моё мрачное лицо и нарочно всё перевёл в шутку. И всё же тревога никуда не делась — наоборот, стала сильнее.
С его женой точно всё в порядке?
— Простите, что так спешу, но меня ждёт человек из дома. Нужно передать ему документы, поэтому позвольте откланяться.
— Подождите!
Я окликнула капитана, прежде чем он успел уйти.
— Госпожа Мари?
— Среди моих знакомых есть очень искусный лекарь. В скором времени он должен переехать в Небель. Когда это случится, нельзя ли будет попросить его осмотреть вашу супругу?
Услышав мою горячую просьбу, капитан Либер широко раскрыл глаза.
Затем его круглые ореховые глаза медленно прищурились. Вместо привычной широкой, жизнерадостной улыбки на губах появилась тихая, мягкая улыбка.
— Благодарю вас. Одного вашего участия уже более чем достаточно.
Это был добрый, но совершенно недвусмысленный отказ. Настаивать дальше я не смогла.
Леонхарт молча провожал взглядом удаляющуюся спину капитана.
Днём Леонхарт собирался вместе с рыцарями расчищать снег. А я решила, как и вчера, почитать материалы, одолженные заместителем командира Вольтером.
Сначала я думала, что за мной присмотрит сам Вольтер, но его заменил капитан Либер: пока тот отсутствовал, у него накопилось немало бумажной работы, и он всё равно собирался сидеть в кабинете.
В тихой комнате слышалось лишь поскрипывание пера капитана Либера.
Я пыталась читать, но содержание совершенно не укладывалось в голове. То и дело возвращалась к одной и той же строчке, перечитывая её снова и снова.
— Ваше Высочество.
— А-йай?!
Меня окликнули как раз в тот момент, когда я тихонько вздохнула, и я буквально подпрыгнула на месте.
От собственного писклявого голоса стало стыдно. Я прикрыла рот обеими руками и осторожно подняла глаза. Капитан Либер смотрел на меня с чуть растерянной улыбкой.
— Я вас напугал?
— ...Совсем немного.
Какое ещё «немного»? Сама чуть из кожи не выпрыгнула!
Мысленно посмеявшись над собственным нелепым ответом, я ещё сильнее смутилась.
— Я решил немного передохнуть. Не составите мне компанию?
— Конечно. Но как же ваша работа?
Наверняка он заметил, что я сижу как на иголках, и пытается меня отвлечь.
Мне не хотелось доставлять ему лишних хлопот, но капитан только рассмеялся в ответ на моё беспокойство.
— У меня полно способных подчинённых, так что если я немного поленюсь, ничего страшного не случится. Тут мне как раз подарили хороший чай. Изысканных сладостей предложить не могу, зато могу рассказать пару старых историй об одном человеке, с которым мы связаны с юности.
С этими словами капитан Либер улыбнулся, точно мальчишка, задумавший очередную проказу.
Разумеется, устоять перед соблазном послушать истории из прошлого Леонхарта я не могла. Я закивала ещё до того, как успела подумать.
Когда я закончила складывать бумаги, капитан вернулся с подносом, на котором стоял чайный сервиз. Большими, грубоватыми руками он удивительно ловко разлил чай, наполнив белые фарфоровые чашки примерно на три пятых.
Чай пах чуть сладковато, а настой был довольно тёмным. Наверное, ассам. Капитан спросил, нужны ли мне молоко и сахар, и я с готовностью согласилась. Ассам я больше всего люблю именно с молоком.
— Спасибо за угощение.
Я сделала глоток. Насыщенный аромат чая, который не смогло заглушить даже молоко, мягко наполнил нос. И сладости, и крепости было ровно столько, сколько нужно. Послевкусие чистое, приятное. Всё в точности как я люблю.
— Очень вкусно! Вы так хорошо завариваете чай!
Это была не вежливая похвала — я искренне восхитилась. Капитан Либер смущённо почесал затылок.
— Только не считайте меня жалким, ладно? Дело в том, что жена очень любит чай, вот мне и пришлось изо всех сил учиться его заваривать.
— Да что же тут жалкого? Наоборот, это прекрасно.
— Спасибо. Кстати, Леонхарт в таких делах на удивление небрежен. Тонкая, кропотливая работа — не его сильная сторона.
— Вот как... — протянула я и сама услышала, насколько довольно это прозвучало.
— Не то чтобы готовить он совсем не умел, но всё, что требует аккуратности, даётся ему плохо, и еда получается довольно грубой. Как-то он сварил суп: овощи нарезаны чудовищными кусками, приправы не пожалел. Нельзя сказать, что невкусно, но и вкусным не назовёшь — даже не знаешь, что ответить, если спросит, понравилось ли. А ведь вырос в знатной семье! И при этом запросто заявляет: «Какая разница, что за еда, лишь бы наесться».
Вот это настоящая мужская стряпня!
Может, со мной что-то не так, раз даже это кажется милым?
— Семья знатная, способности выдающиеся, да ещё и красавец. Естественно, от девушек отбоя не было. Вся женская половина наших ровесников смотрела только на него. И всё же парни тоже его любили — думаю, как раз благодаря этой простоте и отсутствию заносчивости.
Родись я в одно время с ним, непременно состояла бы в фан-клубе Леонхарта. Хотя, если подумать, и сейчас от этого недалеко ушла.
— Значит, он ещё с юности пользовался успехом у девушек?
— Ещё каким. Вот только в те годы он... гм...
Капитан Либер осёкся. Наверняка подумал, что при мне такие вещи рассказывать не стоит.
— «В молодости я, пожалуй, был тем ещё типом».
— ?!
— Так он сам мне сказал, — добавила я с улыбкой, заметив, как капитан ошеломлённо вытаращил глаза.
Он несколько раз растерянно моргнул. Потом уголки его глаз медленно смягчились, словно растаял лёд.
— Вот как... Он и об этом вам рассказал.
В голосе капитана слышалась искренняя радость, смешанная с задумчивостью.
Я уже хотела спросить, что он имеет в виду, но тёплая улыбка тут же исчезла, сменившись ухмылкой мальчишки-проказника.
— Ну, раз так, расскажу без утайки. Да, для девушек Леонхарт был далеко не лучшим возлюбленным. Конечно, он никогда не изменял и не поднимал руку. Он был внимателен, заботлив, и поначалу его избранницы улыбались так, будто счастливее их нет никого на свете. Но женщины наблюдательны. Рано или поздно они замечали, что их чувства и его чувства — совершенно разной силы.
Пока я слушала капитана, мне вспомнилась бывшая невеста Леонхарта.
Она любила его, но страдала от того, насколько неравными были их чувства, и в конце концов они расстались.
— В его отношениях никогда не было настоящей страсти. Ни привязанности, ни ревности, ни прочих мучительных переживаний, которые обычно сопутствуют любви. Поэтому, если девушка, желая проверить его чувства, предлагала расстаться, он совершенно спокойно её отпускал. По мне, такое и любовью-то не назовёшь. Мужчине уже под тридцать, а он ещё ни разу не влюблялся! Тут уже не анекдот, а страшилка какая-то.
Ну и досталось же Леонхарту!
Но ни насмешки, ни презрения в выражении лица капитана не было. Напротив, его ореховые глаза смотрели с явным беспокойством, несмотря на шутливый тон.
— Такой вот непростой человек наш Леонхарт фон Орсейн. И всё равно вам нужен именно он?
— ?!
Я едва не поперхнулась, но каким-то чудом удержалась.
Я, конечно, подозревала, что мои чувства могут быть заметны со стороны, но не думала, что они настолько очевидны!
Прикрыв смущение кашлем, я подняла глаза. Капитан Либер смотрел на меня с понимающей усмешкой.
— Вы молоды, красивы и очень умны. К тому же у вас прекрасный характер. Стоит вам улыбнуться — и мужчины выстроятся в очередь, чтобы завоевать ваше сердце. Среди них наверняка найдутся достойные вас по положению, добрые и талантливые люди. Разве не были бы вы счастливее, если бы не цеплялись за такого проблемного человека?
По выражению лица капитана я поняла: он не столько пытается отговорить меня, сколько спрашивает, готова ли я принять Леонхарта таким, какой он есть.
Хотя какая тут готовность? Мы ведь даже не встречаемся. Я просто безответно влюблена в него, и шансы на взаимность по-прежнему невелики.
Но ведь я всё это знала с самого начала.
— Вы неправильно ставите вопрос.
— Что?
— Я не ищу мужа, который будет меня любить. Я хочу стать женой человека, которого люблю сама.
Если это будет не Леонхарт, всё теряет смысл.
Именно это я и дала понять, не произнося вслух.
Капитан Либер замер, ошеломлённо приоткрыв рот.
Постепенно его широко распахнутые глаза вернулись к обычному выражению, а уголки губ поползли вверх. Он приложил ладонь ко лбу, пробормотал: «Ну, вы меня сразили», — и негромко рассмеялся.
— А вы замечательная женщина.
Он даже подмигнул и добавил, что, не встреть он свою жену, возможно, и сам бы в меня влюбился.
Да капитан Либер и сам замечательный человек. И настоящий друг.
Как же мне хотелось сделать хоть что-нибудь для него и его супруги. Хотелось, чтобы я тоже могла им помочь.

Комментарии

Загрузка...