Этот вопрос буравил сознание Вэй Уиня подобно заразному вирусу, пожирая его ментальные силы с ненасытной быстротой. Из него рождались всё новые и новые загадки.
Откуда вообще берутся эти Святые Кандидаты? Почему старый призрак был так уверен в исходе, если сам наблюдал за испытаниями уже добрую сотню раз с момента их зарождения?
У него возникло непреодолимое желание расспросить девушку, ведь во всей этой истории чувствовался грандиозный подвох, едва уловимый намек на какую-то тайну. Однако, приглядевшись к их телам, он пришел к выводу, что истинное Намерение Первородных Элементов в них абсолютно реально и не содержит ни капли фальши. Мощь и природа этой ауры не вызывали сомнений, а с самим её качеством он был прекрасно знаком.
—... — Пока Вэй Уинь молча размышлял над этой загадкой, Великая Жрица Си Дэ завершила песнопение, сложнейшие пассы руками и направление ментальной энергии в небеса. Пронесся оглушительный грохот, заставивший помрачневшее небо угрожающе затянуть тучи, а весь мир — задрожать. Несколько человек испуганно вздрогнули, но большинство зрителей Истинного Опустошения смотрели вокруг с возбужденным предвкушением.
Вэй Уинь поднял голову. Небеса начали раскалываться. Из разлома ударил густой поток переливавшегося многоцветного света, источавший священное, величественное тепло. Жители Истинного Опустошения принялись возносить молитвы, складывая руки и затягивая песнопения.
Из расколотого неба опустилась квадратная платформа, объятая теплым сиянием, и продолжала падать, пока не зависла прямо над Истинным Опустошением. Она поражала своими размерами, закрывая собой половину земель! Видна была лишь нижняя ее часть, но Вэй Уинь сразу понял — это боевая арена. И хотя формации, вплетенные в ее структуру, поражали воображение и лежали далеко за пределами Смертных Ограничений, по своему дизайну она в точности напоминала арены, которые он уже повидал немало раз.
— Боевая Сцена Божеств снизошла! Наш Божественный Владыка Деси узрит храбрые поединки Святых Кандидатов, жаждущих доказать свою ценность! — с пылким воодушевлением провозгласила Великая Жрица Си Дэ.
Снизу платформы бхнул луч света, образовав цилиндрический кокон, который стремительно обрушился на красивого юношу. Тот даже не шевельнулся, когда барьер заключил его в плен. От платформы пошли расходиться волны вибраций, словно чего-то ожидая.
— Святой Кандидат, ты избран первым! Примешь ли ты вызов, чтобы доказать свою состоятельность, или отступишь? — мягким, но далеко разносившимся голосом спросила Великая Жрица Си Дэ, вложив в слова невиданную прежде строгость. Казалось, на плечи юноши легла непосильная ноша. Было очевидно, что это его последний шанс отказаться от испытания.
Предстояла схватка насмерть — из нее выйдет живым лишь один. А его противником станет кто-то из фигур в капюшонах, чей уровень культивации превосходил его собственный на три ступени. Будь противником Владыка Сферы, он бы ни за что не рискнул, но против мастера Фазы Излучения Гравитации у него имелись кое-какие шансы!
В случае победы он станет новым Святым Сыном, обретя безграничную власть и влияние! С решительным блеском в глазах он объявил: — Я принимаю испытание Божественного Владыки!
Стоило ему произнести эти слова, как толпа одновременно затихла и разразилась одобрительными криками. Зрелище получилось странным, полным противоречий, и его трудно было описать словами.
После очередной вспышки света точно так же оказался заключен в кокон один из людей в капюшонах. Вэй Уинь присмотрелся к этому человеку, бормотавшему какую-то благодарственную молитву.
Оба внезапно исчезли. Платформа наверху замерцала, и по всему Истинному Опустошению вспыхнули многочисленные проекционные экраны, показывающие бой с разных ракурсов. Расположены они были так удобно, что даже не приходилось задирать голову к небу — стоило лишь бросить взгляд на горизонт, как перед глазами оказывалось несколько экранов с отличным обзором.
На экранах проступили фигуры бойцов, и фигура в капюшоне откинула капюшон. Перед зрителями предстала женщина. Симпатичная дама средних лет с короткими темными волосами и карими глазами. К тому же она оказалась эльфийкой!
Едва заметив ее заостренные уши, Великие Короли принялись обмениваться духовными сообщениями. Впрочем, поделать они ничего не могли. Эту соперницу выбрал сам Божественный Владыка, и вмешаться в испытание или обвинить кого-то в пристрастности было невозможно!
Женщина средних лет без колебаний извлекла саблю — острую, почти двухметровую. От ее изогнутого лейтеля и сверкающего острия исходило слабое Намерение Сабли. Вэй Уинь тут же заинтересовался. Это был первый человек на Опустошенных Землях, в ком пробудилось Намерение Сабли.
Юноша тоже приготовился к бою, достав шест бо со множеством белых узоров, источавших Первородную Стихийную Энергию. Крепко сжав оружие, он припал к земле в низкой стойке, а его астральная энергия запылала в полной боевой готовности.
Вэй Уинь отметил, что этот шест это высококлассным Астральным Вооружением, и его качество вызвало у него неподдельный интерес. Он с легким любопытством следил за тем, как над бойцами загорается обратный отсчет, начиная с шестидесяти секунд.
Любопытство взяло верх, и Вэй Уинь задал Великой Жрице пару вопросов: — Что будет, если он осилит испытание? Нам тоже выпадет шанс? — Остальные фигуры в капюшонах повернулись к Вэй Уиню, а Великая Жрица слегка нахмурилась.
Впрочем, эту деталь хотела узнать и сама девушка. Что, если объявятся сразу несколько Святых Сыновей или Дочерей? Она навострила уши и прислушалась.
Великая Жрица тихо ответила: — Божественный Владыка решит, кто из них более достоин, основываясь на результатах двух других испытаний. Возвыситься сможет лишь один Святой Ребенок.
Вэй Уинь кивнул и снова посмотрел на экран. Молодой человек вибрировал от переполнявшей его астральной силы, а его аура взметнулась до предела. Эльфийка же молчала, лишь сжимала в руке саблю, по кромке которой скользил тонкий луч острой сабельной энергии.
Девушка нахмурилась, понимая: останься здесь только она да Вэй Уинь, ей ни за что не получить статус Святого Чада и заветный Знак Божественности. Но это не имело значения. Она воспользуется моментом для закалки и найдет другой способ добыть артефакт.
Этого темного лошадку она целый год выпестовывала в надежде вырастить достойного кандидата. И только из-за участия Вэй Уиня ей пришлось заявиться самой, иначе она упустила бы всякий шанс завладеть Знаком Божественности и той вещью. Она с ожиданием посмотрела на своего ставленника, желая увидеть плоды вложенных ресурсов.
Ее предвкушение отчетливо читалось на лице.
Но вот таймер отсчитал тридцать секунд, и Вэй Уинь покачал головой. Тихим голосом он сказал: — Он мертв.
Девушка опешила и покосилась на него. Она нахмурилась, переводя взгляд на полностью готового к бою юношу, вооруженного элитным астральным арсеналом и вышколенного ее ресурсами. Этот парень запросто мог сражаться с противниками на два ранга выше своего. А примени он ту особую технику, которой она его обучила, шансы возросли бы еще сильнее.
Великая Жрица заинтересовалась. Повернувшись к Вэй Уиню, она одарила его странным блеском в слепых глазах и спросила: — С чего ты взял? — Невозможно было просто так не замечать загадочную фигуру Вэй Уиня. Его истинный возраст культивации не достигал и десяти лет, и при этом он обладал уровнем Духовной Мощи в 39 300 единиц. Самое настоящее воплощение чудовища; если бы не место действия и ее собственные обязанности, к которым она относилась со всей серьезностью, она бы уже давно забросала его вопросами.
То же самое относилось к Великим Королям и Клан-Лидерам эльфов. Все они смотрели на Вэй Уиня, ловя каждое его слово и движение, отчаянно пытаясь хоть что-то узнать об этом невероятно красивом и чудовищно одаренном юноше!
Вэй Уинь с легкой улыбкой повернулся к Великой Жрице и указал наверх. Он сказал всего четыре слова, но в момент, когда прозвучало последнее из них, до окончания обратного отсчета оставалось ровно три секунды: — Не проявил Кумир Души.
Эти четыре слова мгновенно прояснили всё для окружающих, и те перевели взгляды на полностью сосредоточенного, готового к бою юношу. И ведь верно — он не явил своего Кумира Души! Большинство прибегали к нему лишь в самых безвыходных схватках, поскольку это пожирало невероятное количество духовной энергии, однако в то же время мощь духовной силы и ауры взлетала на новый уровень, делая духовные заклинания и защиту пугающе сильными.
Это даже усиливало астральную силу владельца!
Девушка вскинула взгляд, ее зрачки сузились.
Внизу старик покачал головой. — Какая самонадеянность.
Словно слова Вэй Уиня были божественным предсказанием, таймер дошел до нуля.
Раздался гул, возвещающий о начале боя. Юноша немедленно возвел мощный защитный барьер, подкрепленный техникой обороны: перед ним вырос панцирь гигантской черепахи, а астральная энергия хлынула рекой, готовясь к решающему удару.
Парню было ясно, что затяжной бой ему не потянуть и исход может решиться за пару мгновений, а то и вовсе с одного удара, поэтому он намеревался немедленно применить сильнейшую технику, переданную ему покровительствовавшей таинственной фигурой! Он выпускал свой козырь!
Шииинг!
Звук обнажаемой сабли сменился пронзительным, зловещим свистом, леденящим сердца всех присутствующих. Сделав шаг вперед, женщина средних лет превратилась в комету сабельной энергии. Ее Намерение Сабли неистово бушевало, но вся мощь оказалась сконцентрирована на самой острой кромке лезвия.
Она полоснула по горизонтали!
Юноша уперлся изо всех сил, скрипя зубами и укрепляя барьер. Увы, все его действия оказались абсолютно бессмысленными! Луч сабельного света мгновенно преодолел расстояние и врезался в черепаховый щит. Под тихий скрежет металла о твердую поверхность сабельный свет вспыхнул с невероятной силой. А затем, подобно падающей звезде, эльфийка вместе со вспышкой пролетела еще с сотню метров и замерла уже за спиной противника.
—...
Вэй Уинь покачал головой. Намерение Сабли — это вам не Намерение Меча. Оно концентрирует всю остроту в режущей кромке, нанося удары самым прямым и простым из возможных способов. Сабля создана убивать; это орудие смерти, отправляющее врагов прямиком на путь перерождения. Меч таит в себе безграничные вариации, сабля же куда прямолинейней. Даже техника культивации, которой он влал, называлась просто «Сабля».
После короткой паузы глаза юноши расширились от неверия, обиды и всепоглощающего отчаяния! Он даже не успел применить свой главный удар!
По арене пронесся влажный звук фонтанирующей крови, обнажая багровую завесу, брызнувшую из шеи юноши. Он попытался выговорить какие-то бессвязные слова — свои последние слова в этой жизни — прежде чем его голова соскользнула с плеч. Когда она с грохотом рухнула на землю, на всех экранах отразилось обезглавленное тело и остекленевшие глаза покатившейся головы; в толпе воцарилась гробовая тишина.
Что до женщины средних лет, она убрала саблю, а ее лицо слегка побледнело. Сосредоточив всю сабельную мощь в одном-единственном ударе, она изрядно истощила свои силы.
Девушка скрипнула зубами: — Идиот!

Комментарии

Загрузка...