Произнеся эти слова, госпожа Цзинь почувствовала некоторое облегчение в душе. Она подняла чашку с чаем, сделала глоток и бросила взгляд на госпожу Сюэ.
Та была одета в шелковую рубашку из дорогого мягкого шёлка, сиреневого оттенка с застежкой посередине, а снизу — в белую юбку из хлопкового атласа. В прическе у неё были шпильки с тонкой золотой проволокой и нефритовые украшения, инкрустированные драгоценными камнями, а в ушах сверкали яркие золотые серьги. Она выглядела женой зажиточного человека.
Сама же госпожа Цзинь пришла в лучшем, что у неё нашлось — в синем жакете, из грубого шёлка, торчащего колом, и в простой хлопковой юбке цвета нефрита. На голове у неё были лишь серебряная шпилька и медные заколки, а на запястье — серебряный браслет, доставшийся ей еще от матушки много лет назад. Других украшений не было вовсе. По сравнению с госпожой Сюэ она выглядела жалко.
Ся Юнь получил степень цзюйжэня, принял богатые подарки и даже получил дом от щедрого благодетеля, и устроился на службу мелким чиновником в местную управу.. Для обычной семьи это стало бы залогом большого достатка, однако обстоятельства семьи Ся были особенными.
Беда заключалась в том, что госпожа Цзинь оказалась чересчур плодовитой. Хотя два её старших сына уже женились, а дочь вышла замуж, дома оставались ещё две незамужние дочери, которым нужно было готовить приданое. Кроме того, у неё была пара двенадцатилетних близнецов, а самый младший сын, семи лет от роду, родился слабым и болезненным. Семья потратила огромные деньги на врачей и лекарства, но мальчик так и не поправился; он лежал в постели, едва дыша, и жизнь его висела на волоске.
Так как семья обрабатывала всего несколько му тощей земли, так что им было не до роскоши.
Госпожа Цзинь про себя недоумевала: раньше у госпожи Сюэ было всего несколько украшений, и она постоянно носила два-три одинаковых комплекта одежды. Откуда же вдруг взялось это обилие золота и серебра?
Ей стало еще более досадно. Она кашлянула пару раз, натянула на лицо фальшивую улыбку и сказала:
— Ах, сестра Сюэ, ты так нарядилась! Ох-ох-ох.. У меня в глазах рябит от твоих золотых и серебряных побрякушек.
Госпожа Сюэ подавила внутреннее раздражение и спокойно ответила:
—Просто моему мужу наконец-то улыбнулась удача. Он стал управляющим в крупном ломбарде, и наша жизнь заметно улучшилась. Когда прежний хозяин уехал в столицу и решил продать лавку, новый владелец оказал моему мужу доверие и оставил его при той же должности. Иногда он и сам скупает древности и перепродаёт, так что мы вполне справляемся. В этом году, к Новому году, мой муж решил купить несколько украшений для Сянлань. Ну а я, конечно, тоже не осталась в стороне и заказала себе две-три вещицы.
Госпожа Цзинь приняла позу старшей и более опытной женщины. Она слегка наклонилась вперед, посмотрела на госпожу Сюэ и произнесла назидательным тоном:
— Послушай, сестрица Сюэ. Я старше тебя на несколько лет, поэтому позволю себе дать тебе совет. Теперь, когда ваша жизнь улучшилась, не стоит тратить все деньги на золотые и серебряные украшения — это пустая трата. В будущем расходы будут только расти... По-моему, пока брат Чэнь еще молод, вам следует потратить немного серебра и купить здоровую девушку рабыню, способную рожать детей. Ведь всем известно: из трёх видов непочтительности самая большая — это отсутствие наследника. Не может же род Чэнь прерваться!
Услышав эти слова, госпожа Сюэ окончательно потеряла самообладание, и её лицо перекосило. С тех пор как она ушла из усадьбы Линь, она делила с Чэнь Ваньцюанем все тяготы и лишения, терпя его пьянство и вспыльчивый нрав. И вот, едва они начали жить хоть немного лучше, какая-то посторонняя женщина вдруг приходит и советует ей взять для мужа наложницу!
Госпожа Сюэ пришла в ярость. Она уже открыла рот, чтобы возразить, но госпожа Цзинь продолжила:
— Если у вас не будет сына, как брат Чэнь сможет смотреть в глаза предкам после смерти? Даже если вы накопите огромное состояние, какой в нем толк без наследника мужского пола? И в старости у вашей постели некому будет прислуживать. Ты ведь помнишь вторую дочь семьи Гун, наших старых соседей? У нее грудь крепкая и полные бедра — девка, что надо, кровь с молоком! Это как раз «внешность, благоприятная для рождения сыновей». Ей уже восемнадцать. Стоит только заикнуться её родителям, и они сразу согласятся. Хочешь, я завтра же схожу, разузнаю для тебя?
Госпожа Сюэ холодно усмехнулась:
— Сестрица Цзинь, ты, наверное, шутишь? «Некому будет прислуживать у постели»? Рядом со мной есть Сянлань.
Госпожа Цзинь прикрыла рот рукой, смеясь. От этой улыбки вокруг её глаз собрались глубокие морщины, и она стала выглядеть еще старше, чем прежде.
— Сянлань всё равно рано или поздно выйдет замуж. Неужели вы планируете держать её при себе всю жизнь? Или, может быть, вы хотите найти зятя, который войдет в вашу семью? Ох-ох-ох! Послушай совета старшей сестры: те, кто согласен стать таким зятем, редко бывают хорошими людьми. Даже если ты не можешь найти кого-то вроде нашего третьего сына, который сдал экзамены и стал чиновником, то хотя бы выбери парня из семьи с достатком!
У госпожи Сюэ от гнева похолодели руки и ноги. И именно в этот момент у входа раздался голос:
— Тетушка Ся, ваши слова бьют не в бровь, а в глаз.
Все обернулись и увидели входящую Сянлань. На её лице играла спокойная улыбка. Войдя, она сначала почтительно поклонилась присутствующим, а затем обратилась к госпоже Цзинь:
— Действительно, достаток — это важно. Лучше иметь состояние, а не пустую славу. Семьи, которые на деле бедны до звона в карманах и обременены многочисленными родственниками, нам не подходят. Хотя мы и сами люди простые, но связываться с такими семьями не рискнем. Если в будущем на пороге появится целая толпа бедных родственников, как же нам тогда жить?
Госпожа Цзинь тут же насупилась, её лицо, итак похожее на хризантему из-за обилия морщин, скукожилось ещё больше. Она холодно усмехнулась:
— Я лишь из добрых побуждений дала совет, а в ответ получила столько дерзости от какой-то малявки! Думаешь, я не поняла, что это ты так на нашу семью намекаешь? Я желаю добра твоей матери! Взять наложницу — это счастье. Твои родители стареют, ты скоро выйдешь замуж, а кто же за ними ухаживать будет?.. Не могу я больше здесь сидеть!
С этими словами она встала и направилась к выходу.
Хотя госпоже Сюэ стало легче на душе, она всё же сделала вид, что удерживает гостью, и строго сказала Сянлань:
— Дочь, ты совсем не знаешь меры! Разве можно вмешиваться, когда старшие разговаривают? Сейчас же извинись перед тётушкой Ся.
При этом она незаметно подмигнула дочери.
Госпожа Цзинь высокомерно фыркнула, бросив на прощание госпоже Сюэ:
— Тебе следует получше воспитывать свою дочь. С таким ядовитым языком ей будет трудно выйти замуж!
Сянлань говорила чётко и звонко, сыпя словами, словно горохом на железный поднос:
— Я молода и глупа, прошу прощения у тетушки Ся. Раньше я думала, что брать наложниц пристало только богатым и знатным семьям. Вот, например, ваша семья: под вашей крышей теперь есть господин-цзюйжэнь, и теперь, когда дядя Ся выходит на улицу, все уважают его и называют «почтенным отцом уважаемого господина». Такой статус и достоинство действительно позволяют иметь наложницу. Во-первых, вы с дядей Ся старше моих родителей, и вам действительно нужна помощь и уход. Во-вторых, для отца господина-цзюйжэня взять наложницу — это радостное событие, которое только добавит чести вашей семье!
Госпожа Цзинь никак не ожидала, что дочь семьи Чэнь окажется такой острой на язык и обернёт её же слова против неё. Её лицо мгновенно побагровело от гнева.
Третья барышня Ся, видя, что мать притесняют, вскочила и возмущённо заявила:
— Моя мама просто дала добрый совет вашей семье! И она вовсе не «курица, которая не несет яиц», зачем же моему отцу брать наложницу?!
Сянлань даже не взглянула на неё. Она смотрела исключительно на госпожу Цзинь:
— То, что вы сказали сегодня, тетушка Ся, имеет несколько несоответствий. Во-первых, моя мать еще молода. В прошлые годы наша семья жила бедно, и её здоровье было ослаблено. Теперь же, если она будет хорошо заботиться о себе и сделает пожертвования в храм, моля о сыне, у отца обязательно появится наследник. Если вы действительно беспокоитесь о том, что у моих родителей нет сына, то, учитывая наши многолетние соседские отношения, вам следовало бы посоветовать моей матери получше беречь здоровье, а не сватать ей наложниц для мужа.
Во-вторых, мой отец никогда не помышлял о наложнице. Он даже против усыновления племянника или чужого мальчика, чтобы тот продолжил род. Если не верите, можете сами спросить.
В-третьих, брать наложницу или нет — это наше внутреннее семейное дело. Какое отношение оно имеет к вам?
Понимаю, тётушка Ся раньше толклась исключительно на базаре, целыми днями судачила о чужих делах, так что и приличий не знает. Неудивительно, что, став матерью цзюйжэня, она так и не научилась правилам. Я, хоть и молодая, и глупая, но два года прислуживала в богатом доме и знаю кое-что о приличиях. Поэтому сегодня я скажу вам прямо: перестаньте вести себя как сваха, предлагая людям наложниц. Это не только позорит вас саму, но, что более важно, бросает тень на репутацию господина Ся. Люди могут подумать, что он тоже любит чесать языком на каждом углу и вмешиваться в чужие дела!
Госпожа Цзинь никак не ожидала, что Сянлань произнесет такую длинную речь и публично унизит её. От гнева она вся задрожала, ткнула пальцем в сторону девушки и пробормотала: «Ты... ты...», но не смогла вымолвить ни слова больше. В ярости она развернулась, собираясь немедленно выскочить наружу.
Но вторая невестка Ся, женщина хитрая и быстро соображающая, удержала свекровь за руку и обратилась к госпоже Сюэ:
— Матушка имела лишь добрые намерения, просто оговорилась. Позвольте мне извиниться за неё.
Госпожа Сюэ также поспешила сгладить конфликт. Она строго окрикнула дочь:
— Бесстыдница! А ну прикуси язык! Забыла, что старших уважать нужно?!
А затем, повернувшись к госпоже Цзинь, она улыбнулась и сказала:
— Девочка еще мала и глупа, старшая сестра, пожалуйста, не сердись на неё!
Вторая невестка, крепко держа госпожу Цзинь за руку, уговаривала:
— Матушка, садитесь скорее. Проявите мудрость.. Ну так уж вышло, слово за слово.. Ничего страшного.
При этом она непрерывно подмигивала свекрови, намекая, что нужно успокоиться и не портить отношения сейчас, когда они пришли с конкретной целью.
Госпожа Цзинь знала, что её вторая невестка — самая хитрая и расчетливая в семье. Хотя ей всё ещё хотелось уйти, хлопнув дверью, она, обладая толстой кожей и умея терпеть унижения ради выгоды, всё же села обратно.
Вторая невестка Ся была мастерицей говорить приятные вещи. Сначала она похвалила изящество обстановки в комнате, затем восхитилась нарядом госпожи Сюэ, а потом ловко перевела разговор на своего деверя, Ся Юня. Она начала расхваливать его невероятный талант и прекрасную внешность.
Услышав похвалы в адрес сына, госпожа Цзинь сразу выпрямила спину, её настроение улучшилось, и она с гордостью рассказала, как высоко ценят Ся Юня в управе. Так, за несколько минут, прежний конфликт был забыт, и беседа снова потекла в веселом и дружеском ключе.
Вторая невестка Ся, всегда отличавшаяся навязчивостью, повернулась к Сянлань. Она начала трогать её волосы у висков и брать пальцы в свои руки, внимательно осматривая девушку с головы до ног.
Сянлань почувствовала себя неловко от такой бесцеремонности и незаметно отодвинулась в сторону. Однако вторая невестка придвинулась снова, схватила её за руку и воскликнула с притворным восторгом:
— Ах-ах! Да ты просто небесная фея! В последний раз я видела тебя несколько лет назад, еще до того, как ты попала в дом семьи Линь. Как быстро пролетело время! Ты так выросла и похорошела, что я едва узнала тебя. Мне очень нравится твой прямой и открытый характер. Интересно, кому же повезет стать мужем такой прекрасной девушки?
Она стала расспрашивать Сянлань, чем та обычно занимается. Та, улыбаясь, ответила:
— Чем я ещё могу заниматься? Обычно вышиваю и шью.
Вторая невестка Ся усмехнулась:
— Какое там шитье! Ты ведь только и делаешь, что рисуешь картины. Скажи-ка, сколько серебра ты получаешь за один свиток?
Сянлань, вздрогнув, взглянула на неё. В глазах второй невестки вспыхнул алчный блеск, от чего девушке стало еще более не по себе. Она холодно ответила:
— Вторая невестка шутит. Где уж мне уметь рисовать? Не слушайте вы пустые сплетни, которые ходят среди людей.
Вторая невестка, сохраняя на лице широкую улыбку, настаивала:
— Ну зачем ты меня обманываешь? Шепни мне по секрету, я никому не расскажу...
В этот момент к ним подскочила третья барышня Ся. Она с детства почти не носила новой одежды. С тех пор как Сянлань вошла в комнату, третья барышня не сводила завистливых глаз с её яркого наряда и украшений. Она восхищенно выдохнула:
— Какие красивые у тебя цветы и бусинки в волосах...
Сянлань как раз ломала голову, как избавиться от навязчивых расспросов второй невестки Ся. Услышав слова девушки, она вынула из волос украшение в виде цветка, и протянула его третьей барышне Ся:
— Если тебе нравится, возьми себе.
Вторая невестка Ся тут же зачастила:
— Ах-ах! Как же можно! Это слишком дорого!
В душе она сильно пожалела, что сама раньше не похвалила наряд Сянлань. Тогда бы, по правилам вежливости, девушка могла бы предложить украшение и ей. Теперь же просить было неловко.
Третья барышня тут же схватила цветок. Украшение было изящным и необычным: усики бабочки были сделаны из тонкой медной проволоки, а к ним крепились маленькие кусочки яшмы с красными прожилками, которые забавно подрагивали при каждом движении. Она повертела его в руках, не говоря ни слова благодарности, и тут же воткнула в волосы. И снова уставилась на голову Сянлань голодным взглядом:
— Твои шпильки и заколки тоже очень красивые...

Комментарии

Загрузка...