Против течения/Лёгкий аромат орхидеи — Глава 58 читать онлайн

«Цветам и садам уж невдомек, что весна ушла,»

Всё ещё соперничают в красоте и великолепии.

Земля устлана ковром из опавших лепестков,

И если мы встретимся - тоже решим, что всё как прежде?.

Едва она закончила читать, Сун Таньчай рассмеялась:

— А ещё говорили, что плохо! За эти слова вас наказать надо бы. Один только замысел уже намного глубже моего. Я просто в восхищении.

У Линь Дунлин, недовольной тем, что её собственные стихи вышли неудачными, кошки на душе скребли. Только что она опозорилась, а тут ещё и Чжэн Цзинсянь смотрела на неё с насмешкой: во взгляде сквозило откровенное презрение, и у Линь Дунлин глаза налились кровью. А тут ещё Сун Таньчай так скромничает перед Чжэн Цзинсянь, принижает себя. Это окончательно вывело её из себя.

— Сестрица Таньчай, чего вы скромничаете? — выпалила она. — У вас и правда хорошо получилось. Ваш брат — первый талант в столице. Сегодня просто чужих мужчин не звали, а если бы позвали, он, даже если бы во сне написал, и всё равно бы всех победил!

Чжэн Цзинсянь, даже не взглянув на Линь Дунлин, спокойно спросила у Сун Таньчай:

— Я ведь тоже из столицы. Однако не знаю, кто именно ваш старший брат?

Сун Таньчай, смутившись, проговорила:

— Сестрица, не слушайте сестрицу Лин, она всё перепутала...

Но Линь Дунлин не дала ей договорить:

— Её брата зовут Сун Кэ, второе имя — Ифэй. Он много стихов написал, и все их хвалят.

Чжао Юэчань, видя, что Линь Дунлин совсем распетушилась, как бойцовый петух, поспешила вмешаться:

— Поговорили — и хватит. Устали, поди. . Давайте лучше выпьем чаю, а потом продолжим обсуждения.

Она сама принялась хлопотать вокруг стола — и щедра, и обходительна, и радушна. Предложила всем поесть и выпить, послала к себе в комнату за маринованными гусиными лапками и утиными язычками, что приготовила несколько дней назад, и, смеясь, сказала:

— Когда в прошлый раз у моей матери день рождения был, я в родной дом ездила. Там моя старшая невестка рассказала такую забавную историю, что мы все животы надорвали.

Линь Дунци, зная, что Чжао Юэчань мастерица рассказывать смешное, с интересом спросила:

— Что за история? Расскажите, сестрица, дайте и нам посмеяться..

Чжао Юэчань обвела всех сверкающим взглядом, полным очарования, и помахала веером из белой шелковой ткани:

— Мой старший деверь служил уездным начальником в уезде Шуньи, что в округе Шуньтянь. Однажды во время судебного заседания он спросил одного преступника о возрасте. Тот ответил, что родился в год Свиньи. Мой деверь подумал, что тот насмехается над ним, разгневался и воскликнул: «Я, уездный начальник, родился в год Свиньи, а ты осмеливаешься тоже быть Свиньёй?» Преступник поспешно ответил: «Ваша милость, я действительно родился в год Свиньи, в двенадцатом месяце». Только тогда мой деверь понял, что преступник не хотел его оскорбить. Он облегчённо вздохнул и пробормотал: «А я родился в первом месяце». Тут преступник расплылся в льстивой улыбке и, пытаясь подлизаться, заявил: «Вот именно! Ваша милость — свиная голова, а я — свиные потроха!»

Едва она закончила, все захлопали в ладоши и расхохотались до слёз. Услышав такой взрыв веселья, госпожа Цинь Ши, находившаяся в комнате, спросила:

— Что там случилось? Почему смеются так громко?

Хунцзянь, улыбаясь, ответила:

— Старшая госпожа рассказала такую смешную историю, что всех насмешила. — И пересказала то, что говорила Чжао Юэчань. Все женщины в комнате тоже не удержались от смеха.

— Ах эта проказница! — воскликнула тётушка Сун. — Такая бойкая, разговорчивая — никому за ней не угнаться.

— И правда, — подхватили другие, — такая живая, да и собой хороша. Сама и хлопочет, и распоряжается, и в доме полный порядок. Вам, сестрица Цинь, повезло с такой невесткой.

Госпожа Цинь, услышав это, чуть улыбнулась и, опустив голову, сделала глоток чаю, скрывая непростые чувства. Подняв глаза и глядя на цветущую Чжао Юэчань, она подумала с горечью:

«И умна, и красива, и людей понимает, и передо мной на цыпочках ходит — слова поперёк не скажет. Таких сообразительных девушек действительно немного — если говорить начистоту, она превосходная невестка. Однако есть одно «но»: ей не хватает доброты и нравственности. Без этих двух качеств, да ещё при такой алчности до денег, какие бы ни были остальные достоинства, всё теряет ценность...Эх, знать, не судьба моему Цзиньлоу иметь хорошую жену. Вот была бы у него такая, что соединила бы достоинства Чжао Юэчань и Цин Лань — умна, хозяйственна, лицом красива как первая, да с добрым сердцем, как вторая — как бы было замечательно..»

Тем временем Чжао Юэчань снова рассмеялась и звонко произнесла:

— Я ведь женщина простая, далёкая от изящной словесности, не смыслю ни в стихах, ни в песнях. Умею лишь рассказать пару шуток простонародных, чтобы всех рассмешить да настроение поднять..

Сянлань прислонилась к стене и смотрела, как Чжао Юэчань смеётся и беседует, сияя красотой и уверенностью. Затем она перевела взгляд на Цин Лань, которая сидела на скамье под навесом галереи, выглядя немного пристыжённой и поникшей. В душе Сянлань невольно вздохнула:

«Всё-таки у законной супруги есть особая стать. Ведь она родом из семьи чиновников, с детства вращается в кругу себе подобных, опытна и держать себя умеет при любых конфузах. Даже если мы, слуги, всячески поддерживали наложницу Лань и пытались вознести её высоко, однако если у неё самой нет ни ума, ни красноречия, то в конечном счёте она лишь потеряла лицо. Столько трудов потрачено на это поэтическое собрание, а в итоге Чжао Юэчань одной лишь шуткой затмила собой половину присутствующих».

Она стояла в уголке, наблюдая за остальными, и не ведала, что из-за решётки, увитой плетистыми розами, на неё смотрит Линь Цзинлоу. Его взгляд скользил по фигуре Сянлань: волосы собраны в простую причёску, на плечах кофточка цвета осенней листвы, ниже — светло-голубая юбка, по подолу которой вышиты были пара бабочек. Этот скромный, свежий наряд лишь подчеркивал изящество её черт, делая её ещё более притягательной.

Линь Цзинлоу прищурился, медленно осмотрел девушку с головы до ног и обратно. В памяти образ её казался иным, но стоило приглядеться — черты те же. Впрочем, живая она выглядела куда привлекательнее любых воспоминаний Он погладил подбородок — и откуда только у служанки такая красота?

Бросив быстрый взгляд в сторону, он заметил девчонку- служанку, которой только недавно собрали волосы в пучок. Она шла, держа в руках блюдце с пирожными, и по пути потихоньку стянула одно. Круглое личико её выглядело вполне сообразительным. Он поманил её пальцем и сказал:

— Эй, ты, иди-ка сюда.

Сяо Цзюань только начала лакомиться пирожным. Неожиданно услышав чей-то зов, она вздрогнула. Разглядев же, что подзывает её сам Линь Цзиньлоу, она от страха чуть не подавилась — власть этого человека всегда внушала ей трепет, и теперь девушка застыла на месте, остолбенев от неожиданности.

Линь Цзинлоу поморщился с явным нетерпением:

— Тебя зову, не слышишь, что ли? Оглохла?

Сяо Цзюань с трудом проглотила кусок пирожного, чуть не выкатив глаза от удушья. Опустив взгляд и сохраняя покорный вид, она подошла ближе и тихо спросила:

— Что угодно господину?

Линь Цзиньлоу кивнул на Сянлань:

— Вели ей идти в Павильон Таожань. Она мне нужна.

Сяо Цзюань закивала, словно курица, клюющая зёрна, и уже повернулась было уйти, как вдруг Линь Цзиньлоу снова окликнул:

— Постой.

Она тотчас замерла на месте.

Линь Цзиньлоу добавил:

— Смотри только, чтобы об этом никто не узнал. Не поднимай шум.

Сяо Цзюань ещё раз кивнула и только тогда удалилась.

Сянлань в это время стояла у стены, ожидая распоряжений. Вдруг она ощутила лёгкое прикосновение к плечу. Обернувшись, девушка увидела Сяо Цзюань: та, продолжая жевать лакомство, неразборчиво пробормотала:

— Иди скорее, господин тебя ждёт.

Сянлань не на шутку испугалась:

— Господин? Неужели он уже вернулся? Зачем я ему понадобилась?

Сяо Цзюань прижала ладонь к груди, и на лице её застыло выражение недавнего испуга.

— Не ведаю, — призналась девушка. — Велел прийти тебе в беседку Таожань, что за павильоном Лунцуй. Только смотри, не заставляй господина ждать. Представляешь, он меня когда окликнул, я так перепугалась, что чуть не подавилась насмерть.

Сянлань ничего не оставалось, как отправиться в беседку. Выйдя через заднюю дверь усадьбы Лунцуй и обогнув причудливый искусственный камень, она увидела строение, утопающее в зарослях горного персика и абрикоса.

Внутри её ожидал Линь Цзинлоу. Он расслабленно стоял под сенью беседки и забавлялся с певчей птицей хвамэй, клетка с которой висела под сводом беседки.

Китайский хвамей, или мелодичный хохотун (Garrulax canorus) — воробьинообразная птица из Восточной Азии. Другие названия вида: мелодичный смеющийся дрозд, китайский дрозд.

Комментарии