Город Цинъюань.
Как раз выдался базарный день, и мелкие, средние и крупные разносчики с торговцами тащили товары со всех четырех сторон света, устанавливая небольшие навесы и расставляя полные красно-коричневые деревянные бадьи. В бадьях резвились большие и маленькие рыбки, поблескивая разноцветной чешуей, их плаванью ничто не мешало.
Эти деревянные бадьи на самом деле тоже были пространственными артефактами: внутри они содержали пространство и могли вмещать живые существа. Пусть они и являлись низкоуровневыми пространственными артефактами, неспособными скрыть находящиеся внутри вещи, зато они отлично подходили для демонстрации товара всем желающим.
— Пивань, ты нашла? — ухватив за воротник вертевшуюся во все стороны черную кошку-демонесу, с обреченным видом спросил красивый, стройный юноша в белых одеждах ростом почти под метр девяносто.
С тех пор как в тот день они обменялись именами, и Мин Цзэту намеренно назвалась неверно, троица вдоволь натешилась, препираясь друг с другом. Словно из вредности, Хуа И и Цзи Шиюй теперь упорно звали ее только Мин Пивань.
Нос кошки-демонесы быстро забавно подергивался, глаза забегали во все стороны, из уголка рта потекли слюнки, которые она тут же шумно втянула обратно.
— Пахнет, как вкусно пахнет~ — Мин Пивань, поклявшаяся больше никогда не попадаться ни в какие соблазнительные ловушки, сглотнула слюну. Будь они прокляты! Эти прелестные рыбки...
— С ней всё в порядке? — Хуа И приблизился, желая проникнуть в Духовный Свиток кошки-демонесы с помощью мягкой и теплой духовной силы зеленых ростков, чтобы успокоить ее. Духовная сила проникла внутрь, покружилась какое-то время и снова вытекла через какую-то брешь. Не зная, что и предпринять, Хуа И уставился на рассеянный взгляд кошки и помахал перед ее глазами рукой.
— Какая же морока! — Цзи Шиюй почесал свободной рукой затылок, ему так и хотелось отвесить этой кошке-демонесу отрезвляющую затрещину. Вот только от удара его собственная рука онемела, а кошка осталась абсолютно целой и невредимой.
— Эх, да тут всё проще простого! — подбоченившись, шагнул вперед долго наблюдавший за ними торговец в синих одеждах. Сжав кулак и выставив указательный и средний пальцы, он собрал силу и нанес точный удар прямо в нос кошке-демонесы.
— Ау! — рыбы в деревянной бадье испуганно заметались, окатив водой нескольких покупателей, выбирающих рыбу. Мин Пивань обеими руками закрыла нос, ее глаза наполнились слезами, а большие круглые зрачки ярко сияли — от этого зрелища сердце торговца в синих одеждах невольно смягчилось.
— Теперь всё в порядке? — торговец протянул руку, желая потрепать Мин Пивань по голове, но Цзи Шиюй оттолкнул его.
Торговец вовсе не рассердился, лишь усмехнулся и пояснил:
— Эта рыба — наш местный деликатес, зовется хуаньюй. Рыба хоть и простая, но ее чешуя источает особый аромат, способный затуманивать разум некоторых представителей рода демонов, особенно тех, для которых она служит основной пищей. Правда, обычно это воздействие крайне слабо.
Общеизвестно, что культивировать способны лишь демоны и люди, обладающие Духовным Свитком — только они имеют духовный дар, природный потенциал и деление на ступени. Демонические Звери же, лишенные Духовного Свитка, являются обычными дикими животными своего вида.
Однако с рыбами-демонами дело обстоит иначе: поскольку энергии Инь-Ян и духовная энергия неба и земли от природы тяготеют к воде, то если водоем, где они обитают, наполнен подходящей духовной ци, со временем даже обычные звери обретают некоторые особые свойства, хотя и остаются ограничены отсутствием Духовного Свитка и не могут культивировать.
Впрочем, большинство рыб-демонов по своей природе крайне ленивы и не любят тренироваться, и даже рыбим демонам с Духовным Свитком трудно полностью обрести человеческий облик.
Поэтому, хотя по численности и разнообразию видов рыбы входят в тройку лидеров среди всех демонических племен Континента Тушэн, лишь единицы среди них смогли успешно культивировать и превратиться в демонов-людей.
В то же время духовная сущность водных демонов обычно трансформируется в водный аспект. Из-за ограничений демонической природы, стоить водному демону выйти на сушу, как его способность творить заклинания резко падает, а сложность заключения союза с человеком-практиком возрастает многократно.
Торговец посмотрел на Хуа И и предупредил:
— Твоя кошка только что расторгла первоначальный контракт, сейчас она уязвима перед лицом духовных аномалий и чужеродных энергий. Нужно проявить особую осторожность. Но если по неосторожности это все же случится — не страшно, такие паразитические сущности удалить проще всего. Вот так, тыкнешь ее, кошка почувствует боль и сразу придет в себя.
Хуа И ничего не ответил, внимательно приглядевшись: черты лица торговца были правильными, так что, судя по всему, он не лгал.
— Умоляю тебя, это не ложь, к тому же ты не сможешь определить, врет человек или нет, просто глядя на его лицо, — Цзи Шиюй одной рукой придерживал кошку-демонесу, а другой обнял погруженного в раздумья Хуа И. Он коротко поблагодарил торговца и со ссутуленными плечами, выглядя крайне уставшим, зашагал прочь.
— Почему? — Хуа И поднял голову на Цзи Шиюя. Отец ведь говорил, что внешность отражает суть, как же он мог ошибиться?
— Нипочему, меньше верь всяким глупостям — сам поймешь, — Цзи Шиюй устал до предела.
Весь этот путь... Кошка-демонеса сжимала в лапах свою Шкатулку Инь-Ян, то срываясь на запад, то несясь на восток, бормоча, что чувствует нечто знакомое. Но стоило им добраться до места, как она тут же разворачивалась и норовила убежать, причитая: нет-нет, всё не то.
А этот Хуа И — тот еще простофиля, великий благодетель! Принимался помогать любому встречному демону.
Сначала они пытались вылечить зубы носорогу, но пока ковырялись в пасти, тот испустил дух. Тогда Мин Пивань и Цзи Шиюй подняли такой шумок, решив, что случайно проткнули носорогу язву во рту и свели его в могилу, так что все трое в ужасе спешно ретировались.
Потом они подбирали выпавшее яйцо для огромного орла, только вот яйцо разбилось еще при падении, а когда они его подобрали, зародыш внутри уже высох. Орел, впрочем, жив остался — гнался за ними и норовил укусить целых двести ли.
Этот внешний мир оказался настолько увлекательным, что ему даже захотелось вернуться в Пещеру Холодного Омута.
Цзи Шиюй нес по одному в каждой руке. К счастью, комплекцией Мин Пивань и Хуа И были примерно равны, так что груз распределился относительно равномерно, и тащить их было не слишком тяжело. Мин Пивань и Хуа И переглянулись и, храня молчание, демонстративно отвернулись друг от друга.
Сначала нужно найти ночлег. Наконец, троица на двух ногах добралась до какого-то постоялого двора. Посетителей в заведении почти не было, убранство оказалось самым простым.
Завидев входящих, к ним тут же подбежал сонный слуга:
— Уважаемые гости, вам перекусить или комнату снять?
— Какие у вас фирменные блюда? — деловито осведомилась Мин Пивань, лениво помахивая за спиной черным хвостом. Цзи Шиюй бросил на нее взгляд: такая довольная? Неудивительно, что еще в Холодном Омуте он заметил, как она облизывалась на Рыбу Бию.
Стоило демону заговорить о фирменных блюдах, как на лице слуги расцвела улыбка, и он затараторил:
— Есть, как не быть! В нашем городе Цинъюань лучше всего готовят именно в нашем заведении!
— У нас есть и сладко-кислая речная рыба по-цинъюаньски в кисло-сладком соусе, и пряная копченая рыба на углях — это же лучшая рыба из реки Цинъюань, от одного кусочка душа в небеса улетает! Можно заказать и различные сезонные овощные закуски, только подаем мы их по сезону, повара приготовят всё в лучшем виде прямо при вас. Слуга быстро перечислил блюда, и у Мин Пивань тут же потекли слюнки, она умоляюще уставилась на Хуа И.
— Принесите вашу самую фирменную... — получив сигнал, Хуа И запустил обе руки в заплечный мешок и совершенно невозмутимо произнес: — Зелень.
Лицо слуги мгновенно скисло, он буркнул что-то в ответ и проводил троицу за столик.
Нищие! Трое человек — и всего одно блюдо!
Стоило им сесть, как Мин Пивань и Хуа И тут же склонились друг к другу, принявшись пересчитывать дорожные деньги. Человек и демон уставились на две-три серебряные монеты в заплечном мешке, не веря своим глазам. Старый Крестьянин за столько лет скопил немалую сумму и перед уходом вручил им целый заплечный мешок, и они ведь почти ничего не потратили! И куда делся такой огромный мешок денег?!
В расчетах на Континенте Тушэн главным образом использовалось традиционное золото и серебро. Поскольку серебра на континенте добывали в изобилии, в повседневной торговле люди расплачивались именно им. Помимо золота и серебра, в качестве валюты служили и выплавленные самой природой духовные камни, которые делились на небесные, высшие, низшие и обычные ранги. Духовные камни встречались крайне редко: один камень низшего качества можно было обменять на тысячу лянов серебра, в то время как Камень Холодной Бездны, например, относился к камням небесного ранга — за него и тысячу золотых не пожалеешь, да только днем с огнем не сыщешь.
— Почти ничего не потратили?! Да ты на каждом шагу суешь по серебряной монете тощему демону, а потом тащишь с собой тухлое яйцо какого-то орла, заставляя нас бежать со всех ног такое расстояние! А ты? — Цзи Шиюй перевел яростный взгляд на сидевшую перед ним парочку, его серо-старые глаза широко распахнулись. — Обнимаешь свою проклятую шкатулку и таскаешь нас из угла в угол! Какую из лавок со снедью в радиусе сотен ли ты еще не обошла?
Цзи Шиюй схватил чайник, налил обоим по чашке теплого чая, сделал глоток, чтобы смочить пересохшее горло, и злобно уставился на них.
Ради Мачехи Драконов, ему кажется, что от всех этих тягот и лишений у него на лице уже появились морщины!
— Да убирайся ты! — сжав зубы, хлопнула по столу ладонью Мин Пивань. — Ты вечно жрешь больше всех, и еще хватает наглости жаловаться!
Пока они препирались, слуга вынес тарелку жареных овощей. Блюдо имело желтоватый оттенок, а на дне тарелки плещлось то ли масло, то ли вода. Стоило копнуть палочками, как овощи тут же разлезлись в кашу. Эти овощи были самым распространенным сезонным блюдом на континенте, обычно они росли с конца весны до начала лета — теплые по своей природе, с нежными зелеными листьями, они считались очень вкусными. Но эта тарелка еды выглядела так, будто ее разогревали бессчетное количество раз, причем сковороду, судя по всему, даже не удосужились помыть.
Мин Пивань выудила из еды жесткий грубый волос, к тому же слегка изогнутый. Ее терпение лопнуло! Она еще могла смириться с волосом в пище! Но почему он был изогнутым?!

Комментарии

Загрузка...