По переулку брёл низкоранговый охотник, от которого за версту разило спиртным. Его то и дело заносило из стороны в сторону, словно он окончательно утратил способность держать равновесие, однако мало кто обращал внимание на человека, едва державшегося на ногах.
На окраинах Шеола подобное зрелище давно стало привычным. В эпоху Созвездий люди постоянно подвергались явному и скрытому давлению, вынуждавшему их становиться охотниками, а необходимость ежедневно сталкиваться со смертью заставляла искать любые способы отвлечься от суровой действительности.
Многие находили утешение в церквях Созвездий, однако тем, кто не интересовался орденами или сам не представлял для них интереса, нередко оставалось лишь топить свои тревоги в алкоголе.
Пропахший спиртным охотник продолжал бесцельно брести вперёд, сворачивая то в глухие переулки, то на безлюдные пустыри. Остекленевший взгляд и нетвёрдая походка не оставляли сомнений в том, насколько он сейчас «ослаблен».
За ним уже некоторое время наблюдала гончая.
Хозяин многому научил своих питомцев, в том числе и умению отличать подходящую добычу от той, которую лучше не трогать. Например, нападать на совсем юных охотников, ещё ни разу не бывавших во Вратах, строго запрещалось. Их гибель могла вызвать куда больший переполох, чем смерть обычного охотника.
Совсем другое дело – заурядный низкоранговый охотник, чья внезапная смерть едва ли удивила бы хоть кого-нибудь, включая его самого. Такая заурядная, никому не нужная добыча подходила идеально.
Вскоре переулок свернул за угол, и хотя шаги охотника по-прежнему были слышны, сам он на мгновение исчез из виду. Впрочем, для гончей это не представляло ни малейшей проблемы: исходивший от добычи запах алкоголя был слишком сильным, чтобы потерять след.
*Шорох*
Гончая пришла в движение и проскользнула в узкую щель между стенами, ширина которой едва достигала нескольких сантиметров. Человеку туда ни за что не удалось бы протиснуться, но существо без труда преодолело препятствие и вновь увидело свою добычу.
Охотник сидел прямо на земле, в укромном уголке парка на окраине Шеола, где почти не появлялись прохожие и практически отсутствовали системы наблюдения. Над его головой тускло мерцал уличный фонарь, которому явно не хватало поступающей маны.
От одежды охотника по-прежнему исходил густой запах спиртного.
Гончая тем временем сменила способ передвижения. Вместо того чтобы держаться вертикально, она распласталась по земле и принялась медленно подкрадываться к добыче.
Со стороны могло показаться, будто по земле ползёт огромный ковёр, хотя для обычной ткани, колышущейся на ветру, его движения были чересчур плавными и целенаправленными.
Размеры существа тоже впечатляли. Оно было достаточно велико, чтобы целиком обернуть взрослого человека, а по площади превосходило обычный мешок по меньшей мере вдвое.
При всём этом гончая умела передвигаться совершенно бесшумно. Впрочем, добыча, доведшая себя до столь жалкого состояния, едва ли заметила бы её приближение, даже если бы существо вовсе не пыталось скрываться.
Не издав ни звука, гончая скользнула охотнику за спину.
Беспокоило её лишь одно обстоятельство: добыча расположилась прямо под фонарём, работавшим на магических элементах.
Стоило гончей приподняться для нападения, как свет оказался бы у неё за спиной, отчего её силуэт резко выделился бы на освещённом фоне. Заметив приближающуюся угрозу, охотник мог попытаться сопротивляться, а лишние неприятности существу были ни к чему.
Следовательно, медлить не стоило.
Нужно было одним стремительным движением поглотить добычу, не оставив ей ни малейшего шанса на сопротивление.
Гончая приподнялась над землёй, и в следующее мгновение нечто широкое и тонкое, напоминавшее огромное полотнище ткани, стремительно обернулось вокруг сидевшего под фонарём человека, стиснув его с сокрушительной силой.
*Пшшшш!*
Во все стороны брызнула кровь.
***
«Попался.»
Сегодня старый охотник выглядел непривычно. Вместо своего обычного снаряжения он облачился в боевой костюм из специальной ткани, изготовленной с применением магической инженерии, стараясь ничем не отличаться от современных охотников. О его принадлежности к нулевому поколению напоминали лишь головная повязка и ожерелье.
Сейчас Ян наблюдал за существом, которое изо всех сил сжимало в объятиях чучело, набитое железными штырями и прикрытое подобранной одеждой.
Впрочем, объятиями это можно было назвать лишь с большой натяжкой. На взгляд Яна, происходящее скорее напоминало вакуумную упаковку: чудовище обволакивало добычу собственным телом, после чего сдавливало её с невероятной силой.
Именно такого способа поглощения Ян и ожидал.
«Значит, повадками он напоминает Эль Куэро. Всё как я и предполагал.»
Эль Куэро (El Cuero) был чудовищем, обитавшим в Южной Америке. Широкое и плоское, словно растянутая коровья шкура, оно обладало гладким телом, напоминавшим ската. Подобно нынешнему монстру-одеялу, Эль Куэро охотился, накрывая жертву собственным телом и сдавливая её до тех пор, пока та не погибала.
Среди коренных жителей Южной Америки были известны два способа избавиться от этого чудовища. Первый заключался в том, чтобы обратиться за помощью к мачи, местному шаману. Второй же предполагал обмануть Эль Куэро, заставив его принять кактус за добычу. Стоило чудовищу попытаться обхватить растение, как многочисленные колючки впивались в его широкое плоское тело, обрекая на гибель.
Ян решил воспользоваться разновидностью второго способа. Вместо кактуса он подготовил чучело, набитое острыми железными штырями, торчавшими во все стороны подобно колючкам, а затем подставил его чудовищу в качестве приманки.
Однако вскоре выяснилось, что жизненная сила монстра-одеяла, а главное, прочность его тела значительно превосходили ожидания.
Обычный Эль Куэро, обхватив подобную ловушку, получил бы множество сквозных ранений и вскоре погиб от кровопотери. Но в случае с монстром-одеялом всё оказалось иначе: из его тела торчало меньше десятка железных штырей. Кожа и мышцы чудовища были настолько прочными, что большинство острых металлических наконечников попросту согнулись, так и не сумев пробить плоть.
«А ведь я немало за них заплатил.»
На изготовление этих железных приспособлений ушла значительная часть денег, заработанных Яном на общественных работах в Управлении поддержки охотников. И теперь большая часть дорогостоящих штырей оказалась безнадёжно испорчена.
Впрочем, Ян предпочёл взглянуть на ситуацию с положительной стороны.
«Судя по состоянию штырей, которым всё-таки удалось пробить его кожу, кровь у него не обладает разъедающими свойствами.»
По крайней мере, уцелевшие железные детали можно будет без особого труда использовать повторно.
Закончив осматривать торчавшие из тела чудовища штыри, Ян перевёл взгляд на самого монстра, пытаясь оценить его состояние. Судя по всему, полученные ранения не представляли для него серьёзной угрозы, и умирать он явно не собирался.
«Досадно.»
Ян предпочёл бы закончить охоту как можно быстрее, ведь чем меньше времени уходило на схватку, тем лучше.
Тем временем чудовище, осознав, что угодило в ловушку, принялось отчаянно извиваться всем телом.
Наблюдая за его тщетными попытками освободиться, Ян достал следующее оружие. На первый взгляд в нём не было ничего примечательного: обычный одноручный меч, какими повсеместно пользовались охотники нынешней эпохи.
Однако имелась одна существенная особенность.
Его клинок был покрыт серебром.
***
Прежде чем монстр-одеяло успеет освободиться, нужно нанести ему как можно больше повреждений.
На этот раз Ян решил пожертвовать бесшумностью ради скорости. По безлюдному парку разнёсся частый топот ног, хотя самого бегущего никто бы не смог разглядеть.
Подобно тому как монстр-одеяло незаметно подобрался к чучелу со спины, Ян обошёл чудовище и оказался у него в тылу. Крепко сжав рукоять меча, он нанёс удар по спине монстра… Хотя, по правде говоря, всё его тело представляло собой одну сплошную спину.
*Хррррс!*
Ощущение было совсем не таким, как при рассечении живой плоти. Скорее, Ян словно пытался перерубить невероятно туго сплетённый канат.
Он недовольно цокнул языком.
«Серебро не действует.»
Возможно, причина заключалась в том, что существо происходило из Врат. В прежнюю эпоху серебро действовало на большинство чудовищ-людоедов независимо от того, обитали ли они на Востоке или Западе, в Старом или Новом Свете. Однако сейчас никакого особого эффекта от него не наблюдалось.
Ян стряхнул кровь с клинка.
Хотя серебро и не оказало своего очищающего действия, лезвие оставалось достаточно острым, чтобы нанести настоящую рану. Если вонзить меч в образовавшийся разрез и с силой провернуть, возможно, чудовище удастся добить.
Однако подобный способ потребовал бы слишком много усилий.
Не желая тратить время впустую, Ян тут же сменил тактику и достал из-за пазухи непрозрачную ёмкость.
За то время, что он вновь занимался охотой, ему удалось усвоить одну любопытную особенность нынешней эпохи.
В современном мире…
*Дзынь!*
… Раздобыть опасные вещества было несравнимо проще.
Ян метнул ёмкость в монстра-одеяло и одновременно ударил по ней посеребрённым мечом. Бутылка разбилась, выплеснув наружу густую липкую жидкость, напоминавшую не до конца расплавленный дёготь, которая тут же облепила тело чудовища.
Это было легковоспламеняющееся вещество, продававшееся в сертифицированных магазинах Управления поддержки охотников под названием вроде «Питательное лакомство для огненных духов».
Следом Ян достал зажигалку, приобретённую в одном из таких же магазинов. Если верить надписи на упаковке, благодаря применению магической инженерии она отличалась повышенной прочностью и долговечностью.
Щёлкнув зажигалкой, он поджёг её и метнул прямо в чудовище.
За долгие годы Ян вдоволь попрактиковался в метании камней и всевозможных снарядов, поэтому промахнуться с такого расстояния попросту не мог.
К тому моменту пресловутое «питательное лакомство» успело затечь даже в раны, оставленные на теле монстра. Стоило огню коснуться горючей жидкости, как пламя мгновенно побежало по липким дорожкам, охватывая чудовище и заставляя его биться в судорожных конвульсиях.
Ян сразу понял, что нанёс монстру-одеялу смертельные повреждения. Если бы пламя лишь опалило его кожу снаружи, у существа ещё оставался бы шанс выжить. Однако горючая жидкость проникла глубоко внутрь тела, а значит, огонь теперь пожирал его не только снаружи, но и изнутри.
Выжить после такого было практически невозможно, тем более что за время схватки Ян уже успел убедиться в отсутствии у чудовища каких-либо выдающихся способностей к регенерации.
Он собирался вновь укрыться в тени и спокойно дождаться смерти монстра, когда тот внезапно принялся сворачиваться в тугой рулон.
Превращение выглядело весьма необычно. Подобно ковру, который при сворачивании превращается в толстый продолговатый цилиндр, монстр-одеяло скрутился в плотную трубку, после чего его тело начало стремительно вытягиваться, пока не стало напоминать огромную змею.
«Пытается перекрыть доступ кислорода?»
Неужели чудовище изменило форму, чтобы погасить пламя, успевшее проникнуть даже внутрь его тела?
Ян едва удержался от раздражённого цоканья языком.
Умное чудовище всегда представляло куда большую опасность.
Будь это пламя создано исключительно магией, ему было бы совершенно наплевать на кислород и прочие физические законы. Такой огонь продолжал бы гореть вопреки всему, и никакие ухищрения не помогли бы от него избавиться.
К сожалению, магические инструменты, способные создавать подобное пламя, стоили настолько дорого, что охотник E-ранга (настоящий) попросту не мог позволить себе такую роскошь.
*Шшшшшшш…*
Внезапно до ушей Яна донёсся едва различимый звук, напоминавший шорох змеи, скользящей по земле. Настолько тихий, что обычный человек едва ли сумел бы его расслышать.
Однако Ян узнал его мгновенно. Это был один из тех звуков, которые наставник буквально вбил ему в память, раз за разом повторяя: «Не услышишь – умрёшь».
И самое главное, исходил он вовсе не от чудовища, извивавшегося перед ним. Здесь было ещё одно.
В голове Яна мгновенно пронеслось множество мыслей, которые почти сразу сложились в единую картину.
«А я-то всё удивлялся, почему пропавшие даже вскрикнуть не успевали. Пусть они и были пьяны в стельку, всё равно выглядело странно. Значит, чудовищ действительно было двое.»
Следом ему в голову пришла ещё одна мысль.
«Выходит, и в эту эпоху хватает чудовищ, пожирающих людей.»
***
В действительности ареалы обитания животных не имеют столь чётких границ, как территории государств.
***
Собирая сведения о монстре-одеяле, Ян заметил одну странность.
Само по себе исчезновение человека ещё не означало его смерти, ведь самым очевидным доказательством гибели всегда служило обнаруженное тело.
Однако Коджи из Управления поддержки охотников предупредил Яна, что по округе рыщет чудовище, нападающее на людей. А значит, властям уже было известно как минимум об одном смертельном случае.
Это ощущение несоответствия не покидало Яна и тогда, когда он принялся изучать обстоятельства гибели охотников. Помимо людей, бесследно исчезнувших из-за монстра-одеяла, до него доходили слухи о низкоранговых охотниках, погибших при загадочных обстоятельствах.
Постепенно Ян пришёл к выводу, что на окраинах Шеола орудует не только таинственное существо, превратившееся в городскую легенду и незаметно охотящееся на людей, пользуясь царящим среди них страхом.
Там скрывались и настоящие «убийцы», без всяких ухищрений расправлявшиеся с охотниками.
И Ян даже приблизительно представлял, кем они могли быть.
Дракониды.
Тот драконид, которого Ян собственноручно прикончил, так и не успел убить ни одного охотника. Ян хорошо знал природу рептилоидов, одержимых идеей перерождения посредством жертвоприношений. Дракониды, являвшиеся их наследниками, наверняка рассчитывали во время нападения на Управление поддержки охотников перебить низкоранговых охотников и завладеть их сердцами. Однако их замысел потерпел сокрушительную неудачу.
Тогда, разве не естественно было бы предположить, что теперь они попытаются воспользоваться нынешними беспорядками, чтобы всё-таки собрать необходимое количество сердец?
Жертвоприношения сердец имели для них глубоко религиозное значение, а потому невыполнение установленной нормы считалось величайшим позором и грехом. Именно поэтому Ян был уверен, что дракониды продолжат убивать людей. Следовательно, сейчас на окраинах Шеола пересеклись охотничьи угодья двух видов чудовищ.
И по этой причине Ян отказался от своего привычного снаряжения, по которому его легко можно было опознать как охотника нулевого поколения. Он хотел привлечь внимание как можно большего числа чудовищ.
Ян вспомнил наставления учителя о «территориях». Подобно тому как жизненные пути людей пересекаются в общих пространствах, территории обитания животных тоже могут накладываться друг на друга.
В отличие от строго охраняемых владений, куда не допускаются чужаки, существуют участки, в пределах которых животные в определённой степени терпят присутствие других особей. Такие участки называют зонами активности. Хотя иногда зона активности полностью совпадает с охраняемой территорией, подобное скорее исключение, чем правило.
Обычно животные вовсе не спешат нападать на каждого чужака, оказавшегося в пределах их зоны активности, ведь в дикой природе последствия неудачной схватки могут оказаться катастрофическими. Однако даже у этого негласного перемирия существует исключение – конкуренция за пищу.
Когда пища становится вопросом выживания и ради неё приходится рисковать собственной жизнью, животные без колебаний выйдут на охоту, даже если им будет грозить смерть.
Итак, имелось чудовище, пожирающее людей. Существо, которое Ян назвал монстром-одеялом, охотилось на низкоранговых охотников вместе с себе подобным. Но что произойдёт, если на их охотничьих угодьях появится ещё одно чудовище, питающееся людьми?
***
Драконид, стремившийся посредством жертвоприношения сердец достичь более высокой ступени существования, обратил внимание на шумную попойку группы охотников, успешно завершивших исследование Врат.
Замаскировавшись под человека, он принялся наблюдать за застольем и вскоре заметил, как один из охотников отделился от остальных и направился в какое-то укромное место.
Чтобы Управление поддержки охотников впоследствии не сумело связать смерть этого человека с его собственными передвижениями, драконид выждал некоторое время, неторопливо поднялся и лишь затем отправился следом.
Однако внезапно со стороны, куда направился охотник, вспыхнуло пламя. Поспешив туда, драконид обнаружил двух совершенно непонятных чудовищ, издававших угрожающее шипение.
Неподалёку от них валялось нечто, отдалённо напоминавшее человека, но настолько изуродованное, что узнать в нём человеческую фигуру было практически невозможно. Всё вокруг было залито кровью, а по земле валялись разорванные клочья одежды. Драконид решил, что охотник до последнего сопротивлялся одному чудовищу, но в конце концов пал жертвой второго, появившегося позднее.
Дальнейшее развитие событий было нетрудно предугадать.
И монстры-одеяла, и драконид думали об одном и том же.
«Эти твари позарились на мою добычу.»
Драконид был убеждён, что сердца этих существ принесут ему куда большую силу, чем сердца обычных охотников. Монстры-одеяла, в свою очередь, понимали, что исчезновение драконида привлечёт гораздо меньше внимания властей, чем пропажа даже низкорангового охотника.
Теперь, когда обе стороны отчаянно нуждались в добыче, каждая видела в другой не столько соперника, сколько потенциальную жертву.
При таких обстоятельствах столкновение было неизбежным, и вскоре чудовища бросились друг на друга.
Не менее закономерным оказалось и решение охотника не вмешиваться в их схватку, а дождаться, пока чудовища не перебьют друг друга.

Комментарии

Загрузка...