Векуп нахмурился.
Спущенные с поводка «гончие» продолжали бесцельно рыскать, так ничего и не добившись, а между тем уже поползли слухио том, что ради восполнения маны они пожирают низкоранговых охотников.
«Пока всё остаётся в допустимых пределах.»
Причём это касалось как сложившейся ситуации в целом, так и личных интересов Векупа.
Последователи Хвостоносной Звезды, особенно представители древнего драконьего рода, имели наглость плести всевозможные интриги, рассчитывая встать на одну ступень с Красным Орденом, избранным самим 《Владыкой Неутолимой Жажды》. И это несмотря на то, что они уже потерпели поражение.
Епископ отнюдь не одобрял их жалких происков, однако хаос, который те сеяли, оказался весьма кстати.
Дракониды перегрузили подавляющие устройства Управления поддержки охотников, тем самым создав благоприятные условия для деятельности «гончих». Теперь те могли ещё несколько недель продолжать свои поиски и восполнять запасы маны, не привлекая к себе особого внимания.
Что же касается личного отношения Векупа, то он считал даже некоторым везением, что жертвами оказались именно низкоранговые охотники. Их жизни не представляли для него ни малейшей ценности, ведь они не принадлежали к кровавому братству и не годились для вербовки. А раз так, епископа совершенно не заботило, какая участь их постигнет.
И всё же, несмотря на подобное равнодушие к чужим жизням, Векуп считался одним из наиболее умеренных епископов.
Среди радикально настроенных представителей Красного Ордена находились и те, кто полагал, будто даже члены кровавого братства, ещё не узревшие истину звёзд, заслуживают лишь участи жертв, чья гибель ничего не значит. Иными словами, в их глазах никто, кроме удостоившихся епископского сана, не обладал подлинной ценностью.
Векуп подобных убеждений не разделял, поскольку искренне верил, что однажды непременно настанет день, когда всё кровавое братство преклонит колени перед истиной звёзд и воздаст ей должные почести...
«Нет, сейчас важно совсем другое.»
Этой ночью «гончие» вновь вернулись ни с чем, и от собственного бессилия Векуп уже был готов сойти с ума.
Что, если незваный гость из нулевого поколения и впрямь окажется ретроградом, вознамерившимся отбросить нынешнюю эпоху назад, к варварским временам, в лишённую света эру христианского летоисчисления?
А что, если особо опасные первородные существа, подобные Принцессе, решат объединить силы и выступить сообща? Впрочем, даже если этого не произойдёт, оставалась и другая, не менее тревожная возможность: фанатик из нулевого поколения мог настолько сильно спровоцировать Принцессу, что та вновь явит миру своё былое могущество.
И тогда в грандиозных замыслах Красного Ордена неизбежно появится глубокая трещина.
«Проклятье, нужно как можно скорее отыскать этого ублюдка.»
План Векупа был довольно прост: прежде всего «гончим» предстояло установить личность таинственного нарушителя и выяснить, к кому тот принадлежит – к охотникам нулевого поколения или к чудовищам.
Если он охотник, то насколько велико его могущество? А если чудовище, то сколь древним существом он является?
Для начала требовалось хотя бы в общих чертах понять, что представляет собой это ужасающее создание, а уже потом можно будет переходить к следующему этапу плана.
«Спихнуть бы его ордену какого-нибудь Созвездия, чтобы те помогли ему вернуться к нормальной жизни!»
Насколько знал Векуп, главной отличительной чертой представителей нулевого поколения было их безумное упрямство, которое вполне можно было назвать одержимостью. Некоторые и вовсе предпочитали считать подобное поведение проявлением антисоциального расстройства личности.
По своей природе разумные существа, объединяясь в сообщества и постепенно обзаводясь всем тем, что им дорого, начинали гораздо осторожнее относиться к собственным поступкам и всё реже позволяли себе необдуманные действия.
Это правило распространялось даже на чужаков из далёкой эпохи, только что вернувшихся из-за Врат. Поначалу те могли буйствовать и творить всё, что им вздумается, считая себя единственными, кто остался в этом мире. Однако стоило окружить их человеческим теплом, вниманием и заботой, как со временем они постепенно привыкали к новому окружению, приспосабливались к обществу и начинали вести вполне нормальную жизнь.
Лучшего способа обуздать безумие представителей нулевого поколения попросту не существовало.
«Представитель нулевого поколения, настолько значимый, что сама Владычица Королевской Крови лично вышла его встречать?... Скорее всего, это какое-нибудь фантастическое существо. А учитывая, что он сумел проникнуть внутрь благодаря невидимости, вполне возможно, это один из старейшин оборотней. Если так, стоит обратиться к 《Переменчивой Тени Лунного Ореола》...»
Созвездие 《Переменчивая Тень Лунного Ореола》, которому поклонялся соответствующий орден, даровало свои благословения преимущественно оборотням и прочим существам, так или иначе связанным с «луной».
Если таинственный гость, ради встречи с которым явилась сама Принцесса, действительно окажется старейшиной оборотней, жрецы Лунного Ореола наверняка придут в восторг от возможности заполучить столь ценного союзника и с распростёртыми объятиями примут его в свои ряды.
Векуп перебирал один вариант за другим, пытаясь предусмотреть все возможные обстоятельства и подобрать подходящий план действий на случай, если незваный гость окажется тем или иным существом. Однако, сколько бы он ни размышлял, всё неизменно упиралось в одну и ту же проблему, заставившую его в конце концов тяжело вздохнуть.
Прежде чем воплощать в жизнь хоть один из этих замыслов, «гончим» необходимо было выяснить, кем же на самом деле является загадочный представитель нулевого поколения.
И вот наконец поступили новые известия.
Одна из «гончих» погибла.
***
Причина, по которой «гончие» так и не смогли отыскать Яна, была довольно проста: он давно привык тщательно следить за тем, чтобы не оставлять после себя никаких запахов.
Разумеется, «остаточный след», который оставляли такие существа, как Принцесса, не ограничивался обычным физическим запахом. Он включал в себя и следы маны, порождённой её могущественной силой, а потому полностью избавиться от него с помощью обычных дезодорантов было попросту невозможно.
Однако Ян был охотником, и среди существ, на которых ему доводилось охотиться, встречались обладатели сверхъестественного обоняния, способные учуять принесённый ветром запах за тысячу шагов и по одному лишь этому запаху определить даже возраст каждого члена охотничьего отряда.
Именно поэтому за долгие годы охоты Ян в совершенстве овладел искусством скрывать собственный запах, не оставляя после себя следов, по которым его могли бы обнаружить.
В день встречи с Принцессой он по привычке поступил точно так же, полностью избавившись от оставшегося на нём следа вампирского присутствия.
Можно было назвать это древней традицией, пережитком давно минувших времён или просто привычкой, от которой он так и не сумел избавиться. Как бы то ни было, именно благодаря ей Ян остался незамеченным для «гончих», после чего положение охотника и преследователей постепенно начало меняться на противоположное.
Перелом наступил, когда до старого охотника дошли слухи об одной городской байке, за которой его многолетнее чутьё сразу же подсказало нечто вполне реальное.
И тогда Ян решил действовать.
***
В действительности, вопреки тому впечатлению, которое могло сложиться у людей нынешней эпохи, Ян вовсе не отличался особой общительностью. Он принадлежал к тем, кто любит выпить, но не слишком жалует шумные застолья, хотя при необходимости вполне умел поддержать беседу и расположить к себе собеседников.
Возвращаясь домой, Ян как бы невзначай присоединился к группе низкоранговых охотников, вместе с которыми участвовал в исследовании флоры и фауны за Вратами. Время от времени вставляя в разговор короткие замечания и ненавязчиво побуждая остальных делиться своими историями, он постепенно перевёл беседу на слухи, ходившие среди охотников.
Один из охотников F-ранга рассказал о товарище, который бесследно исчез после того, как отправился домой изрядно пьяным. Другой, обладатель E-ранга, поделился собственным наблюдением: однажды ему довелось увидеть, как нечто длинное и гладкое, напоминающее кожаный ремень, стремительно скрылось во тьме. А ещё один охотник F-ранга припомнил слух о странном существе с широким плоским телом, похожим на одеяло, только вместо швов по его краям тянулись ряды когтей.
В последующие дни Ян ещё не раз присоединялся к разным компаниям, незаметно собирая всё новые слухи. Постепенно он настолько освоился среди местных охотников, что те сами начали приглашать его на совместные посиделки после исследований Врат.
Как в прежние времена, так и в нынешнюю эпоху самыми популярными темами для разговоров среди охотников неизменно оставались истории о смерти, поэтому нужные сведения довольно быстро начали поступать к Яну сами собой.
Впрочем, он отнюдь не собирался принимать на веру всё услышанное и тщательно просеивал собранные рассказы, отделяя заслуживающие внимания подробности от обычных выдумок и преувеличений. Ведь человек вполне мог принять за чудовище что-нибудь совершенно безобидное, особенно если его воспоминания были затуманены алкоголем. Да и желающих приукрасить пустяковое происшествие, чтобы потом похвастаться перед товарищами собственными подвигами, среди охотников всегда хватало.
Поэтому в подобных случаях Ян прежде всего старался установить «характер смерти».
Рассказы о чудовище, якобы убившем человека, могли содержать сколько угодно неточностей и противоречий, ведь страх способен принимать самые причудливые обличья, и каждый очевидец невольно добавляет к увиденному что-то своё. Однако сведения о самих погибших заслуживали куда большего доверия, поскольку обычно исходили от людей, которые лично знали покойных и могли подтвердить обстоятельства их смерти или исчезновения.
Руководствуясь этим принципом, Ян постепенно отсеивал сомнительные истории, пока среди множества рассказов о смертях, успевших превратиться в городские легенды, не выделил несколько случаев, за которыми, по его мнению, могло скрываться нечто вполне реальное.
И вскоре в этих случаях обнаружилась любопытная закономерность: некоторые охотники исчезали совершенно бесследно, причём впоследствии не удавалось обнаружить даже их тела.
Всего таких случаев оказалось три, и между исчезновением первого и последнего охотника прошло лишь десять дней.
«Через четыре дня после исчезновения первого пропал второй, а ещё через шесть дней оборвалась связь с третьим.»
При этом первый случай произошёл уже после нападения драконидов на Управление поддержки охотников.
«Если за всеми тремя исчезновениями стоит чудовище, которое я преследую...»
Ян задумался о том, какими повадками могло обладать существо, охотившееся сейчас на людей, и почти сразу выделил три наиболее вероятных варианта.
В первом случае чудовище могло действовать подобно некоторым видам ядовитых пауков: парализовать добычу, а затем утаскивать её в своё логово. Во втором – подобно змее заглатывать жертву целиком. Наконец, существовала и третья возможность, несколько отличавшаяся от обычного хищничества: тварь могла похищать людей, чтобы впоследствии приносить их в жертву во время какого-нибудь ритуала.
Однако...
«Маловероятно.»
Если бы чудовище действительно собирало жертв для ритуала, оно наверняка действовало бы куда осторожнее, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Тем более что в нынешнюю эпоху существовали Врата, за которыми простирались пространства, отделённые от реального мира. Там можно было добывать жертвы гораздо незаметнее, не рискуя обнаружить себя в населённых людьми городах.
Разве что тварь, подобно некоторым чудовищам эпохи христианского летоисчисления, намеревалась провозгласить: «Страх – моя сила!» – и принялась нарочито выставлять свои убийства напоказ всему миру.
Поразмыслив над этим, Ян покачал головой и вернулся к первой гипотезе, которая при ближайшем рассмотрении тоже не слишком хорошо вписывалась в реалии эпохи Созвездий.
Большинство чудовищ нынешней эпохи, скорее всего, происходило из-за Врат, а значит, им было бы непросто обустроить поблизости от города логово, где можно надёжно удерживать похищенных людей.
Даже в 1990-х годах подобное представляло немалую сложность. Лишь чудовища с высокоразвитым интеллектом, такие как вампиры, были способны превратить целое здание в ферму по разведению живых мешков с кровью. Для существ же, чей разум мало чем отличался от разума обычного хищного зверя, обустройство подобного убежища в современном городе было задачей практически непосильной.
К тому же существовало ещё одно обстоятельство, которое нельзя было сбрасывать со счетов: в эпоху Созвездий подавляющее большинство населения составляли охотники.
Ещё во времена христианского летоисчисления охотники, действовавшие группами, обменивались особыми метками, позволявшими отслеживать местонахождение друг друга. Неужели в эпоху Созвездий, когда охотники объединялись в гильдии и отряды, не существовало ничего подобного?
«Впрочем, у низкоранговых охотников магических меток могло и не быть.»
Однако даже в таком случае оставались мобильные телефоны, получившие в нынешнюю эпоху повсеместное распространение. Если бы похищенная жертва хоть ненадолго пришла в себя после действия парализующего вещества, она наверняка попыталась бы связаться с кем-нибудь и позвать на помощь.
Таким образом, из трёх первоначальных предположений наиболее правдоподобным оставалось второе: чудовище было способно заглатывать добычу целиком и практически мгновенно её переваривать, не оставляя после себя никаких следов.
Придя к этому выводу, Ян сопоставил последние известные перемещения пропавших охотников со слухами о загадочной твари, которые ему удалось собрать за последние несколько дней.
Судя по всему, существо предпочитало охотиться по ночам, поскольку всех троих пропавших в последний раз видели именно в тёмное время суток. Кроме того, каждый из них находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, что тоже могло иметь определённое значение.
Возможно, чудовище привлекал сам запах спиртного? Или же оно обладало достаточным разумом, чтобы понимать: добыча, от которой исходит подобный запах, обычно гораздо менее способна оказать сопротивление?
Размышляя над этим, Ян вновь обратился к свидетельствам о странном «одеяле» – широком, плоском существе, способном скрываться в узких переулках и незаметно нападать на жертв со спины.
«Кажется, кто-то ещё описывал его как одеяло с когтями?»
В памяти старого охотника всплыл обширный перечень чудовищ, с которыми людям приходилось сталкиваться ещё в эпоху христианского летоисчисления. Мысленно перебирая одно существо за другим, Ян постепенно отсеивал тех, чьи повадки или внешний облик не соответствовали известным обстоятельствам, пока не остановился на нескольких наиболее подходящих разновидностях.
«Поскольку это чудовище, скорее всего, появилось из-за Врат, старые способы истребления могут оказаться не вполне применимы.»
И всё же накопленные за долгие годы охоты знания вполне годились в качестве отправной точки.

Комментарии

Загрузка...