Третий день после того, как Джисоп стал работать переводчиком главного тренера Артура Фримена. После обеда.
Джисоп присутствовал на совещании тренерского штаба.
— ...Далее позвольте мне отчитаться по части полевых игроков.
Атмосфера на совещании была неплохой.
Показательные матчи подходили к концу, и «KH Кэнонз» шли на втором месте в лиге с промежуточным результатом 6 побед и 2 поражения.
Общеизвестно, что результаты показательных матчей мало связаны с результатами регулярного сезона; более того, среди болельщиков чуть ли не общим правилом считается, что команда, которая вовсю блистает в показательных матчах, в регулярном сезоне сдувается... Но и ладно.
Для тех, кто работает на поле, ежедневные вести о победах — только в радость.
— Лично я испытываю огромную гордость от того, что так ярко проявляют себя молодые игроки.
Это были слова тренера по отбиванию первой команды.
— Чон Удо, который играет на левом поле, тоже неплох, и Джунхо на третьей базе не так уж плох, но самое заметное приобретение за все весенние сборы и показательные матчи — это, конечно...
На его губах заиграла мягкая улыбка.
— Конечно, шорт-стоп Син Минсон.
На слова тренера по отбиванию остальные тренеры, сидевшие за столом, закивали.
Своего рода «свидетельства» о шорт-стопе Син Минсоне посыпались сразу после этого.
— Процент отбивания пока держится в районе конца двухсотых, но то, что у него есть способность выбивать хоум-раны, очень привлекательно.
— Для своего возраста он и в защите очень стабилен, и то, что не теряется даже в кризисных ситуациях, тоже заслуживает высокой оценки.
Хорошо отбивает, хорошо защищается, обладает скоростью — и вдобавок ко всему красив лицом.
А для такого клуба с местной пропиской, как «KH Кэнонз», есть ещё один пункт, который нельзя сбрасывать со счетов.
— Он ведь ещё и... выпускник старшей школы Йонсан? Ха-ха-ха-ха.
До этого момента Джисоп был занят переводом реплик тренерского штаба и не мог уделить Син Минсону особого внимания.
Но в тот момент, когда он услышал слова «старшая школа Йонсан», Джисоп сразу понял, что означает Син Минсон для «KH Кэнонз».
«Старшая школа Йонсан... Разве не говорили, что „Сахалинский Пак“ — выпускник этой школы?»
Родная школа вице-председателя Пак Хонджу, «Сахалинского Пака».
А значит, одновременно и родная школа основателя группы KH — председателя Чу Тхэсана.
«Уроженец Йонсана, города в провинции Кёнгидо, где базируется клуб, и выпускник той же школы, что и председатель Чу Тхэсан?»
В этот момент в голове Джисопа всплыло одно-единственное слово.
«...„Сонголь“.» [TN: 성골 — «сонголь», «священная кость»: в древнем государстве Силла высший аристократический слой, члены правящего дома по обоим родителям. Здесь — иронично о «местном аристократе».]
В Сеуле, куда стекаются люди со всех концов страны, эта тенденция выражена слабее.
Но стоит спуститься в Йонсан, что на юге провинции Кёнгидо, как среди болельщиков сильно предпочтение к «своим, местным».
К тому же он выпускник родной школы основателя группы KH Чу Тхэсана и старшей школы Йонсан, которая издавна выпускала множество игроков для «KH Кэнонз».
Как в стародавние времена Силла «сонголи», у которых оба родителя были царского рода и которым можно было жить, не шевельнув и пальцем, Син Минсон, новая восходящая звезда «Кэнонз», тоже, судя по всему, будет пользоваться среди товарищей по команде особым отношением.
И точно.
Тренер по отбиванию первой команды, продолжавший рассказ с довольным лицом, перевёл взгляд на тренера Фримена.
— Тренер, вот о чём я хотел сказать...
Многозначительное выражение.
Осторожная манера.
— Открытие сезона не за горами... И разве в последнее время многие журналисты не добиваются интервью с вами, тренер?
— Так и есть.
Артур Фримен, выслушав перевод Джисопа, медленно кивнул.
— Когда будете давать интервью прессе, может, скажете пару добрых слов о Син Минсоне... Вот о чём я.
— Это...
Артур Фримен усмехнулся.
— Потому что наш тренер — выпускник старшей школы Йонсан?
— Что?
Тренер по отбиванию первой команды изумлённо вздрогнул.
— Ох, да разве такое может быть? Я же не настолько не разбираюсь, где служба, а где личное, тренер!
Тренер по отбиванию замахал руками.
— Разве не вы, тренер, в своей вступительной речи говорили о смене поколений в «Кэнонз»? Я лишь подумал, что Син Минсон может стать символом этой смены...
— Знаю, знаю. Я просто пошутил.
Вот уж кто умел то поднять человека, то опустить, этот Артур Фримен.
— Если таково мнение наших тренеров, то сказать пару добрых слов в интервью нетрудно.
Когда тренер Фримен отнёсся к этому благожелательно, на лицах тренерского штаба зажглась надежда.
— Рассмотрю этот вопрос положительно.
У Артура Фримена было светлое лицо.
Но Джисоп не упустил горькую усмешку, застывшую в уголке его губ.
Новый шорт-стоп «Кэнонз» Син Минсон.
Тренерский штаб, осторожно продвигающий его.
И Артур Фримен, который, глядя на этот тренерский штаб, горько усмехается.
— ...
Сначала Джисоп думал, что Артур Фримен — человек справедливый.
Что горькая усмешка в уголке его губ — не что иное, как презрение к тренерскому штабу, оценивающему игроков по школьным и земляческим связям.
Но что вы думаете.
Для тренера Фримена с более чем тридцатилетним стажем школьные и земляческие связи оказались, похоже, очень ценной вещью.
— Нет, я полностью согласен с мнением тренерского штаба.
После совещания Джисоп, за чашкой кофе, осторожно спросил о смысле той «горькой усмешки».
Артур Фримен расхохотался и ответил так:
— Разве это не естественно? Профессиональный бейсбол — это изначально бизнес, нацеленный на местных жителей.
Бейсбол — это прежде всего бизнес.
Так, похоже, думал тренер Фримен.
— Это дело, нацеленное на людей, родившихся и выросших в этом краю. Значит, и игроков местного происхождения, естественно, надо ставить выше. Тогда и болельщики будут питать к нашим игрокам особую привязанность.
Игрок, родившийся и выросший в знакомом мне районе.
Игрок, который, наверное, ел в знакомом мне ресторане и смотрел кино в знакомом мне кинотеатре.
Такой игрок выходит на большую сцену и сражается с игроками из других краёв.
Своеобразное чувство общности и сопереживания, рождающееся из такого расклада.
Похоже, у Артура Фримена не было разногласий насчёт ценности «сонголя» Син Минсона.
— Вот только мне как тренеру не нравится, что этот парень Син Минсон слишком легко вышел в основной состав.
Артур Фримен причмокнул и поднёс чашку кофе к губам.
— Смена поколений должна происходить шумно. Те, кто поднимается, должны лезть наверх, обливаясь кровавым потом, а те, кто наверху, должны защищать своё место до тех пор, пока не прольют реки слёз. Только тогда это можно назвать настоящей сменой основного состава.
Это была настоящая война без выстрелов.
Похоже, в душе Артур Фримен хотел именно такого расклада.
— Но в этот раз в «KH Кэнонз»... особенно на позиции шорт-стопа, смена поколений прошла слишком уж по-джентльменски.
— «По-джентльменски» — это как?
— Это было, кажется, вскоре после того, как я пришёл в команду? Ко мне приходил мистер Ан, который до прошлого сезона играл шорт-стопа в основном составе.
Артур Фримен, словно до сих пор не веря, фыркнул.
— Приходит ко мне и заявляет... что со следующего года хотел бы играть на второй базе. Говорит, возраст уже не тот, и защита на позиции шорт-стопа даётся тяжело.
— ...
— Если бы это был игрок другой позиции, я бы ещё понял. Но позиции кэтчера и шорт-стопа ведь особенные, разве нет?
Джисоп это тоже знал.
Шорт-стоп — можно сказать, командир защиты в инфилде.
А кэтчер — «хозяйка дома» команды.
Позиции, которые не всякому по силам, и, наверное, поэтому самолюбие игроков, играющих на них, очень высоко.
— В команде, которую я когда-то тренировал, был парень, который требовал обмена только за то, что его попросили уступить место шорт-стопа... Хе-хе, как же вообще крутится эта команда, ума не приложу.
Похоже, даже для Артура Фримена с тридцатилетним стажем существовало то, чего он не мог понять.
— Добро пожаловать!
В тот день Джисоп выбрался с «KH Кэнонз Филд» уже после одиннадцати вечера.
Тренер Фримен ушёл домой после девяти, но Джисопу нужно было отдельно разобрать статьи в прессе, вышедшие днём.
Разбирать статьи о «Кэнонз» из прессы и переводить их для тренера — вот что входило в обязанности переводчика.
Говорят, сейчас программы перевода хорошо работают, но у Джисопа, не имевшего в этом опыта, на всё уходило много времени.
В час, когда все закусочные уже закрылись, ноги Джисопа привели его в маленькую идзакаю возле стадиона.
— Удон и один онигири... И ещё бокал разливного пива, пожалуйста.
— Да, спасибо!
Заказав что-нибудь, что сойдёт за нормальный ужин, Джисоп сел на свободное место.
— Фу-ух.
Сезон ещё даже не начался, а он уже тяжело вздохнул, едва сев.
И физически устал, и морально тяжело делить с тренером его заботы.
Думая о том, чтобы поскорее набить живот и вернуться в общежитие отдыхать, Джисоп с грохотом открыл ящик рядом со столом, чтобы достать приборы.
— ...М?
То ли потому, что никто их не искал, то ли наоборот — потому что многие уже тут побывали.
В ящике лежала только одна ложка, палочек для еды не было.
Хозяин заведения выглядел довольно занятым, и Джисоп, оглядываясь в поисках палочек — «может, за соседним столом есть» — именно в тот момент.
— Палочки вот здесь.
Голос раздался от стола напротив.
— А-а, спасибо.
Поблагодарив и приняв палочки, Джисоп тут же не смог не издать «а-а».
Лицо мужчины, сидевшего напротив и подавшего ему палочки, показалось ему довольно знакомым.
— Э-э, случайно...
— Да?
Мужчина повернулся к Джисопу.
Благодаря этому Джисоп смог точнее определить, кто это.
— Вы ведь Ан Ёнчхан?
— Что? Нет, откуда вы... А-а!
На лице мужчины напротив тоже расцвела радость.
— Э-э, ведь это... Я прав? Тот, кто недавно стал переводчиком тренера!
Похоже, он ещё не знал имени Джисопа.
Джисоп поспешил представиться.
— Да, Ким Джисоп.
— Приятно познакомиться, Ким Джисоп! Ну надо же, где только не встретишься? Ха-ха-ха.
Игрок, которого назвали «Ан Ёнчхан», перевёл взгляд на стадион за окном, а затем снова посмотрел на Джисопа.
— А, ну конечно... Закусочных, куда могут пойти люди, работающие на стадионе, в такое время не так уж много, все они примерно одинаковые.
Ан Ёнчхан горько усмехнулся, а затем, словно вспомнив что-то, указал на место перед собой.
— Если не против, может, подсядете ко мне? Мы ведь не совсем незнакомы, а есть врозь на расстоянии друг от друга как-то странно, разве нет?
Свойственная спортсменам общительность.
Честно говоря, если уж выбирать, Джисопу больше нравилось есть молча и в одиночестве, но на этот раз он охотно кивнул.
— А, да, тогда так и сделаем.
На то была причина.
Тот игрок, что сейчас махал ему рукой, до прошлого сезона был шорт-стопом основного состава «KH Кэнонз».
Именно он приходил к Артуру Фримену и ни с того ни с сего заявил, что «бросает играть шорт-стопа».
У Джисопа было много вопросов.

Комментарии

Загрузка...