Массы хотят мира?
Нет, массы хотят победы.
Если сомневаешься, выгляни в окно: разве массы не всегда на стороне победителя?
[Ричард Никсон — после успешного переизбрания на второй срок.]
***
Вернемся немного назад: Кэсон, Тэхан.
Один контрабандист и два рыцаря поднимались на гору Чанамсан.
Чанамсан, расположенная в центре Кэсона, была небольшой горой высотой чуть более 100 метров, но, несмотря на такую скромную высоту, с ее вершины можно было увидеть весь город, включая кэсонский портал.
Заодно оттуда виднелись стоявшие у подножия статуи бывших президентов — Ли Сынбэка и Ким Маниля.
Конечно, троих путников статуи президентов ни капли не интересовали. Они просто молча поднимались всё выше.
И вскоре, когда они достигли вершины...
Шедший впереди контрабандист указал на север от Чанамсана:
— Вон там, наверх, уходит исследовательский комплекс, где рождаются эти дети.
Последовавшие за ним рыцари дружно устремили взгляды в указанном направлении.
Миновав кэсонские кварталы, где здания росли как грибы после дождя, они увидели обнесенный суровыми стенами объект, напоминавший цитадель в Аше.
— Кэсонский исследовательский комплекс...
Они некоторое время молча смотрели на мрачный комплекс.
Затем проводник, первым показавший на комплекс, перевел руку на запад — в сторону кэсонского делового квартала — и произнес:
— А вон там, за торговыми центрами, видите смутные силуэты прямоугольных зданий? Это так называемые вертикальные фермы, а в самом их сердце прячется «Загон для скота», где выращивают тех детей и монстров.
Они снова повернули головы, следуя за его пальцем. Но в отличие от исследовательского комплекса, им пришлось напрячь зрение, так как объект находился довольно далеко.
Впрочем, это не меняло того факта, что он был совсем рядом с центром города.
Вскоре старший из рыцарей, наблюдавший за «Загоном для скота», спросил:
—...Невероятно, что подобные объекты содержат прямо посреди оживленного города. Интересно, это расчет на то, что «под фонарем всегда темнее», или правительство Тэхана просто куда безумнее, чем я думал? Что из этого верно, Чан Ман?
Контрабандист Чан Ман ответил приглушенным голосом:
— Ни то, ни другое. Это просто... вопрос бюджета и удобства. Исследовательскому институту требуется гораздо больше ресурсов и персонала, чем кажется.
—...Куда более реалистичная причина, чем я думал.
И при этом настолько же отвратительная.
Старый рыцарь проглотил остаток фразы и перевел взгляд с исследовательского комплекса на «Загон для скота.»
Два здания, хранящие грехи государства Тэхан, так естественно вписывались в окружающий пейзаж.
Словно безумный убийца, разгуливающий по району, как обычный сосед.
— Обязательно выбирать только одно из них? Мне кажется, можно уничтожить оба.
Когда старый рыцарь спросил об этом, Чан Ман, присев на обувь статуи Ли Сынмана, ответил:
— Если перебить всю охрану олимпийского стадиона и армейские подразделения, ожидающие у кэсонского портала, то это возможно.
—...
— Но я не рекомендую этого делать. Мы действуем лишь для того, чтобы помочь Ёмёну.
Как только было упомянуто имя Ёмёна, из уст старого рыцаря вырвался вздох.
— Ты прав. Никто не может совершить месть за другого... Я был самонадеян.
Сказав это, старый рыцарь обернулся к молодому... точнее, к стоявшему позади со скрещенными руками рыцарю средних лет.
— Санчо.
— Да, Командир. Я слушаю.
— Как ты думаешь, куда нам лучше отправиться?
Кэсонский исследовательский комплекс или «Загон для скота.»
Санчо не ответил сразу, переводя взгляд с одного места на другое, а затем задал встречный вопрос:
— Господин Чан Ман, где больше детей?
—...Живых детей? Или мертвых?
—...
Санчо, не ожидавший такого жуткого ответа, закрыл рот. Через мгновение он сглотнул и ответил:
—...Вы даже не упоминаете тех, кого можно спасти.
— Таких нет.
—...
— Детей, у которых был хоть какой-то шанс, недавно перевезли в Намсан. По иронии судьбы, если бы они не перемещали их в таком масштабе... я бы сам не смог их найти.
Если бы оставались дети, которых можно спасти, их было бы не найти, а когда нашли — детей уже не было.
Как он может так спокойно говорить об этой ужасной реальности?
Санчо вновь восхитился силой старика по имени Чан Ман и сказал:
— Тогда... единственная честь, которую рыцарь может обрести в этих двух местах, — это возмездие.
— Я не рыцарь, но отвечу: да.
— Хорошо. Тогда... отправимся в исследовательский комплекс. «Загон для скота» — для тех, кто уже освободился.
Старый рыцарь и контрабандист молча согласились.
И ровно через 30 минут после того, как трое спустились с Чанамсана,
взрыв пирокластики накрыл кэсонский исследовательский комплекс.
Когда ошарашенное правительство Тэхана сформировало группу реагирования и отправило ее на место, более половины комплекса уже превратилось в уродливые руины.
***
Точнее, не Ёмён, а все они, едва увидев новости, сразу догадались, кто стоял за терактом в Кэсонском исследовательском комплексе.
Иначе и быть не могло. Ни маски с черного рынка, ни дешевый грим не могли скрыть следы пирокластики.
Но знание личности террориста не развеяло сомнений. Напротив, вопросы стали еще глубже.
Почему Командир рыцарского ордена напал на Тэхан?
Ёмён пытался позвонить, но связь не работала. Вероятно, он выключил телефон, который сам же ему и дал.
И пока тревога Ёмёна росла, Тэхан оказался под международным давлением.
Это было естественно. Теракт в стране-хозяйке прямо перед началом Олимпии!
Лишившаяся статуса хозяйки Франция и Соединенные Штаты, где как раз разгар предвыборной гонки, тут же воспользовались моментом, чтобы обрушиться с критикой на Тэхан.
— Теракт произошел всего в 5 км от кэсонского олимпийского стадиона. Правильно ли отправлять будущие таланты в такую страну?
— Олимпию должны проводить развитые страны... Нельзя повторять ошибку филиппинской Олимпии.
— Мы будем бойкотировать Олимпию в Тэхане, пока безопасность наших детей не будет подтверждена!
До выборов оставалось еще больше года, но кандидаты от Республиканской и Демократической партий по очереди принялись громить Тэхан.
Для Тэхана это было крайне обидно.
Если бы они не отвели войска для охраны стадиона, исследовательский комплекс не превратился бы в пепел.
Однако обида не отменяла самого теракта. А поскольку раскрывать истинный масштаб разрушений в Кэсонском исследовательском комплексе было нельзя, оправдываться не получалось.
— Мы глубоко осознаем ответственность за случившееся и предлагаем следующие поправки...
В конце концов, президент и министр иностранных дел Тэхана лично взялись за урегулирование ситуации.
Внешне они сократили количество соревнований на кэсонском стадионе и значительно усилили охрану вокруг сеульского олимпийского стадиона.
А за кулисами они раздавали деньги Франции, США и организаторам Олимпии.
Расходы на ликвидацию последствий одного-единственного теракта оказались колоссальными, но поскольку до старта основных соревнований оставалось меньше недели, международное общественное мнение, казалось, удалось успокоить.
Так они думали...
Но неожиданное препятствие подставило Тэхану подножку.
— Пока безопасность Святой не будет гарантирована, в нынешней Олимпии мы участвовать не будем. Таково единогласное решение всего ордена.
Святой город. Религиозные деятели, которые обычно вели себя тихо, внезапно объявили о бойкоте Олимпии.
Заявление прозвучало настолько внезапно, что Святая, упаковывавшая вещи для Олимпии, лишь изумленно бросила: «Совсем сдурели, что ли?»
И шокирована была не только Святая.
Многие жители Земли испугались, что Святой город, долгое время сохранявший политический нейтралитет, наконец решил вмешаться в политику.
Однако, с другой стороны, были и амбициозные люди, увидевшие в этом возможность. Они открыто связались с орденом Святого города и заявили:
«Чего хочет Святой город? Мы тоже будем бойкотировать Олимпию, давайте объединимся.»
В числе этих амбициозных сил оказались Международный британский союз, мечтающий о возрождении Британии, и даже кое-кто из нефтяных полевых командиров, в прошлом вевших собственные религиозные войны.
Однако Святой город неизменно отвергал любые политические альянсы, упрямо повторяя лишь одно: гарантируйте безопасность Святой.
Словно цикада, которая не перестанет кричать, пока ее не услышат.
Только тогда некоторые эксперты поняли, что орден занимается не политикой, а упрямством.
Да, бойкот ордена был чистой воды упрямством. Упрямством, которое не стихнет, пока их требования не удовлетворят. И лучшим доказательством служило то, что самой Святой они не сказали ни слова.
Но иногда статус сам по себе становится поводом для упрямства.
Организаторы Олимпии и МИД Тэхана, не рискуя допустить, чтобы могущественный Культ Пяти богов и каждый сверхчеловек божественного направления полностью бойкотировали игры, лично связались с Патриархом.
И за 3 дня до начала Олимпии...
Было опубликовано скучное и длинное совместное заявление Святого города и Тэхана.
[Организаторы разделяют глубокую озабоченность ордена и торжественно заявляют, что приложат все усилия для обеспечения безопасности и триумфа предстоящей Олимпии, в которой лично примет участие Святая. Впредь мы намерены тесно сотрудничать со Святым городом, дабы божественное благословение...]
Если кратко резюмировать длинное и скучное заявление, то некоторые соревнования Олимпии пройдут в Святом городе.
Какое вообще расстояние между Святым городом и Тэханом?
Это было поистине олимпийское заявление, где об усталости детей и графике никто не думал.
Кое-какие страны — точнее, теократии, враждовавшие с Культом Пяти богов, — подняли шум, возмущаясь, как подобное вообще возможно.
Однако из-за молчаливого согласия США и того факта, что уже был прецедент проведения соревнований в двух странах, их протесты были полностью проигнорированы.
Ну, прецедент с двумя странами был лишь в случае с ФРГ и ГДР.
В любом случае, пока Святая была в шоке от внезапного заявления, а Сети ушла корректировать планы,
Ёмён спустился в подводный туннель.
Из-за тренировок? Нет, чтобы встретиться с тем, кто лучше всех из его знакомых знал Патриарха.
Предыдущая Святая.
Да, она наверняка знала, почему Патриарх внезапно начал упрямиться и что-то замышляет за спиной у Тэхана.
Но...
***
—...Посмотри на выражение лица этого засранца.
В «Наследии» появилась не Предыдущая Святая и не Маркграф, а Куини Коуэн.
Она, встретившись с Ёмёном впервые, тыкала его в щеку магическим пистолетом и говорила:
— Что, разочарован, что пришла я, а не Маркграф или Святая?
— Н-нет, что вы.
— «Нет», ага, засранец, у тебя все на лице написано.
—...
Ёмён изо всех сил отвел взгляд. И прежде чем Куини Коуэн успела ударить его по голове, он сменил тему разговора.
— Скажите, первый ректор?
—...Академии.
— Первый ректор, дело в том... у меня есть один вопрос, вы не могли бы выслушать?
Может, из-за его почтительного тона, Куини неожиданно легко приняла вопрос.
Ёмён сразу же рассказал обо всем, что произошло, то есть о странном поведении Святого города.
Когда он закончил объяснение, Куини спросила:
— Эй, ты ради этого пришел на лестницу?
—...Да, я думал, Предыдущая Святая может что-то знать.
— А... вот почему я появилась. Хотя, в таких политических махинациях я — профи.
— Правда? Но ведь Предыдущая Святая тоже...
— Хорошо разбиралась. Но не умела ими пользоваться.
Короткий ответ. Когда Ёмён посмотрел на нее с недоумением, молодая Куини почесала затылок и ответила:
— Хм, как бы сказать. Разбираться в политике и уметь использовать ее как инструмент — разные вещи. Как кузнец и тот, кто хорошо владеет мечом.
—...
— По правде говоря, если бы наша Святая обладала хоть каплей политической хитрости, разве она двинула бы в Маркграфство одних лишь святых рыцарей? Она бы взбаламутила всех верующих и увела их за собой.
—...Если бы она так сделала, разве война не стала бы еще масштабнее?
— Ага, точно. Наверное, это переросло бы в полномасштабную войну между Ашей и Землей?
А, только теперь Ёмён осознал разницу между знанием политики и умением использовать ее как средство. Куини усмехнулась и добавила:
— Люди, чьи головы и сердца горят от совести и любви, в принципе не могут использовать политику как инструмент. Понимаешь?
—...
Это относится и к вам, ректор? Ёмён с трудом проглотил вопрос, но Куини ответила, словно прочитав его мысли:
— А, у меня есть любовь, но нет совести, так что я могу. Мою совесть нацисты сожгли дотла.
—...
— Ну, ну, хватит этих сопливых историй... теперь давай разберемся, почему Патриарх так себя ведет?
Ёмён, сам того не заметив, поддался ее атмосфере и кивнул. Куини наконец начала неспешно излагать свое мнение.

Комментарии

Загрузка...