Студенческий город Рочест.
— За встречу!
— Уху!
Молодые парня девушка чокались бокалами с вином, шумно болтая. Поздняя ночь в таверне. Два явно недавних новичка жадно глотали вино, плотно запахнув мантии, словно пытаясь скрыть свои лица. Щеки обоих раскраснелись от алкоголя.
— А нам точной можно так делать? — икнув, сказала девушка.
— Нам вааще-то еще к экзаменам готовиться. Да, детка?
— Да еще даже не сессия! Если не выпьем сейчас, другого шанса не представится!
— Это точно.
Оба громко засмеялись и посмотрели в окно. Снаружи царила непроглядная тьма. Наступил столь поздний час, что даже студенты, пробравшиеся в Рочест, уже вернулись в общежития, а местные жители закрыли лавки и разошлись по домам. Они продолжали осушать бокалы, называя это «молодостью».
— Детка. Хочешь послушать страшную историю?
— Ой, правда? Обожаю штрашные истории.
Парнишка поднял обе руки над плечами и изобразил жуткую улыбку.
— Знаешь эту фанатичку Эвер Кире, которая проникла на Темный Фестиваль? Говорят, госпожа Нефтида убила ее.
— Угу.
— Но по правде говоря, она якобы до сих пор жива и здорова.
— А!
Девушка издала пронзительный визг и игриво шлепнула парня по плечу. Хозяин таверны услышал шум и нахмурился, но поскольку те были студентами Кизена, он ничего не мог поделать и лишь цокнул языком.
Парень воодушевился еще сильнее и продолжил:
— История о том, что госпожа Нефтида убила ее — на самом деле дело рук самой Эвер Кире, изменившей реальность! Ходят слухи, что эта фанатичка до сих пор заживо погребена глубоко под землею на острове Рок.
— Ой, как шшно!
Увлекшись собственным рассказом, парень понизил голос и заговорил зловеще:
— И она создает внутри академии собственных последователей, чтобы провести ритуал воскрешения! Люди с крестами — это просто...
Раздался резкий звон разбитого стекла. Парень громко рассмеялся.
— Что мы будем делать, если ты разобьешь еще один? Ты должно быть знатно напилась, детка. Давай на сегодня закругляться.
— М-м-м-м...!
Ее рука указала вперед. Глаза были широко раскрыты, словно она полностью протрезвела.
— Вот туда! Смотри туда!
— Да ладно тебе, что еще? Слишком уж очевидно подстраиваешься. Я на это не поведусь.
Парень хихикнул и перевел взгляд на окно. И тут он это увидел. По улицам Рочеста маршировали люди в мантиях, держа в руках кресты.
— Гах! Аааагх!
Он с грохотом свалился со стула назад.
— Ух! Крест! Какого... Какого черта! Вот здесь! Что за черт?!
— М-милый!
Парень в панике отполз прочь, бросив девушку. Его штаны намокли от желтого пятна. Девушка залилась слезами и бросилась за ним.
— Господи помилуй. Нынче пошла молодежь.
Наблюдая за тем, как студенты убегают из таверны, хозяин тяжело вздохнул и взял швабру. Затем он посмотрел в окно, на которое те так испуганно глядели.
— Да что они вообще увидели?
Там ничего не было. Пока он цыкал языком и выходил ополоснуть швабру...
Люди в черных мантиях затаились за зданием, затаив дыхание.
Следующее утро.
Подвал Клуба Мутантов.
Саймон сидел погруженный в раздумья, перед ним лежал Хаос Дуллахан. С момента поражения в тайной дуэли против Айзела он ломал голову над тем, как его одолеть.
«Мне нужна новая техника, способная в мгновение ока полностью переломить ход боя».
«Скольжение», «Отмена искры» и «Еонпун» были лишь базовыми требованиями для противостояния Айзелу; ни одно из них не являлось решающим ударом, необходимым для победы над ним. Саймон взвешивал все заклинания черной магии из своего арсенала. Естественно, его мысли свелись к Хаос Дуллахану. Подпитываемому хаосом и напрямую управляемому бывшим мастером меча Манусом.
«Правда в том, что это моя сильнейшая карта. Но...»
Было ощущение, что ей не хватает финального штриха. После Темного Фестиваля он так и не нашел заметных способов применения этой техники в реальном бою. Даже если отбросить недостаток в виде очень долгой подготовки к призыву, даже если призвать его успешно —
«Вряд ли этого хватит, чтобы дотянуться до старшекурсника Айзела».
Череп Мануса, покоившийся на полу, уставился на Саймона, источая недовольство.
Саймон быстро улыбнулся и отмахнулся.
— Нет-нет, я не говорю, что ты слаб. Я говорю, что тело дуллахана имеет свои пределы.
Спершу Саймон изучил магический круг хаоса, использовавшийся для перемещения Хаос Дуллахана. Фиолетовые молнии затрепетали на его ладони.
«Эффективность уже готового Хаос Дуллахана особо не изменится. В таком случае, что если сосредоточиться на усилении самого хаоса?»
Новое заклинание хаоса. Саймон на мгновение сосредоточенно застрочил наброски магических кругов хаоса, прежде чем наконец цыкнуть языком. Ожидаемо, у него никак не получалось по-настоящему прочувствовать эту область.
«Нет-нет. Давай мыслить шире. У хаоса есть множество разновидностей черной пелены, но в нем не хватает божественного аспекта. Разве изучение нового способа применения божественной магии не приведет к какому-нибудь прорыву?»
Впрочем, сообразить, как именно прямо сейчас освоить новую божественную технику, было отдельной задачей.
«Божественное, божественное. Новое применение божественной магии для порождения хаоса».
Как только Саймон начал мучиться, в отчаянии трепля себя за волосы, по громкой связи раздался голос из динамиков.
— Президент студенческого совета Саймон Полентия! Президент студенческого совета Саймон Полентия, немедленно явитесь в кабинет профессора Джейн. Повторяю!
«Ась?»
Саймон поднял голову.
«Что-то случилось?»
Час спустя.
Саймон и Мейрин были вызваны в кабинет Джейн. Оба стояли по стойке смирно, искоса поглядывая друг на друга. Было очевидно, что их вызвали в качестве президента и вице-президента студенческого совета. Их взгляды на миг встретились.
«Я ничего не натворил!»
Мейрин яростно затрясла головой, словно говоря именно это. Затем она сузила глаза и уставилась на Саймона. Выглядело так, будто она спрашивала: «Это ты что-то натворил?»
Конечно, Саймон и сам понятия не имел, поэтому поспешно замотал головой. Джейн тихонько стукнула, завершая работу с бумагами. Сняв очки и положив их на стол, она медленно перевела взгляд с одного лица на другое. Стоя перед этими холодными фиолетовыми глазами, невозможно было не напрячься, даже если ты ни в чем не провинился.
— Причина, по которой я вас вызвала, заключается не в чем ином, как в публикации отчета о промежуточной аттестации 330-го студенческого совета.
Она протянула папку. Саймон взял ее и заглянул внутрь, а Мейрин с любопытством склонила набок голову рядом с ним.
— Можете слушать и одновременно читать. Общие оценки 330-го студенческого совета удовлетворительные.
Саймон пролистал документы. Это был отчет, оценивающий работу студенческого совета по десяти категориям. Наивысшие баллы были получены за проведение внешних фестивалей, исполнение бюджета и удовлетворенность административного персонала. Рядом Мейрин притопывала ногами и издавала приглушенные звуки радости.
«Это же не просто удовлетворительно, да?»
В целом оценка была отличной. Радостно изучая документ дальше, Саймон издал тихий стон на одном конкретном пункте.
«Удовлетворенность студентов: ★★★»
— Удовлетворенность студентов немного низковата, — заметил Саймон.
— Это нормально, — ответила Джейн. — Если детально проанализировать статистику, все становится вполне объяснимо, так что я приму это во внимание.
— Вы хотите сказать...
— Студенты третьего курса поставили необычайно много неудовлетворительных оценок.
Лицо Мейрин покраснело от гнева. Саймон горько улыбнулся ее резким эмоциональным перепадам.
— Однако, уровень удовлетворенности среди гораздо более многочисленных первокурсников оказался высоким, так что можно считать, что вы компенсировали это там.
Среди первокурсников Саймон был героем, спасшим похищенных новичков в самый первый день церемонии поступления. К тому же первокурсники воспринимали как должное, что президент студенческого совета — второкурсник, поэтому у них не возникало никаких возражений. К тому же, многие первокурсники были недоумены: почему хорошо выполняющего свою работу президента студенческого совета пришлось заменять лишь потому, что вернулся лучший студент третьего курса?
— Давайте перейдем к сути. Посмотрите на самый нижний пункт.
«Мероприятия по связи со студентами: ★»
Увидев оценку, Мейрин подпрыгнула.
— Э-этого не может быть, профессор! Вы знаете, как сильно мы старались?! Мы улучшили пешеходные дорожки на основе жалоб, заменили студенческую столовую с худшими отзывами...!
— Это относится к категории работы с объектами инфраструктуры, вице-президент.
Джейн сцепила руки в замок и посмотрела на Мейрин.
— Насколько активно студенческий совет вмешивался, чтобы разрешить трудности и жалобы студентов? Насколько сильно вы общались со студентами, понимали их проблемы и решали их? Именно это оценивает данная категория.
— Н-но Дик определенно говорил, что справился и с этим тоже!
Джейн не стала отвечать сразу и лишь слабо улыбнулась. Уши Мейрин ярко покраснели, и вскоре она сжала руки и опустила голову.
— М-мы это исправим.
— Да. Вы обязаны это сделать.
Джейн откинулась на спинку кресла.
— Вы несете полную ответственность за первую половину семестра 330-го студенческого совета. Если ваши итоговые оценки окажутся плохими —
Она посмотрела на Саймона и продолжила:
— Независимо от исхода дуэли между президентом Саймоном и лучшим студентом Айзелом, вам будет сложно сохранить за собой студенческий совет на второй семестр, не говоря уже о третьем курсе.
«Мат».
Они оказались в углу. Членам 330-го совета пообещали, что они останутся во главе студенческого совета до конца первого семестра. С одной стороны, было здорово, что плоды их упорного труда не отнимут старшекурсники, но с другой — вся ответственность ложилась исключительно на их плечи.
«Исправление ситуации с мероприятиями по связи со студентами».
Какими бы слабыми ни были вмешательства Кизена в деятельность студенческих организаций, школа не была настолько глупа, чтобы позволить студенческому совету с «неудовлетворительной» оценкой оставаться у власти. Возникла первоочередная задача, с которой нужно было разобраться даже срочнее, чем с дуэлью против Айзела.
По дороге обратно к зданию Студенческого союза после выхода из кабинета Джейн.
— Ах, черт возьми! Ну серьезно-о-о!
Мейрин в отчаянии схватилась за голову. Ее щеки залились краской смущения.
— Заставить меня терпеть такое унижение перед профессором Джейн? Этот простолюдин — покойник, как только попадет мне в руки!
— Успокойся, — с улыбкой утешил ее Саймон.
— Она не ругала нас. Просто дала понять, что раз результаты промежуточной аттестации вышли такими, это может стать проблемой в будущем, если мы ничего не исправим.
— Наверное.
Мейрин угрюмо надула губки, а затем закрыла глаза. Ее гнев продлился недолго. Казалось, она размышляла о том, что делать дальше.
— Пока что давай предельно задействуем созданный нами консультационный центр студенческого совета. Похоже, нам не хватило рекламы. Мобилизуем подчиненных на масштабную пиар-кампанию, а затем... хм.
Поразмыслив мгновение, она снова посмотрела на Саймона.
— Саймон, когда у тебя послеобеденная профильная пара?
Саймон взглянул на наручные часы.
— Через тридцать минут.
— У меня в запасе еще полтора часа. Так что я пройдусь по общежитиям и проверю, не поступили ли письма в ящики для обращений.
— Хорошо, рассчитываю на тебя.
Тогда как Саймон сосредотачивался на расписании профильных занятий и внешних мероприятиях, Мейрин невероятно педантично управляла внутренними делами академии.
— Слушай внимательно! У нас больше нет лишнего времени, — Мейрин слегка прикусила ноготь с встревоженным видом.
— Я хочу хоть как-то побыстрее разгрести всю накопившуюся работу до начала настоящей сессии, чтобы сосредоточиться на личных оценках. Ты ведь тоже наверняка хочешь уделить внимание той странной спецтренировке «Одолеть старшекурсника Айзела», так?
— Это не спецтренировка, а просто дополнительные занятия...
— Какие еще дополнительные занятия? В это даже дурак не поверит!
Мейрин фыркнула и снова посмотрела на Саймона.
— В любом случае, если в ящиках для обращений что-то есть, беремся за все! Если мы задокументируем это и отчитаемся, нам засчитают это как достижение.
— Понял.
— Не расслабляйся, Саймон!
Приподнявшись на цыпочках, Мейрин приблизила свое лицо к его.
— Скоро на нас посыплются оценки успеваемости, итоговые экзамены и целая куча других дел! Мы должны закончить с этим как можно быстрее! Ясно?
— Д-да, понял.
— Тогда увидимся позже в комнате студенческого совета после занятий!
Мейрин помахала рукой и энергично побежала прочь, ее юбка забавно развевалась на ходу. Саймон тоже достал из своего пространственного кармана доску-голем.
«Ладно, давай сосредоточимся».
Как и говорила Мейрин, Саймон вошел в комнату студенческого совета после того, как закончил и дневное занятие, и дополнительный урок.
— О, здорово!
Дик, развалившийся на диване, лениво помахал рукой в знак приветствия. Камибарез Урсула нигде не было видно, судя по всему, ее дополнительные занятия еще не закончились.
Саймон подошел и привычно дал Дику пять.
— Я слышал новости. Вы с Мейрин знатно получили нагоняй от профессора Джейн? — спросил Дик.
Саймон пожал плечами и накинул висевшее на вешалке пальто президента студенческого совета.
— Похоже, Мейрин была на тебя за это ужасно зла, — заметил Саймон.
— Эй, брось. Я ведь всегда выполняю свою работу, верно? Где ты еще найдешь такого толкового менеджера по общим вопросам, как я?
Дик озарил всех своей фирменной хитрой ухмылкой и вытащил маску для сна.
— Ну что ж, Саймон! Я посплю еще полчаса, так что разбуди меня...
— Ты думаешь, сейчас время спать, идиот?!
Мейрин, последовавшая за Саймоном, изо всех сил швырнула учебник, который с громким шлепком врезался прямо в лицо Дику. Дик издал странный вопль и свалился с дивана.
Саймон слегка вздрогнул, ощутив всю мощь этого удара.
— Сдурела?! За что ты меня ударила?!
Дик вскочил, а на его лице отпечатался красный след. Не отступая, Мейрин подлетела к нему и встала прямо перед ним.
— Если у тебя есть глаза, посмотри сюда! У нас одна звезда в графе «Мероприятия по связи со студентами»! Одна звезда!
Она уперла одну руку в бок, а второй принялась размахивать отчетом прямо перед носом у Дика.
— Разве ты не говорил, что полностью разберешься с этой частью?!
— Но я ведь реально все сделал!
Дик всмотрелся в отчет так, будто никак не мог взять в толк эту оценку в одну звезду.
— Я поручил младшекурсникам убирать мусор, раздавал мороженое в жаркие дни...
— Мы не должны заставлять младшекурсников делать это; мы обязаны выполнять это «сами»!
Она сильно ткнула Дика в грудь, прижав его спиной к стене. Дик отвернулся с поморщенным выражением лица.
— Н-нет. Пока студенты счастливы, какая разница, кто это делает? Этот отчет странный.
— Я не могу с тобой возиться!
Мейрин кипела от гнева, яростно топая ногами, а затем посмотрела на Саймона.
— Саймон. Давай просто разберемся с этим сами.
— Д-да.
— Я проверила все ящики для обращений, установленные в общежитиях и на площади, и оттуда выпало ровно два письма.
Она достала два конверта.
— Мы возьмем по одному и полностью отвеземся с этой проблемой. Какое ты хочешь?
Разрешение студенческих жалоб. Саймон занимался такой работой впервые, но в качестве президента студенческого совета это, разумеется, входило в его обязанности. Саймон указал на правую сторону.
— Тогда я возьму это.
Мейрин протянула письмо справа Саймону, а левое спрятала.
— Начинаем прямо сегодня! Понял?
— Понял.
— У меня вечерняя учебная группа, так что я пойду первой. Дай знать, как будут продвигаться дела! Пока!
Мейрин снова помахала рукой и исчезла. Дик потирал саднящее от удара место и поднялся со своего места.
— Уж у кого-кого, а у нее жизнь полна хлопот.
— И не говори.
Саймон улыбнулся и сел в кресло президента. Затем он внимательно оглядел конверт с обеих сторон. Это был самый обычный белый конверт без опознавательных знаков.
— Интересно, в чем же проблема?
— Хе-хе-хе! Да тут к гадалке не ходи.
Дик пожал плечами.
— Какие еще проблемы могут быть у подростков нашего возраста? Конечно же, романтика! Романтика! «Мне нравится один парень, что мне делать?» Наверняка что-то в таком духе.
— Думаешь?
— Конечно! Тут все ясно как день. Мы станем вестниками любви.
Саймон разорвал запечатанное конверт и заглянул внутрь. Он широко раскрыл глаза. По всему телу внезапно побежали мурашки.
— Я же прав, да? Это романтика, верно? Безответная любовь?
С серьезным выражением лица Саймон показал Дику содержимое письма. Челюсть Дика моментально отпала, и он замер в ступоре.
«Пожалуйста, спасите меня. Богиня Дева пытается меня убить».
Саймон и Дик в молчании уставились друг на друга. Дик потер плечи.
— Ого, аж мурашки по коже. Они же это шутки ради отправили, да?
— Слишком уж жестко для шутки.
В Темном Альянске имя богини Девы было запрещено произносить даже всуе. То же самое касалось крестов и любых символов этой богини. Из далекого прошлого дошла известная история о том, как один аристократ был казнен за то, что на банкете случайно положил нож и вилку в форме прямого креста, а не крест-накрест.
— Письмо было отправлено четыре дня назад, — сказал Саймон, проверив указанную в письме дату.
— К счастью, прошло не так много времени. Мне нужно идти немедленно.
— Ого, смельчак. Пойдешь прямо сегодня?
Саймон кивнул и поправил пальто.
— Имя клиентки — Орор Серум. Проверь ее досье для меня.
— Ладно-ладно. Понял.
Воодушевленный внезапным появлением интригующего дела, Дик подскочил и стянул с полки все студенческие списки. Быстро перелистывая страницы, он заговорил:
— Ты же знаешь, что информация, доступная студенческому совету, ограничена, верно? Тебе нужно, чтобы я провел еще и личное расследование?
— Ага, пожалуйста.
— О, нашел. Орор Серум. Редкое имя.
Дик перестал листать и всмотрелся в запись.
— Студентка второго курса факультета некромантии. 184-е место в общем рейтинге? Умная. И... подожди-ка.
— Что такое?
Дик поднял взгляд со слегка оцепенелым выражением лица.
— Она не живет в общежитии.
Саймон немедленно направился через Запретный Лес в Рочест, чтобы встретиться с клиенткой.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...