У Клаудии утро всегда начиналось поздно.
А вот у прислуги, которая ей прислуживала, — наоборот, с самого рассвета.
Пока хозяйка ещё дремала, не до конца проснувшись, служанки в назначенное время входили в её спальню, чтобы умыть, причесать и помочь ей переодеться.
Лицо Клаудии, ещё сонное и расслабленное, было настолько прекрасно, словно произведение искусства, в которое художник вложил всю душу.
Но лица служанок, окружавших её, были напряжены до предела.
Потому что в таком состоянии Клаудия напоминала бомбу, готовую взорваться от малейшего повода.
Если во время расчёсывания волосы случайно запутаются.
Если при переодевании нечаянно задеть кожу.
Стоит ей только открыть глаза...
Красота, достойная картины, мгновенно исчезнет.
Её лицо исказится демонической яростью.
И тогда служанку, допустившую ошибку, тут же настигнет «наказание».
Чаще всего это была пощёчина.
Но если Клаудия особенно разозлится, она могла вырвать виновной клок волос или избить её так, что всё тело покрывалось синяками.
Однако и оставить хозяйку без ухода было невозможно.
Так же как и выполнять утренние приготовления спустя рукава.
Если полностью проснувшаяся Клаудия обнаруживала хоть малейший изъян в своей причёске или одежде, это тоже становилось поводом для наказания.
Поэтому всё, что оставалось служанкам, — работать с предельной осторожностью, стараясь не допустить ни единой ошибки.
— М-м...
Лишь когда приготовления почти закончились, сознание Клаудии окончательно прояснилось.
Она безучастно смотрела на своё отражение в зеркале.
И вдруг нахмурилась.
Её не покидало ощущение, будто она забыла нечто очень важное.
Следуя за этим чувством, Клаудия начала перебирать в памяти события вчерашнего дня.
«Когда я вообще уснула?.. Последнее воспоминание какое-то расплывчатое...»
Новый слуга.
Его еда.
Чистые, невинные глаза.
Весёлый голос.
И...
В тот же миг Клаудия вспомнила всё, что произошло прошлым вечером.
И то, как, не выдержав потрясения, буквально потеряла сознание.
Невольно её губы приоткрылись.
— А...
— Юная госпожа?
— А-а... А-А-А-А-А-А-А-А?!
— Юная госпожа?! Что случилось?! Леди Клаудия?!
На кухне царила куда более жёсткая иерархия, чем можно было подумать.
Возможно, потому что здесь работали с опасными вещами — огнём и острыми ножами.
А может, потому что любая ошибка в приготовлении пищи ложилась пятном на весь кухонный персонал.
Поэтому, если новичок вроде Седрика, едва появившийся в доме, внезапно единолично готовит еду для высокородной госпожи и при этом получает похвалу лично от шеф-повара, минуя остальных работников...
Совершенно естественно, что у многих возникает недовольство.
Но...
— Эй, Седрик! Картошка уже почищена?
— Да! Уже готово!
— А лук?
— Нарезан соломкой!
— Овощи для салата?
— Вымыты и аккуратно разложены!
— Отлично! Превосходно!
Обычно любое недовольство быстро исчезает перед лицом по-настоящему впечатляющего результата.
Особенно если благодаря этому самому результату работать становится легче.
Конечно, Седрик не был самодовольным типом, который постоянно хвастался:
«Ну что, видите, какой я талантливый?»
— тогда некоторые наверняка продолжали бы его недолюбливать, пусть и молча.
Но Седрик был совсем другим.
— Вот это да... Ты прямо прирождённый повар. Как у тебя получается всё делать так быстро?
— Да что вы, разве это моя заслуга? Всё благодаря тому, что старшие коллеги так любезно поделились со мной своими секретами.
— Э-э... Ну... это верно. Я действительно умею хорошо объяснять...
— Кстати, воду я уже принёс, так что можете немного передохнуть. Считайте это моей маленькой благодарностью.
— А? Да не стоило...
— Иногда ведь приятно, когда во время работы выпадает такая удача, разве нет?
— Хм... Пожалуй, ты прав. Ха-ха! А ты мне нравишься!
Его умение располагать к себе людей, отточенное даже лучше, чем у того самого Рени, послужившего основой для личности Седрика, без следа растворяло любое недовольство.
С ним рядом работать было легче.
Он уважительно относился к старшим.
Никогда не пытался затмить их.
И потому причин враждовать с ним попросту не оставалось.
Однако тёплая, почти семейная атмосфера на кухне продлилась недолго.
—
— Эй, новичок!! Где ты!? Немедленно явись сюда!!
Пронзительный, полный злобы крик разнёсся по самому центру особняка.
Все слуги прекрасно знали этот голос.
Голос юной госпожи.
Для прислуги он был почти равносилен звону похоронного колокола.
Лица работников кухни мгновенно побледнели.
Ещё секунду назад они спокойно занимались готовкой.
Теперь же тревожно переглядывались, словно ожидая беды.
В этот момент в кухню вошёл главный дворецкий Бастиан.
Второй по влиянию человек во всём особняке.
На его лице застыло мрачное выражение.
— ...Седрик. Немедленно за мной.
— Слушаюсь, господин главный дворецкий.
Даже не спросив, что произошло, Седрик сразу последовал за ним.
Они направились в центральную часть особняка.
Там уже собрались больше десятка слуг.
Все стояли, словно натянутая струна.
Во взглядах читались одновременно жалость к Седрику...
...и страх, что следующий удар гнева госпожи может достаться уже им.
А в самом центре зала стояла Клаудия.
С ядовитым, холодным взглядом.
И этот взгляд был устремлён прямо на Седрика.
— Ну наконец-то ты явился.
Голос Клаудии был ледяным, словно в его тело вонзили острый шип.
Он больше напоминал рычание дикого зверя.
Впрочем, это было не просто сравнение.
Вокруг Клаудии стояли пять чудовищных волков, сотканных из крови, плоти и костей.
Они скалили клыки, ожидая лишь одного приказа своей хозяйки.
Лицо главного дворецкого Бастиана стало ещё мрачнее.
На мгновение он посмотрел на Седрика и тяжело вздохнул.
Похоже, ему всерьёз пришлось готовиться к тому, что сегодня из особняка придётся выносить труп.
А Седрик...
Словно ничего не происходило.
Он просто стоял, моргая с совершенно безучастным видом.
Как и ожидалось, глаза Клаудии опасно сузились.
— Эй.
— Да, юная госпожа.
— Тебе совсем нечего мне сказать?
Все слуги замерли, ожидая его ответа.
Тишина стояла такая, что, казалось, можно было услышать, как кто-то сглатывает.
И наконец Седрик открыл рот.
— Доброе утро, юная госпожа! Сегодня такая замечательная погода. Может быть, вы захотите прогуляться?
«ДА НЕ ЭТО ЖЕ!!!»
Впервые за долгое время мысли всей прислуги совпали до единой.
— Р-р-р-р...
Четверо из пяти Кровавых Демонических Зверей угрожающе зарычали.
Но вскоре они заметили нечто странное.
Все четверо одновременно посмотрели на пятого.
Их взгляды словно спрашивали:
«А ты чего стоишь?»
— У-у...
Но последний зверь лишь жалобно заскулил.
Он старательно избегал взглядов своих собратьев и не проявлял ни малейшего желания нападать на Седрика.
Скорее наоборот.
Казалось, он... боялся.
Глаза Клаудии дрогнули.
Эти Кровавые Демонические Звери были фамильярами рода Редвелл, созданными древним семейным ритуалом.
Каждый из них обладал силой, сравнимой с воином третьего ранга.
Более того, пока зверь не получал смертельной раны, он всегда мог вернуться в тело хозяйки и восстановиться.
Именно поэтому они были бесстрашны и без колебаний бросались в бой даже туда, где обычный зверь предпочёл бы отступить.
И если такой фамильяр, прекрасно ощущая гнев своей хозяйки...
...всё равно избегал боя...
Это означало лишь одно.
Он инстинктивно решил, что стоящий перед ним человек настолько опасен, что при желании способен уничтожить его мгновенно.
«А что если...»
«Что если этот слуга действительно настолько силён?»
«Если он сейчас на глазах у всех легко расправится с моими фамильярами...»
«Что тогда подумает прислуга?»
«"Неужели юная госпожа вовсе не так страшна, как мы считали?"»
Конечно, вероятность такого была почти нулевой.
Кровавые звери были лишь одним из инструментов, поддерживавших её власть.
Настоящая сила Клаудии заключалась в самом имени Редвелл.
Но даже одна мысль о том, что её достоинство может пострадать подобным образом, вызывала у неё раздражение.
Внезапно её осенило.
На губах появилась недобрая улыбка.
— Так ты действительно не понимаешь, что сделал не так?
— Не понимаю, юная госпожа. Если я в чём-то ошибся, прошу указать мне на это.
— Ха! Уже одно то, что хозяину приходится объяснять тебе очевидные вещи, доказывает, что ты совершенно не годишься в слуги. Нам здесь такие не нужны.
Она резко махнула рукой.
— Убирайся. Ты уволен.
Мысли Клаудии лихорадочно работали.
Она не знала, зачем этот человек пришёл сюда под видом слуги.
Но если кто-то, способный внушить страх даже Кровавым Демоническим Зверям, добровольно устроился прислугой...
Значит, у него есть какая-то цель.
И если его выгнать прежде, чем он её достигнет...
Он наверняка станет умолять оставить его.
Так она и рассчитывала.
Но...
— Понял.
— ...Что?
У Клаудии непроизвольно вырвался глупый возглас.
Седрик лишь печально опустил плечи.
На его лице ясно читались разочарование и сожаление.
— Если такова воля юной госпожи, мне остаётся только подчиниться. Для меня было честью служить вам, пусть даже совсем недолго.
После этого он начал обходить остальных слуг, по очереди прощаясь с каждым.
Зрачки Клаудии задрожали.
— П-подожди! Это всё?! Ты... правда так спокойно уходишь?!
— Ну... В договоре, который я подписал, не было пункта о том, что работодатель вправе уволить слугу в любой момент по собственному желанию. Эх... Похоже, в следующий раз мне стоит внимательнее читать контракт. Кстати, господин главный дворецкий, а как в таком случае будет с моей зарплатой?
— Э-э... Ну... это...
Бастиан окончательно растерялся.
Он беспомощно перевёл взгляд на Клаудию.
Обычно он бы уже отчитал Седрика за дерзость и встал на сторону хозяйки.
Но сейчас...
И поведение Клаудии.
И реакция Седрика.
Оба были настолько ненормальными, что даже он не понимал, как следует поступить.
Тем временем Клаудия отчаянно размышляла.
«Если этот тип сейчас действительно уйдёт...»
«...то как же моя месть?»
Её выставил дурой какой-то жалкий слуга.
И теперь этот самый слуга собирался уйти отсюда целым и невредимым?
Ни как дворянка.
Ни просто как Клаудия.
Она не могла этого допустить.
Попытаться наказать его силой?
После того как даже Кровавые Демонические Звери отказались нападать?
Нет.
Можно было обратиться за помощью к главной ветви рода Редвелл.
Но что она им скажет?
«Мой слуга надо мной издевался, а я сама не смогла его наказать, поэтому пришлите рыцарей».
Отец, маркиз Редвелл, решил бы, что с дочерью что-то не так.
А братья и сёстры, которые и без того относились к ней как к сопернице...
Просто надорвали бы животы от смеха.
Нет.
Ни за что.
Она не позволит ему так легко уйти.
«Верно...»
«Пока он официально работает здесь, он остаётся моим слугой.»
«А значит, способов испортить ему жизнь сколько угодно.»
Быстро всё обдумав, Клаудия демонстративно кашлянула.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...