Стоило Кариэлю прийти в движение, как императорский дворец встал на уши.
Воспользовавшись визитом канцлера как поводом, он созвал Большой совет и потребовал наконец предложить решение кадрового кризиса.
Одновременно был отдан приказ: все высокопоставленные аристократы Палаты знати обязаны присутствовать.
Поэтому в зал они входили с напряжёнными лицами.
Все прекрасно понимали: терпение Кариэля подошло к пределу.
Ещё в бытность наследным принцем он прославился холодностью. После восшествия на престол некоторые даже решили, что он стал мягче, — потому что порой закрывал глаза на то, как знать исподволь пыталась снова поднять голову.
Со стороны подобное утверждение могло показаться полным бредом.
Совсем недавно он уничтожил мятежников, а затем, воспользовавшись этим как законным основанием, точечно вычистил аристократов, выступавших против него.
Но когда Палата знати выдвигала обоснованные возражения, Кариэль всё же отступал на шаг.
Именно поэтому после его восшествия на престол не произошло той мгновенной ломки всего уклада, которой многие ожидали.
Однако сегодня этому приходил конец.
— Его Величество всё-таки обнажил меч.
— Оружия в руках у него теперь достаточно... терпеть дальше действительно незачем.
Министры были уверены: на этот раз Палату знати перемелет целиком.
У аристократов больше не было законного основания остановить императора.
Император, чья легитимность теперь не вызывала сомнений.
Катастрофическая нехватка кадров.
Знать, которой дали шанс решить проблему, но которая так и не принесла ответа.
И наконец — стремительно обостряющийся кризис в Айроне.
Всё это стало оружием в руках Кариэля.
Даже два герцога уже отказались от борьбы вокруг престолонаследия, так что способов сдержать его почти не осталось.
Но и знати отступать было некуда.
Если допустить революционеров к государственному управлению, в политику хлынут простолюдины — именно то, чему Палата знати так долго пыталась помешать.
Ради этого аристократы собрались с духом.
— Все здесь?
— Да, Ваше Величество.
Кариэль сидел на троне, подперев подбородок рукой, и холодно смотрел на знать.
Увидев взгляд, в несколько раз более ледяной, чем обычно, даже заранее настроившиеся на сопротивление аристократы дрогнули.
Император заговорил негромко:
— Как всем известно, Империя переживает кризис. Мы оказались на грани войны со Священной державой и южными королевствами. Айрон тем временем расколот на две группировки, которые воюют между собой.
Не успела закончиться гражданская война, а Империи уже предстояло столкнуться с сильнейшими державами Западного континента.
Но отступать было нельзя.
Стоило Империи отступить сейчас — и её прежняя слава исчезла бы навсегда. Вместе с ней ушло бы и звание сильнейшей державы Запада, да и сама Империя рисковала превратиться в пустую оболочку.
Знать понимала это не хуже остальных, поэтому никто не предлагал отказаться от войны.
У Империи просто не было такого варианта.
— Как вы все понимаете, война, которая начнётся в Айроне, перерастёт во что-то куда большее, чем прежняя война с чёрными магами. Поэтому хотя бы внутри Империи должен быть порядок, однако...
Кариэль оборвал фразу и нахмурился.
Все напряглись ещё сильнее.
— Работы столько, что государственный аппарат вот-вот встанет. Но решения вы найти не можете. И что изменится от того, что вы снова приходите ко мне?
Он перевёл взгляд на министров.
Те виновато склонили головы.
После этого остальные незаметно покосились на канцлера.
Теперь должен был выступить он.
Именно Уинстон каждый раз вставал поперёк дороги, когда Кариэль пытался понемногу протащить революционеров в государственную службу.
Однако на этот раз канцлер молчал.
У него на лице буквально было написано, насколько он измучен.
«Ещё бы. Он сам уже умирает от работы».
Глядя на молча стоящего со склонённой головой Уинстона, Кариэль внутренне усмехнулся.
Прошлой ночью канцлер, видимо окончательно сломавшись, прислал короткое письмо.
Если отбросить все вежливые вступления и окончания, смысл сводился к одной строке:
«Поступайте, как угодно Вашему Величеству».
Иными словами, капитулировал даже канцлер.
— Мой ответ неизменен. Сначала набрать способных людей и заставить их работать. Но знать была против. Тогда разве не вы должны предложить другое решение?
Теперь вопрос был обращён к аристократам.
Два герцога продолжали молчать.
Остальные высокородные переглянулись в растерянности.
По крайней мере от вождей аристократической фракции они ожидали возражений.
Но когда оба герцога промолчали, остальным тоже оставалось лишь опустить головы.
— Моё решение по-прежнему одно: привлечь революционеров.
— Но, Ваше Величество, они слишком опасны.
— Если вы боитесь, что они что-нибудь устроят, так следите за ними и не позволяйте случиться тому, чего так опасаетесь.
Выступивший вперёд аристократ умолк.
И тут из рядов знати вышла женщина.
Она поклонилась, словно спрашивая разрешения говорить. Кариэль коротко кивнул.
— Ваше Величество, по вашей воле революционеров допустили к управлению только в Сейлеме. Результат — нынешний восток Империи.
— Нынешний восток...
Кариэль движением подбородка предложил продолжать.
Ободрившись, женщина принесла подготовленную доску и показала её присутствующим.
На ней были перечислены аристократы, потерявшие владения, отток подданных, ставший причиной их разорения, и падение влияния знати под давлением богатых простолюдинов.
Особенно серьёзным она считала именно падение авторитета дворянства.
Империя всё ещё оставалась сословным обществом.
И с этой точки зрения положение, при котором разбогатевшие купцы стояли выше разорившихся аристократов, казалось ей ненормальным.
— Ваше Величество! На востоке резко участились случаи купли и продажи дворянского статуса. Это подрывает саму основу Империи. И всё это случилось, хотя революционеров допустили к службе лишь в одном Сейлеме. Если же привести их в центральное управление, под угрозой окажется уже вся Империя!
В её словах определённо был смысл.
— Мы не выступаем против всего подряд. Мы понимаем, что рост числа состоятельных простолюдинов сделает Империю богаче и устойчивее. Но если ломать порядок настолько быстро, только-только успокоившаяся страна снова погрузится в хаос.
Женщина говорила с искренней тревогой, и Кариэль заинтересованно приподнял бровь.
— Я тоже этого не желаю. Я уже не раз обещал сохранить законные права знати. Или ты не доверяешь своему императору?
Женщина поклонилась ещё ниже.
— Как я могла бы, Ваше Величество? Однако, вопреки вашим намерениям, они могут потребовать всё большего, и тогда в конце концов наступит хаос. Лишь поэтому я осмелилась заговорить.
Она явно боялась Кариэля, даже слегка дрожала, но всё равно высказала всё, что собиралась.
Кариэль улыбнулся.
— Любопытно. И каков же твой ответ? Надеюсь, ты не пришла возражать, не приготовив решения.
— Нынешних революционеров с востока допускать нельзя.
— Тогда кого?
— В провинциях ещё должны оставаться учёные и образованные люди простого происхождения. В первую очередь следует призвать их.
— Их будет слишком мало.
— Не обязательно, Ваше Величество. Например...
Кариэль покачал головой, но женщина спокойно изложила подготовленный план.
Первое: в первую очередь вернуть на службу личных дворян, вытесненных из центра.
Второе: простолюдинам, доказавшим свои способности, жаловать личное ненаследуемое баронство — титул лишь на срок их собственной жизни.
Третье: если людей всё равно не хватит, разрешить нанять революционеров, которые ещё не успели уйти на восток.
Выслушав её, Кариэль задумался.
Все вокруг напряжённо следили за его лицом.
Даже такой вариант с точки зрения Палаты знати был почти неприемлем.
Но по настрою Кариэля было очевидно: если они не уступят хотя бы здесь, он просто привезёт в столицу весь восточный революционный костяк.
Поэтому знать предпочла попытаться остановить его хотя бы на этой линии.
— Как тебя зовут?
— Шаста Тэтчер, Ваше Величество.
Кариэль чуть склонил голову, явно не припоминая имени.
Стоявший поблизости управляющий дворцом тихо объяснил ему на ухо.
Её род когда-то участвовал в центральной политике, но в эпоху бездарных императоров был оттеснён на периферию.
Изначально семья не относилась к аристократической фракции. Однако после того, как Шаста стала главой рода, она перешла на сторону знати и в итоге сумела вернуться в столичную политику.
«Впечатляет».
Кариэль искренне восхитился.
Женщина во главе рода в Империи не была чем-то невозможным, но добиться такого положения было чрезвычайно трудно.
А она не только сумела возглавить дом, но ещё и перевела его в аристократическую фракцию и за одно поколение вернула в центральную политику.
При этом сама выглядела совсем молодой.
— Любопытно. Ты права: если сразу набрать слишком много революционеров, могут начаться проблемы. Но людей действительно не хватает. Поэтому сделаем так. Сначала вернём личных дворян и чиновников простого происхождения, пониженных и отправленных в провинции. Если же и после этого останутся вакансии, на оставшиеся места я приведу людей с востока. Что скажешь?
Тэтчер не ответила и лишь опустила голову.
На лице мелькнула досада: полностью остановить его ей всё-таки не удалось.
А значит, поручение знати было провалено, и её полезность для Палаты знати, скорее всего, закончилась.
Столько сил она потратила, чтобы добраться до нынешнего положения, — и теперь снова рисковала оказаться в провинции.
Кариэль прочитал её мысли по лицу и улыбнулся.
— Но раз ты предложила хоть что-то действительно полезное, я дам тебе шанс.
— ...Что?
Шаста ошеломлённо подняла голову.
— Я дам тебе полномочия от имени знати наблюдать за революционерами.
— Ах!
— Ты сама сказала, что слишком быстрые перемены могут породить хаос. Не допусти его. И заодно возглавь процесс так, чтобы страна менялась в разумном темпе.
Несколько мгновений Тэтчер просто смотрела на него, а затем поспешно опустилась на колени.
— Я... я непременно отплачу за милость Вашего Величества!
Кариэль кивнул и перевёл взгляд на министров.
— На этот раз отбирайте людей как следует. Больше шансов я не дам. Если повторится то же, что в прошлый раз...
Он не закончил фразу и лишь покосился на меч.
Побледневшие министры мгновенно согнулись в поклоне.
Довольный их реакцией, Кариэль перешёл к следующему вопросу.
— В Айрон вошли армии Лотеона и Талоса, и каждую ведёт мастер.
— Я отправлюсь туда.
Герцог Давиер выступил вперёд сам.
Кариэль посмотрел на него с сожалением и вздохнул: герцог предложил себя ещё до приказа.
— Прости. После прошлой войны прошло совсем немного времени, а я снова отправляю тебя на поле боя. Когда всё закончится, я обязательно вознагражу эту жертву.
После этого Кариэль передал Давиеру право вывести с собой часть Центральной армии и сразу перешёл к следующему пункту.
— Княжество запросило у Империи помощь.
— Неужели...
— Роман готовится атаковать огромной армией.
Кариэль раздал материалы, собранные Тенями.
Он поручил им проверить сведения, полученные через Короля пиратов, и теперь перед знатью лежал законченный отчёт.
По мере чтения лица аристократов наливались гневом.
— С сегодняшнего дня Лотеон и Талос — однозначные враги Империи. Есть возражения?
Все собравшиеся в Большом зале молча склонили головы.
Признаки тайного соглашения Лотеона и Талоса с Романом, а также идеально совпавшее по времени движение огромной романской армии невозможно было объяснить иначе, чем заранее подготовленным планом.
— Нужно определить командующего войсками, которые отправятся в княжество...
— Я...
— Ты останешься.
Герцог Уолкшир попытался выйти вперёд, но Кариэль решительно покачал головой.
— С сегодняшнего дня уйдёшь в затвор. Это приказ императора.
— Ваше Величество...
— Ради Империи сломай свою стену и поднимись на следующую вершину. Это сейчас твоя первоочередная задача.
Уолкшир уже стоял на самом пороге уровня архимага.
В отличие от мастеров меча, магам, достигшим очередной стены, требовалось погрузиться в медитацию и заново осмыслить всё, чему они научились.
Лишь пересмотрев всю собственную магию от основания до вершины, они могли подняться до ступени архимага.
Поэтому Кариэль решил дать Уолкширу необходимое время.
— В княжество отправится маркиз Акелио.
— Ваше Величество! В столице должен остаться хотя бы один мастер.
На возражение Уолкшира Кариэль покачал головой.
— Столица Империи сильна и без мастера. А если тебя это тревожит — стань архимагом и реши проблему.
Глаза герцога широко раскрылись. Затем он глубоко поклонился.
— ...Я непременно оправдаю ожидания Вашего Величества.
— Только не торопись настолько, чтобы всё испортить.
После этого Кариэль вызвал маркиза Акелио.
Когда тот вскоре прибыл, император поднял драгоценный меч и передал его ему.
— Я дам тебе один отряд Дворцового рыцарского корпуса и два отряда рыцарей Центральной армии. К вам присоединятся и рыцари великокняжеского дома.
— Слушаюсь.
— Вместе с командующим Восточной армией помоги Железной стене.
— Принимаю приказ.
Акелио поклонился.
Кариэль удовлетворённо кивнул и распустил Большой совет.
На этом все приготовления к большой войне на Западном континенте были завершены.
Оставалось лишь победить и вернуть Империи прежнюю славу.

Комментарии

Загрузка...